Платье - это нечто большее, нежели маскарадный костюм. В новой одежде человек становится иным, хотя сразу это не заметно. Тот, кто по-настоящему умеет носить платья, воспринимает что-то от них; как ни странно, платья и люди влияют друг на друга, и это не имеет ничего общего с грубым переодеванием на маскараде. Можно приспособиться к одежде и вместе с тем не потерять своей индивидуальности. Того,кто понимает это, платья не убивают, как большинство женщин, покупающих себе наряды. Как раз наоборот, такого человека платья любят и оберегают. Они помогают ему больше,чем любой духовник, чем неверные друзья и даже чем возлюбленный.
В начале июля я почувствовал истинное расстояние, отделявшее меня от смерти. Ход моего сердца ослабел, и я повсюду начал видеть безошибочные признаки конца. Самое четкое ощущение пришло во время концерта в Обществе изящных искусств. В зале испортился кондиционер, и сливки всей литературы и искусства томились, как в парилке, в битком набитом зале, но магическая сила музыки возносила к небу. А в конце, на Allegretto poco mosso меня потрясло прозрение, что я слушаю последний концерт, отпущенный мне судьбою в этой жизни. Я не испытал ни боли, ни страха, а только всесокрушающее чувство: мне довелось это пережить.
Оглядываюсь сейчас назад и вижу шеренгу из тысяч мужчин, которые прошли через мою постель, но я отдала бы душу за то, чтобы один, пусть самый захудалый, остался со мной. Слава Богу, вовремя нашла моего китайца. Это все равно как выйти замуж за мизинец, но зато он — только мой.
И духи у неё были недорогие, сладкие, назывались «Тагор». Этот запах, смешанный со свежестью осеннего парка, Ганин теперь старался опять уловить, но, как известно, память воскрешает всё, кроме запахов, и зато ничто так полно не воскрешает прошлого, как запах, когда-то связанный с ним.
В том, что мы слышим, - подумал я, - очень многое определяется тем, что мы ожидаем услышать, отсеивая все остальное. (...) Может, и со зрением так же? Вдруг мы просто отсеиваем видения, НЛО, духов? Вдруг мы отсеиваем незнакомые вкусы, отбрасываем неугодные нам ощущения, а потом обнаруживаем, что внешний мир предстает перед нами таким, каким мы ожидаем его увидеть? На что бы он был похож, если бы мы видели в инфракрасном и ультрафиолетовом свете, или научились бы видеть ауру, ненаступившее еще будущее, прошлое, что тянется за нами хвостом?
(с) Р. Бах "Мост через вечность"
Не то чтобы я настолько привязан к этой стране, просто патриотизм стал моим последним прибежищем, хоть как-то отличающим меня от моих друзей.
(с)С.Минаев "Москва, я не люблю тебя"
А мечтала Лена свалить. Желательно за границу и желательно замуж. Не то чтобы Лена очень хотела замуж, просто Москву ненавидела. Сначала стремилась сюда попасть, а попав — возненавидела. В Москве обитали ужасные люди. В Москве были жуткие пробки, а количество понаехавших провинциалов зашкаливало даже в Ленином понимании. Одним словом, Москва больше «не прикалывала».
(с)С.Минаев "Москва, я не люблю тебя"
— А хоть кто-нибудь хоть кого-нибудь понимает? — невесело усмехнулся Гуанако. — Я вот — точно никого. Но знаешь, мне достаточно просто знать, что бывают другие люди. Непохожие на меня, думающие и действующие иначе. Если держать это в голове, жить немного проще.
Кошка жила в зоопарке, но не в клетке, а между клетками. Это было обидно, потому что в клетке кормят, а между клетками нет. Что сам ухватишь, тем и бываешь сыт. Но зато живешь на свободе.
Таков закон жизни: либо сытая, либо свободная жизнь. Этот закон никому не нравится, потому что в любом случае чего-то не хватает.
Кошке не нравилось, что сама она на свободе, а еда от нее отделена клетками. И она бегала между клетками и кричала: «Долой клетки!» — наполняя атмосферу вольнолюбивыми мотивами. И когда вольнолюбивые мотивы дошли до администрации, клетки убрали и зоопарк переоборудовали в заповедник, где все по природе, все на свободе…
И сразу все завопили: «Давайте жрать!»
Громче всех вопила кошка. Раньше еду можно было стащить из клетки, хотя это и было сопряжено с определенными трудностями. А теперь что получилось? Ни клеток, ни еды?
А преступность? Когда у нас была такая преступность? Вы посмотрите, кого повыпускали из клеток! Это же преступники! Они же заживо друг друга едят!
Кошка забилась на самую верхушку дерева и с ужасом смотрела, как свободные граждане поедают друг друга. В свободолюбивых мотивах ничего об этом не было сказано.
И кошка завопила сверху: «Свободу клеткам!» Но спуститься с дерева не решалась из страха перед растущей преступностью.
Так и осталась на дереве. Научилась орешки грызть. Белки принимали ее за свою и вместе с ней кричали:
«Свободу клеткам!»
Увидев, как Ворошилов сидит на коне, лихой казак Ока Городовиков критически заметил:
— Это вам не по тюрьмам сидеть, тут требуется умение.
Ока Иванович оказался прав. Где только потом не сидели большевики — и во главе страны, и во главе народного хозяйства, — но нигде они не достигли того профессионализма, какого достигли, сидя в тюрьме. Если б эти профессиональные революционеры и дальше сидели в тюрьме, какая бы жизнь у нас была, господи!
Если бы мужчины только могли представить, какие стрессы мы переживаем каждый день, чтобы им понравиться. Ни один мужик на такое не способен. Хотела бы я посмотреть на отчаянного смельчака, которому без всякой анестезии выдернут половину бровей, потом пройдутся по ногам эпилятором, заставят надеть впивающиеся в попу трусы из кусачих кружев, водрузят на пятнадцатисантиметровые каблуки и радостно сообщат, что отныне через данную каторгу предстоит проходить ежедневно. Да что там говорить – большинство моих знакомых мужчин тяготит даже ежедневное бритье. Они позволяют себе разгуливать с лицом, покрытым жесткой щетиной (поцелуй с мужиком, косящим под Антонио Бандераса, по ощущениям похож на чистку лица грубой щеткой для ковров).
Попробовала бы я устроить подобную «модную двухдневную небритость» на своих ногах. Да вышеописанные Бандерасы искренне возмутились бы и посчитали мою лень непростительным недостатком!
(с) Царева Маша. Выйти замуж за миллионера, или Не хочу жить в Перепердищево.
Анна одобрительно кивнул головою.
— Но у него, кажется, много учеников?
— Да, много.
— И они, вероятно, очень любят его?
— Да, они говорят, что любят. Очень любят, больше, чем себя.
— Но если мы захотим взять его, не вступятся ли они? Не поднимут ли они восстания?
Иуда засмеялся продолжительно и зло:
— Они? Эти трусливые собаки, которые бегут, как только человек наклоняется за камнем. Они!
— Разве они такие дурные? — холодно спросил Анна.
— А разве дурные бегают от хороших, а не хорошие от дурных? Хе! Они хорошие, и поэтому побегут. Они хорошие, и поэтому они спрячутся. Они хорошие, и поэтому они явятся только тогда, когда Иисуса надо будет класть в гроб. И они положат его сами, а ты только казни!
— Но ведь они же любят его? Ты сам сказал.
— Своего учителя они всегда любят, но больше мертвым, чем живым. Когда учитель жив, он может спросить у них урок, и тогда им будет плохо. А когда учитель умирает, они сами становятся учителями, и плохо делается уже другим! Хе!
"- А не достаточно знать, что это правда? Тебе непременно нужно объяснить?
- Да, мне нужно объяснение.
- А зачем?
- Затем, что я женщина"
(с) Л. Гамильтон "Анита Блейк. Обсидиантовая бабочка"
"С вещами, которые я знал, я был связан целой сетью тонких шелковых нитей; к своим вещам она была привязана плетеными серебряными канатами (...) Вещи, они исчезают в мгновение ока; прошелестит ими ветер, и их нет. А ее серебряные канаты: когда мы сильно привязываемся к вещам и к людям, то разве не уходит с ними какая-то частица нас, когда уходят они?.."
(с) Р. Бах "Мост через вечность"
"Мне нравилось открывать книги и смотреть, как они начинаются. Писатели пишут книги так же, как мы пишем собственные жизни. Автор может любого героя подвести к любому событию, с какой угодно целью, чтобы подчеркнуть какую-угодно мысль. Я хотел знать, открывая чистую Первую Страницу, что задумал этот писатель, или вот этот. Что произойдет с моим умом, с моей душой, когда прочту то, что они написали?"
(с) Р. Бах "Мост через вечность"
"Когда мы оглядываемся на свое прошлое, та оно вспышкой проносится перед нами. Время невозможно сохранить. Никто не долговечен. НЕЧТО пронизывает время мостом - что же? Что? Что?
Ты можешь считать, что все это - лишь наброски...
Лучший способ отплатить за удивительный миг - просто насладиться им.
Единственное, что разрушает мечты, это - компромисс."
(с) Р. Бах "Мост через вечность"