Друзья, если кто интересуется горловым пением, буддизмом, восточной музыкой и вообще хорошей музыкой, рекомендую первый концерт ламы Тензина в Москве. Он состоится в Тетрариуме на Серпуховской 22 октября в 19 часов.
Лама Тензин провел одиночный трехлетний ретрит в Асура гомпа в Непале, он ученик моего учителя ламы Чокьи Нима Ринпоче. Он замечательный человек, квалифицированный лама и мастер ритуалов, у него действительно очень красивый и глубокий голос.
Мы сами конечно идем. Вот информация: http://www.lamatenzin.ru/
Друг мой милый Маша
KZOTR организовала сообщество с вкусными рецептами "Пойдем, поедим". Рекомендую всем кулинарам:
[700x466]
[465x700]
[461x700]Сегодня пошел снег. Сквозь предутреннюю тьму с неба прилетели белые пушинки и сразу растаяли на моих щеках холодными капельками. Говорят, что снег уже был, но я уезжала в Саратов и пропустила. Запишу в дневник, чтобы помнить, что в этом году снег был 1 октября.
Сегодня, пока ехала утром на работу прочитала чудесный рассказ Тонино Гуэрра «Снежный пол» из сборника «Семь тетрадей жизни». Он как раз в тему и совсем небольшой, поэтому тут его сохраню:
Снежный пол.
Когда осматривали дом в старом районе города, нашли, что Ширикава уже умер от голода в своей спальне. В квартире еще было две комнаты. Обе без мебели. Лишь в первой стояли три черных стула европейского типа у самого окна, как бы для людей, готовых смотреть из него на тысячу листьев платана. Однако позже стало ясно, что стулья предназначались для трех худющих котов, составлявших компанию старику. В третьей комнате пол был покрыт слоем белоснежного риса. Ширикава родился в Кикибу, деревне на севере Японии. Молодым он играл на маленьком ко-дайко* во время процессий по случаю первого снега.
Почему Ширикава умер от голода, имея в распоряжении столько риса?
Когда его унесли на носилках, кто-то попробовал лечь на койку, как ложился Ширикава. Положив голову на подушку, увидел коридор, за ним комнату с рисовым полом. У него возникло нежное впечатление снега, а серая стена в глубине казалась холодным зимним небом.
После долгих расспросов, удалось узнать у соседей, что Ширикава вот уже несколько лет очень тосковал по снегу. И в самом деле, в этих краях никогда не шел снег.
*ко-дайко – маленький ударный инструмент, очень распространенный в Японии.
На работе, как в любимой сказке: «"Curiouser and curiouser," cried Alice». Всё как-то растворяется, видоизменяется, трансформируется, что даже стало интересно. Пока я собиралась увольняться, всё пространство стало само неожиданно и стремительно демонстрировать сансарное непостоянство, теперь даже захотелось остаться и посмотреть , как оно будет дальше. Очень захватывающе :)
Еще я завтра отправляюсь в командировку в город славный тем, что на его улицах под золотыми огнями бродит множество холостых парней. Еще там страдания не страдают, а поют под гармошку с бубенцами. Надо посмотреть. Самое приятное, что буду ехать в поезде, отдыхать и читать книжку, это так прекрасно после постоянной нервотрепки на работе
Но, а в остальном, если на работе не думать о работе, то можно заметить, что в соседнем кабинете живет дерево-перец. Я такого никогда не видела :)
Жизнь, как она есть, в творчестве художника Валентина Губарева.
Я проснулась около 7 утра. Оказалось, что Даня проснулся еще раньше (из-за разницы во времени). Около 5 утра он собрался выйти на улицу, однако обнаружил, что медведь снова роется возле досок, к тому же уже выкопал целую яму. Даня взял фотокамеру, снова спустился на первый этаж. Медведь тем временем вылез из ямы и пошел к домику посмотреть, что там у нас в домике происходит.
Это Даня фотографировал соответственно, я спала :)
Заглянул в окно, походил по крыльцу, поскреб в дверь и ушел. Дверь оказалась не запертой! Это потом обнаружили. Не понятно к чему надо было лазить через окно вчера вечером, изгаляться с закрыванием снаружи железной двери, если её потом оставили открытой?! Вопрос снова к Паше т.к. ключи были только у него. Хорошо, что дверь в домике открывается наружу, а так бы мишка толкнул и «здравствуйте, товарищи».
Снегоход, раскидывая вокруг кашу из мокрого снега, помчал нас к домику. Мы ехали по распадку, мимо склонов сопок и возвышающихся синих гор, покрытых снежными шапками. Дорога (след от снегоходов) петляла мимо камней и скал. На освещенных солнцем склонах уже зеленела трава, в тени продолжал лежать глубокий снег, покрытый тонкой коркой наста. В нескольких местах из-под снежников текли ручьи. На одном из ручьев, пришлось всем выйти, т.к. снег успел стаять и снегоходу пришлось пробираться по камням, а нам пешком.