Захотелось написать так как я вижу всю их историю... Просто, читая многие фики, мне чего-то не хватало... вот и решила) *** Госоподи, опять этот сон... Так надо отвлечся... говорят помогает. Попробуем...Скоро у нас начнется практика! так хочется понастоящему лечить людей! даже волноваться начала... Благо, больница, где практика будет проходить, это больница Олега Викторовича)))Хотя бы буду чувствовать себя комфортнее, ведь я это больницу в доль и поперек прошагала!- Витала в своих мыслях Лера. Она пыталась отвлечься от страшного сна. Визг тормозов. Свет фар грузовика. хлопок. крик. мамин крик. Эти сны преследуют Валерию с того самого дня, когда произошла авария, в которой погибли ее родители. Такие родные, такие любимые. Она их никогда не забудет... Тем временем, в больнице. -Александр Николаевич, пройдемте ко мне в кабинет, сказала Ирина Васильевна Ковалец. Тучная женщина, с доробрыми глазами и улыбкой. -Конечно,Ирина Васильевна!, сказал Гордеев, про себя подумав: "Мда, рахговор видимо мне не понравится, слишком у нее был хитрый взгляд..." Пока Гордеев обдумывал выше сказанное, они уже вошли в кабинет. А.Н. сел на свой любимый диванчик, а И.В. села за свой стол. -Александр Николаевич, явас никогда ни о чем не просила. Можете выполнить мою просьбу? -Да, И.В., я вас слушаю. -не могли бы вы вести практику и студентов одново мед.института? -И.В. При всем моем к вам уважении, но нет! Я ненавижу студентов! -Ну что ж, я ожидала такого ответа... Тогда уже скажу вам как начальник. Теперь в ваши обязаности входит вести практику у студентов в наше больнице, в хирургическом отделении-Гордеев только хотел возразить, но не успел- возражения не принимаются! *** Вот и настал тот день... сегодня начинается практика... Лера так и не смогла уснуть. Она оделась и спустилась на зов Аллы Евгеньевны, жены Олега Викторовича. Когда она спустилась, все ужесидели за столом. -Явилась, не запылилась! для тебя , что особое приглашение на завтрак нужно?!-как всегда начала Алла. -Простите- сказала лера потупив взгляд... -Ничего,Лерочка, ты ешь-ешь-попытался разрядить обстановку Олег Викторович. Скажем так, Олег Викторович очень любил Леру, и пытался сделать все, чтобы она чувствовала себя членом семьи, таким образом он заглаживал свою, как он считал, вину перед Лерой и Денисом, т.к. он не смог в ту злополучную ночь спасти ее отца, т.к. мать умрела еще не доехав до больницы. Алла же наоборот ненавидела Леру. Наверное потому что ненавидела и ее родителей, хоть и чательно это скрывала. У лобовых был сын- Глеб, ровесник Леры. Ее он тоже ненавидел, по крайней мере он деле все, чтобы все так думали. -Спасибо.-Тихо-тихо проронила Лера. Алла сказала еще чтото, из-за чего Лера встала из за стола со словами -спасибо, все было очень вкусно. Она быстро одела и пошла в больницу на практику. продолжение будет позже...

Сани... Кони.. Снег и смех, глухой от мороза и пустоты. Пушистые снежинки тают на кончике носа. Волосы выбиваются из капюшона куртк, обрамлённый щекотным мехом, руки замёрзли и онемели от снежков, которым те отдали последнее тепло, ножаркая кровь всёравно замешана в бойкой круговерти, глаза щиплет мороз, а горло охрипло от смеха и крика.
Весело, хорошо, свежо и даже чуть жарко.
Затем горячий чай. Пироги, три ложки сахара и лимончик. Телевизор показывает полночное бдение музыкантов и артистов эстрады, большая колючая ёлка приручена нежными и мягкими руками заботливой мамы, которая вот-вот принесёт в дом маленького братика, блестящие игрушки светяться от разноцветных огоньков, отец приносит маме красивое ожерелье, нежно целует и дарит Валерии букет подснежкников.
-Папа, папочка, спасибо!! но откуда?..
Отец улыбается уголками глаз, сверкает хитрыми карими глазами, щекочет щёку дочери ресницами, и гладит чуть неуклюже, но очень нежно по волосам.
-Все чудеса для маленькой принцессы.
Смотреть яркое шоу уже не хочется, кареглазая малышка засыпает прямо в гостиной и отец относит её в кровать, а наутро она проснувшись находит под ёлкой множество милых подарков, среди которых и большой медведь, и ароматные духи... и маленький пушистый котёнок.

Слеза невольно скатывается по щеке.

Уже шесть лет их нет.
Котёнок убежал из дома, когда подрос, подарков ей давно никто не дарил, а отец... Нету на свете такого человека, который бы любил Валерию больше её отца.
Дениска теперь на её хрупких плечиках.
Наверное, нету.

Стук дверь как обычно прервал мысли девушки. И тем не менее парчока вдруг только обнаружилась - Первый вопрос спешил понять, что стучиться 31 декабря вечером в ординаторскую, а второй вопрос зачем он это делает - сегодня лера была в больнице практически одна. Почему?
Всё очень просто.
Ей не с кем праздновать, нету настроения, нечего надеть, и праздновать-то нечего. Да, а что, отмечать ещё один год с кончины родителей...?
И всё-таки лучик малюсенькой надежды оправдался, хотя он был слабым и тутже его подавили другие эмоции...
Это был Саша. Гордеев. Хирург. Ведущий хирург больницы.
"Опять он".
Их история затянулась. Сначала ненависть и непонимание, затем дружба, после любовь, пылкость и неувязки, глушащие неуспевшие ещё зародиться чувство.
-Новые больные?
Голос нельзя было назвать уставшим и угрюмым. Он просто был печальным и несколько раздражённым. Лере самой не нравилась вся эта путаница в чувствах. Лера хотела на свободу. Лера хотела в этот вечер летать исключительно по воспоминаниням. Эта была дань, обещанная родителям. но одно печалило её слишком сильно - завтра был выходной. Действительно, ведь придётся идти к Лобовым, утешать дениску своей кислой улыбкой. Её надежды были несбыточными, страхи оправданными, и казалось ничего уже не спасёт ситуацию. Нужно было только, чтобы гордеев оставил её в покое или наконец разобрался в собственных чувствах и принципах - сколько можно, напрашивался вопрос.
-Новых больных нет.
Лера спокойно выдохнув отвернулась к окну, и даже не стала ждать звука захлопнувшейся двери. Ей не хотелось думать почему этот человек пришёл, почему стоит ещё здесь, и почему вообще в больнице. Она могла дальше мечтать. Пусть делает что хочет.
-Я выпью чаю?...
"Да пейте что хотите - подавитесь чаем, только отстаньте от меня!!"
-Я всё-таки Чехова, а не Лобова.
-Я не это имел ввиду...
Валерия изо всех сил напрягаясь молчит, чтобы не наорать на него, пытаясь сосредоточиться на уже исчезнувших мыслях.
-Лер...
Девушка не выдержала. Она мгновенно развернулась на подоконнике, собираясь накричать на АН, но...

-О, какой дикий взгляд...
Гордеев улыбался, чёртики плясали в его глазах, сильные руки прятали что-то за спиной.
Вместо крика у леры вырвался отчаянный вздох. Снова она не контролирует ни себя, ни свои эмоции, ни ситуацию, которая происходит. Девушке стало грустно от своей беспощадности, она вспомнила ту маленькую девочку, которой была когда-то.
Кажется, ничего не изменилось.
Девушка опустила глаза, пушистые ресницы не давали гордееву ничего прочитать по этим бархатным зеркалам души.
Она не знала сколько просидела вот так, вспоминая о грустном, душой надеясь на невозможное - АН всё ещё был рядом.
Тут она почувствовала лёгкое прикосновение его губ к уху в процессе нежного шептанья.
-Лера...
Она резко подняла голову. Теперь уж она точно скажет то, что должна...
Гордеев держал в руках огромную корзину с подснежниками.
Этого лера совсем не ожидала, ибо такие глубинно-душевные желания почти никогда не сбываются.
Почему так жестоко?... Она ведь знает, что это всего лишь его игра. Что он постоянно лжёт ей, что постоянно его мысли заняты всеми девушками сразу!?
Почему не розы, почему подснежники...? Это слишком жестоко.
Она разрыдалась... Тогда отец подарил ей маленький букетик но от всего сердца... А теперь хоть целую планету подснежников, но... Она его любит, да, любит. Эта любовь забрала у неё последние силы. Она превратилась в тряпичную куклу, Читать далее...

-О, какой дикий взгляд...
Гордеев улыбался, чёртики плясали в его глазах, сильные руки прятали что-то за спиной.
Вместо крика у леры вырвался отчаянный вздох. Снова она не контролирует ни себя, ни свои эмоции, ни ситуацию, которая происходит. Девушке стало грустно от своей беспощадности, она вспомнила ту маленькую девочку, которой была когда-то.
Кажется, ничего не изменилось.
Девушка опустила глаза, пушистые ресницы не давали гордееву ничего прочитать по этим бархатным зеркалам души.
Она не знала сколько просидела вот так, вспоминая о грустном, душой надеясь на невозможное - АН всё ещё был рядом.
Тут она почувствовала лёгкое прикосновение его губ к уху в процессе нежного шептанья.
-Лера...
Она резко подняла голову. Теперь уж она точно скажет то, что должна...
Гордеев держал в руках огромную корзину с подснежниками.
Этого лера совсем не ожидала, ибо такие глубинно-душевные желания почти никогда не сбываются.
Почему так жестоко?... Она ведь знает, что это всего лишь его игра. Что он постоянно лжёт ей, что постоянно его мысли заняты всеми девушками сразу!?
Почему не розы, почему подснежники...? Это слишком жестоко.
Она разрыдалась... Тогда отец подарил ей маленький букетик но от всего сердца... А теперь хоть целую планету подснежников, но... Она его любит, да, любит. Эта любовь забрала у неё последние силы. Она превратилась в тряпичную куклу, податливую и мягкую. А он играет на её чувствах. Иначе ведь не может быть...?
Среди тихих всхлипов девушка ощутила на своей макушке бережное, но по-мужски неуклюжие касание сильной руки, которая спустилась по её шёлковым волосам.
Так хотелось прижаться к нему всем телом, так хотелось отдать ему себя на вечно, но... Это было последней каплей. Девушка резко отстранилась, горящими глазами глядя на гордеева.
- Хватит, оставьте меня! Немедленно! Уходи...
Лера броилась к двери. В душе она надеялась на то, что Саша остановит её, перекроет дорогу, закроет собой дверь или просто крикнет заветное "люблю".
Пара шагов - и все её микроскопические надежды уже летят пряхом, вот-вот она выйдет из ординаторской.
АН всё-таки в последнюю секунду останваливает её, крепко обниает и захлопывает дверь.
Лера входит в раж. Она отчаяно выбивается из его рук, пытаясь убежать. Бесполезно, тщетно. Он сильнее. Он её не отпустит.
Спустя некоторое время тёплых и нежных объятий, Валерия уже перестаёт сопростивляться и неуверенно обнимает его своими хрупкими по-девичьи, но сильными руками.
Неужели он всё понял, неужели это знак...? Зачем все эти мысли.
Александр приподнимает пальцами правой руки голову девушки за подбородок поворачивает к себе. Она ещё не уверена... Смотрит вниз.
Гордеев осторожно целует её в щёку.
Лера тихо всхлипывает.
Поднимает свой взляд медленно, будто и впрямь боится его глаз.
-Посмотри на меня, лер.
И она смотрит. Искренне, испуганно, с надеждой и без масок.
И встречает его спокойный надёжный взгляд. Взгляд карих глаз, мягкий и тёплый. Как у отца. Но этот бег чёртиков и хитрый прищур - только его, только Гордеева.
-У меня не было отца уже семь лет...
-Лера я люблю тебя. Я заменю тебе отца, если хочешь...
Он осторожно приблежается к её губам. Лера готова поцеловать его, но Александр лишь осторожно касается своим кончиком носа её.
-Ты уверена?...
Шёпот его терпелив, сладок, мягок. Он готов ждать, готов услышать отказ или принять просьбу. Он на всё готов ради неё. Ради своей маленькой принцессы.
Она сама осторожно целует его в губы. Он отвечает хоть и страстно, но бережно. За окном слышен салют. В ординаторскую входит рыжая кошка.
-Лариска....?

Конец.)

Ох…не думала писать продолжение, по почитав ваши комментарии все же решилась на этот подвиг (да-да, для меня это подвиг, потому что меня обычно хватает только на пару страниц). Поэтому всем кто прочитал мое скромное творчество хочется сказать огромное спасибо...
Итак

Это Судьба…

Глава 2

Твой взгляд меня оберегает,
Твой взгляд мне счастье обещает,
Твой взгляд хранит меня от бед
Ты – мой на много-много лет…


Глаза в глаза…им больше не нужны слова – эти двое научились читать в сердцах друг друга и сейчас, и они просто молчат, ощущая, как в сердце любимого проникает страх, боль и отчаяние. И кроваво-красным ярче всех разгорается одно единственное слово "расплата" - расплата за любовь, за счастье, за эту сказочную ночь. Но наивный детский вопрос "Почему?" так и не слетает с их губ, они прекрасно понимают – за все в этой жизни нужно платить. И судьба снова играет с ними в свои жестокие игры, требуя кровавую дань за право быть счастливыми.
- Лера, Лерочка, - Гордеев легко потряс девушку за плечо, возвращая ее к реальности, - Собирайся нам нужно в больницу.
Мертвую тишину квартиры нарушила переливчатая мелодия и Чехова вздрогнула, узнав свой мобильник.
- Да, Олег Викторович
- Лера, где ты?, - голос из трубки звучал приглушенно и хрипло, будто его обладатель внезапно потерял дар речи и теперь заново учился разговаривать.
- Уже еду в больницу. Что с Денисом?, - девушка сделала над собой усилие, стараясь не замечать как неестественно звучит ее голос.
- Новый приступ, сейчас проводится обследование.
- С ним все в порядке?
- Сейчас да, не волнуйся так. Лер, у меня будет просьба – отыщи Гордеева. Он вчера исчез из больницы, и его телефон снова не отвечает, он нужен здесь.
- Хорошо, Олег Викторович, мы едем, - девушка положила трубку, сама того не замечая, как произнесла это "мы", а на другом конце города немолодой мужчина до боли сжал в руке свой телефон.


Лера взволновано мерила коридоры больницы шагами. Прошло уже несколько часов, как началась операция Дениса. Новое нейрохирургическое отделение еще не открылось, но его первый пациент уже лежал на операционном столе. Лера благодарила Бога за то, что Олег Викторович успел оборудовать операционную по последнему слову техники и нанять бригаду нейрохирургов, сейчас у Дениски появился шанс – шанс на новую жизнь.
- Братик, братишка, Дениска, - девушка неустанно повторяла его имя, а её сердце сжималось от страха при одной только мысли, что она может потерять его, так же, как семь лет назад потеряла родителей. Собственное бессилие только злило – ну почему, почему она ни чем не может помочь ему? Бригада нейрохирургов и Саша сейчас за дверью борются за жизнь ее брата, а она здесь – беспомощная и слабая, никому не нужная и жалкая девчонка, мечтающая стать врачом.
Девушка машинально смахнула слезы, непослушной рекой текущие по ее щекам. Время будто остановилось и погрузило все в промозглый туман отчаяния и страха.
- Я должна быть сильной, я справлюсь, все будет хорошо, - Чехова присела на стул возле дверей операционной и уставилась в пол.
- Все будет хорошо, Дениска, ты сильный, ты со всем справишься, все будет хорошо, я с тобой, - Незатейливая молитва крутилась в ее голове, отгоняя мрачные мысли и давая надежду на спасение. Она молилась…Кому? Зачем? Она и сама этого не знала, просто ей так хотелось верить в свое счастье.
Кто-то обнял ее за плечи, пытаясь утешить, кажется эта была Вика, но девушка даже не обратила на нее внимание, молча шепча свою молитву неведомым богам: "все будет хорошо…"
Двери операционной распахнулись и все вскочили навстречу вышедшим хирургам – Олег Викторович, Алла, студенты и Лера. За эти несколько дней они уже второй раз стояли вот так, все вместе, словно ожидая чуда. Вначале Глеб, теперь Денис, судьба словно смеялась над этими людьми, заставляя их испытывать эти муки снова и снова. А они просто стояли и молчали, глядя, как хирурги покидают операционную, и никто не решался задать самый важный для них вопрос.
- Как он?, - Голос Лобова звучал тихо и твердо, казалось, что этот человек уже приготовился к самому худшему.
- Операция прошла успешно, по крайней мере мы сделали все, что смогли. Он в коме – организм был сильно ослаблен постоянными болями, начался воспалительный процесс и его сопротивляемость заметно понизилась. Простите, больше мы ничего не могли сделать
- Мы можем его увидеть?
- Нет, сейчас вы ничем не сможете ему помочь.
Лера сделала шаг назад – весь мир вокруг нее снова погрузился в промозглый серый туман неопределенности и страха. Она так устала быть сильной – ради Дениса, ради Глеба, ради своей любви. И сейчас ей больше всего на свете хотелось убежать отсюда, убежать далеко-далеко и наконец дать волю своим слезам.
- Лера, идем, - Сильные руки обхватили ее за плечи и потащили куда-то. Она попыталась вырваться, но он лишь крепче прижал ее к себе, уводя от злосчастной операционной.
- Пойми, ты сейчас ни чем не сможешь ему помочь. Врачи сделали все, что было в их силах, я сам видел. Ну идем же, Читать далее...

После практики Лера быстрым шагом шла домой, она должна была успеть собрать вещи и уговорить поехать брата. Уговорить была совершенно не трудно! Собрать вещи тоже не представляло никакой трудности. Как и было задумано, куча народу стояли у автобуса дожидаясь опоздавших. Лера и Денис быстрым шагом подошли к автобусу. Куратков протянул им билеты.
- А где… Саша? – неуверенно спросила Лера.
- Он сейчас придет! – Куратков подмигнул и скрылся, между кучей друзей.
Вскоре все были в автобусе. Веселая компания продвигалась к даче. Все шумели, о чем-то разговаривая. Саша что-то рассказывал Лере, и она постоянно смеялась. Денис шел рядом, и его тоже пробирала улыбка. Вскоре они были на даче. Развели костер, поставили мангал, вывели на улицу свет и разложили еду и напитки. К полуночи все были не вполне трезвые. Лера позволила себе только один бокал вина, чтобы не лезли с лишними вопросами. Денис принес из дома плед и укрыл сестру, а потом ушел в дом и расположился на одной из постелей, которую Гордеев для него постелил.
- Лера тебе не холодно? – спросил заботливый Саша.
- Нет… - она улыбнулась ему. Он присел рядом.
Они молчали, точно зная, что пора поговорить. Вдруг к Гордееву присел какой-то мужчина и начал разговаривать. Они немного развернулись, и теперь сидели спиной к спине. Лера неловко увела руку за спину, он нежно взял ее руку в свою и нежно начал перебирать пальчики. Она прижалась спиной к нему, наслаждаясь каждым моментом проведенным рядом. Когда мужчина закончил разговор с Гордеевым, он ушел. Саша и Лера продолжали так сидеть, только потом они осмелились повернуться друг к другу. Он снова взял ее рук в свою. Оба молчали. Как началась их ссора, Лера сама и не поняла. Каждый был на своей волне.
Куратков наблюдая за этой картиной, потянулся за бутылкой водки, поняв, если сейчас не выпьет, то взорвется. Когда выяснение отношений перетекли в поцелуи, Куратков не задумываясь, налил себе еще стопочку. Денис, который наблюдал из окна их «размолвки» махнул рукой, поняв, что ловить здесь нечего пошел спать. Никто больше их не заметил, потому что какая-то женщина не вполне трезвая выплясывала вокруг костра народные чукотские пляски. Половина обитателей даче в шоке шушукалась, а другая просто смеялась, зажимая животы
- И что теперь? – спросила Лера уткнувшись в плечо своему любимому.
- Я думаю, надо лечь спать! – досадно было, слышать это от него, но это был самый лучший вариант для нее.
Они зашли в дом, Саша с помощью Леры постелил постель. Он уже собирался уходить, как она попросила его остаться, несмотря на то, что может быть разоблачена. Саша пошел курить, пока Лера переодевается. Через несколько минут он вернулся, и они полночи проговорили, в полголоса, чтобы никто не услышал их. Под утро оба уснули в обнимку.
Лера открыла глаза и посмотрела на своего любимого. Он чувствовал, что она на него смотрит, и приоткрыв одни глаза посмотрел на нее.
- Доброе утро, любимый… - прошептала она.
Он улыбнулся в ответ.
- Я пойду, завтрак приготовлю…. – сказала она и провела рукой по его щеке.
Он отрицательно покачал головой. И еще сильнее прижал ее к себе.
- Ну, Саш… - протянула она.
- Не за что! – сказал она с ухмылкой.
- Саш, я конечно потерплю, но кто-то очень маленький ну уж очень хочет подкрепится.
Гордеев открыл сначала правый глаз и посмотрел на Леру, которая улыбается, а потом второй.
- Раз уж такое дело… я сам не поленюсь и приготовлю завтрак! – сказал он с улыбкой, его глаза светились
Лера улыбнулась, не зная, что сказать, она просто была самая счастливая на свете. Он как-то странно извернулся и поцеловал ее в живот, Лера покраснела.
- Я люблю тебя… - он оказался у ее губ, а затем нежно коснулся ее нежных губ.
- Только меня? – спросила она коварно.
- Я люблю ВАС обоих! – он снова коснулся ее губ.
- Ты бы знал, как я люблю тебя….

КонеЦ))))

Глава 14.

Все только начинается.

Как это обычно и бывает, студенческие годы пролетели незаметно. И вот, группа, но уже не студентов-медиков, а дипломированных специалистов собралась на даче семейства Лобовых, чтобы отпраздновать пополнение в рядах «монстров отечественной медицины», как их в шутку назвали на вручении дипломов.
- Викусь, ты в это веришь? Ты веришь, что все закончилось? – в голосе Леры слышалась светлая грусть.
- Не совсем. Мне кажется, что в следующем году мы снова придем в институт, нам будут орать, что из нас никогда не выйдет толк, что мы банда остолопов, которых нельзя к больным подпускать ближе, чем на километр… – девушки обнялись, глаза у них были на мокром месте.
- Да ладно вам, девчонки, чего вы раскисли-то, все только начинается!!! Эх! Берегитесь больные, доктор Смертин идет к вам!
- Не жалеешь, Глеб, что бросил медицину? – спросила вечная неизменная староста Валя Шостко, которая со вчерашнего дня носила гордое звание врач-терапевт.
- Нет, Валь. Уверен, больные всего мира обрадовались бы, если бы узнали, что я когда-то имел возможность стать их врачом, но вовремя одумался. Не мое это дело. Правда, доктор Чехова?
- Да, любимый, ты осчастливил их всех. – с этими словами Лера поцеловала его, шепнув украдкой на ухо. – Но меня ты осчастливил гораздо сильнее.
- И это еще не предел. – Глеб хитро подмигнул ей и поцеловал ее прямо в нос.

***

Мангал давно потух, на улице зверствовали комары и ребята, спасаясь бегством, отправились продолжать веселье в дом. Лера шла последней. Она остановилась посреди веранды. От воспоминаний двухлетней давности по телу пробежала приятная дрожь. Задумавшись, она не заметила, как кто-то подкрался к ней со спины. Глеб обнял ее сзади и нежно поцеловал в шею.
- Помнишь, Глеб? – спросила она.
- Как я могу это забыть. – Глеб повернул ее к себе лицом, долго смотрел в ее огромные глаза, такие любимые, такие родные, и вдруг вопрос возник сам собой, как будто летняя ночь нашептала ему его на ухо. – Лера, ты выйдешь за меня замуж? – она прочла этот вопрос в его глазах раньше, чем он успел его озвучить, а ответ у нее был готов уже давно, и она знала, что он верный:
- Да! – две буквы, одно слово, как оказывается прост ключ к счастью. Он поднял ее и кружил, кружил, кружил, пока все вокруг не слилось в водоворот цветов и ощущений, голова у обоих закружилась и они упали на плетеный диванчик, смеясь от счастья, заполнившего их души до краев.
- Светило нейрохирургии, гроза мозговых болячек, доктор Валерия Петровна Лобова, звучит просто отлично!
- А вот об этом можешь даже не мечтать! Я ни за что не сменю фамилию! – с серьезным видом заявила Лера. – Валерия Петровна Чехова, и точка!
- А можно узнать причину, по которой ты так упорно не желаешь стать Лобовой? Лавры моего папаши мешают твоим амбициям?
- Не угадал! Боюсь стать такой же вредной, как ты. – ответила Лера и показала ему язык.
- И кто еще из нас вредный, доктор ЧЕХОВА! – рассмеялся Глеб и поцеловал свою любимую упрямицу.

***

Прошло два года. Нельзя сказать, что эти годы были годами абсолютно гладкой семейной жизни. Когда два человека решают ехать по дороге жизни в одной карете, невозможно, чтобы на пути им не встретилось ни одного ухаба. Вот и карета Леры и Глеба время от времени наскакивала на кочки. Были ссоры, пару раз даже серьезные. Но им удавалось всякий раз вновь вырулить на ровный участок. Кроме любви, которая за эти годы не только не ослабла, но стала гораздо сильнее, у них был ангел-хранитель, человек, который с самого начала их отношений всегда был рядом, Вика. Вика Смертина (некогда Алькович), которая всякий раз напоминала им, что друг без друга они никто, и только вместе их жизнь имеет смысл. Несмотря ни на что, эти годы были самыми счастливыми в их жизни, потому что они были вместе.

Глеб занялся бизнесом, который приносил немалый доход, такой, что они смогли купить свой собственный дом, большой и светлый, такой, о каком они мечтали, строя планы на будущее. Лера, конечно, стала великолепным нейрохирургом. Несмотря на то, что она была еще очень молода, многие пациенты хотели попасть именно к ней, некоторые даже специально приезжали для этого из Москвы и других городов. В общем, все было просто замечательно, только вот Олег Викторович последнее время начал сильно сдавать. Полгода назад он перенес тяжелый инсульт, и восстановление шло очень медленно.

***

Однажды Лера пришла домой очень грустная. Глеб сразу понял, что что-то произошло.
- Что случилось, Лерочка? – обеспокоенно спросил он у жены.
- Глеб, мне нужно с тобой серьезно поговорить. – она немного помолчала, собираясь с мыслями, и начала этот нелегкий разговор. – Глеб, ты же знаешь, как для меня важна работа. Конечно, она не важнее тебя, но пойми, такой шанс выпадает один раз в жизни и то, далеко не всем. Это очень важно для меня, ты должен меня поддержать и отпустить. – Глеб смотрел на нее с недоумением, он не мог понять, куда она клонит. – В общем мне предложили стажировку в Америке, в одном из лучших Читать далее...

Лера летела по больнице, даря всем свою лучезарную улыбку. Вбежав в раздевалку, она подпрыгнула и схватила больничные листы.

--Лера, ты чего?- испугано глянула на нее Вика.

--Вика! Я замуж выхожу!- прокричала она, обнимая подругу.

--Ааааа! ПОЗДРАВЛЯЕМ!- все дружно поздравляли Чехову, только Пинцет неодобрительно смотрел на девушку.

«Жалко Глеба. Он даже не представляет, какая она дрянь. С одним спит, чтобы практику получить, за другого замуж выйдет, потому, что из хорошей семьи. Он же даже не подозревает, что Лера….хотя это их дело. Нет, я должен рассказать Лобову!»

 

--Здравствуйте Нина Владимировна.- студентка селя рядом с больной.

--Здравствуй Лерочка, я вижу ты в очень хорошем настроении.- улыбнулась она.

--Да.- Лера немного смутилась.- Как вами дела? Как самочувствие?

--Лера…- та укоризненно посмотрела на кураторшу.- Так не пойдет. Сначала ты расскажешь, как твои дела, а потом я.

--Нина Владимировна…..

--Уже очень много лет. Давай выкладывай, в честь чего ты проглотила светильник?- у Некрасова умела располагать к себе людей. Она вообще людей очень любила, а за эту неделю привязалась к Лере, как к дочери.

--Я замуж выхожу.- заулыбалась девушка.

--Замуж?- пациентка очень обрадовалась.- И кто же этот счастливчик? Нет Александр Николаевич ли?

--Нет.- при упоминании имени хирурга лицо Леры побледнело.- С чего вы взяли?

--Просто он все время интересуется тобой, спрашивает, была ли ты у меня, давно ли ушла. Я думала, что у вас роман.

--Нет, нет и не было, точнее, был, но потом…появился Глеб и а потом я.. и… теперь я не знаю… от волнения студентка проболталась.

--Успокойся. – женщина взяла ее руку.- Давай рассказывай по порядку.

От чего-то Лера поняла, что этому человеку она может довериться, и рассказала все с самого начала.

--….а сейчас Глеб сделал мне предложение и я не знаю, что делать. Я его очень люблю и боюсь, что он узнает. А вдруг Саша проведав, что мы хотим пожениться, все ему расскажет?- она заплакала.

--Тихо, успокойся.- женщина прижала ее к себе и гладила по спине.- В любом случае рано или поздно тебе придется ему обо все рассказать. И поверь, чем раньше ты это сделаешь, тем легче ему будет это принять. Лучше, если Глеб узнает это от тебя, а не от кого-то Другова, тем более от Александра Николаевича.

--Вы правы. Мне надо с ним поговорить.- Лера вытерла слезы.- спасибо вам Нина Владимировна, вы мне очень помогли.

--Не за что, девочка моя. Пока я здесь, ты всегда можешь со мной поговорить.

 

Читать далее...

Глава 13.

Страшная ночь.

Уже подъезжая к дому, они почувствовали неладное. Скорая, разрывая вечернюю тишину сиреной, пронеслась мимо машины Глеба и свернула на их улицу. Глеб прибавил газу. Через минуту Лера уже вбежала в незапертую дверь, сердце бешено колотилось, но уже не от счастья, а от страха. Глеб еле поспевал за ней. В комнате Дениса было слишком много людей, она видела только перепуганное лицо Аллы, спину Олега Викторовича и трех людей в медицинской форме, которые суетились над тем местом, где стояла кровать ее брата. Один из них отошел в сторону, что-то быстро говорил в телефонную трубку, но она уже ничего не слышала, она увидела его, своего братишку, он лежал на кровати, бледный, как мел. Она подбежала к нему, Олег Викторович что-то пытался ей объяснить, но она не понимала ни слова, ужас холодной рукой сдавил ее грудь, на мгновение ей показалось, что Денис не дышит.
- … вдруг стало плохо… в Москву… отличные хирурги – слова Лобова долетали до нее отрывками, она никак не могла собрать их в предложение, в голове пульсировала одна мысль: «Денис, только не умирай! Только не умирай!»

***

Лера потеряла счет времени, она не знала, сколько они уже сидели перед операционной, час, два, пять. Ее все еще трясла мелкая дрожь, рука ее ходила ходуном в руке Глеба. Олег Викторович бродил из стороны в сторону. Алла судорожно теребила в руках шелковый шарф. Но вот дверь операционной распахнулась, и оттуда вышел хирург, Петр Евгеньевич Скворцов, лучший нейрохирург в стране. Все четверо разом вскочили.
- Как он? – не своим голосом спросила Лера.
- Операция оказалась сложнее, чем мы думали. Опухоль была очень плохо расположена. Мы удалили ее. Но мальчик сейчас в коме. – в глазах у Леры потемнело, и она почувствовала, как сильные руки Глеба подхватили ее и понесли куда-то.
Она открыла глаза и поняла, что лежит на диване в коридоре больницы. Глеб на корточках сидел около нее. Она попыталась встать.
- Мне нужно к нему. – голос у нее дрожал. – Глеб, отведи меня к нему.
- Лерочка, к нему пока нельзя. Утром мы обязательно его навестим, а сейчас поспи, я тебя очень прошу. – он нежно уложил ее обратно. – Поспи, милая, ты нужна Дениске сильная, а не похожая на измученного зомби. – он попытался улыбнуться, но это у него не слишком получилось. Тем не менее, она понимала, что он прав, сил у нее совершенно не осталось. Закрыв глаза, Лера провалилась в тяжелый и беспокойный сон.

***

Скрежет, визг тормозов, яркий свет. Лера вскрикнула и проснулась. Ей снова приснилась авария.
- Тише, тише. – Глеб гладил ее по голове. Несмотря на то, что уже была глубокая ночь, часы на стене показывали 3.37, он так и не ушел спать. – Тише, все будет хорошо, слышишь, спи. Я рядом.

***

- Лера, Лерочка, проснись. – она открыла глаза. Улыбающееся лицо Глеба, вот что она увидела.
«Может, это все просто очередной кошмар» - с надеждой подумала она.
- Лера, Денис пришел в себя. – эти слова заставили Леру вскочить на ноги мгновенно.
- К нему можно? – Глеб кивнул и, поддерживая ее под руку, повел в сторону реанимации.
Денис был такой бледный, что его лицо с трудом можно было отличить от больничной простыни. Он казался таким беззащитным, ее маленький братик. На глаза у нее навернулись слезы, но она держалась. Глеб был прав, она нужна ему сильная. Она положила левую руку на руку брата, а правой, что было сил, вцепилась в Глеба.
- Дениска, слышишь меня, это я, Лера. Все будет хорошо, я рядом. Тебя прооперировали. Теперь все будет просто замечательно. Отдыхай. Я тебя люблю.
Они вышли из реанимации. Лера, совершенно обессилив, уткнулась Глебу в плечо и тихонько заплакала. Он обнял ее, приподнял ей голову и стал покрывать ее лицо поцелуями, чувчтвуя на губах соль ее слез.
- Все будет хорошо, теперь все, правда, будет хорошо, слышишь. Он поправится. Он сильный, весь в тебя. Он вышел из комы – это самое главное.
- Мне страшно. Я не могу потерять еще и Дениса. Я не переживу.
- Не говори глупости. Ты никого больше не потеряешь. Слышишь, никого. – и он еще сильнее прижал ее к себе.
- Поцелуй меня. – чуть слышно прошептала она. Он поцеловал, а затем подхватил на руки и снова отнес на диван. Она вцепилась в него, не желая отпускать, и он баюкал ее, как маленькую девочку. Так она и заснула у него на руках. Изумленные Лобовы наблюдали за этой сценой, но ничего не сказали. Был не самый подходящий момент для выяснения отношений.

***

Денис быстро шел на поправку, через месяц его привезли домой. Та страшная ночь постепенно начала забываться. Врачи говорили, что опасность рецидива практически нулевая.
Глеб рассказал родителям о своих чувствах к Лере. Сказать, что они были удивлены, значит не сказать ничего. Но они видели, как серьезно настроен их сын, и понимали, что даже если они будут против, это его не остановит, так что, они не стали противиться выбору сына. Олег Викторович, всегда души не чаявший в Лере, был даже рад, Алле было труднее. Дома у них с Лерой состоялся долгий разговор. Глеб так и не сумел выпытать у Леры, о Читать далее...

Стук дверь как обычно прервал мысли девушки. И тем не менее парчока вдруг только обнаружилась - Первый вопрос спешил понять, что стучиться 31 декабря вечером в ординаторскую, а второй вопрос зачем он это делает - сегодня лера была в больнице практически одна. Почему?
Всё очень просто.
Ей не с кем праздновать, нету настроения, нечего надеть, и праздновать-то нечего. Да, а что, отмечать ещё один год с кончины родителей...?
И всё-таки лучик малюсенькой надежды оправдался, хотя он был слабым и тутже его подавили другие эмоции...
Это был Саша. Гордеев. Хирург. Ведущий хирург больницы.
"Опять он".
Их история затянулась. Сначала ненависть и непонимание, затем дружба, после любовь, пылкость и неувязки, глушащие неуспевшие ещё зародиться чувство.
-Новые больные?
Голос нельзя было назвать уставшим и угрюмым. Он просто был печальным и несколько раздражённым. Лере самой не нравилась вся эта путаница в чувствах. Лера хотела на свободу. Лера хотела в этот вечер летать исключительно по воспоминаниням. Эта была дань, обещанная родителям. но одно печалило её слишком сильно - завтра был выходной. Действительно, ведь придётся идти к Лобовым, утешать дениску своей кислой улыбкой. Её надежды были несбыточными, страхи оправданными, и казалось ничего уже не спасёт ситуацию. Нужно было только, чтобы гордеев оставил её в покое или наконец разобрался в собственных чувствах и принципах - сколько можно, напрашивался вопрос.
-Новых больных нет.
Лера спокойно выдохнув отвернулась к окну, и даже не стала ждать звука захлопнувшейся двери. Ей не хотелось думать почему этот человек пришёл, почему стоит ещё здесь, и почему вообще в больнице. Она могла дальше мечтать. Пусть делает что хочет.
-Я выпью чаю?...
"Да пейте что хотите - подавитесь чаем, только отстаньте от меня!!"
-Я всё-таки Чехова, а не Лобова.
-Я не это имел ввиду...
Валерия изо всех сил напрягаясь молчит, чтобы не наорать на него, пытаясь сосредоточиться на уже исчезнувших мыслях.
-Лер...
Девушка не выдержала. Она мгновенно развернулась на подоконнике, собираясь накричать на АН, но...

Сани... Кони.. Снег и смех, глухой от мороза и пустоты. Пушистые снежинки тают на кончике носа. Волосы выбиваются из капюшона куртк, обрамлённый щекотным мехом, руки замёрзли и онемели от снежков, которым те отдали последнее тепло, ножаркая кровь всёравно замешана в бойкой круговерти, глаза щиплет мороз, а горло охрипло от смеха и крика.
Весело, хорошо, свежо и даже чуть жарко.
Затем горячий чай. Пироги, три ложки сахара и лимончик. Телевизор показывает полночное бдение музыкантов и артистов эстрады, большая колючая ёлка приручена нежными и мягкими руками заботливой мамы, которая вот-вот принесёт в дом маленького братика, блестящие игрушки светяться от разноцветных огоньков, отец приносит маме красивое ожерелье, нежно целует и дарит Валерии букет подснежкников.
-Папа, папочка, спасибо!! но откуда?..
Отец улыбается уголками глаз, сверкает хитрыми карими глазами, щекочет щёку дочери ресницами, и гладит чуть неуклюже, но очень нежно по волосам.
-Все чудеса для маленькой принцессы.
Смотреть яркое шоу уже не хочется, кареглазая малышка засыпает прямо в гостиной и отец относит её в кровать, а наутро она проснувшись находит под ёлкой множество милых подарков, среди которых и большой медведь, и ароматные духи... и маленький пушистый котёнок.

Слеза невольно скатывается по щеке.

Уже шесть лет их нет.
Котёнок убежал из дома, когда подрос, подарков ей давно никто не дарил, а отец... Нету на свете такого человека, который бы любил Валерию больше её отца.
Дениска теперь на её хрупких плечиках.
Наверное, нету.

Небольшая зарисовка следующей серии (в моем видении).


Она слаба и беззащитна,
Ты опытен и искушен судьбой,
Сейчас два сердца сшиты воедино
Такой изменчивой судьбой.


- Доктор Чехова, задержитесь пожалуйста, - девушка вздрогнула, услышав эту фразу. Все занятие она не поднимала головы от своих записей, боясь встретиться с ним взглядом, но теперь…теперь придется остаться. Хватит бегать от своей судьбы, сейчас она раз и навсегда порвет ту ниточку, что однажды связала их сердца. Вика была права – нужно просто поговорить – выслушать его объяснения и сказать одну единственную фразу "я больше не хочу быть случаем…"
- Да, Александр Николаевич, - Лера проводила взглядом закрывающую дверь Вику - девушка чему-то загадочно улыбалась.
- Лер, я должен был позвонить, но…прости меня, - Гордеев виновато улыбнулся, глядя на неё.
- Вы мне ничего не должны, я уже говорила это Вам, - Чехова наконец-то набралась смелости посмотреть ему в глаза – такие знакомые, такие родные и близкие. Они весело улыбались, даря ей свое тепло и обещая защиту от всех напастей.
- Подожди, я хотел сказать…просто выслушай меня
- Хорошо, - Лера сделала шаг назад – еще чуть-чуть и ей не хватит смелости произнести те жестокие слова, что уже насколько часов крутились в ее голове. Находиться вблизи этого человека и знать, что больше никогда не сможешь любить его – это было тяжелым испытанием.
- Я был у Глеба, он сказал, что ты вернулась домой.
Девушка изумленно посмотрела на Гордеева - причем здесь Глеб? Разве он не собирался оправдываться за поездку в Москву?
- Да, Алла попросила прощения, сказала что "глубоко заблуждалась" на мой счет
- Ты ей веришь?
- Я не знаю, да это и не важно, просто мне нужно было вернуться – ради Дениса, ради…, - Чехова замолчала, не закончив фразу.
- Нет, это важно для меня. Глеб рассказал, что все говорили по поводу моего отъезда. Ты действительно думаешь, что я вернулся к Жене?
- А разве это не так? Разве ты не сорвался в Москву сразу же после разговора с Аллой? Я ведь для тебя просто случай – случайный роман с молоденькой студенткой, ничего серьезного, - девушка опустила голову, стараясь скрыть подступающие слезы.
- Лера, посмотри на меня, - он осторожно приблизился к ней и поднял ее подбородок, - Я не знаю, что тебе наговорила Алла, но поверь, сейчас ты единственная, кто занимает мои мысли, единственная, с кем я хочу быть рядом. Я сделал свой выбор, когда остался в Реутово, я выбрал тебя.
Сердце девушки учащенно забилось – ей так хотелось верить этим словам, этим глазам и рукам, ей так хотелось покоя и защиты. Остатки ее уверенности испарились – теперь она уже не знала, кому верить – сердце было переполнено любовью, а разум ни как не мог забыть жестоких слов
- Саш, но…
- Тсс, - он приложил палец к ее губам, - Я действительно ездил в Москву, чтобы встретиться с Женей, но только затем, чтобы освободиться от своего прошлого. Лер, мы развелись, и теперь я могу…, - он разжал кулак, открывая девушке его содержимое – маленькое золотое колечко с темно-синим камнем.
- Доктор Чехова, вы выйдете за меня замуж?
Лера счастливо улыбнулась, накрывая его руку своей. Ей все еще не верилось в свое счастье, но его глаза светились такой любовью, что сил сомневаться больше не было.
- Да, я выйду за тебя замуж, - девушка потянулась к его губам. Наконец все сомнения и страхи исчезли, наконец она была счастлива…

Гордеев открыл глаза и улыбнулся, наблюдая самую дорогую своему сердцу картину – тёмные волосы разметались по подушке, а на губах играет легкая улыбка. Такая маленькая и хрупкая, такая беззащитная и наивная – эта девушка наполняла его сердце любовью и нежностью. Тонкий лучик солнца скользнул по ее лицу, и Лера приоткрыла глаза, будто почувствовав тепло его любви.
- Доброе утро, - Чехова счастливо улыбнулась, глядя на своего будущего мужа
- Доброе, - он осторожно поцеловал кончик ее носа, - Завтрак приготовить?
- На этот раз моя очередь, - девушка с легкостью выбралась из его объятий и поспешила на кухню, на ходу натягивая его рубашку, - Чай или кофе?
- Кофе, - Гордеев перевернулся на спину и закинул руки за голову. Сегодня предстоял трудный день – вчера они просто исчезли из больницы никому ничего не сказав и отключив телефоны. Это было так не похоже на них, но сопротивляться своему счастью было превыше их сил. Сейчас он уже жалел об этом сумасшествии – у Леры могли возникнуть серьезные проблемы из-за такого исчезновения. А еще сегодня предстоял разговор с Лобовым – вряд ли он будет на седьмом небе от счастья от такого поворота событий. Да еще и студенты – он просто не представлял, как это все объяснить однокурсникам Леры.
Девушка осторожно поставила поднос с чашками на край кровати и присела рядом.
- Думаешь о сегодняшнем дне?
- Немного, - Гордеев сделал осторожный глоток обжигающего напитка, - Читать далее...

Девченки, не плачьте... Попытаюсь поднять вам настроение)))

Читать далее...

Пробую себя в трагическом жанре. Я не хочу такой концовки, всеми руками и ногами за ЧеГо, но захотелось написать что – то грустное.А вообще мой рассказ просто о любви. Настоящей. Которую не победить ничем.Даже смертью.ОЧЕНЬ жду ваших отзывов!

А всё-таки смерть проиграла!

-С ума сойти! Бедная девочка!
Медсёстры Тоня и Тертель грустно переглянулись.
-Кому кости перемалываем, дамы? – у Куратова сегодня было хорошее настроение. Но это ненадолго.
-Лерочка, она ...погибла. Машина сбила. Господи, ей же всего 24 года было. Двадцать четыре!
Вадим услышал суровый голос следователя, и плач незнакомой девушки:
-Господи, я человека убила... Но вы поймите, я пыталась затормозить, я сигналила, а она не слышала! А правда, что у неё ребёнок маленький остался?
-Дочка. Ей полтора года. – Глеб с трудом мог говорить

Вика Смертина рыдала на плече у мужа. Теперь у Маши Гордеевой больше никого не было. Почему Гордеевой? Сколько они с Лерой бились, но в итоге просто дали взятку этой грымзе из ЗАГСА. Лера призналась, что хочет, чтобы дочка тоже стала хирургом. Чтобы однажды их представили друг другу:
-Знакомьтесь, это Гордеева Мария Александровна, наш новый специалист, а это Гордеев Алекса... Ой!
Как он растеряется, а она будет недоумённо смотреть на него.
А вечером Лера услышит в телефонной трубке самый нежный, самый особенный, самый важный голос:
-Лера...Это правда?

-Знаете, Глеб, она, мне кажется, думала. Она в последнюю секунду на меня посмотрела. Я этот взгляд на всю жизнь запомню. В нём было столько боли! А муж её где?
Лобов опустил глаза.

«Нет, нет, нет, этого не может быть! Зачем ты так, Саша? Да, мне было бы очень больно, но я отдала бы всё за лишние полсекунды с тобой. Неужели ты так меня любил? Ты предпочёл, чтобы я считала тебя предателем, не хотел ломать мне жизнь...Ты думал, что я не узнаю. А Маша? Ты знал? Господи, как ты сдержался! Скольких сил тебе стоило не набрать мой номер... Нет, тебя не может не быть на земле! Ты можешь быть не со мной, но не так. Не так! Нет! Саша!Саша!Саша!»– Лера хотела закричать во весь голос но... визг тормозов, тишина.

В тот вечер Вадим Куратов впервые с далёких детских времён заплакал
-Ты уверен, что никак? Саш, ну ты же хирург. Ты уверен?
-Да. Гениальный хирург умирает от рака – смешно, да? – Гордееву было трудно говорить, голос был тихим, он говорил спокойно, но каждое слово отдавалось болью и резало по сердцу

-Тебе повезло, что у тебя Лерка такая красивая. Надеюсь, что гены у тебя слабоваты, и дочка пойдёт в неё, – последние четыре месяца перед каждым телефонным разговором с Москвой Куратов по полчаса подбирал слова.
-Да уж, не на старину же Гордеева!- его друг тоже старался бодриться
-Ты там как, Сань?
-Вадик, ты помнишь, о чём я тебя просил?
-Помню. А зачем ты спрашиваешь? – Куратов начал волноваться
-Это мой последний звонок.
Последний? Нет, не может быть! Неужели это всё, и его лучший друг сейчас вот так просто уйдёт?
-Сань, может, я приеду? Саня! – и кричал, словно утопающему
-Не надо. Спасибо, что был мне другом. Когда-нибудь скажи Лере, что я её люблю. Береги их. Кстати, а имя она ещё не придумала?
-Маша. В честь бабушки.
-Маша.- Куратов словно увидел улыбку собеседника.
-Будь здоров, Вадик
Гудки

Двадцатидвухлетняя девушка вытерла слёзы, положила букет, ещё раз взглянула на могилу. Два имени, две даты, две плиты – и между ними одна фотография. Мамочка. Папочка. Тяжелый вздох.
-Дядя Вадя, дядя Глеб, дядя Деня, ну что, пошли? У меня завтра первая операция, надо выспаться.
Трое мужчин разного возраста переглянулись.
«Точная Лера»
«Вся в отца»
«Странно, совсем на родителей не похожа»
А всё-таки смерть проиграла!

Глава 12.

Счастье.

Ласковое утреннее солнце заглянуло в окошко. Глеб проснулся, но боялся открыть глаза, он боялся прогнать прекрасный сон, который был так реалистичен. Наконец он все же решился, понимая, что нельзя вечно просидеть вот так с закрытыми глазами. Он сидел на диване, на первом этаже своей дачи. На его плече спала Лера. Значит, это все-таки был не сон! Все это действительно было, он действительно открылся ей вчера, и они так всю ночь и просидели на веранде, а когда стало совсем холодно, пошли в дом и, разговаривая, заснули. Он осторожно переложил Лерину голову на мягкую спинку дивана, встал, полюбовался ею несколько секунд и вышел в свежее весеннее утро. Душа его пела, ему хотелось кричать от радости, но он боялся разбудить свое сокровище. Тихонько прикрыв за собой дверь, он отправился к речке, на которую так любил смотреть, когда был маленьким.

***

Вика, сладко потягиваясь, спустилась вниз. Лера стояла у окна и чему-то улыбалась.
- Доброе утро. А где Глеб?
- Ушел куда-то, когда я еще спала. – ответила Лера, нехотя возвращаясь в реальность.
- Ну, рассказывай, чем вы тут занимались, пока я дрыхла. Чего это ты сияешь, как новенький скальпель?
- Э-э-х, Вика! – Лера неожиданно подскочила к подруге и, чмокнув ее в нос, звонко рассмеялась.
- Не томи! Выкладывай!
И Лера рассказала о том, что случилось на веранде, о том, каким Глеб был милым, нежным, чутким, ласковым.
- Ну а дальше то что???
- А дальше мы всю ночь проговорили.
- И только? – в голосе Вики слышалось явное разочарование. – Что, интереснее занятий у вас не нашлось? – она многозначительно посмотрела на подругу.
- Вика! Я не хочу торопиться, а он и не давит. Ты не представляешь, о чем только мы с ним не разговаривали. Я давно так ни с кем не говорила. Мы говорили обо всем: о детстве, о наших мечтах, о страхах, о всякой ерунде. Я как будто говорила с собой! Он такой понимающий! Вик, мне стыдно признаться, но я даже и подумать не могла, что Глеб такой умный, такой интересный, такой глубокий! Вся эта задиристость, грубость, наглость – это напускное. На самом деле он такой… такой…
- О-о-о, подруга! Да ты втрескалась в собственного братца! – Вика попыталась скорчить серьезную мину, но тут же рассмеялась.
- Да какой он мне брат?! Ой, Викуль, я не знаю… Я сегодня как будто в первый раз его увидела. – и Лера мечтательно замолчала.
- Зато я знаю! Лерка! Как я за тебя рада! Он, правда, тебя очень любит, я же тебе говорила, а ты мне не верила! Только не будь дурой, не проворонь свое счастье!
- Да, счастье… - улыбнулась Лера.
- Вот только интересно, куда это он смылся… Ладно, пойдем готовить завтрак, на свежем воздухе у меня всегда зверский аппетит, да и твой «такой-такой» тоже наверняка голодный придет.

***

Вот она, маленькая речушка без названия, с которой столько всего связанно. В детстве он убегал сюда, желая спрятаться ото всех, и мечтал, как станет взрослым. Он мечтал о том, как станет пиратом, летчиком, сыщиком, да кем только он не мечтал стать. И вот он вырос, и снова пришел сюда. Теперь все его мечты только о ней, о том, как они будут вместе, о том, как он будет любить ее, говорить ей об этом, о том, как он сделает ее счастливой…
«Как же это здорово – любить! Любить открыто, не таясь! Любить всем сердцем, всем своим существом! Это и есть счастье!» - думал Глеб, бредя по берегу своего детства

***

Тоскливо скрипнула калитка, давно ее никто не смазывал. Лера услышала этот скрип, несмотря на шум закипающего чайника, а, может быть, она сердцем почувствовала его приближение, бросив недорезанный салат, она выбежала на улицу. Он шел по тропинке, вымощенной красным кирпичом, пряча руки за спиной. Увидев ее, он остановился, подождал, пока она подбежала к нему, и торжественно вручил ей букет только что сорванных ландышей. Она уткнулась ему в грудь, он чувствовал, как билось ее сердце. Так они простояли несколько минут, а может и больше, время уже не имело значение, оно текло мимо них. Наконец она подняла на него свои улыбающиеся глаза, он наклонился и поцеловал ее. В обнимку они пошли в сторону дома, так и не сказав ни слова, слова были не нужны.

***

Вечером заметно похолодало. Глеб разжег камин. Тепло живого огня окутало комнату. Лера сидела на диване напротив камина, поджав ноги под себя, и улыбалась. Улыбка не сходила с ее лица весь день, она понимала, что, наверное, это выглядело очень глупо, но ничего не могла с собой поделать. Глеб разлил по бокалам ароматное красное вино и присел рядом с ней, обняв ее одной рукой. Они чекнулись. Отхлебнув немного терпкого сладкого напитка, Лера поставила бокал на столик. Она посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь сформулировать то, что чувствовала, то, что переполняло ее, наконец, она подобрала нужные слова и еле слышно прошептала:
- Глеб, спасибо тебе, я так счастлива сейчас, что даже трудно дышать. Я… - он не дал ей сказать, сорвав последнюю фразу с ее губ нежным поцелуем. Но Лера твердо знала, что хочет договорить, и, слегка отстранившись от него, закончила – Люблю Читать далее...

Читать далее...

Читать далее...

Хотела остановиться на четвертой части, но таинственный аноним под номером 2 в комментариях к третьей части подал мне прекрасную идею. Итак, часть четвертая.Все герои расставлены по местам, сделано все, что можно. Но как же закончится фик??? Решать вам, дорогие мои читатели:)))Все в ваших руках. Да-да, прочитав это сообщение,пожалуйста, как я вас всегда прошу, прокомментируйте его и не забудьте оставить свой голос.
1. Лера остается с Гордеевым
2. Лера остается с Глебом (пляшите, фанаты ЧеЛО!!!)
3. грустный конец.
Подсчитав количество голосов, я напишу самый желанный для вас конец. Голоса учитываются только с ником. Если голосует Аноним, голос учитываться не будет.

Итак, все в ваших руках. А я буду с нетерпением ждать ваших комментариев. Приятного чтения!

Любовь умеет быть жестокой. Часть 4.
Лера не глядя по сторонам шла по улице. Слезы капали из глаз. Капельки падали на ворот ее новой куртки, оставляя на светлой ткани пятна. А куртку ведь купил Гордеев, - мелькнула мысль. Обрывая пуговицы, Лера стащила куртку с плеч и бросила в ближайший мусорный ящик. Рыдания душили ее. В голове частым пульсом билась только одна мысль: «За что? За что? Как он мог?» Лере казалось, что ее эта душевная боль, в мгновение ока растерзавшая ее душу на мелкие клочки, точно так же растерзает и ее тело. Лера вспомнила картину, увиденную недавно на выставке, куда они ходили вместе с Викой. Одинокий волк, сидящий на холме, задрав голову к темному, усыпанному звездами небу, воет на луну. Картина называлась «Одиночество». Сейчас Лера назвала бы ее по-другому – «Боль». Ей тоже хотелось завыть, забиться в истерике. Люди, спешащие по своим делам, раздражали. В сердце девушки смешались все возможные чувства: боль, страх, обида, ненависть, ярость и гнев. Эта невообразимая смесь рвалась наружу, но социальные условности сдерживали девушку, заставляли впиваться ногтями в кожу ладоней, закусывать губу, Лера почему-то верила, что физическая боль сможет хоть на какое-то время заглушить боль душевную. Боль от предательства.
- Лера! ЛЕРА! – чей-то голос прорвался сквозь плотную пелену болезненных мыслей. Девушка обернулась. На нее смотрел Глеб.
- Лер, я за тобой уже целый квартал иду… Что случилось? – В свете фонаря Глеб увидел мокрое от слез, искаженное болью лицо, схватил ее за руку. – Лерочка! Что случилось? Дорогая моя. – Он крепко обнял ее, прижал к себе. Вся сдержанность моментально слетела с его лица.
- Он меня предал, - только и произнесла Лера чуть слышным шепотом, вцепившись пальцами в рубашку молодого человека.
Больше ему не требовалось никаких слов. Его любимую обидели. Заставили плакать. Такого он не мог простить никому. Он подхватил потерявшую волю девушку на руки. Посадил в машину. Тронулся. Они ехали по темным улицам. Лера ничего не спрашивала, молча смотрела в окно, а слезы продолжали капать, сверкать на щеках в свете фонарей.
Глеб понимал, что домой везти девушку нельзя. Его мать, хоть и хорошая женщина, но не устанет допытываться, что же произошло. А отец сразу поймет, что причиной слез является это урод Гордеев. И немедленно захочет с ним разобраться. Нет, домой нельзя. Никита… - вспомнил Глеб. Набрал номер.
- Ник, привет. Это Глеб. … Да все в норме. Слушай, можно в твоей квартире остаться на ночь? Ты же сейчас в Москве. … Хорошо. Спасибо.
Глеб покосился на сидящую рядом Леру. Они не двигалась, словно превратилась в мраморную статую. Казалось, она даже не слышала его разговора. Подъехав к дому друга, Глеб заглушил мотор.
- Лерочка, пойдем. – Тихо сказал он.
Ноль. Абсолютно никакой реакции. Пустой взгляд еще совсем недавно светившихся от счастья глаз. Обойдя машину, Глеб открыл дверцу и снова взял девушку на руки. Ногой захлопнул дверь, быстро включил сигнализацию. Идя в сторону дома, Глеб невольно вдыхал аромат ее волос. Наступил момент, о котором он мечтал уже несколько лет. Он нес Леру на руках в пустую квартиру, и она не возражала. Но в мечтах Лера была этому только рада, а сейчас она напоминала тряпичную куклу. Любящим сердцем Глеб чувствовал боль девушки, он кожей ощущал, как безысходность постепенно охватывает ее душу, как она замыкается в себе. Зайдя в квартиру, он аккуратно посадил девушку на диван, принес бутылку коньяка и два бокала.
- Пей.
Лера равнодушно опрокинула содержимое бокала в рот, поперхнулась, закашлялась.
- Еще. – Глеб вновь наполнил бокал. И заставил девушку выпить все без остатка.
Он сел перед Лерой на колени, взял ее ледяные ладони в свои руки и крепко сжал.
- А теперь рассказывай.
…
Евгения повернулась к Гордееву.
- Странная какая-то девочка, - она пожала плечами. – Я ей только хотела всё объяснить, а она убежала.
Действие наркотика постепенно сходило на нет. Напрягая все силы, Гордеев медленно заговорил:
- Ты мерзкая, расчетливая стерва. Если бы я сейчас был в нормальном состоянии, я бы вышвырнул тебя из этой квартиры, из этого города. Я готов избить тебя, хотя ты женщина. Мне противно, что я мог когда-то любить тебя. Если с Читать далее...

Представьте:

Катит наша Лера по коридору со своей синей папочкой в руке. Сзади с
легкостью тигра подбегает Гордеев, одной рукой хватает ее за талию,
другой рукой зажимает рот и тащит свою добычу в сторону ординаторской.
Лера, естественно, брыкается и упирается, глаза по полтиннику, в голове
проносятся мысли типа: "Ппц, вот это я попала!", "А кто это меня тащит?"
Затащив Леру и тут же предусмотрительно заперев дверь, заранее торчащими
для этого случая в скважине ключами, Гордеев делает выдох. Лера вырывается и отбегает к окну.
- Да что вы себе позволяете!?!!? Что вам нужно?! Я не желаю тебя... вас слушать!! Я буду кричать!!
- (вот тут как всегда коронная улыбка Сани - "32 зуба") Ну кричи!
- А...а...а
- Ну? А теперь присядь и послушай меня.
- Я, конечно, дурак, должен был позвонить, что уезжаю. - (руки в карманах, взгляд в пол на "резиновый скальпель")
- Ты не обязан...
- Так вот, я съездил в Москву, чтобы... узаконить отношения с Женей! (хитрый взгляд на Леру)
- ???? - (выражение на лице - "Что за пургу ты гонишь и на хрена мне это?")
- Я развелся!!!!!!!!!!!
- Что? - (выражение меняется на "Не может быть? Какая же дура, что повелась на Аллкины бредни!" "Я люблю тебя!")
Тут кто-то начинает нагло ломиться в дверь, судя по настойчивости и гнусавому голосу - Степанюга. :)
Но нашей парочке пофиг. Они смотрят друг другу в глаза,страстно обнимаются и целуются (типа как на даче в первый раз, только поцелуй раз в 10 дольше).

Ну все, конец, собственно! :))

Такой идеи я еще не видела... Конечно, вес написанное мало реально... И все же надеюсь, что вам понравитьсЯ))))
и еще - действие происходит после ночи леры и гордеева (31 серия). предположим, что АН не пошел ее провожать и потом на нее никто не нападал...

Иван Максимович двадцать с лишним лет работал сторожем на голубятне. Он знал историю многих ее питомцев с самого рождение и всех их по-своему любил. Но никогда раньше ему не приходилось никого убивать. А сломанное крыло для почтового голубя – приговор. Сейчас и так эти птицы мало кому нужны. Разве что на свадьбе да в спектаклях. Но то, что голубятня единственная близ Москвы, давало ей большой плюс. Чаще всего голубей покупали молодожены из Реутова, близ лежащего городка.
А сегодня Иван Максимович одного такого голубя должен был убить. Хладнокровно и расчетливо. А все потому, что хозяин пожалел сотню долларов на его лечение.
Вот сторож уже подошел к знакомой клетке. Там, на полу, ютился белоснежный голубок. Маленькая, аккуратная головка, упругое тельце, воздушное крыло… Одно… А другое изломано посредине. Результат неудачной схватки с голубем, превосходящим его по размеру в два раза.
- Гордый-Гордый, бедный ты мой… - лиловый глаз голубя с грустью посмотрел на сторожа.
- Курлы… - через боль сказала птица.
- Я понимаю, что так могу причинить тебе еще больше страданий, но убить тебя тоже не могу… - мужчина спрятал голубя за пазуху, а потом выстрелил в стену.
Через несколько минут в пяти километрах от голубятни, вдоль дороги брел белоснежный голубь с неестественно изогнутым крылом.

***

Лера возвращалась с дачи Куратова в восхитительном настроении. «Любит… Любит!» - хотелось петь, кричать, обнимать всех подряд. Доктор Чехова запела детскую песенку, которая первой пришла на ум:
- Ты лети дружок, белый голубок…
- Курлы? – перервало ее песню неожиданное замечание.
Чехова удивленно оглянулась, а потом заметила белоснежного голубя. Опытным взглядом врача она сразу заметила перелом крыла. Не зря ведь первый год института они проходили анатомию животных! Подняв птицу с земли, она несла его в руках, осторожно поддерживая ладонью крыло.
В автобусе, несмотря на то, что несколько человек с удивлением на нее косились, Лера тут же занялась осмотром голубя. «Так… Перелом лучевой кости… Закрытый… Ой!» Девушка неожиданно почувствовала холодное прикосновение чего-то к своему пальцу. Этим чем-то оказалось кольцо на лапе птицы. Надпись гласила: «Гордый от 13.05.06 вязка 137056». Кличка птицы что-то всколыхнула в ней, и она вновь перенеслась в события прошлой ночи…

Перед больницей девушка успела заскочить домой и оставить птицу там. Она принесла Гордому еды и воды, не забыв закрыть дверь в комнату. Вряд ли Глеб или Алла обрадуются такому подарку.

***

Прошло две недели. Жизнь Леры Чеховой шла своим чередом. Больница, ссоры с Аллой, подколки Глеба, тяготящее отсутствие Гордеева… Хотя нет, к последнему ей удалось пару раз вырваться. Светило Российской медицины продолжал жить на даче Куратова, ни за что не соглашаясь раньше вернуться из заслуженного отпуска.
А теперь ко всему этому прибавился еще и Гордый. Девушка искренне привязалась к голубю и была рада за то, что птица быстро выздоравливала. Но, замечая полный тоски взгляд, направленный в окно, понимала, что птицу долго взаперти не продержишь.
И вот настал день, когда Гордого больше ничто не держало в доме Лобовых. Лера с тоской в последний раз погладила птицу по спине. «Гордеева нет, Дениска с одноклассниками уехал в Питер, вернется только через четыре дня. Алла на меня волком смотрит, Глеб, который по-моему стал ко мне нормально относиться, уехал к двоюродному брату в Саратов… А теперь еще и ты, Гордый, улетаешь!» Лера с немой укоризной посмотрела на голубя. Тот, казалось, все понял, но не мог пересилить зов природы. В очередной раз ударив клювом окно птица показала свои намеренья.
- Ладно, лети! – одним жестом Лера распахнула окно, но птица не тронулась с места. Два недоуменных взгляда встретились, но проще никому не стало.
- Ну что же ты не летишь? Ты же так рвался на волю… Гордый, лети! – Птица сделала пробный взмах, но комнаты не покинула. Затем перелетела на Лерин стол и стала копаться в бумагах. Девушка рассмеялась, поняв, чего хочет голубь.
- Сейчас! – сказала она и, взяв кусок кальки, села писать.
«Сашка, возвращайся скорее! Я тут не могу без тебя… Мне так нужно фирменное лечение доктора Гордеева! Да и смотри, чтобы с Гордым было все в порядке!
Люблю, Лера.»
Затем критически осмотрела бумагу и голубя. «Не потянет…». А она ведь и так старалась писать как можно меньше! Безжалостно оторвав большую часть листка, девушка еще что-то дописала на обратной стороне, а затем закрепила письмо на кольце голубя.
Птица, оставшись удовлетворенной, выпорхнула в окно.

«Мне без тебя очень плохо…», а с другой стороны: «Жду, люблю, Лера» - именно такую записку принес голубь, секунду назад ворвавшийся в окно дачи Читать далее...