7 утра. Болею. Не могу спать с пяти, легла в два.
Хочется заплакать от сообщений в дневнике незнакомой девушки, так черт возьми похожей... Хочется переболеть, переболеть за всю безответность мира, раздать себя по кусочкам, чтобы у всех сбылось одно и то же желание "чтобы был рядом ОН". Как же хочется стать ангелом, как брат, и дарить именно то самое - взаимность, которая раз в жизни бывает у всех, но только один единственный раз, и всегда заканчивается для одного, оставшись в вечности для другого. Я какое-то время не верила, что любовь не умирает. Теперь понимаю, она и не умирает, и никуда не исчезает. Просто в какой-то момент она становится слабой и испуганной, и больше не может быть ниточкой (или канатом) который связывал двоих вместе, и выбирает к кому поселиться...только одному. И его одного так мало для этой любви, он стонет от давящей боли, готовый в любой момент от одного неосторожного движения разорваться в клочья, и эта любовь заполняет в нем все. Остальное лишь внешне. Может быть искренне. Доброта, забота, радость, умиление, восторг - все остается, но больше никакой глубины. Иногда она прячется так глубоко, что о ней забываешь, только случайная встреча или новое сообщение заставляют дрожать какие-то крепко натянутые струнки. Можно жить с этим. Можно жить полной жизнью. Можно стать ЭТИМ для кого-то еще. И мы становимся. Кто-то из мести, кто-то от тоски, кто-то просто не рассчитал силы, думал получится. Это может быть даже на всю жизнь. Но никогда никакой глубины.
Еще страшнее когда ОНИ, те самые взаимности, вдруг возвращаются. Возвращаются лживо, испуганно, лицемерно, от той же тоски, или ради удобства, или из-за холода, или потому что НИ ОДИН человек больше не будет любить так, как ТОТ самый. ОНИ пробуют снова, они умоляют, и невозможно отказать, невозможно убежать. И они снова и снова раскапывают ту самую глубину, это больно, невыносимо, каждое движение, будто кто-то копается у тебя внутри переворачивая все кишки, меняя местами с легкими, и ты не можешь ни есть, ни пить, ни дышать, только плакать и тихонько постанывать. И оно отпускает, надолго или же нет, (не бывает лишь, что навсегда), отпускает и ты пытаешься выкарабкаться, думаешь "никогда больше не подпущу", а потом понимаешь, что живешь ради этой крови, боли, чтобы именно он расставил тебя по местам, переворошив к черту все внутренности, изорвал ткани. Можно никогда его (ее) больше не видеть, но ты всю жизнь будешь бежать к телефону и оглядываться по сторонам даже там, где его (ее) быть не может. Можно притворяться "другом", чтобы всегда иметь возможность пригласить на чашечку кофе, зная, что эта чашечка обойдется тебе неделей непрерывных судорожных припадков. Можно притвориться, что ты снова любишь. Можно поверить в это настолько искренне, что это будет правдой для всей твоей кожи, для каждой мышцы. Но больше никто не способен залезть и "почистить" твои настрадавшиеся внутренности.
Я знаю что не хочу быть ЭТИМ для кого-то. Лучше быть куклой, игрушкой, нелепой подружкой, только не ЭТИМ чудовищем, только не копаться в чужих кишках, не причинять невыносимых страданий кому-то очень-очень дорогому, не делать боль его единственным смыслом и радостью. Но я не знаю ни одного человека, который любил бы чудовище и постоянно искренне об этом жалел. Мы все получаем то, что хотим. Так или иначе. А удержать человека рядом можно только одним единственным способом - пропитав себя им до костей. Я бы вырвала каждую, с радостью, с щедростью карточного игрока, с безумием одержимой лисицы, ради того чтобы быть взаимностью для Кого-то. Но от меня ни черта не останется, хоть я и не вся являюсь ЭТИМ.
Теперь о жизни. Аллергия чуточку ослабилась, зато я успела подхватить грипп. Главное выдержать сегодня день на работе, потом уж там разберемся как-нибудь.
Радостно было наблюдать как дорогого тебе человека душат в объятьях, как удивленно радуются улыбке у него на лице. Приятно что никто из них(пока) не считает меня монстром, а принимают как что-то само собой разумеющееся, с дружелюбием и открытым расположением. Даже проявляют некоторую заботу, видя в первый (или второй) раз в жизни.
Кое-кого очень хочется все же сломать пополам об колено, тем более что я никому не обещала этого не делать. Надо же иметь хоть какие-то остатки совести. Честное слово не понимаю, девушки конечно обожают мерзавцев, это признанный факт (не все конечно), но если этот мерзавец не умен, не красив, не харизматичен, а попросту унылое гавно, как ему черт побери удается обмануть (причем обмануть с открытой показательной издевкой) такое количество замечательных девушек? Не понимаю я и того, как в этой компании до сих пор никто не оставил двухметровый отпечаток вышеупомянутого "очарования" на какой-нибудь кирпичной стене (желательно с торчащими арматуринами)? Будь я свободной дамой, я бы коварно по женски указала ему на положенное место содержания говна, но в данной ситуации не хочу даже создавать иллюзию предательства. Больше всего меня в этой ситуации бесит открытое
Читать далее...