Тут все концы сошлись - иди и молись.

Чтобы я не думал – это никого не касается, но нет же, иногда и мои мысли становятся в горле костью. Ведь я  же даже вслух их не произнёс, а они уже на учёте. Это не мистика, не телепатия, но это есть. В среде человеческой всегда присутствуют типы, которые внимательно и постоянно следят за всеми. Эта манера у них с их неудачного детства, полного неудач и зависти. Они приучены искать изъяны у других.

Раньше говорили - доиграетесь, что могут быть и дети. А сегодня хочется сказать - доиграетесь, что окажетесь без детей.

Пафос.Слово то это становится нарицательным, хотя что в нём такого? Возвышенная риторика, единственность переходящая в эгоизтызм.

Нет ничего слаще – услышать слащавую правду, которую и хотелось услышать.

Отношение к музыке становится пафосным. Любовь тоже становится пафосной. И вся жизнь становится пафосом. Человек любит себя больше всех и это ещё более заметно - когда заявляет свою ещё большую любовь к животным, но тут развивается параллель – любовь к животным развивает ненависть к человеческому и даже любимая фраза народу – “чем больше я узнаю животных, тем больше не люблю человека”. Ложь в лепестках розы – вот чего я боюсь. Самообман -  это оружие против здравого смысла. Да и смысла то уже нет, а возводятся “скрижали”.

Разговоры-разговоры – это кажущаяся жизнь, а в самой жизни основное время затрачивается на преодоление влияния болтовни.

Жизнь хрупка, как фарфоровая статуэтка...

Каменный век

Человек раньше был обезьяной?
Ну, допустим, я этому верю
Но потом от животного мира
отделялся... какая потеря

Я с детства не понимала
Тогда почему же сейчас
Все милые обезьянки
По-прежнему не среди нас?

\"Тогда условия были\",-
Твердили по Дарвину в школе
А сейчас чем они хуже?
Но не происходит такое...

И бедненьким обезьянкам
Нет никакой возможности
Стать снова сверхчеловеками
И сбросить навеки кожицу

Ни чему не хочу верить
Когда не могу понять,
Не полагайся на веру,
Ты думай, ищи, чтобы знать !

Да уж, точно - прогресс должен ускориться и обезьяны должны ускренно "сбросить навеки кожицу". Любопытная мысль, только сегодня об этом думал с утра, и тут этот стишок - уж не является ли потерей для природы что человек перестал быть животным, т.е. он стал больше выдумывать мир, чем видеть его.


 

М и Ж

Инна Кожевникова 2

В какой-то сказочной нирване,
Ничуть блаженства не тая,
Лежит мужчина на диване,
Как некий символ бытия.

Вся жизнь проходит косо-криво,
Томит предчувствие беды...
А эта сволочь хочет пива -
Как в засуху глоток воды!

Судьба даёт ему по шапке,
Удар с годами не ослаб...
А он, мерзавец, ищет бабки,
Чтоб растранжирить их на баб!

От Петербурга до Находки
Страну колбасит всё сильней...
Не может этот гад без водки -
Он все проблемы топит в ней!

Их переделать?
Да куда уж!
Наверно, лучше и не лезть.

А мы за них выходим замуж,
Как будто в этом что-то есть!

В полутонах увидеть сложно суть...

охота и рыбалка

[445x300]

Щёлканье семечек - занятие не назовёшь приятным, но “засасывает”. О полезности этого можно много чего выдумать положительного от успокоения - до получения живого масла, белков, нужных ферментов для стимуляции работы многих органов, а особенно сердца. Мне почему-то запомнился главный изъян, я бы сказал “изъед”, от щёлкания – износ зуба, просто стирание его, расточен как скала горной речушкой.  

В деревнях особенно любят этот процесс, как и карты.  Часто без зубов,  но работают долго, до глубокой старости. А куда им деваться, жить-то надо. Вот и живут. А семечки как развлечение.

Но я бы не сказал, что грызня семечек успокаивает, просто тупит, а внутри появляется какая-то сволочность. Если кто и не замечал этого – так кто захочет признаться в своей сволочности?

Но больше всего меня поразило в семечкогрызне – это вместе с морем семечек съедается море времени, и оно незаметно  исчезает.

Валера Шанцев, губернатор Нижегородский, сегодня продемонстрировал себя как великодушного чиновника, как друга и братана народного: он проехал до работы по Нижнему без сопровождения как обычный гражданин постоял в пробках.  Телевидение разрывалось от радости, а вышедший из авто Валера выглядел героем. Ай да Шанцев, ай да молодец!

А я подумал, что у губернатора, наверное, море свободного времени и он решил отдохнуть в авто, и на работу не очень-то  хотелось, там есть кому шуршать бумагами. Губернатор спит, а зарплата идёт, да не малая, чего бы не использовать законный отдых в пробках. Это шанс.

Удивляюсь – как это Шансов не  додумается еще и зарплату себе сделать среднюю народную!?

Пеньковая жизнь.

(поэма жизни)

Жизнь за окном или до.

Правильные - это хорошо, это нужно.

Поезд тронулся. Правильные остались на платформе, держа флаги, транспаранты. Улыбаются. Правильные – это те, кто подержит власть, которая падает. Но благодаря правильным она держится, даже если без ног, даже если власть – калека.

Мы уезжаем оставляя правильных позади. Они счастливы как пень, у которого отняли дерево. Но пень думает, что пень это личность, и оно забыло или не заметило, что оно порождено деревом. Вот потому и Оно, никакого рода, среднего. Пень это память, это творчество лесорубов.

Правильные исчезли вместе с платформой. 

Дорога интересная днём мелькающим миром за окном. Ночь напряженная ожиданием – окончания грохота, тряски, храпа, духоты и стонов.

Но вскоре опять платформа мира другого. Здравствуй надежда. Но лица те же. Правильные. Только другим они служат.

Уж лучше дорога. Где же жизнь – на остановках или в пути? Жизнь - между правильными. Правильно – это попытка забить гвоздь в жизнь.  Живём чтобы срубить дерево. Живём среди пеньков и называем это жизнью правильной.

[250x313]