Я когда-нибудь в этой жизни перестану кашлять?
А то это уже становится как-то смешно.
Художник Michael Malm живет в красивой долине Кэш северного штата Юта со своей женой, Хуанитой, и их тремя детьми. Близлежащие сельские местности и жители служат источником вдохновения для него при создании картин и пейзажей. Излюбленная тема его картин - фигуративная живопись: "Человеческая фигура, на мой взгляд, это самый красивое Божье творение. Так много может быть высказано всего лишь через наклон головы или просто жест руки..."
[показать]
Precious Things
далее +18...
сцены провинциальной жизни
***
Тетерев. Нет, любопытно! Я человек посторонний, не причастный делам земли... живу из любопытства и нахожу, что здесь - довольно интересно.
Татьяна. Вы невзыскательны, я знаю. Но - что ж тут интересного?
Тетерев. А вот - люди настраиваются жить. Я люблю слушать, когда в театре музыканты настраивают скрипки и трубы. Ухо ловит множество отдельных верных нот, порою слышишь красивую фразу... и ужасно хочется скорее услыхать, - что именно будут играть музыканты? Кто из них солист? Какова пьеса? Вот и здесь тоже... настраиваются...
Татьяна. В театре... да... А здесь... а эти? Что они способны сыграть? Я не знаю.
Тетерев. Кажется что-то фортиссимо...
***
Перчихин. Погоди! Старики - действительно глупый народ...
Бессемёнов. Особенно как на тебя посмотришь.
Перчихин. Я - не в счет. Я даже так полагаю: не было бы стариков - не было бы и глупости... Старый человек думает, как сырое дерево горит, - больше чаду, чем огня...
Тетерев (улыбаясь). Одобряю...
Бессемёнов (угрюмо). Так, так! Ну, ври дальше...
Перчихин. Старики, главное дело, упрямые! Он, старик, и видит, что ошибся, и чувствует, что ничего не понимает, но сознаться в том - не может. Гордость! Жил, дескать, жил, одних штанов, может, сорок штук износил и вдруг - понимать перестал! Как так? Обидно! Ну, он свое и долбит - я стар, я прав. А куда уж? Ум стал тяжелый у него... А у молодых - ум быстрый, легкий...
Бессемёнов (грубо). Ну, ты заврался однако... Ты вот что мне скажи: коли мы глупы, стало быть - надо нас учить уму-разуму?
Перчихин. Где там? В камни стрелять - стрелы терять...
Перчихин. Давно я хочу тебя спросить, скажи ты мне, пожалуйста: что такое канализация?
Петр. Ну, зачем тебе? Рассказывать это так, чтоб ты ясно понял, - долго... и скучно...
Перчихин. А ты сам-то знаешь все-таки?
Петр. Знаю...
Перчихин. Скушновато... Да, вот что, Петя: прочитал я прошлый раз в листке, будто в Англии летающие корабли выстроены. Корабль будто как следует быть, но ежели сел ты на него, надавил эдакую кнопку - фию! Сейчас это поднимается он птицей под самые под облаки и уносит человека неизвестно куда... Будто очень многие англичаны без вести пропали. Верно это? Петя?
Петр. Ерунда!
Перчихин. А печатают...
Петр. Мало ли ерунды печатают.
Перчихин. Много разве?
Петр (c досадой). Конечно, много!
Перчихин. Ты не сердись. И что это, в самом деле, все вы, молодые, на нас, подержанных людей, свысока глядите? И даже никак говорить не желаете? Нехорошо!
Петр. Дальше!..
Перчихин. Дальше вижу я, что надо мне уходить. Надоел. Н-да... Забыл ты, Петя, как мы с тобой, бывало, чижиков ловили. В ту пору любил ты меня...
Пётр. Я и теперь...
Перчихин. Вижу, чувствую... как ты теперь!
Пётр. Я в то время леденцы и пряники любил, а теперь в рот не беру...
[170x228]
[700x538]
Portrait of Miss Beaton
[529x700]
В ходе занятий по чтению выясняется, что ребенок в свои 13 (хотя, конечно, он отстает от своего возраста) не знаком с такими вещами как электричка ("а это такой мотоцикл?..") и рогалик с маком, причем на рогалик не возникло вообще ни единой ассоциации, ребенок красноречиво и грустно пожал плечами и даже не ляпнул никакой ерунды, это при его-то фантазии...
Не может быть, чтоб он ни разу не слышал этого в контекстке хоть каких-то разговоров, кино, мультиков или рассказов в книжках, точно ведь попадалось, и не раз, просто пролетело мимо ушей...
Столько уже казалось бы говорим о чем только можно, столько всего обсуждаем, столько детских энциклопедий и тематических журналов он пересматривает, и все равно упорно остается существом не из нашего мира...
Никто из нас не боялся умереть, но все мы боялись, что погибнут сделанные нами вещи, казалось бы, ничего не значащие и ничтожные. Вот тогда мы поняли: смысл жизни в том, на что она потрачена. Смерть садовника не подкосит дерева. Но сруби плодоносящее дерево, и садовник будет убит.
Любимый цветок -- это прежде всего отказ от всех остальных цветов.
Их сгноило призрачное счастье потреблять готовое. Не бывает счастливых без рабочего пота и творческих мук Отказавшись тратить себя и получая пищу из чужих рук, изысканную пищу и утонченную, читая чужие стихи и не желая писать свои они изнашивают Оазис, не продлевая ему жизнь, изнашивают песнопения, которые им достались. Они сами привязали себя к кормушке в хлеву и сделались домашней скотиной. Они приготовили себя к рабству.
Посмотрите на воду в копани. Напирая на земляные стенки, вода ждет благоприятной случайности. Потому что случайность неизбежно возникает. Не уставая, днем и ночью давит и давит вода. Она кажется спящей, но она живет. И стоит появиться узкой трещине, как вода уже в пути. Она втекла в нее, обогнула, если получилось, препятствие и, оказавшись в тупике, вновь погрузилась в мнимый сон до новой трещины, которая откроет перед ней новую дорогу. Ни единой возможности не упустит вода. И неведомыми путями, какие не вычислит ни один вычислитель, утечет просто потому, что весома, и вы останетесь без воды.
И вот что еще загадочно в человеке: он в отчаянии, если его разлюбят, но когда разочаруется в царстве или разлюбит сам, не замечает, что стал беднее.
Отсутствие гордости, вечная оглядка на большинство, постыдное недоверие к собственным силам -- вот источник тщеславия. Толпа необходима тебе как воздух, она убеждает тебя в твоей полноценности.
Нет возможности одарить, если ты не готов принять подарок Гость не придет, если ты не построил дома, чтобы принять его.
Я люблю все хрупкое, все уязвимое. Только драгоценные вещи всегда
уязвимы и ломки. Уязвимость -- свидетельство их драгоценности. Мне дорога верность друга, чувствительного к искушениям. Не пройдя через искушения, не обретешь верности, а без верности не узнаешь дружбы. Со смирением принимаю я неизбежность измен и соблазнов, только благодаря им так драгоценны неподкупность и преданность.
Вещь ты получаешь навсегда, но не всегда она тебя радует. Назначение вещи -- тянуть тебя вверх, она тебе в помощь, пока ты ее завоевываешь, а не тогда, когда заполучил. В друзья я взял себе того, кто вопреки трудностям понуждает тебя карабкаться в гору, взяться за тяжкий труд, пробиваться к стихам, добиваться любви недоступной красавицы, ибо он понуждает тебя сбыться. Чему служат запасы готового? Спячке.
Как увлекательно играть в кегли: сбил и торжествуешь свою победу. Но вот тебе предложили сотню уже опрокинутых кеглей, куда пропал твой азарт?
Праздник -- всегда завершение изнурительного пути. Что праздновать, если ты не сдвинулся с места? Карабкайся! Карабкайся вверх каждый день.
[240x340]
[240x340]