[424x600]
Пускай мое окно закрыто ставнем -
Оно ведь не помеха для тебя?
Я жду, в воспоминаниях о недавнем,
Я жду, в руках подушку теребя.
Мне страшно - ты придешь...
но как же сладко...
Неслышно залетишь ко мне в покой,
Приблизишься, невидимый, украдкой
Лица коснешься ласковой рукой...
Ты - демон. Знаю, ты - исчадие ада,
И мне нельзя любить тебя. Но ты
Являешься ко мне, и я так рада...
Я каждый день жду зов из темноты,
И все, что кроме, мне уже неважно.
Мой дьявол - как дурман, медовый яд.
Я не борюсь - увы, я не отважна,
Душа и тело как в огне горят...
Мне кажется, что ты, лихое счастье,
Был прислан мне радушною судьбой...
Но знаю - ты приходишь лишь за страстью
И за своей послушною рабой.

[429x600]
Иду вперед, без устали и страха,
Ищу, надеюсь... Это - жизнь моя.
В ней места нет цепям земного праха,
Я лишь хочу найти свои края.

Могу сказать: бездомный я бродяга.
Могу сказать: мой дом - весь белый свет.
Мне, если честно, жалко бедолагу,
Увязшего в болоте из сует.

А я ушел за гордыми орлами,
Теперь ищу свой мир, свой край, свой дом...
Я счастлив этим. Я взмахну крылами
И растворюсь во своде голубом...

[423x600]
Музыка, танцы и вина всю ночь:
Сопротивляться их чарам невмочь...
Светит луна. Гостям не до сна:
Гонят усталости прочь.
Стук каблучков, шелестит кринолин,
Гордо идет меж гостей господин:
Праздничный бал, украшенный зал,
Ярко пылает камин...
Отдал хозяин оркестру приказ
Громко исполнить стремительный вальс.
Музыки гром, гроза за окном:
Кончен двенадцатый час.
Полночь. Двенадцать ударов пробьет,
Маски слетят: новый век настает...
Пламень угас, но на дне глаз
Рдеет углем жаркий лед.
Снова взрывается музыкой зал,
Гости кружатся, и тянется бал.
Но посмотри: как пусто внутри
Темных огромных зеркал...

[400x619]
В плену необъяснимых тайн
Скрывающих от глаз людских Богов пороки, породившие чудовищ
он под покровом ночи крадется тихо-тихо, чуть дыша
И не убьешь его, не остановишь
К полуночи он прилетит к кроватке малыша…
Опустит крылья, сквозь щель бесшумно, дымом, он войдет
Малыш спокойно спит, не чувствует он смрадного дыханья
Не представляет даже, не ведает, какая участь его ждет
Не знает, что будет обречен на вечное скитанье…

[377x500]
Закат кровавыми струями
Тянул ко мне свои перста,
И сквозь решетку ослепляли
Меня горящие глаза.
И солнце в пропасть ниспадало,
В права вступала леди-ночь
И речи жаркие шептала,
Мой гнев пытаясь превозмочь:
«Войди в огонь, войди в огонь,
Танцуй в агонии листвы
И грани тонкие затронь,
Дотла сожги больные сны.
Войди в огонь назло слезам,
Пой песнопения зиме
И сердцу верь, а не словам,
Танцуй, сгорая на костре» -
Шептала ночь, срываясь в крик,
А здесь, склоняясь надо мной,
Читал молитвенник старик,
Сжимая крест стальной рукой.
Войди в огонь, танцуй в огне…
«Сгоришь сегодня во спасенье».
Не верь теням, назло судьбе,
Огня живое порожденье!
«Войди в огонь, иди ко мне» -
Тянусь к толпе я из костра.
Сгорать так яростно в огне
Легко, когда горит душа.

[400x221]
Словно капли, падают с неба,
Все крылатые, как птицы.
Они ждут от нас зрелищ и хлеба,
И хотят здесь воды напиться.
В тёмный омут закрыв свои очи
И не видя небесного света,
Позабыв во мраке ночи
Во что тьма на земле одета,
Ангелы падают с неба
Пернатые, крылья ломая,
Не боясь ради зрелищ и хлеба
Позабыть о блаженстве Рая.

[432x600]
Звенят бубенчики на нем,
Толпа безудержно и весело хохочет,
А в сердце пламенно горит огнём,
Лишь клоуном нелепым быть пророчит.
С улыбкой радостной он лихо скачет,
В душе на тот момент томится лишь печаль,
От окружающих свою обиду прячет,
И некому шута придворного не жаль.
То пнут его ногой, и вниз лицом он упадёт на пол,
Смеются радостно, для них всего лишь он потеха,
А сострадания в глазах людей он не нашёл,
Шутовская судьба, счастливым стать, помеха.
Он под луной продумал свой коварный план,
И сердце жаждой мести заалелось,
Решил придворный шут пойти на дьявольский обман,
Стать новым королём придворному шуту уж захотелось.
И под покровом ночи крался, словно кошка он,
Рукой, ножа сжимая рукоять,
Лишь шутовской ухмылкой шут был опьянён,
Привычка, не станешь же себя ты укорять.
Склонился шут над королевской ложей,
Блеснул кинжал во тьме ночной,
Король лишь тихо спал и не был он встревожен,
Не знал, что для него всё будет серой мглой.
Шут стёр со лба холодною рукою,
Кровь, что залила весёлый шутовской наряд,
-Ну вот, теперь его я не отмою!!!
- Воскликнул шут, он был совсем не рад.
Он кинул в угол нож и заворчал себе под нос,
Что и ему теперь других пинать, возможно,
Но в голове шута возник вопрос.
Что если для шутовской головы все это сложно?
Подняв глаза и почесав за ухом,
Бездельник кинул взгляд на короля,
-Нет, лучше я уж буду поклоняться мухам,
Такая работенка точно для меня.
С тех пор шут правит королевством,
Не в радость это всё ему,
Но знают люди повсеместно,
Или король, или в тюрьму.

[552x699]
Видишь, ломится вьюга в пустое окно,
и на землю безмолвно спускается ночь.
Брошен под ноги Путь - ни мое, ни твое -,
только эхо кричит, чтоб его превозмочь.
Только бешено бьется пламя свечи,
только слово застыло еще на губах,
не унять, не забыть и опять не спасти,
не оставить погибнуть в холодных ветрах.
И осколки от веры собрать по частям,
позабыв о расплате, прогнать ее прочь,
и не нужно стучаться к закрытым сердцам.
Только песня твоя еще сможет помочь...
Только в спящей душе не иссякло тепло,
только память о нас будет биться во мне.
Будь что будет отныне. Мне все равно,
ты горишь путеводной звездою во мгле.
Я тебя буду звать, бросив вызовы Тьме,
заплутав и замерзнув в железных сетях.
Без ответа, без слез и на вражьем кресте
Повторять, как молитву в покинутых снах,
Только имя твое на иссохших устах...!

[450x609]
Поступью тихой по голой земле
Движется тенью прекрасная дева.
Внешне как ангел, но разум во зле.
Свыше дан титул ночной королевы.

Черный корсет выделяет черты,
Острые ногти блестят в лунном свете.
Символ изящества и красоты
Манит людей...лишь в объятия смерти.

Кровь-ее цель, ее жизнь, ее страсть,
Страшный напиток, дарующий вечность.
Бойся же, странник, к ней в руки попасть-
Жизни почувствуешь ты скоротечность.

Будто рукою творца создана
Хищница тьмы вампиресса Миледи,
Словно фантазия бурного сна,
Мастер кинжалов и кожаной плети.

[499x498]
К черту мир и безумства потехи,
И глаза не тумань мои пылью
Я закрою усталые веки -
Вижу крылья, свободные крылья

Ни оковы из мглы, ни корона
От небес не укроют меня,
Я летала одна и с драконом
Я летала в потоках огня...

Там потоки янтарных видений,
Всполох солнца и бешеный гром
Звук далеких земных песнопений...
Там остался, остался мой Дом...

Пусть несутся крылатые кони!
В бесконечные проблески дня.
Я лечу на крылах на драконьих,
И забудьте, что зрели меня...

[283x497]
На пальцах по бритве, луна в голове,
Я шла босиком по уснувшей траве.
Бескровные губы шептали: "Найду!",
И мысли вертелись в кошмарном бреду.
Глаза-зеркала отражали рассвет,
В них пламя застыло на тысячи лет.
Я видела это в беспамятстве снов,
И падали звезды, как слезы веков.
Одна из них, та, что светила живым,
Плыла напрямую сквозь копоть и дым,
Растаяла тихо - никто не узнал,
Ведь каждый обижен, и каждый устал.
Машины работали в едком дыму,
И звезды небесные им ни к чему.
Другая звезда, высока и светла,
Добро, справедливость повсюду несла.
Она не упала, но с каждым из дней
При взгляде на мир становилась мрачней.
За сотни веков почернела совсем,
И ложным огнем теперь светит им всем.
А третья звезда, холодна и страшна,
Лишь мертвым глазам оставалась видна.
Таинственным светом тревожа покой,
Сердца обреченных вела за собой.
Пусть холодно пламя звезды мертвеца,
Но ей я останусь верна до конца.
[500x115]

[534x549]

Пылай мое сердце, пылай.
Сожги всю остывшую кровь.
И в буре покоя не знай,
Гори как больная любовь.

Как плот похоронный гори.
Как ненависть искры бросает,
Так свет мне кромешный дари.
Пусть сердце покоя не знает.

И бьет за ударом удар,
Как молот дробит наковальни,
Как время коварное дар,
Всегда обращает в проклятье.

А в битву вступая мне пой,
Про дождь, про ветра, да про лаву.
Про город укрытый золой,
Когда то изведавший славу.

[442x600]
Отдай меня дикому вою,
Холодная темная ночь.
Навеки останусь с тобою,
Как тьмы обреченная дочь.
Открой мне последнюю тайну
Волшебных твоих голосов.
Я знаю, что ты не случайно
Хранишь ее в дебрях лесов.
Я слышала зов твой всесильный,
Я знаю, как сходят с ума,
Вокруг меня холод могильный,
Я выбрала это сама.
В тебе я найду утешенье,
Спасенье и гибель свою.
Давно уже это решенье
Я в недрах сознанья таю.
Однажды, во тьме растворившись,
Покину постылый приют,
Исчезну, ни с кем не простившись,
Меня никогда не найдут...

[699x468]
Стоя на утесе развею свой прах,
Его унесет на мятежных ветрах.
Сгорели желанья, истлели мечты.
Слова оказались безмерно пусты.
А прах мой да пепел по ветру летит.
А ветер мятежный все море манит.
Седая пучина готовит ответ.
На дне умирает, крича, звездный свет
Обманчивый морок болотных огней
Надежду всем дарит, коварных друзей,
Он дарит любовь, только душу крадет.
А ветер истлевшее сердце несет.

[534x635]
Мазута черные слезы
Текли по твоим щекам,
И дико смеялось небо,
Проклятия шля Богам.
А Боги давно уснули,
А Боги давно пьяны.
Им все-равно, что будет
С судьбою твоей страны.
Пускай ломают деревья,
Пускай погибает земля -
Все Боги давно уснули
Вокруг своего алтаря..

[360x481]
Красавица, чей рот подобен землянике,
Как на огне змея, виясь, являла в лике
Страсть, лившую слова, чей мускус чаровал
(А между тем корсет ей грудь формировал):
"Мой нежен поцелуй, отдай мне справедливость!
В постели потерять умею я стыдливость.
На торжествующей груди моей старик
Смеется, как дитя, омолодившись вмиг.
А тот, кому открыть я наготу готова,
Увидит и луну, и солнце без покрова.
Ученый милый мой, могу я страсть внушить,
Чтобы тебя в моих объятиях душить;
И ты благословишь свою земную долю,
Когда я грудь мою тебе кусать позволю;
За несколько таких неистовых минут
Блаженству ангелы погибель предпочтут".
Мозг из моих костей сосала чаровница,
Как будто бы постель - уютная гробница;
И потянулся я к любимой, но со мной
Лежал раздувшийся бурдюк, в котором гной;
Я в ужасе закрыл глаза и содрогнулся,
Когда же я потом в отчаянье очнулся,
Увидел я: исчез могучий манекен,
Который кровь мою тайком сосал из вен;
Полураспавшийся скелет со мною рядом,
Как флюгер, скрежетал, пренебрегая взглядом,
Как вывеска в ночи, которая скрипит
На ржавой жердочке, а мир во мраке спит.

[371x550]
Святая ночь... Залит огнями храм.
Молитвы грешников восходят до небес,
Как в алтаре зажженный фимиам...
Христос воскрес! Воистину воскрес!
Природа нежным трепетом полна,
Мерцают звезды в глубине небес.
Царит над грешным миром тишина…
Христос воскрес! Воистину воскрес!
Как перед бурей замерла трава...
Затих пред Тайною дремучий старый лес.
Лишь ветер шепчет нежные слова:
Христос воскрес! Воистину воскрес!
[350x412]

[322x480]
Моё молчанье - та же грусть,
Заледеневший волчий вой.
Я в одиночестве замкнусь,
Как будто в комнате пустой.
И сквозь основы слов - оков,
Разбив зазвёздный лёд идей,
Две чёрные дыры зрачков
Начнут притягивать людей.

[267x404]
Он свалился с небес на холодный асфальт,
В мир безжалостных глаз и пустой суеты.
Его сила-покой, его воля-печаль,
Он такой же, как я, он такой же, как ты.

Он не может взлететь, его крылья как сталь,
И не выживет он в нашем мире вранья.
Его тело-тоска, его воля-печаль,
Он такой же, как ты, он такой же, как я.

[283x385]


Она сидела одна далеко от людей,
Холодна и бесчувственна даже для тьмы.
Красота ее нежных певучих речей
Неясна была людям таким же, как мы.

Она, дитя ночи, серебряных звезд,
Не смогла жить средь нас, видя наши глаза.
Мы забыли о ней, и она далеко..
Отчего на ресницах застыла слеза?