Придумано нами, написано нами - все наши темы, тотемы, татами, все наши битвы, безумства, бесчинства, всё, что когда-нибудь с нами случится, все наши встречи, и речи, и ночи, вся недосказанность всех многоточий, вся неоправданность всех ожиданий, наши секреты, сонеты, свиданья, сладкие сказки и горькая правда, всё, чем вчера превращается в завтра, всё, чем мы дышим, что слышим и держим, все наши нежности, сны и надежды, вся наша боль – миллионом осколков /быстро пронзает, но входит надолго/ вся наша повесть, что длится веками, на каждой странице – губами, руками, касаньем, дыханьем, порханием крыльев - придумано нами, чтоб мы не забыли, как капли сочились и жгли ножевые...
Чтоб не разучились быть просто живыми.
(c) Кот Басё
Тебе бы держать её за руку, слушать, как бьётся сердце, как пробегает током под кожей дрожь, тебе бы сказать, что больше ты не уйдёшь, раздеться, прижаться, выдохнуть и согреться, но ты стоишь, решая, куда бы деться, и верить даже повода не даёшь. Квадратные метры узеньких коридоров вас ставят в такое неловкое «как бы мне…», чужие тюльпаны, музыка, дождь в окне – найти быстрее тему для разговора, где, к счастью, будет меньше больного вздора, который не заставит остаться с ней. И ты придумаешь речь, анекдот, забаву, десятую шутку, чтобы уйти, смеясь, на улице пасмурно, словно вся ваша грязь выходит из пор планеты густой отравой…
Теперь скажи, что ты не имеешь права – и мы засчитаем попытку наладить связь.
(c) Кот Басё
Это цитата сообщения SuperFamily Оригинальное сообщение
1. Человек, который никогда не ошибался, никогда не пробовал сделать что-нибудь новое.
Большинство людей не пробует делать ничего нового из-за страха ошибиться. Но этого не надо бояться. Зачастую человек, потерпевший поражение, узнает о том, как побеждать больше, чем тот, к кому успех приходит сразу.
[показать]
2. Образование — это то, что остается после того, когда забываешь все, чему учили в школе.
Через 30 лет вы совершенно точно забудете все, что вам приходилось изучать в школе. Запомнится только то, чему вы научились сами.
3. В своем воображении я свободен рисовать как художник. Воображение важнее знания. Знание ограничено. Воображение охватывает весь мир.
Когда понимаешь насколько далеко человечество продвинулось с пещерных времен, сила воображения ощущается в полном масштабе. То, что мы имеем сейчас, достигнуто с помощью воображения наших прадедов. То, что у нас будет в будущем, будет построено с помощью нашего воображения.
4. Секрет творчества состоит в умении скрывать источники своего вдохновения.
Уникальность вашего творчества зачастую зависит от того, насколько хорошо вы умеете прятать свои источники. Вас могут вдохновлять другие великие люди, но если вы в положении, когда на вас смотрит весь мир, ваши идеи должны выглядеть уникальными.
5. Ценность человека должна определяться тем, что он дает, а не тем, чего он способен добиться. Старайтесь стать не успешным, а ценным человеком.
Если посмотреть на всемирно известных людей, то можно увидеть, что каждый из них что-то дал этому миру. Нужно давать, чтобы иметь возможность брать. Когда вашей целью станет увеличение ценностей в мире, вы поднимитесь на следующий уровень жизни.
6. Есть два способа жить: вы можете жить так, как будто чудес не бывает и вы можете жить так, как будто все в этом мире является чудом.
Если жить, будто ничего в этом мире не является чудом, то вы сможете делать все, что захотите и у вас не будет препятствий. Если же жить так, будто все является чудом, то вы сможете наслаждаться даже самыми небольшими проявлениями красоты в этом мире. Если жить одновременно двумя способами, то ваша жизнь будет счастливой и продуктивной.
7. Когда я изучаю себя и свой способ думать, я прихожу к выводу, что дар воображения и фантазии значил для меня больше, чем любые способности к абстрактному мышлению.
Мечты обо всем, чего бы вы могли добиться в жизни, — это важный элемент позитивной жизни. Позвольте вашему воображению свободно блуждать и создавать мир, в котором вы бы хотели жить.
8. Чтобы стать безупречным членом стада овец, нужно в первую очередь быть овцой.
Если вы хотите стать успешным предпринимателем, нужно начинать заниматься бизнесом прямо сейчас. Хотеть начать, но бояться последствий, вас ни к чему не приведет. Это справедливо и в других областях жизни: чтобы выигрывать, прежде всего нужно играть.
9. Нужно выучить правила игры. А затем, нужно начать играть лучше всех.
Выучите правила и играйте лучше всех. Просто, как и все гениальное.
10. Очень важно не перестать задавать вопросы. Любопытство не случайно дано человеку.
Умные люди всегда задают вопросы. Спрашивайте себя и других людей, чтобы найти решение. Это позволит вам узнавать новое и анализировать собственный рост.
Это цитата сообщения SASHOKI Оригинальное сообщение
Маленький котеночек гулял по улице и неожиданно ему повстречалась собака, смотрите продолжение этой истории...
[700x465]
Это цитата сообщения Volody24_gl Оригинальное сообщение
Для приготовления такого мясного пирога "Крокодил"
Вам понадобятся ингредиенты:
Для теста:
– 1 пакет сухих дрожжей (11 грамм)
– 2 ст. ложки сахара
– 1 щепотка соли
– 1 яйцо
– 250 мл молока
– 6 ст. ложек растительного масла
– около 500 г муки – добавлять постепенно до получения нужной консистенции теста
Для начинки:
– 1 маленький кочан капусты
– 2-3 луковицы
– 500 г мясного фарша
– соль, перец
В чашке замешать все ингредиенты: яйцо, дрожжи, молоко, растительное масло, соль и сахар. Отмерить 500 грамм муки и замешивая тесто, подсыпать муку понемногу, до тех пор пока оно не перестанет прилипать к рукам. Сформировать шар.
Затем приготовить начинку: пережарить всё по отдельности, капусту, лук и фарш. Посолить и поперчить по вкусу.
Раскатать прямоугольный пласт теста, обрезать края, чтобы было ровненько, а остатки теста пригодятся позже.
Перенести тесто на противень застеленный пергаментом, иначе потом это сделать будет трудно. На середину выложить начинку.
Начиная с углов, сделать надрезы до начинки толщиной около 3-4 см. Складывать их косичкой в нахлест, оставлять только первые и последние.
Из верхней части сложить голову, а из нижней сложить хвост.
Сформировать ноздри у "Крокодила", из обрезков теста слепить лапки и глаза, брови.
Сделать зубы крокодилу с помощью ножниц по краю челюсти, не дорезая до конца.
Также ножницами создать неровности по всему телу.
Выпекать в духовке при 200 градусах до румяного состояния. За 10 минут до готовности смазать пирог взбитым яйцом. Приятного аппетита!
Это цитата сообщения verbava Оригинальное сообщение
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[468x700]
[469x700]
[467x700]
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[424x514]
[424x514]RosenLied Shop
Дом_КуколЭто цитата сообщения wolfleo Оригинальное сообщение
[350x263]
СОСТАВТЕСТО: 4 яйца
2 ст. сахара
1 пакетик ванильного сахара
1 ч. л. соды, гашенная в 1-2 ст.л. уксуса
1 ст. сметаны
2 ст. муки
4 ч.л. какао
орехи
КРЕМ: 1 ст. сметаны
1 ст. сахара
Включаем духовку.
Взбиваем яйца с сахаром и ванилином. Затем добавляем соду гашенную в уксусе, перемешиваем. Выкладываем сметану и мешаем до полного растворения сахара (это не долго).
Затем, всыпаем постепенно 2 ст. муки, перемешивая в одном (!!!) направлении.
Делим тесто на 2 части. Одну оставляем как есть, в другую добавляем 4 ч.л какао и перемешиваем.
Форму смазываем сливочным маслом.
Тесто вливаем на СЕРЕДИНУ (!!!) формы: немного белого, немного с какао и т.д. можно слегка форму потрясти чтоб лучше тесто расходилось.
[640x150]
Ставим в предварительно нагретую духовку.
Первые 15 минут, духовку не открывать (!!!)
Выпекать минут 45-60.
Готовность проверяем деревянной зубочисткой, если выходит сухая, значит готово. Даем коржу остыть.
Затем разрезаем его на 2 или 3 слоя .
Сначала надрезаем ножом (примерно на 1 см в глубину), как бы очерчивая контур. Потом берем нитку, вкладываем в контур и завязываем до конца.
Коржи перемазываем сметанным кремом
[640x150]
Сверху посыпать орехами.
Торт можно залить шоколадной глазурью.
Для этого смешиваем 3 ст.л. сахара, 3 ст. л. како, 4 ст.л. молока и варим на очень слабом огне 20 мин. В конце добавляем 30 гр сливочного масла, даем ему "распуститься" перемешиваем и горячей смесью БЫСТРО глазируем торт.
Сверху посыпаем тертыми орехами.Можно украсить сушенными ананасами.
В серединке, "рафаэлка".
[350x263]
Кроваво-просоленный, тонкокостный,
язык отвыкает от звуков лишних.
Ты помнишь как в небо взлетели сосны,
ты помнишь как ветром их перья лижет
тяжелое небо (поднять и падать,
нести - потолком, колыбелью, цепью)?
Забудь этот берег, сотри мне память -
по сердцу пройдется игла, зацепит
морская, смолистая... всё сошьётся:
"люблю тебя", волны, чужая простынь
и домик над морем, без сна, без солнца,
где сердце - открытое - стало взрослым.
(c) Мария Петелина
Начни меня старательно пытать
Отсутствием причины расторжений
Союза нас. Метафора проста -
Есть Ты и Ты. И я почти уже не
Пытаюсь. Я испытываю власть
Над собственным безумием, но ты же
Мне не даёшь подняться и упасть
На дно тебя. И правильней. И ниже.
Какой непредсказуемый аккорд
Убил неверно взятую октаву.
Мне без тебя достаточно легко.
Достаточно. И я могу по праву
Считать себя столь преданным врагом,
Сколь ты себя – моей чернильной музой.
Ответа нет. Вопрос рождён в другом,
Досрочном расторжении союза
Начала в обозначенном конце
Семи грехов, что воспевались нами.
……………………………………………………
Я узнаю тебя в своём лице,
Всё так же ошибаясь зеркалами.
(с) Татьяна Ткачёва-Демидова
пен с утра по кухне как манекен,
шепчет: «иди, корабль уже готов,
чудищ месяц держат на сухпайке,
сирены поют в ожидании моряков».
пен достает календарь, пряжу, тяжёлый меч -
время быть одиссеем приходит к каждому из мужчин,
время быть пенелопой, спину его беречь,
сердце потрёпанное лечить
приходит к каждой из женщин.
так бывает всегда,
ранней весной, на десятый год-
дети бегут смотреть, как ко дну пришибает его волна,
как бросает её на дверь, когда прялка, стуча, зовёт.
(c) Марчелкин
Ей нравится прыгать с разбега в холодный северный водоём.
Ей нравятся те, у кого тяжела рука.
Она не боится боли;
её болевой приём
бодрит, как глоток воды из чистого родника.
Где сыщешь того, кто хотел бы остаться с ней?
Спроси, что ей нравится – будешь и сам не рад.
Она не боится ни крыс, ни пиявок, ни пауков, ни змей,
ни стаи голодных собак посреди двора.
Она не боится быть замужем за никем:
ей нравятся перемены, и ветер, и дрожь огней.
Её одиночество бродит на поводке
из дома в дом, прирученное, за ней.
Она не боится силы, а силе метит в ученики;
не боится, что небо однажды разверзнется над головой.
А только того, что он просто придёт, и коснётся её руки,
и скажет:
«Ну ладно, хватит.
Пойдём домой».
(c) Ракель Напрочь
В какой-то момент начинает кромсать и плавить, ломать тебе шею, бросать с небоскрёбов вниз, стирать, а затем восстанавливать снова память, давить, принуждая униженно падать ниц. Так мир превращается в бурю, в буран, во вьюгу, в дорожную кашу, в подошвы твоих сапог, и люди вокруг начинают стрелять друг в друга, легко мотивируя тем, что не видит Бог. Ты рвёшься наверх, утопающий в луже грязи, ты топчешь их лица — ну что же, трудись, топчи, ты болен, дружок, соответственно, ты заразен: руками разводят в бессилии все врачи. Но что остаётся — по-прежнему лезть по спинам и зубы сжимать, умоляя себя: «Держись». Я знаю, дружок, что всё это тебе противно, но нужно жить так, потому что такая жизнь.
Потом начинается нечто совсем другое, спускается Солнце, и льётся по венам мёд. Внезапно всё сводится к святости и покою, и бурные реки под саваном прячет лёд. И ты превращаешься в дерево, в дуб, в осину, глядишься, как в зеркало, в мёртвую гладь пруда, и небо опять отливает безбрежно синим, и точно таким же глядит на тебя вода. И слышно, как в тысяче миль пролетает птица, как в тысяче миль зажигается в ванной свет, как в тысяче миль прекращает юла крутиться, со звуком жестянки царапаясь о паркет. И всё, тишина, бесконечность, весло Харона, и надо бежать бы, да только вот как посметь?.. По кроне в глазницах, не более, очень скромно. Иначе нельзя, потому что такая смерть.
Но между борьбой и покоем, войной и миром, Харибдой и Сциллой, пустыней и сонмом рек, убийственным голодом, сытым и пьяным пиром, июльским светилом, сугробами в декабре, в больших городах и на хуторе близ Диканьки, в холодных постелях, в светящейся дискомгле, в работах зурабовых, в статуях Ватикана, на лоне природы, на грязной пустой игле, среди тишины и под грохот тяжёлых прессов, на мёртвых аллеях затерянных городов, в стальных мегаполисах, славящих путь прогресса, среди холодящих сердца заполярных льдов одно только слово по-прежнему что-то значит, не смерть и не жизнь, для которых мы — мир рабов. Умри для неё, и не смей умереть иначе. Живи для неё — в этом суть.
Такова любовь.
(c) Тимофей Скоренко
Говорят, это странно, это необъяснимо, это даже неправильно, пошло в каком-то смысле – выбирать себе в пару единственных и любимых по рассказанным в снах совпадениям прошлых жизней, по биению пульса, по раздвоенью эго, по делению мира на запятые дао… В этом городе даже зимой не дождёшься снега, в нём зима дождём смывалась и пропадала столько лет, что привыкли, забыли об этом белом, облетающем небе – хлопьями кружевными… Это небо нас придумало, захотело – несерьезными, тёплыми, нежными и живыми, на огромной кровати в маленьком городишке – нас, владеющих миром двух шоколадных плиток. Я люблю тебя, чувствую, знаю, читаю – слишком, потому что это – последняя из попыток обрести наше счастье, которое верит взглядам, ждёт, когда наконец-то вырастем – поумнеем… Когда ты в тишине засыпаешь со мною рядом, ночь становится глубже, загадочней и темнее, ночь сплетает нам руки – в замок, в кольцевую повесть о глубинных основах наших реинкарнаций… Я могу возрождать всё снова, не беспокоясь, чтобы утром от дыхания просыпаться…
Мы с тобой получили сотню предупреждений -
научились любить
честней.
Я услышу тебя за секунду до пробужденья,
когда с крыши
сорвётся
снег.
(с) Кот Басё
Я как terra incognita, новое государство – сам себя отыщи, завоюй, разделяй и властвуй, мне не выданы номер, герб, президент и паспорт, я последний уцелевший абориген. Я заложник всех колоний и резерваций, приучивший сердце больше не разбиваться, но природа продолжает сопротивляться, оживляя какой-то необъяснимый ген. Он мешает дышать, он, как вирус, идёт по венам, подчиняя, стирая, делая чьим-то пленным, бьётся током – неожиданно, как антенна, если ты её надёжно не заземлишь. Я спасаюсь горячим кофе, закрытой дверью, мантрой: «я не люблю, не хочу, не могу, не верю»…
Ты приходишь спазмом в левое подреберье, получаешь вид на жительство.
И болишь.
(с) Кот Басё
Друзья, садитесь, вот ваша ложа – абонемент на полжизни в силе, и наш спектакль опять о том же, но я сегодня сильней и строже – да вы же сами меня просили, вы сами строили эту сцену, писали тексты, ломали пальцы – так потрудитесь достать прицелы, из двух биноклей составить целый и просто вовремя улыбаться. Друзья, давайте хотя бы дружно – последний глупый инстинкт единства, оставьте ваши пивные кружки… хотя, пожалуй, вам будет скучно в четвёртом акте самоубийства. Вам будет скучно – от слёз и смеха, от всех нелепых моих усилий, судьба – в заплатах, душа – в прорехах… А цирк закрылся, сгорел, уехал – и даже зрителей попросили! Кина не будет. Включайте лампы, хватайте шубы из гардероба. Дай, Джим, на счастье актёру лапу, а вы – на бал-с корабля-по трапу, ведь вы пинка заслужили – оба. Вы так привыкли писать мне роли и мерить чьи-то чужие лица, что сердце заживо распороли – и в зазеркалье умчался кролик, боясь кому-то проговориться… Алиса, девочка, эти люди – оставь их жить по своим законам, давай исчезнем, давай забудем, чеширский кот на блестящем блюде улыбкой тающий над балконом, крокет и розы, часы и карты, упало зеркало – не разбилось, мы слишком много сыграли партий, мы так устали – и шляпник в марте сказал, что время остановилось. И я останусь – в своих Вселенных, в своих загадочных измереньях, и мир случится – живой, нетленный, и в ваших клетках не будет пленных с таким сияющим опереньем. Друзья, садитесь, берите вилки, читайте прозу, съедайте ужин, вы тоже топчетесь на развилке, вам в тягость театр одной улыбки – а мне тем более он не нужен. Я так устала уже от бреда, что вы привычно зовёте бытом – от ваших дел, голосов, секретов… но пьеса, в общем-то, не об этом – о чём-то правильном и забытом – о тех мелодиях, мыслях, красках, что утонут в полутёмном зале… Друзья, всё здорово и прекрасно. Спасибо вам за простую сказку…
…которую вы мне не рассказали.
(с) Кот Басё
сидеть-никуда не смотреть и жевать апельсин.
будьте так добры, подлейте мне в чашечку керосин.
мне нравится здесь - сворачивать самокрутки на раздватри,
улыбаться вам, добрым-счастливым-красивым-гнилым изнутри.
посижу и подумаю, что бы такого в себя ещё можно влить.
вы грустили когда-нибудь от того, что не по кому грустить?
Вот и я не грущу. ну куда мне, мне слишком весело, Вы смешон.
Ах ненадолго оставить Вас с Вашими мыслями? Хорошо.
А слушай, ты когда нибудь так любил, чтобы страшно жить?
чтобы громко выть, чтобы ночь не спать, я прошу тебя. Расскажи.
а во мне - никого, это даже смешно. да какая там к чёрту боль.
Нет-нет-ничего. Передайте, пожалуйста, соль.
(с) Наташа Гурьянова
Не бойся, брат, немеет, но всё-таки не болит.
Что дальше, в том твоих теперь нет забот:
На приступ больше не поведёт когорт
Отчаянный римский военачальник Клит,
Не встретит гвардеец с саблею наголо
Лихих разбойников на долгом своём пути,
Атлант не прогнётся под весом небесных плит,
Ясон никогда не пойдёт за золотым руном.
И пусть твой клинок теперь безопасен для наших тел,
Да только кобылы быстрее любых кобыл,
Солдаты отважней прочих. Не ради этого ли ты жил,
Не только этого разве всегда хотел?
Всё так же бела твоя кожа, всё так же тонка рука,
Но сердце вместо смятений заполнит морская тишь.
Не бойся, брат, все ходят, а ты взлетишь,
Как ароматный дым отцовского мундштука.
(с) Марчелкин
Настоящая боль заставляет тебя улыбаться и застывать,
всё остальное - лампочка на 15 ватт,
разлетевшаяся внезапно, пока разбирал кровать.
Остальное - контрабандный и низкопробнейший суррогат.
Настоящая боль проходит без "онемела и умерла",
без запойных недель, смс-ок про "как дела".
Она входит пулей, а застревает - почти стрела.
И теперь она навсегда твоя, чтобы жизнь плыла
по течению без случайных знакомств и встреч:
настоящая боль приходит тебя беречь,
Лелеять сердце, ласкать перед сном ладонь,
раздувать огонь и хранить огонь.
Остальное - слепок из гипса, готовый разбиться вдрызг,
высыхающие, не успел даже выйти из моря, десятки брызг.
Настоящая боль никогда не оставит тебя пустым,
не позволит сломаться, рассыпаться и остыть.
Настоящая боль - стоп-кран, когда с полки слетаешь вниз,
просыпаешься на полу, а фотограф диктует "чииииз",
не давая даже пыль отряхнуть с ушибленных, онемевших пят.
Фотографии прямо в руки к тебе летят.
(с) Марчелкин
Я пишу тебе, когда рушатся стены из обещаний про не писать,
Это значит, что нужно по кладбищам рвать крапиву и ткать по-новой.
Впереди опять двенадцать рубашек и, взятая за основу,
Злая сказочка, где все принцы по умолчанию получают путёвку в сад.
У меня, понимаешь, дресс-коды: Харон, тот, конечно, в лодке,
Бледный юноша - belle dentio, привлекателен неприлично,
Дэв появится из тумана - фокус, ставший уже привычным,
Перевёртыша просто видно издалека по булатной его походке.
В общем, слушай, куда тебя прёт с этим белым конём и миррой!
Тут такое собрание, матери могут уснуть спокойно.
А потом это снова случится: рецидивист-разбойник,
Ты оставишь пустыми все кладовые мира.
Я привычно сяду писать на куче шитья и крапивных листьев,
А вервольф с компанией злых парней пойдут исправлять сценарий,
Потому что, конечно, дресс-код, фейс-контроль и списки,
И двенадцать рубашек.
Я думаю о тебе и пишу тебе.
И Господи, ткать - цена ли?
(с) Марчелкин
я с тобой
Ничего не бойся, отдай мне страх,
я его в себе растоплю, как снег,
что не выпал пока ни в одной из стран,
где у нас друг друга сегодня нет.
Я с тобой, моя девочка, чтобы там
ни случилось – мы справимся, на двоих
нам отмерено больше, чем суета
городов, построенных на крови.
(с) Кот Басё