Когда-то мне и в голову не приходило читать полностью свою френдленту, а вот сегодня прочла все френдленты своих дневников.
Это конечно полевое поведение в чистом виде, которое случилось от накопившегося в течение длительного периода утомления и напряжения. Пробовала читать книги - не смогла, мысли постоянно улетучивались невесть куда, спать тоже не могу, а просматривать каллейдоскоп вроде френдленты - в таком состоянии как раз. Это моя обычная весенняя дисфория от усталости после работы и индивидуальной реакции моего организма на весну вообще.
Весна для меня это даже не время года, а какой-то период упадка сил и полнейшей стагнации, когда живешь в режиме экономии энергии как прибор с севшим аккумулятором. Причем начало весны обычно трудное физически, а в конце у меня всегда происходит что-то трудноописуемое с эмоциями, идет постоянное нагнетание чувства общего дискомфорта. В моем сознании май слишком прочно спаялся еще в детские и юношеские годы с подготовкой к экзаменам, проходящей на фоне весеннего авитаминоза, беготней под непривычным весенним ветром и внезапной жарой, резкий переход к которой я всегда плохо переносила. Вот и сейчас мне даже не хочется выходить на улицу, пятый день не нужно на работу, а я почти безвылазно сижу дома, выскакиваю только в ближайший магазин и обратно. Хочется отсидеться дома до тех пор, пока жара не установится окончательно и пока не появится летняя буйная зелень, глядя на которую уже трудно представить, что зимой ее вообще не было. Летом и зимой спокойно, потому что это статичные времена года, осенью тоже спокойно - потому что это осень, все просто потихоньку и незаметно исчезает и нет ничего резкого, а вот на весну я реагирую как какой-нибудь неврастеник, постоянные перемены декораций выбивают меня из колеи и физически и эмоционально. Опять не понимаю, как теперь одеваться, солнце нагревает градусник и он показывает неправильную температуру, а люди на улице сейчас одеты кто до сих пор в сапоги, а кто в майки и шлепанцы. Днем вроде бы уже совсем тепло, а я никак не могу заставить себя ходить с коротким рукавом и вообще в более открытой одежде, чем привычный мне гольф под горло, кажется что если кожа будет открыта, то на нее тут же налипнет пыль или еще что-то такое.. И я не ношу солнечных очков - они мне давят на нос и болит голова, а к солнцу тоже еще не привыкла. Даже с едой что-то не то - пару раз покупала свежий салат, но мне почему-то трудно его есть, я устаю жевать листья, то ли очень отвыкла, то ли сил нет, но это уже даже смешно.. А еще бессонница, но этому я уже не удивляюсь, это всегда так - знаю, что рано рассветет, и не лягу пока не дождусь.
И оказывается отпуск в такое время не очень-то и кстати - по крайней мере работа отвлекала бы от всех этих неприятных ощущений, и когда работаешь, то мобилизируешься. А так получается ерунда - вроде должна отдыхать, а вместо этого - весенняя дисфория во всей своей красе..
[показать]Если встретится тебе что-нибудь непонятное в вере, то не досаждай прекословием тому, кто объясняет тебе, но молчи и молись и терпеливо жди, когда Господь сподобит тебе уразуметь это. Придет время, когда познаешь это не только от слова, но и опытом жизни. Если какое-нибудь твое дело веры и любви подвергнется превратным суждениям и нареканию со стороны ближних — молчи, не выявляй свою добродетель, не оправдывайся перед людьми, чтобы не потерять награды, но помолись Богу, и Он оправдает тебя и вознаградит.
[210x315]
[показать]
[показать]Только Бог может избавить человека от страха смерти. Монах живет как уже умерший, и эта добровольная мёртвость даёт ему свободу. Все окружение плачевно, но оно животворит его; многое напоминает о смерти, но ничто не приводит в отчаяние.
Это великое благословение – небоязнь смерти. Блаженны обладающие таким даром, когда весь мир страдает от страхов и приходит в смятение от одного слышания смерти. Боится неготовый. Боится любящий удовольствия и сребролюбец. Боится тот, кто не боится Бога.
монах Моисей Агиорит «Афонское Повечерие»
Господь знает, когда кого нужно забрать, знает, когда человек готов, и Он забирает именно "готового".
И вообще, говорят, что умирают не старые и не больные, но готовые - готовые или к аду, или к раю. Это значит, что человек уже не может продолжать жить дальше, он уже находится как бы на верхней точке своих возможностей. Добродетельный не может дальше преуспевать, потому что дальше у него пойдет уже спад: или самомнение, или надмение, или что-то подобное. Или если человек настолько утвердился во зле, что он уже не может обратиться к покаянию, а способен лишь умножать зло для себя и для других - тогда Господь зачастую забирает его из этой жизни ради других, чтобы он не причинял зла окружающим.
монах Константин "Беседы с кавказским пустынником"
Второй час ночи. Я сижу у себя в номере и пишу заказанный мне фельетон в стихах. Вдруг отворяется дверь, и в номер совсем неожиданно входит мой сожитель, бывший ученик м—ой консерватории Петр Рублев. В цилиндре, в шубе нараспашку, он напоминает мне на первых порах Репетилова; потом же, когда я всматриваюсь в его бледное лицо и необыкновенно острые, словно воспаленные глаза, сходство с Репетиловым исчезает.
— Отчего ты так рано? — спрашиваю я. — Ведь еще только два часа! Разве свадьба уже кончилась?
Сожитель не отвечает. Он молча уходит за перегородку, быстро раздевается и с сопением ложится на свою кровать.
— Спи же, с-скотина! — слышу я через десять минут его шёпот. — Лег, ну и спи! А не хочешь спать, так... ну тебя к чёрту!
— Не спится, Петя? — спрашиваю я.
— Да чёрт его знает... не спится что-то... Смех разбирает... Не дает смех уснуть! Ха-ха!
— Что же тебе смешно?
— История смешная случилась. Нужно же было случиться этой анафемской истории!
Рублев выходит из-за перегородки и со смехом садится около меня.
— Смешно и... совестно... — говорит он, ероша свою прическу. — Отродясь, братец ты мой, не испытывал еще таких пассажей... Ха-ха... Скандал — первый сорт! Великосветский скандал!
Рублев бьет себя кулаком по колену, вскакивает и начинает шагать босиком по холодному полу.
— В шею дали! — говорит он. — Оттого и пришел рано.
— Полно, что врать-то!
— Ей-богу... В шею дали — буквально!
Я гляжу на Рублева... Лицо у него испитое и поношенное, но во всей его внешности уцелело еще столько порядочности, барской изнеженности и приличия, что это грубое «дали в шею» совсем не вяжется с его интеллигентной фигурой.
— Скандал первостатейный... Шел домой и всю дорогу хохотал. Ах, да брось ты свою ерунду писать! Выскажусь, вылью всё из души, может, не так... смешно будет!.. Брось! История интересная... Ну, слушай же... На Арбате живет некий Присвистов, отставной подполковник, женатый на побочной дочери графа фон Крах... Аристократ, стало быть... Выдает он дочку за купеческого сына Ескимосова... Этот Ескимосов парвеню и мове-жанр, свинья в ермолке и моветон, но папаше с дочкой манже и буар хочется, так что тут некогда рассуждать о мове-жанрах. Отправляюсь я сегодня в девятом часу к Присвистову таперствовать. На улицах грязища, дождь, туман... На душе, по обыкновению, гнусно.
— Ты покороче, — говорю я Рублеву. — Без психологии...
— Ладно... Прихожу к Присвистову... Молодые и гости после венца фрукты трескают. В ожидании танцев иду к своему посту — роялю — и сажусь.
«А, а... вы пришли! — увидел меня хозяин. — Так вы уж, любезный, смотрите: играть как следует, и главное — не напиваться»...
— Я, брат, привык к таким приветствиям, не обижаюсь... Ха-ха... Назвался груздем, полезай в кузов... Не так ли? Что я такое? Тапер, прислуга... официант, умеющий играть!.. У купцов тыкают и на чай дают — и нисколько не обидно! Ну-с, от нечего делать, до танцев начинаю побринкивать этак слегка, чтоб, знаешь, пальцы разошлись. Играю и слышу немного погодя, братец ты мой, что сзади меня кто-то подпевает. Оглядываюсь — барышня! Стоит, бестия, сзади меня и на клавиши умильно глядит. — «Я, говорю, m-lle, и не знал, что меня слушают!» А она вздыхает и говорит: «Хорошая вещь!» — «Да, говорю, хорошая... А вы нешто любите музыку?» И завязался разговор... Барышня оказалась разговорчивая. Я ее за язык не тянул, сама разболталась. «Как, говорит, жаль, что нынешняя молодежь не занимается серьезной музыкой». Я, дуррак, болван, рад, что на меня обратили внимание... осталось еще это гнусное самолюбие!.. Принимаю, знаешь, этакую позу и объясняю ей индифферентизм молодежи отсутствием в нашем обществе эстетических потребностей... Зафилософствовался!
— В чем же скандал? — спрашиваю я Рублева. — Влюбился, что ли?
— Выдумал! Любовь — это скандал личного свойства, а тут, брат, произошло нечто всеобщее, великосветское... да! Беседую я с барышней и вдруг начинаю замечать что-то неладное: за моей спиной сидят какие-то фигуры и шепчутся... Слышу слово «тапер», хихиканье... Про меня, значит, говорят... Что за оказия? Не галстук ли у меня развязался? Пробую галстук — ничего... Не обращаю, конечно, внимания и продолжаю разговор... А барышня горячится, спорит, раскраснелась вся... Так и чешет! Такую критику пустила на композиторов, что держись шапка! В «Демоне» оркестровка хороша, а мотивов нет, Римский-Корсаков барабанщик, Варламов
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[336x428]
Adieu Angeline
Le Toit De Ma Maison (Green Green Grass Of Home)
Solitaire
Со следующего понедельника у меня двухнедельный отдых.
Это как раз очень кстати, потому что в последнее время я чувствую, что работаю буквально на пределе сил, как почти севшая батарейка - сплю по десять часов, работаю по три - и при этом еле приползаю домой. Устала.
А еще плюс к этому мой подопечный ребенок в предвкушении праздников впал в свое обычное лирически-пофигистическое настроение и сегодня занимался из рук вон плохо, при том что я напоследок не задала ничего нового.
Апофеозом было обсуждение прочитанного нами рассказа Носова про Мишку и его друзей. Разбирая последовательно происходящее, я попросила ребенка вспомнить - как мальчики вели себя тогда-то и тогда-то. Ребенок, не задумавшись ни на секунду, механически ответил "Прилично...", не удосужась морочить себе голову контекстом рассказа... В ту же секунду ребенок замолчал и недовольно нахохлился, инстинктивно поняв, что конечно сморозил не то.
Я вобщем-то прекрасно понимаю специфику своей работы и предвижу все эти сложности на ровном месте, но когда в очередной раз вижу откровенный пофигизм ребенка и слышу в ответ на простые вопросы бормотание чепухи, мне становится грустно до слез, слишком уж много вкладываю сил, и слишком явно вижу что причиной ляпов является не объективная неспособность ребенка разобраться в предмете, а все то же банальное отсутствие мотивации...
После занятия я зашла в супермаркет н накупила всякой еды, которая обычно помогает мне расслабиться и восстановить силы. Теперь вот сижу и отмечаю отдых как обычно - удвоенной порцией морепродуктов с вином, предварительно употребив еще валерьянку для пущего эффекта.
А состояние все равно такое, как будто разгружала вагоны...
Морской коктейль кстати ужасно соленый, это минус.
А так ничего, по крайней мере впереди отдых.
[показать]Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)ОсуждениеСначала узнай себя, потом попробуй хоть день прожить, сопротивляясь греху. Узнаешь, как это трудно; а, узнав, научишься снисходить к немощам человеческим и не будешь никого осуждать. |
Записки архимандрита Фаддея (Штрабуловича)
[250x406]1. Духовная жизнь есть жизнь умная, вознесенная над всеми желаниями и всеми чувствами сего мира.
2. Главнейшее в духовной жизни – хранить сердце в мире.
3. Господь глядит в глубину сердца, что оно там желает и к чему стремится.
4. Нужно удалить из сердца земные планы и желания, только тогда мы можем с Господом искренне любить и ближнего своего.
5. Богообщение есть нормальное состояние духа.
6. Первый шаг к богообщению есть полное предание себя Богу.
7. Мы все можем с Божией помощью, все можем, когда от сердца обратимся к Господу.
8. Душа, которая предала себя воле Божией, ничего не боится и ничем не смущается. О всем, что происходит, она говорит: так хочет Бог.
9. Мир и радость – наивысшие богатства этого и того мира.
10. Любовь – самое сильное оружие из всех, что существуют; нет такой силы или оружия, которые могут бороться против любви: она все их преодолевает.
11. Любовь, радость и мир есть Божии дары, свойства Божии. По отдельности любовь, мир и радость творят чудеса, а соединенные вместе могут исполнить все заповеди.