[показать]
[показать]"Получив какой-нибудь вывод в результате рассуждения, не торопитесь принимать его за истину. Возьмите за правило перепроверять свои выводы, искать в них ошибки и просто слабые места. Не удивляйтесь, не возмущайтесь, если вас поправляют: возможно, за дело."
Эту дельную фразу я нашла в забавном тесте на логическое мышление, вот тут http://www.hr-portal.ru/pages/hu/logika.php - она адресована получившим не отличный результат (как например я), а просто хороший. Но рекомендация, я считаю, универсальная.
Моя коллекция абсурдистских снов опять пополнилась новой темой - вот уже второй раз мне снятся люди без головы.
Причем не то чтобы это какие-то кошмары и ужасы, а именно нелепо: будто я просто иду по улице и вижу просто проходящих момо граждан, и вот одни выглядят обычно, а у других только шея, а на ней - ничего.
И так интересно - сегодня приснилось, будто рядом проходят две барышни, наверное подружки - и у одной голова есть, а у другой нету, а недавно снилось - что идут родители с головами, а ребенок у них в коляске без головы.
И во сне я как будто знаю, что это такая недавно возникшая мода именно последнего поколения - головы ампутировать. И как будто это имеет какое-то странное, неизвестное мне преимущество, а я его все никак понять не могу и думаю - ну вот что это люди выдумали, они что - не понимают, что теперь уже на всю жизнь так и останутся?..
Я очень удивлялась во сне двум вещам - как это так резко изменилась человеческая природа, что люди, отрезав голову, тут же не умирают, а спокойно себе расхаживают по улицам, но еще больше меня поражало почему-то другое - как люди могли согласиться стать такими, если оно так жутко и по-уродски выглядит.
Именно почему-то эстетическое недоумение было основным моим впечатлением от этих странных снов и в первый и во второй раз...
[показать]
[показать]"...Мы взобрались на насыпь и с ее высоты взглянули на землю. В саженях пятидесяти от нас, там, где ухабы, ямы и кучи сливались всплошную с ночною мглой, мигал тусклый огонек. За ним светился другой огонь, за этим третий, потом, отступя шагов сто, светились рядом два красных глаза — вероятно, окна какого-нибудь барака — и длинный ряд таких огней, становясь всё гуще и тусклее, тянулся по линии до самого горизонта, потом полукругом поворачивал влево и исчезал в далекой мгле. Огни были неподвижны. В них, в ночной тишине и в унылой песне телеграфа чувствовалось что-то общее. Казалось, какая-то важная тайна была зарыта под насыпью, и о ней знали только огни, ночь и проволоки...
— Экая благодать, господи! — вздохнул Ананьев. — Столько простора и красоты, что хоть отбавляй! А какова насыпь-то! Это, батенька, не насыпь, а целый Монблан! Миллионы стоит...
Восхищаясь огнями и насыпью, которая стоит миллионы, охмелевший от вина и сантиментально настроенный инженер похлопал по плечу студента фон Штенберга и продолжал в шутливом тоне:
— Что, Михайло Михайлыч, призадумались? Небось, приятно поглядеть на дела рук своих? В прошлом году на этом самом месте была голая степь, человечьим духом не пахло, а теперь поглядите: жизнь, цивилизация! И как всё это хорошо, ей-богу! Мы с вами железную дорогу строим, а после нас, этак лет через сто или двести, добрые люди настроят здесь фабрик, школ, больниц и — закипит машина! А?
Студент стоял неподвижно, засунув руки в карманы, и не отрывал глаз от огней. Он не слушал инженера, о чем-то думал и, по-видимому, переживал то настроение, когда не хочется ни говорить, ни слушать. После долгого молчания он обернулся ко мне и сказал тихо:
— Знаете, на что похожи эти бесконечные огни? Они вызывают во мне представление о чем-то давно умершем, жившем тысячи лет тому назад, о чем-то вроде лагеря амалекитян или филистимлян. Точно какой-то ветхозаветный народ расположился станом и ждет утра, чтобы подраться с Саулом или Давидом. Для полноты иллюзии не хватает только трубных звуков, да чтобы на каком-нибудь эфиопском языке перекликивались часовые.
— Пожалуй... — согласился инженер.
И, как нарочно, по линии пробежал ветер и донес звук, похожий на бряцание оружия. Наступило молчание.
Не знаю, о чем думали теперь инженер и студент, но мне уж казалось, что я вижу перед собой действительно что-то давно умершее и даже слышу часовых, говорящих на непонятном языке. Воображение мое спешило нарисовать палатки, странных людей, их одежду, доспехи...
— Да, — пробормотал студент в раздумье. — Когда-то на этом свете жили филистимляне и амалекитяне, вели войны, играли роль, а теперь их и след простыл. Так и с нами будет. Теперь мы строим железную дорогу, стоим вот и философствуем, а пройдут тысячи две лет, и от этой насыпи и от всех этих людей, которые теперь спят после тяжелого труда, не останется и пыли. В сущности, это ужасно!
— А вы эти мысли бросьте... — сказал инженер серьезно и наставительно.
— Почему?
— А потому... Такими мыслями следует оканчивать жизнь, а не начинать. Вы еще слишком молоды для них.
— Почему же? — повторил студент.
— Все эти мысли о бренности и ничтожестве, о бесцельности жизни, о неизбежности смерти, о загробных потемках и проч., все эти высокие мысли, говорю я, душа моя, хороши и естественны в старости, когда они являются продуктом долгой внутренней работы, выстраданы и в самом деле составляют умственное богатство; для молодого же мозга, который едва только начинает самостоятельную жизнь, они просто несчастие! Несчастие! — повторил Ананьев и махнул рукой. — По-моему, в ваши годы лучше совсем не иметь головы на плечах, чем мыслить в таком направлении. Я вам, барон, серьезно говорю. И давно уж я собирался поговорить с вами об этом, так как еще с первого дня нашего знакомства заметил в вас пристрастие к этим анафемским мыслям!
— Господи, да почему же они анафемские? — спросил, улыбаясь, студент, и по его голосу и по лицу было заметно, что он отвечает только из простой вежливости и что спор, затеваемый инженером, нисколько не интересует его...
...Инженер Ананьев, Николай Анастасьевич, был плотен, широк в плечах и, судя по наружности, уже начинал, как Отелло, «опускаться в долину преклонных лет» и излишне полнеть. Он находился в той самой поре, которую свахи называют «мужчина в самом соку», то есть не был ни молод, ни стар, любил хорошо поесть, выпить и похвалить прошлое, слегка задыхался при ходьбе, во сне громко храпел, а в обращении с окружающими проявлял уже то покойное, невозмутимое добродушие, какое приобретается порядочными людьми, когда они переваливают в штаб-офицерские чины и начинают полнеть. Его голове и бороде далеко еще
[показать]Жизнь полна случайностей, похожа на разлившуюся от дождей реку -
бурна, полна тины, непереходима, бешена, шумна и скоропреходяща.
Если нас пригласят к обеду, мы едим то, чем нас потчуют. Когда кто-либо
попросит у хозяина подать ему рыбного или пирожное - его назовут невежей. В
жизни между тем мы требуем от богов, чего они не могут нам дать, требуем
притом, получивши от них очень многое.
Больные недовольны врачом, когда он ничего не прописывает им, и думают,
что он считает их положение безнадежным. Отчего же мы не поступаем так по
отношению к философу - не думаем, что он отчаялся в нашем исправлении, если
не дает нам никаким советов?
Кто крепок телом, может терпеть и жару и холод. Так тот, кто здоров
душевно, в состоянии перенести и гнев, и горе, и радость и остальные
чувства.
Лучше спать, хотя бы согнувшись, на короткой кровати и быть здоровым,
нежели лежать на длинной кровати и быть больным. Так лучше нуждаться и быть
веселым, чем жить в роскоши и не знать, что такое чувство радости.
Чего не следует делать, того не делай даже в мыслях.
Глупцов вылечивает от горя время, умных - их ум.
Умен тот, кто не печалится о том, чего нет, а доволен настоящим.
Довольство собою, как короткая и веселая дорога, имеет в себе много
приятного и ничего тяжелого.
Присутствующим друзьям делай добро, отсутствующих - поминай добрым
словом.
Глупец, испытавший, что значит счастье, делается, словно от вина, еще
глупее.
Помни, что такое человек, и будешь равнодушен ко всему происходящему.
Глуп тот, кто не доволен тем, что происходит по законам природы.
Когда один молодой хвастун говорил в театре, что он умен, потому что
беседовал со многими философами, Эпиктет заметил ему: "Вот и у меня много
знакомых богачей, а все же я не богач!"
Он же говорил: "Не следует человеку с философскими взглядами на вещи
говорить среди невежд, как трезвому - в кругу пьяных".
Когда Эпиктета спросили: "Какой человек богат?" -- он отвечал:
"Довольный собой".
Не все ли равно для меня, из атомов или гомеомеров, из огня ли или из
земли состоит материя вселенной? Не довольно ли знать сущность добра и
зла, меру любви и ненависти, влечения и отвращения и, пользуясь этим как
мерилом, устроить свою жизнь?..
[показать]Сейчас до меня вдруг дошло, что я подгоняю цветовю гамму комнаты под здешний дневник:))
Смешно, и мне не совсем понятно, что это значит - готовность переселиться в виртуальный мир, или это наоборот вполне нормальное явление и просто означает, что мне комфортнее всего в этих цветах. И опять же оно получается само собой, а я только потом замечаю, что выбираю. Но это и неплохо, меньше усилий по крайней мере.
А еще у меня дополнительно возникла такая идея: распечатать в виде просто матовых фотографий несколько репродукций картин, найденных в сети, которые мне нравятся, и нацеплять потом их на стены. Только надо заказать пару пробных фото, кто его знает, какое там получится качество, вдруг очень нечетко или тона не будут совпадать с исходником, такое бывает... Во всяком случае пока я по причине прицепившегося ОРЗ сижу дома, займусь выбором картинок для стен - самое занятие для приболевшего человека.
А зимняя погода пока совершенно не радует, если б хотя бы снег шел живописный - красивыми пушистыми хлопьями, как полагается, так нет - с неба сыплется противная мелкая сырая крупа, которая только разводит слякоть. Ну, ладно, во всяком случае я имею возможность посидеть дома и не вылезать в эту сырость.
Художник Andrius Kovelinas, 51 год. Последние пять лет живет в Ирландии. На протяжении многих лет Андрюс ездил и выставлялся по всей Европе: Швеция, Франция, Венгрия, Литва, Испания. Два раза в год он проводит несколько частных выставок для коллекционеров.
У его работ свой неповторимый стиль, немного странный... но при этом притягательный. Такое ощущение, что Андрюс пытается найти и отразить гармонию, и не важно одна героиня изображена, или несколько. В итоге получается эмоционально законченная композиция.
[показать]
Night visit
далее...
Как и обещали, на улице метет вьюга, а я сижу с больным горлом и горячим чаем - вобщем, все атрибуты зимы налицо.
Но затянувшееся осеннее тепло вселило в меня иллюзорную надежду, что зимы не будет вообще, что она вроде уже и не нужна, и всего пару недель назад в селе зацвели ноготки, а тут во дворе под домом тоже успела вырасти довольно заметная трава и какие-то листья, и вот теперь вся эта свежая новенькая зелень так нелепо торчит из-под тонкого слоя снежной крупы. А лежать этот снег все равно не будет, потому что ноль градусов, и это будет только каша под ногами и слякоть, не зима, а так, просто противная дискомфортная погода...

[180x254]38, 2 - ну конечно, теперь к ремонту квартиры еще и постельный режим... досадно, я на такое прямо скажем не рассчитывала.
А может это знак организма, что его уже заколебала моя непривычная активность... Какой этот организм капризный.
Мой подопечный ребенок всю прошлую неделю чихал на занятиях.
Подходит к этому вопросу он серьезно и сосредоточенно, заранее кладет на стол большую стопку салфеток, а в этот раз мы даже соорудили импровизированную мусорку возле стола, из плотного целлофанового пакета, чтоб не раскидывать высморканные салфетки по всей комнате. Прерывается на чихание и сморкание ребенок тоже очень серьезно, видимо считая, что такие вещи не делаются на ходу, и при каждом чихе в занятии наступает многозначительная пауза, только неторопливо вытерев нос и внимательно рассмотрев салфетку, а потом аккуратно запихав ее в кулечек, ребенок возвращается к заданиям.
А позавчера в самом начале занятия ребенок счел нужным сообщить мне "А знаешь, человек чихает со скоростью 6600 км!" "Сколько-сколько?.." - засомневалась я, цифра показалась мне чересчур большой. "Какая, ты говоришь, скорость? точно 6 тысяч?" "Ну 660.. 6666..." - ребенок засомневался и вдобавок ему было трудно произносить столько шестерок подряд - "Вобщем - высокая скорость" - важно резюмировал он.
Я в который раз поразилась его дотошности в некоторых вопросах - это ж надо было специально искать подробную информацию про чихание...
Новый факт явно доставлял ребенку большое удовольствие - то ли его радовало осознание того, что вот он сейчас не просто чихает, а именно с высокой скоростью, то ли просто развеселило открытие очередной по его понятиям курьезной стороны окружающей реальности, не знаю... Но точно знаю, что мне лично разговоры про чихание противопоказаны. Потому что я давно заметила, если он просто чихает в моем присутствии, то ничего, а вот когда мне приходится вступать в обсуждения этого важного вопроса, я как правило заболеваю. Смешно, но факт. Вот вчера весь день уже болела голова, а сегодня я проснулась и почувствовала что першит в горле, и разумеется я уже тоже чихаю...