По просьбе одной из моих читательниц публикую сканы одной интересной книжки, изданной в 1986 году сотрудниками Государственного научно-исследовательского музея архитектуры имени А.В.Щусева. Маленькая книжка-буклет посвящена некрополю Донского монастыря и содержит сведения о захоронениях известных деятелей отечественной культуры и искусства, участников войны 1812 года, декабристов и многих других людей, так или иначе связанных с жизнью России. Все представленные сканы кликабельны и увеличиваются до большого размера, так что можно легко читать и даже, если надо распечатать. После порядкого номера в скобках римскими цифрами обозначены участки нахождения захоронений на территории монастыря. С помощью этой книжечки можно самостоятельно пройти по всей территории и найти тех кого нужно.
Так как книжка 1986 года, то в списке нет последних громких захоронений известных людей: И.Ильина, А.Деникина, А.Солженицына. Но могилы их легко найти и дополнить списочек из этой книжки. Желающие могут составить карту и нанести все это на нее. В общем полезная информация для тех, кому интересна тема некрополей Москвы.
[477x699]
В своём посте "Михаил Фокин - путь к мастерству (3) я уже рассказывала о том, как создавался "Умирающий лебедь" для Анны Павловой:
http://www.liveinternet.ru/users/masyanova/post97164140/
В этой статье много фотографий Анны Павловой во время выступления и её сценический костюм лебедя.
А вот и видео.
И ещё одна фотография: Майя Плисецкая во время визита в Америку, примеряющая костюм лебедя Анны Павловой.
Фотография найдена в сети.
Продолжаю рассказывать о Русских сезонах, триумфе и скандалах второго сезона.
При подготовке поста я пользовалась книгой Эммы Великович «На перекрестках судеб». Книга интересна тем, что автор использует реальные дневники Фокина, Бенуа, Нижинского и воспоминания их современников. Звучит живой голос эпохи.
Александр Бенуа, автопортрет, 1896 год.
Александр Николаевич Бенуа имел все основания судить о моральных качествах Сергея Дягилева, как, впрочем, и вообще о его характере и способностях. Ведь их первая встреча состоялась ещё в начале 1890 года, когда Дягилев приехал в Петербург из Перми. Юные интеллектуалы (Философов, Сомов, Нувель, Бенуа и Бакст) собирались у Бакста, спорили о литературе и искусстве, устраивали философские диспуты. Участники общества сочли Сергея славным малым, но несколько примитивным. И хотя Дягилев не показывал вида, но он был сильно уязвлён таким отношением.
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]http://community.livejournal.com/costume_history/361737.html
Сегодня я использовала для оформления поста современные фотографии из балета "Шехерезада".
Вы, конечно, сразу узнаете Андриса Лиепа в роли шаха Зеемана; Илзе Лиепа в роли Зобеиды и Николая Цискаридзе в роли Золотого раба.
Фотографии фонда Русские сезоны 21 век.
Продолжаю рссказывать о Втором Русском сезоне.
Однако и «Жар-птицу», и «Карнавал» затмила «Шехерезада». Бакст превзошел сам себя. Когда поднялся занавес и публика увидела насыщенный изумрудно-зеленый цвет стен в сочетании с оранжево-красным ковром, отделанные серебром и золотом костюмы негров. Зал взорвался аплодисментами.
Makeover Madness
photo: Steven Meisel
[482x699]
[300x399]
[300x443]
[472x699]
[251x340]Во Франции конца 19 века были удивительные дома. Попасть в них могли лишь счастливцы. Эти счастливцы должны были быть родовитыми, богатыми и чуткими к
[433x600]
красоте и искусству. Тогда и только тогда они оказывались в списках и получали приглашения на веленевой бумаге – своеобразные дипломы избранности, с которыми вход в чудесные дома был открыт. "Чердак" особняка на набережной д’Орсе, павильон в Версале, дом в Нейи – в каждом из этих мест на роскошных приемах собирались аристократы высшего света и люди литературного и художественного мира. Общество счастливцев или тех, кто желал казаться таковыми, включало Сару Бернар и Юдит Готье, Эдмона де Полиньяка, Гюстава Моро, Поля Валери, Родена, Альфонса Доде, Марселя Пруста, Гюисманса, Малларме. Необыкновенные дома принимали только необыкновенных людей и до конца раскрывались лишь тем, кто обладал незаурядным художественным вкусом. Каждую комнату нужно было прочувствовать, пережить, сыграть, как сонату. Каждая вещь теплилась своей искоркой, хранила тайну - не всякий был способен понять и оценить ее. Все существовало по своим правилам и законам: комната, посвященная луне, выдержанная в серовато-синих тонах, с серыми коврами и пурпурными ирисами в вазе; гостиная, травянистым покрытием и статуэтками животных на нем напоминавшая сад; японские уголки и комната для сеансов спиритизма, в оформлении которой были задействованы предметы из церковной утвари, дубовая скамья для хора и даже колокол. С подоконника бросала радужные блики коллекция разноцветных бокалов и флаконов от духов, мраморная розовая ванна когда-то принадлежала мадам де Монтеспан, по стенам вились нарисованные веточки жимолости, в библиотеке на фоне золотисто-зеленой кожи были изображены павлиньи перья, что должно было обозначать сто глаз знания. Это были не дома – оркестры: каждая маленькая деталь подчинялась общему движению, дополняла и оттеняла собой остальные. У этих домов был свой виртуозный дирижер и хозяин - обворожительный, бесподобный граф Робер де Монтескью, «профессор красоты», влюбленный в себя и свои вещи, эстет, «повелитель утонченных запахов», светский лев и непревзойденный денди.
http://community.livejournal.com/costume_history/358630.html