***
Луна пятнадцатый день
Лето в период гроз
Стул пред открытым окном
Что еще

Мелодий речных прибой
Холод туманный ночной
Что еще

Ты ждешь чего-то еще
Что еще

Что же еще

1999

***
-Спаси меня,- кричит,-
Спаси,- и рвется от натуги.
-Я не причем, прости.
Смотри, я умываю руки.

-Убей тогда, не мучь.
Повинный Царства не теряет.
-Прости, но ты мой луч.
Никто другой пути не знает.

-Как мало надо, друг.
-Всего лишь ты, подруга.
-Тогда и ты прости,- я труп,
Смотри, я умываю руки.

1998

Мы не вместе. Но я один, Один. Это завораживает и меня, и всех.
Проводили Натаху с Викой.

Ты пошути, мой друг, скорее пошути –
недаром в шутках есть все то, чем черт не шутит.
Да сбереги стихи, что брошены в пути
и раскорячены на сотни тысяч судеб.

Дождись меня на черно-белой полосе –
я расскажу тебе о том, чего не знаю:
стреляют многие и попадают все,
но лишь любимые с улыбкой добивают.

Я не любитель строить замки на воде,
когда воды святой всего-то по колено.

***
1
Я опять не успел
Но за кем я гонюсь
Отдохну-ка от дел
Но к подушке прижмусь
Как соленым теплом
Отвечает щека
Отдохнешь ты потом
Я встаю у окна

Тост за тех, кто бежит
По следам словно волк
Кто стегает минуты
Подгоняя вперед
У кого цели нет
Кроме цели вперед
Там где правда живет
Да хранит их Господь

Я упал на колени
Моя правда, где ложь
Эй, ямщик посильнее
Мои ноги стреножь
Дай почуять свободу
Как и все в кандалах
Не могу я по броду
Только в омут сквозь страх

Вот глаза заблестели
По лезвиям бритв
Только пальцы немеют
Да пуще рябит
Почему так неймется
Под ногами скользит
Так пускай кровь прольется
А дух мой сгорит

Эй, вода опрокинься
Ушатом насквозь
Вот дух освежился
Только плесени рось

2
Ты чего застоялся
Греби веселей
Я по броду слонялся
И сел здесь на мель
Я опять не успел
А куда хоть бежал

От погони хмелел
А знать и не знал
Но когда отрезвел
Глянул руки в крови
А лицо, словно мел
На запястьях следы

3
Недопитый стакан
За тех, кто бежал
Упаду я в бурьян
Ничего то не жаль
Солнце ищет глаза
По иссохшим щекам
Не смотри в небеса
Да не верь облакам
Разошелся бурьян
Разгулялась трава
Лишь искрится стакан
От верха до дна
Быстрым кажется день
Долго длится закат
Эта сладкая песнь
Долгожданный набат


1998

Никакая цепь не бывает прочнее своего самого слабого звена.

Четвертое измерение не только
находится внутри нас, но и мы сами
находимся внутри него, т.е.
существуем в четырехмерном
пространстве.

В процессе развития личности, познания мира, предметы (окружающие нас) якобы низших (по отношению к нам, к евклидовой системе) измерений, как нам это кажется, переходят в наше сознание, в наш разум и следовательно, приобретают измерение высшего порядка.
Например, мы считаем, что наше тело есть трехмерный предмет, измеряемый длиной, шириной и высотой. Но как только мы начинаем думать о нем, он, вся его материя, трансформируется, отражается в наших мыслях, идеях, т.е. в чем-то, не принадлежащем идее Евклида, а значит, имеющем в своем измерении не только высоту, ширину и длину.
Из этого выходит, что все, что мы можем перенести из окружающего нас мира в сознание (мысли), иначе о чем мы можем подумать, является многомерным настолько, насколько многомерна наша мысль (и не более). Другими словами, мысль и предмет приобретают одинаковое измерение. Предмет догоняет мысль, подстраивается под нее, выдвигает свои недоступные дотоле перпендикуляры.
Все эти процессы происходят, разумеется, только в нашем уме, сознании, ибо мир, как он есть, нам недоступен для восприятия (в виду ограниченности нашего евклидова понимания пространства, в виду замороженности, ненужности многих наших чувств – способов познания). Но мир есть то, что имеет все измерения, необходимые для существования.
Невозможность понять Абсолют, видимо, состоит в том, что мы не можем представить его, как дерево не может представить себя в мыслях (разуме) человека.-NB: multum in parvo.

Мудрый умирает наравне с глупым.
Еккл. II, 16
Здесь многое в малом.
Я был в счастье и незнании.
Жил в пользу и во вред.
Падал в бездну греховности,
Но даны были крылья.
Я вышел из глубины
И устремился вперед.
Я был сам по себе
И всегда в движении,
Ибо не идти вперед
Значит идти назад.
Познать самого себя –
Было предметом моих желаний, ибо власть над собой –
Высшая власть.
С течением времени я понял
Что есть Истина.
Вот первая часть:
Живи согласно с Природой,
По обычаю предков.
Образ жизни, образ действия,
Образ мышления дали мне
Новые Названия Вещей.
Я иду к Звездам
И открывается Великое Таинство.
И дойду и буду в покое.
Так было суждено
И слава Богу.
Не взыщите на слове,
Ибо я – Человек.
Мудрому – достаточно.

Поскольку краеугольную истину нельзя
описать, выражение это является просто
символическим.
из «Драгоценных Четок»

Нужно и важно знать, что «религия не создается при помощи разума» (Успенский, Новая модель вселенной). Религия – это нечто экстатическое, нечто, содержащее внутреннее переживание, чувство. Этим она похожа на любовь. Применение разума к религии называется философией. Созданное посредством экстаза может адекватно быть воспринято только в экстазе. «Мистические переживания понятны только в мистических состояниях» (op. сit.).

Nihil habenti nihil deest

Ощущение свободы в обществе возможно при чувстве нужности, или власти в наименьшем ее значении. Нищий лишен чувства нужности и не обладает властью, поэтому говорить о его свободе можно только подходя к каждому индивиду отдельно. Ибо здесь уже наиболее всех заметно влияние души. Но есть еще кое-что… Ты находишься в постоянном конфликте с общественным мнением и с моралью общества – это признак «Степного волка», Одиночки.

Человек рассудительный
скрывает знание, а сердце
глупого высказывает
глупость.
Притч. XII, 23

Милареспа в своих песнях говорил о мире и всех воспринимаемых нами явлениях:
Их порождает сознание
и сознание их убивает.
Так какого хрена мы живем, любим, убиваем?.. А все ради сознания, ради себя, а значит ради любви, а значит ради того же мира и всех воспринимаемых нами явлений.
Господи, да ведь прежде чем создать человека, прежде света и слова, ты создал противоречие. Противоречие в себе. В Тебе боролись две силы и Ты жил за счет их. И Тебя не было прежде противоречий. Ты – создание трений, борьбы.
Противоречия дают жизнь. Вот в чем Твоя тайна. Я узнал ее и, может быть, я не проснусь завтра – Ты заберешь меня, но я узнаю это прежде. Потому что теперь Я знаю Тебя. И Я готов, Господи мой!

Итак, увидел я, что нет ничего лучше,
как наслаждаться человеку делами своими: потому что это – доля его; ибо кто приведет его посмотреть на то, что будет после него?
Еккл. III, 22
Наслаждение вообще и плодами своими в частности кратковременно. Тем более, если дела его только трактуются любовью*, а не являются собственно ею. Только в собственно любви мы не находим недостатков, потому что любовь – уже есть плод.
Итак увидел я, что единственно любовь совершенна, а сам «человек – это то, что должно быть преодолено» (Nietzsche) через мрак к свету, через несовершенство (противоречия) к гармонии (покой и слияние с собой), через хаос к порядку; ибо кто покажет воину побежденных им, если никого уже нет, кроме него самого.

P.S.: осознав свои противоречия, осознанно начинаешь извлекать из них потенциал (энергию).
*наслаждаться плодами можно только в любви.

Судьба не приходит откуда-то,
она растет в самом человеке,
в нем самом…
Гессе «Клейн и Вагнер»

Это было в последний день творения. Двое, участвующие в нем, знали это. И в предчувствии усталости каждый желал сотворить что-то, что защищало бы от боли (и продлевало ее, но в этом они не хотели себе признаться). Этим «что-то» стала память. Каждый понимал ее по-своему, но направление было дано и цель их была едина.
Всякое общение имеет определенные этапы. Причем последующий уничтожает предыдущий, углубляя его. Прощаясь с чем-то, мы переводим его с глаз в сердце, снаружи – внутрь, в следствие, не требующее более объяснений, в движение, не требующее своей энергии, а питающееся от сил последующего. Это последующее всегда лучше своего предшественника, хотя порой выглядит более простым с точки зрения общей морали только лишь потому, что является более простым, лишенным лишних слов и объяснений.
Итак, начнем повествование о последнем рывке в последний день творения.
Все подсознательно запланированное началом выхода своего на внешний уровень поведения ознаменовалось простой игрой в нарушение общепринятой морали. Эксцентрические нестандартные действия превратили запретные интимные размышления партнера в осознаваемые мыслеформы. Бессознательное начало объективизироваться и приобретать гласность. Далее предоставлено время для фиксирования и анализа и построения образа действий.
Время бессознательного анализа прошло. Далее избитое и привычное начало и каждый знает, что хочет и нервно пытается проникнуть в мысли партнера… хотя, зачем?- свои глаза еще видят, а глаза vis-à-vis еще отражают. Весла подняты, руль изредка, но со скрежетом поворачивает, оставляя неглубокий шлейф за собой.
Когда мы чего-то не понимаем, мы пытаемся смеяться, когда нам все беспредельно ясно – мы улыбаемся. Время идет – пора.

( «И правда каждого – обман для остальных». Э. Браунинг )

Плод праведника – древо
жизни и мудрый привлекает
души.
(Притчи XI, 30)

Проблема в подходе к Ищущему лежит в Единстве. Дело в том,
что вне зависимости от разнообразия целей все пути к ним одинаковы. Один и тот же путь ведет и к пропасти, и к вершине. И человек, незнающий это, но чувствующий на себе воздействие Пробудившегося
(желающего ему только доброго), сомневается в искренности добрых намеререний. Ему кажется, что он игрушка в неподвластных ему силах, сам не зная, какие силы стараются в нем пробудить. Не зная, он боится.
Ergo: первое, что должно быть – это «страх Господень» (Соломон,Притчи), но «сомневающийся пусть не приходит» (Христос, Лук.IX,62). Сомнение – это смерть.
Итак, он сам не знает, какой ужасающей мощью силой обладает, имея в себе противоречия и что можно сделать с этой силой. Не зная, он боится за себя. Познай себя, ибо власть над собой – высшая власть.

Bis in idem, seu idem per idem.

Противоречия, даже две простые антиномии, создают некий потенциал, иначе «движение». Жизнь есть движение.
Без зла исчезает понятие добра, так как одна крайность определяется качествами своей противоположности, без тьмы нет света. Когда одно из двух умирает, оставшееся второе теряет точку опоры и тоже разбивается в прах вслед за первым. Что-либо не может существовать отдельно – в одной ипостаси. Должно быть что-то противоположное, за счёт которого первое приобретает название.
Advoсatus diaboli.

«сошествие в хаос помрачённой души…»
Гессе

Система, имеющая основой своей противоречия, есть единственно живая и плодотворящая из систем. Только эти люди реальны, остальное – мусор (его ещё называют “socius”).
Любой порядок, общество, культура допускают установку сознания лишь на один определённый полюс (добро или зло, допущенное или запретное и тд. ). И когда эти противоположности оказываются взаимозаменимыми, начинается «хаос». Через познание этого хаоса проходит путь «индивидуации», после чего открывается дорога к цели.

Beati possidentes.

Приходится повторять избитые истины просто для того, чтобы их «означить».
В тебе есть всё это и больше этого, но ты не знаешь этому названия. Ты можешь мыслить только словами и пока ничем другим. То, что ты чувствуешь, но не можешь хотя бы для себя обозначить словами, непонятно тебе. Тобой не познано, не анализировано и не систематизировано, а значит представляет собой мёртвый груз. A potiori fit denominatio.
Слова полезны незнающему другого языка, но помни: «выразить словами, обозначить можно лишь однобокую, одностороннюю истину» (Гессе).
Ergo: научись жить без слов и тогда ты сможешь не требовать объяснений от других. Это значит: автономия – независимость – свобода – власть.
Ps: «как реальность, как истину он [Христос] воспринимал лишь реальность внутреннего, а всё прочее, природное, временное, пространственное, историческое, понимал лишь как знак, как материал своих притч». Ницше, «Антихрист».

Beati pauperеs spiritu.

В основе философии естественного отбора лежит формула Ницше «падающего – толкни» в том смысле, в котором именно он её трактовал (qv. Мф. III, 10,12).
Но духовно падшие ни есть мёртвый груз человечества. Во-первых, в них всегда возможно воскресение, во-вторых, они служат материалом для формирования более совершенных форм. Собственно ко второму и относится ницшеанская формула.
Недостаточно определить принадлежность данного человека к «мёртвым» или «живым», как разделяет их Христос, нужно ещё и суметь увидеть его будущее (для чего легче всего заглянуть в прошлое). Вот почему так чётко разделена шкала силы воздействия людей друг на друга. Количество силы воздействия данного индивида прямо пропорциональна его мудрости. Каждый способен «толкнуть падающего» ровно настолько, насколько он его оценивает. И уж тем более немногим избранным вручена сила дать почувствовать падающему своё падение (или иначе: осмыслить). Это право лишь постигших Единство, видящих божию искру во всех – и в «живых», и в «мёртвых». Попробуйте квантифицировать методы призвания и самих призванных Христом в апостолы. Сравните, например, призвание Андрея и Филиппа (Ион. I,40,43).
Вообще, для таких посвященных, имеющих эту силу, не существует приведенной выше формулы.
Sic. Magister dixit – Лука,XI,21-23.

Мое-это, что нужно
будет всем людям.
П. Иванов

Главное прочь, а там – всё равно. Ты стремишься из этого мира, грязь которого множество, раз описана и которую ты составляешь.
Есть Иуда, есть Пётр, врач-синоптик, а ещё Иоанн, которого любил Он. Ну, с Иудами всё ясно – их время ещё не пришло, - пока они пища твоя, с Петром – помягче – после третьего петуха он тебя нагонит, Лука всегда должен быть – без него нет системы. Короче, эти трое не стоят задержки, которая обходится так дорого. А вот Иоанн … Ты остановился – знакомый запах, его узнаешь всегда среди этого смрада, он приносит радость. Вот она, Искра божья, не загашенная, огонь живой, ребенок, чьё Царство небесное (кто-то имел в виду детей – глупец). В вас нет покоя, Ищущим он неведом. Только буря, только ветра – дыхание Иуды, Петра и Луки. Берегущие, соедините огни, охраните Огонь. Возлюби ближнего своего, кто из твоей стаи. Teneas tuis te.
А пока идёшь, неси весть – быть может, кто-то проснётся. Быть может (дай Бог!), ты третий петух для кого-то… В любом случае: твоё – это что нужно будет всем людям.
С Богом!

Ps: «Интерес к таинственному, чудесному и оккультному служит, пожалуй, главным паролем для объединения людей новой расы».
П.Успенский

***
Небес надгорных глубина
Хранит звезду. Она одна,
Лаская тонкие лучи
В холодных льдах среди кручин,
Молчит, в раздумии светя,
Тоскою землю осеня.
А рядом ангел, глядя в мир,
Держась крылами за эфир,
Как-будто плачет, свят и мил.
Ужель он счастие забыл?
Ужель покинул светлый рай,
Грехов снимая урожай.
Но этот грустный небожитель
Всего лишь ангел-охранитель.
Он ближе всех к страстям земным,
Не то, что гордый херувим.
Ему знаком и гнев и пыл -
Горячий и когда остыл.
Любовь он знает и слепое
Предначертанье роковое.
Все есть в нем, что в душе живой,
Которой он как щит стальной.
Но плачет он,- к чему тоска,
Ведь подопечная душа
Жива (огонь неугасим).
Что за печаль владеет им?-
Печаль одна на все века
Была и будет навсегда:
Что в нашем сердце разжигает
Пожары чувств и им внимает?
Что значат грусть, тоска, печаль?
За что ушедшее так жаль?
За что надежде как иконе
Приносят жертву на ладонях?
В которых ищут черт узор,
Знакомых линий перебор,
За что так веру ценят в свете,
Не веря преданности с этим?
На свете лишь любовь одна
Всю силу жизни вобрала.
И вот искра души живой,
Но в ней любовь не ждет покой.
Как сладострастною весной
Когда в права вступает зной,
Внезапно солнце тьма обнимет
И божья милость мир покинет.
И снег бескрайней простыней
Устелет землю с головой.
И молодой цветок, родившись,
Не насладясь, но распустившись,
Уснет холодным мертвым сном,
Не прожив жизнь, не став плодом.
Но все, что жаждал: свет, тепло,
Нектар, как сладкое вино,
Все живо и в корнях земли
Таятся временно они.
Бурлят, кипят и рвут поводья,
Как реки молят половодья,
Чтоб из цепей суровых льдов
Освободить свою любовь
К теплу, огню, к закатам вчерним,
К туману, к эху, к ночам летним,
И к деве с грустными очами,
Реку наполнившей слезами,
И к ангелу, что, глядя в мир,
Держась крылами за эфир,
Как-будто плачет,- свят и мил, -
Несчастный, счастье не забыл...

1996