Сидел на работе, грустил. Настроение - хорошее. Но хочется, чтоб "улучшилось". А как? С другом поругаться - жалко. Кроссовки - терпеть не могу. Доча - далекооо...
И тут объявили: с трех часов в нашем корпусе отключат электричество!
Я купила эту книгу несколько лет назад, но прочла ее только недавно... И вот на что наткнулась в главе "Псевдодуховность":
"В нашем обществе, в котором доминируют мужчины, внутренняя девочка в душе женщины часто остается немой или скрывает свою силу. Девочка знает, как уязвимо мужское эго, поэтому возводит мужчину на пьедестал. Она делает это, чтобы чувствовать себя в безопасности. Она расплачивается за это тем, что скрывает свою силу и великолепие. Часто она настолько хорошо притворяется глупой и посредственной, что сама забывает о том, что это - всего лишь притворство. Многие матери учат дочерей не проявлять своей силы. На семинарах женщины часто жалуются, что их сила подавлена и зажата. Часто мать является для дочери образцом и примером. Женщины так привыкли делать вид, что они во всем ниже мужчин, что порой и сами верят в это. Некоторые консервативные женщины впадают в детский транс, когда протестуют против своих собственных прав!"
Стефен Волински "Темная сторона внутреннего ребенка".
Сороконожка была вполне счастлива
До тех пор пока жаба не спросила её,
В каком порядке движутся её ножки.
Сознание сороконожки так напряглось,
Что она лежала в канаве в полной прострации,
Размышляя над тем, как сдвинуться с места.
…Есть такой вид японского искусства - напыление рисунков порошками разного цвета. Картина живет несколько минут. А создаваться она может часами. Когда я узнал об этом, сначала подумал - сколько же шедевров ушли безвозвратно. А потом вспомнил, что образы в наших сердцах живут вечно.
На границе усталого детства, где жар-птицы сбиваются в стаю,
Сумасбродная девочка-осень неразборчиво пишет роман.
По бумаге вальсируют строки, с волшебством осторожно срастаясь,
В суете нарывавшую нежность раздавая почти задарма…
А сентябрь, как случайный прохожий в неприметном пальтишке со шлицей,
Быстрым шагом идет через площадь, у парадной на миг замерев,
Чтоб остались на мокром пороге золотые подкидыши-листья…
Светлым шепотом молится дождик… Дегустируют два сомелье
Скороспелые теплые капли, подставляя настырные горсти…
И пускай мы немного взрослее, чем хотелось бы нам, и пускай
На границе усталого детства мы всего лишь случайные гости…
Видишь, первые белые нити невзначай поползли от виска…
Это вовсе не страшно, поверь мне, это даже нисколько не грустно…
Да, капризная линия жизни чуть сильнее ладонь надсекла…
На границе усталого детства нас с тобой обнимает до хруста
Опрометчиво теплая осень, набросавшая несколько глав…
Не отпускает любовь. Ты знаешь. Селится в сны детские.
Дёргает за рукава, и жалобно просит и просит прощения.
Взять бы её, живую, за горло, стрясти б орехами грецкими
И растоптать, чтоб не болела и не скрипела перьями.
Небо осеннее, мокрое. Звёзды в нём, как крупинки соли
Тают, и тают, и тают, и знают – жить до утра, не далее.
Я засыпаю с заветной детской мечтой. Без страха, без боли.
Прыгаю в сон. У меня получается снова быть девочкой маленькой.
Чашки на круглом жёлтом столе вытерты тряпочкой досуха
Торт улыбается в старой духовке. Ждут лимонад и яблоки.
Кошка мурлычет. Часы тикают так, будто гонит воздух их,
Быстро, быстрее, скорее-скорее включайтесь цветные фонарики.
В мой день рожденья никто не войдёт. Я знаю свой сон заранее
Ниточкой утра в реальность иду, слегка опустив голову
Детское чувство щемящей тоски становится звонким и пьяным, я
Тёплой мечты крепко держа ручонки, проснулась новая
Мягче, сильнее и веселее. В груди будто рыбы плещутся.
Не отпускает любовь. Ты знаешь. Сжимаешь в кулак жалость, и
Выстраданный, далёкий-далёкий, горчайший, как смысл вечности
Сквозь времена верни мне моё детство. Верни. Пожалуйста.
да, я знаю, бывает больно, реальность режет
и крутит в нить,
партизанский отряд ангелов, как назло,
далеко в лесу,
а дежурный, приставленный Богом, спешит безбожно
глаза залить,
оставляя тебя изо дня в день,
в одном и том же часу.
и зациклено время, и жизнь на Земле -
ролевая большая игра:
просыпаешься, ешь, достигаешь, любишь, и – оппа –
тебе пора.
ты не плачь никогда, не надо, в игре на плаксах
ставят клеймо,
то клеймо, превращаясь в мишень, загоняет слабых
как зверя в лесах,
жизнь – невиданно страшная штука - немного цирк,
немного кино,
и, наверное, всё-таки ад, потому что больно
в её тисках.
поделив на бесконечность себя, получаешь
чистейший ноль,
во вселенной, наверное, нет ничего сильней,
чем земная боль.
это правда: больно любить, больно рождаться,
больно рожать,
через боль, босые и голые, в жизнь приходим
со всех щелей,
так уж если мы здесь, давай с куражом неистовым
выживать,
без фальшивых идей, без поиска смыслов, без славы
чуждых ролей.
Заветная Мечта. Сказка про Девочку, которая когда-то не умела летать.21-10-2009 21:27
Жила-была Девочка. Она была очень необычной девочкой… Ведь обычных девочек на свете не бывает! Каждый мальчик и каждая девочка необычны по своему…
И была у Девочки Мечта. Ей хотелось летать. Она никогда не видела летающих девочек, но была уверена,что если очень захотеть, то непременно взлетишь… А вокруг неё были скучные взрослые… И когда Девочка рассказывала им о своей Мечте, взрослые смотрели на неё как-то странно… Кто-то смеялся, кто-то крутил пальцем у виска, а кто-то жалел её…
Шли годы… Другие девочки вырастали и забывали свои мечты… они были очень заняты Очень Важными Делами. Им нужно было устраивать Свою Жизнь… Девочка тоже начала устраивать Свою Жизнь и забыла Свою Мечту… А потом вдруг что-то случилось… Мечта Девочки проснулась и стала рваться наружу… Девочка вновь поверила в Себя и в Свою Мечту… Взрослые поднимали её на смех, пытались разубедить её, но Девочка просто улыбалась своей чистой улыбкой и тихо, но уверенно говорила: “Я научусь летать!”… И вот, наконец, когда всем, кто знал Девочку, казалось, что Судьба совсем отвернулась от неё, приехали в её город два странника. Это были мужчина и женщина были из очень далёкой, загадочной страны. Их имена были очень странные, их кожа была тёмная, не такая, как у тех, кто окружал Девочку… Их лица светились Спокойствием, Знанием и ещё чем-то, чего не выразишь словами… Странники эти путешествовали из города в город и искали девочек и мальчиков, которые думали, что не умеют летать, но знают, что так не должно быть…
Муж и Жена со странными именами и небесными улыбками садились на землю и рассказывали горстке любопытных ребятишек о Песне, Которую Никто Не Слышит… И о том, что не слышат люди эту песню потому, что звучит она всегда… И светлым днём и тёмной ночью… Она звучала сто тысяч лет назад и будет звучать через сто тысяч лет… Она и сейчас слышна… Только прислушайтесь… И Песня эта - одна на всех, но у каждого свои слова, как у хора лесных птиц, поющих одну песню, хотя кажется, что поют они вразнобой… Странники рассказывали, как однажды остановились они в деревушке около огромного водопада. Там жило племя, которое и днём и ночью год за годом слышало шум воды… И была в этом шуме силища неимоверная, но так привыкли к нему жители деревушки, что не замечали его… Вот так же и с этой Песней. Не слышите вы её, потому что она всегда звучит… Но кто услышит её, тот поймёт Главное. И останется для него только одна загадка: “Почему я не слышал этого раньше?”.
И слушали дети Странников, раскрыв рты… И открывали им Странники слова Главной Песни… Куплет за куплетом… И наполнялись их души будто чем-то родным и знакомым…
Мальчики и девочки учили эту Песню и распевали её… А секрет этой Песни в том, что это Песня, Которую Надо Петь Молча. Девочка пела эту Песню. когда вдруг почувствовала, что тело её становится лёгким как пушинка… Она не испугалась, как другие девочки и мальчики, а весело и задорно продолжала петь, приподнимаясь над землёй… Она была первой из стаи летающих девочек и мальчиков. кому удалось взлететь…
И каждый день приходила Девочка на поляну и летала всё выше и выше… Сначала она летала только вперёд, а потом научилась летать, куда вздумается и весело кружилась как бабочка…
А на краю поляны стоял мужчина и смотрел на резвящуюся и хохочущую Девочку…
Он не верил своим глазам и потому хлопал ими в надежде, что видение исчезнет и его мама перестанет летать как птица и снова станет просто ходить по земле как все… Как Все Скучные Взрослые…
«Тот, кто находит удовольствие в уединении, либо – дикий зверь, либо – Бог.»
Аристотель
Если вы хотите познать приторно пряное одиночество, найдите самую оживлённую улицу, на ней – центральное кафе, сядьте напротив окна, упирающегося в пол, и удивитесь, насколько людям не всё равно, какие Вы, но как им безразлично, насколько Вы такие.
«Париж – это населенное одиночество.»
Франсуа Мориак
В мегаполисе добиваешься большего не потому, что открыто много дверей, но потому что никому до тебя нет дела. А жить хочется, как умеют остальные. Пока они лучше, ты имеешь право через них перешагнуть*, пока они слабее – имеешь возможность подать руку и обрести самого преданного ненавистника.** Я труслива. Поэтому, помогая, не представляюсь. Я тщеславна. Поэтому, перешагивая, оборачиваюсь. Я, не ищу друзей в первых и не позволяю искать во мне друга вторым. С недавних пор у меня нет друзей: дабы не упасть с теми, кто держится за меня; дабы не позволить им разбиться, когда сама полечу вниз.
«Настоящее одиночество – это общество людей, которые тебя не понимают.»
Шэрон Стоун
В моей жизни три категории мужчин: «дедушка, батя и будущий сын», «потенциальные мужья» и «любовники». Остальные к моей жизни относятся постольку-поскольку либо представляются мне бесполыми существами. Примечание: вторые, даже думая, что перешли в ранг третьих, по-прежнему остаются в числе «привилегированных», а любовникам по призванию и природе своей не суждено попасть в более высокое «сословие». Так понятно. А, значит, так для меня правильно.
В моей жизни пока одна категория женщин – «мамы: моя мама, мама моей мамы, мама мамы моей мамы и та, чей матерью стану я». Возможно – я не ханжа – появится категория, подобная третьей в истории с мужчинами, но, убереги меня Бог, от категории аналогичной второму пункту.
А где же любовь? Заспекулированное до дыр слово. Такая же у него смысловая нагрузка.
Это моя истерия полуторагодовалой давности: «Он рядом ровно столько, сколько ты не разрешаешь ему быть вблизи. В день, когда ты скажешь: «Забирай», он ответит: «Отпускаю». И на крик: «Верни мою свободу!», скажет: «Я не держу тебя». А ведь ты никогда не держалась за тех, кто не держался за тебя. И кому теперь нужно твоё свободное одиночество?»
Так долго заниматься самокопанием и, получив шанс на искомое, отказаться – непозволительная роскошь.
«В одиночестве каждый видит в себе то, что он есть на самом деле.»
Артур Шопенгауэр
Это ли не есть сила? Но если человек говорит, что знает себя, то он либо пустозвон, либо умалишенный: познать себя значит раскрыть все тайны вселенной. То есть одиночество в чистом его виде абсолютно невозможно. Оно, как бесконечность, к которой можно только стремиться.
Post Factum.
Быть одной среди толпы, быть со всеми и ни с кем, открывать карты любому желающему, оставляя на руках Джокера... Но я здесь, потому что есть люди, за которых хочу бороться.
Я признаюсь в своей слабости. И не хочу быть сильной.
*По объективным причинам перешагивать лучше в штанах. Отсюда – обилие женщин-эмансипе, марширующих в брюках. Отсюда – спрос на шикарное нижнее бельё среди девочек, перепархивающих в условных юбках.
**“Можно многое простить другому, кроме того, что он тебе помог.” Игорь, 16 лет.
Бернард Вербер, “Империя ангелов”.