Опыты альтернативной истории (часть 10)
ГЛАМУРНАЯ КОММУНА
Часть 10 (здесь части 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9)
По-видимому, отношения между Джудит Блейс и Александром Кожевниковым всё же не были лишены некоторого романтизма, по крайней мере, три месяца, следующие за их знакомством он назовёт «сомнамбулическими». За это небольшой срок жизнь его, не без участия Джудит, решительно изменится: он станет стипендиатом одного из фондов по разделу ориенталистики, найдёт необременительную работу в издательстве, его статьи появятся на страницах левой прессы. Это будет тем более неожиданно, что ещё недавно они казались «слишком реакционными» даже для правых изданий. Правда, Кожеву пришлось пойти на некоторые компромиссы: так, готовя к печати свою «Антиномию господина и раба», он включил в текст несколько пассажей, позволявших предполагать, что в «господине», бросающем вызов страху смерти, он видит революционера, а в рабе, неспособном подняться над задачами выживания – буржуа.
Круг знакомств Александра расширяется, общественное и материальное положение крепнет. Естественно, когда зимой 1928-29 гг. на окраине Парижа появляется «Рубиновая фабрика» - штаб-квартира Организационного комитета Марсельского кинофестиваля, Кожев ставится одним из завсегдатаев этого нового центра интеллектуальной и артистической жизни. Это тем более не удивительно, если учесть, что Блейс входит в Совет поддержки Фестиваля – структуру, занятую привлечением средств на его проведение.
Кажется, это был один из первых случаев, когда художники обживали заброшенные производственные помещения. Хотя, американцы утверждают, что их приоритет в этом вопросе неоспорим: нью-йоркские «сквоты живописцев» появились несколькими годами раньше. Впрочем, «Рубиновая фабрика» не была самозахватом - оргкомитет выкупил, отремонтировал и перестроил цех одного обанкротившегося завода ещё летом 1928-го. Само название «Рубиновая фабрика» (данное из-за темно-красного цвета краски, которой стены были выкрашены снаружи) довольно позднее, оно появляется в литературе, преимущественно англоязычной, только в шестидесятых, вероятно, по аналогии с «Серебряной фабрикой» Энди Уорхолла. Современники чаще называли это здание просто «Фабрикой» или «марсельским штабом».
[500x285]
[500x285]
[500x285]
[500x285]
[500x285]
[500x289]
[500x316]- Государственно-монополистический капитализм, ради проформы именуемый «социализмом», приведёт нас не к коммунизму, а в объятия генерала Врангеля или какого-нибудь доморощенного Наполеона! – провозгласил один из лидеров «максималистов» Зиновьев.
[500x338]Опыты альтернативной истории (часть 2)
ГЛАМУРНАЯ КОММУНА
Часть 2 (часть 1 - здесь)
Линия на развитие «коллегиальности» и «внутрипартийной демократии» находит своё воплощение в политической системе, которую Ильин назвал «шляхетской республикой вчерашних провизоров». В социальном и правом (а всё чаще и в материальном) плане между членом ВКП(б) и обычном гражданином лежит пропасть. Первые пользуются беспрецедентной свободой, вторые, по сути, бесправны.
Съезды партии проходят с всё большей пышностью. Оттуда в моду входит «стиль победителей»: развевающиеся на ветру шинели с атласной подкладкой, стального цвета френчи дорогого шитья «с переливом», элегантные плащи особого кроя из кожи тончайшей выделки, прозванные «пьедестальными». Маршалы республики вводят обычай появляться на заседаниях с шашкой и сидеть, опираясь на её рукоять, большинство делегатов-военных им охотно подражает. Мировую прессу обходит снимок фотокора английской «Монинг стар»: длинный ряд краскомов, одинаково надменные и строгие лица, десятки рук возложенные на эфесы тонкой ручной работы.
Ромен Роллан, один из немногих эволюционировавший вправо, напишет, комментируя фото: «Это не освободители, это – покорители».
[550x305]
Опыты альтернативной истории
ГЛАМУРНАЯ КОММУНА
Как-то случайно и сразу написавшаяся заметка в жанре "альтернативой истории". За отправную точку своих измышлений возьму 1922 год. Почему так? А почему нет?
[313x312]Лекция 1 Что такое философия?
Самый простой ответ на вопрос о том, что такое философия может звучать так: "Это всё то, чем занимаются философы". Конечно ответ слишком уклончивый и требует дополнительных пояснений. Прежде всего относительно того, кто такие философы. Имя "философ" придумал Пифогор. Так он называл прежде всего себя, указывая, что он не мудрец, а только ревнитель, стремящийся мудрости достич. Значит Пифагор не считая себя мудрым для чего-то стремился им стать. Зачем?
Сутра Подсолнуха
Пройдя по обочине свалки, я сел в исполинской
тени паровоза "Южный Пасифик" взглянуть
на закат над холмами и уронить слезу.
Джек Керуак сидел рядом на сломанном ржавом
столбе, компанию составляя, мы думали одни
и те же думы про душу, бедолаги с тоской в
глазах, среди корявых железных корней
механических деревьев.
Маслянистая влага реки отражала красное небо,
сверху падало солнце на последние пики
Фриско, ни рыбы в этом потоке, ни отшельника
в этих горах, лишь мы в бреду бодуна, бродяги
на берегу, усталые хитрецы.
Смотри, вот Подсолнух, сказал он, когда заслонила
небо мертвая серая тень, большая, как человек,
над кучей старых опилок –
– я вскочил, изумленный: это был первый подсолнух,
память о Блейке – грезы мои – Гарлем
и Пекла Восточных рек, мосты с лязгом Сэндвичей
Джоза Гризи, останки детских колясок, голые
черные шины, сбитые и забытые, речная поэма,
кондомы и горшки, стальные ножи, тотальный
тлен, только влажная муть и яркие, но преходящие
артефакты –
и серый Подсолнух на фоне заката, весь в трещинах,
опаленный и пыльный, в глазнице копоть, смог и
смрад былых локомотивов –
венчик блеклых лепестков, смятых и сломанных, как
ветхая корона, из лика выпавшее семя, почти
беззубый солнечно-воздушный рот, едва заметные
лучи на волосатой голове, похожие на высохшую
паутину, –
руками из стебля торчащие листья, трепет стертого
корня, осыпь с черных веток, дохлая муха в ухе.
Нелепой старой развалиной ты был, мой подсолнух,
о моя душа, как любил я тебя тогда!
Была твоя сажа не от человека, но от смерти и людских
паровозов,
вся эта пыльная одежда, пелена потемневшей кожи
железной дороги, смог щек, черная горечь век,
закопченная длань, или фаллос, или протуберанец
искусственной, грязнее грязи – индустриальной –
современной – всей этой цивилизации, пятнающей
безумный твой золотой венец, –
и смутные мысли о смерти, и запыленные глаза, не
знавшие любви, а снизу – сникшие корни в родной
куче песка и опилок, резиновые купюры, шкура
станков, кишки слезливо-чахоточного автомобиля,
одинокие пустые банки с высунутыми ржавыми
языками, что там еще, пепел с кончившей сигары,
влагалища тачек, молочные груди машин,
тертые задницы кресел, сфинктеры генераторов –
все это
спрессовано в мумиях корней – и вот передо мною
ты стоишь в лучах заката, твой облик славен!
Безупречная красота подсолнуха! блаженное бытие
под солнцем! сладкий пригляд за юной хипповой
луной, проснулся, живой и страстный, ловя в закатной
тени золотой как восход лунный бриз!
Сколько мух прожужжало вокруг тебя, невиновного в
том, что грязен, пока ты клял железнодорожный рай
и цветочную душу свою?
Бедный мертвый цветок! когда же ты забыл, что ты –
цветок? когда взглянул на свою кожу и решил, что ты
теперь бессильный и грязный старый паровоз? призрак
паровоза? виденье и тень могучего прежде, яростного
американского паровоза?
Ты не был никогда паровозом, Подсолнух, ты был
подсолнухом.
А ты, паровоз, был и есть паровоз, помяни мое слово!
И я ухватился за мощный остов подсолнуха и водрузил его,
как скипетр, рядом с
Быть радикальным - значит понять вещь в её корне.
Карл Маркс
Жизнь не имеет смысла. Жизнь бессмысленна. То, что мы называем объективной реальностью, существующей вне нашего сознания, само по себе смыслом не обладает. Ну не усматривается смысл и всё тут. Любое наше "почему" разбивается о смерть и страдание без вины. Человек в определённом возрасте внезапно прозревает: жизнь - бессмысленная ТАКовость, почему-то вызывающее в человеке страдание и влекущее его к смерти. Это просто феноменологический факт. Тот, кто не видит этой очевидности, тот кретин со счастливым сознанием, по словам Маркузе. Норма для человека - сознание несчастное, пребывающее в состоянии заботы; сознание, балансирующее на краю ужаса от бездонного пространства что нас окружает, а то и ввергаемое в священный Angst, подобающий взрослому уму. Норма - испытывать отвращение, гнев и брезгливость к тому галлюцинаторному бреду, которым люди пытаются заполнить эту пустоту. Об этом говорилось неоднократно и людьми значительно умней меня. Но напомнить это совершенно необходимо, поскольку дальнейшее изложение будет исходить из этого, скажем так... наблюдения.
Что есть ценность, предмет рассмотрения аксиологии? Объект желания, желаемое - вот что это такое. То, чего человек не имеет или лишён, но очень хочет иметь. Или ценность это то, что он имеет, но если лишиться такового, то взалкает этого. Так вот, дело в том, что ценностное мышление, как ни крути, завязано на обычную корысть. Или на необычную, но корысть. Ценность, как ценность, может появиться только в корыстной оптике. "Я хочу! Я желаю!" И даже абсолютная ценность - Благо есть ни что иное как максимально возогнанный объект вожделения человеческого. Думается мне, что это следствие нашего древнего постава. О, эта целая повесть...
Философическая шутка от Толи Степанова (Великого и Ужасного):
- Чего тебе не хватает в Едином?
- Да многого.
Нашим главным ощущением тогда было, что - мы величайшая группа молодых гениев,
когда-либо жившая на этой планете и теперь - самое изумительное время для жизни.
Мы чувствовали, что все происходит в правильное время
в правильном месте в правильной компании.
И каждый раз, когда кто-то из нас выпускал новую песню,
нам казалось, что мы только что пробили очередной звуковой барьер...
одна изумительная группа и песня за другой...
Как нам повезло - жить в это время.
Марианна Фэйтфул
Переношусь воображением в тот краткий эон, когда казалось, что порождающее удивительные смыслы лоно приостановилось в своём резвом убегании и сам зев бытия стал близок к ушам смертных. В воздухе разлился аромат волшебства и нездешней надежды. Эфир следовал мановениям человеческих пальцев. Города, доселе пустые, наполнились длинноволосыми паладинами блаженного хаоса. "Я говорю вам: нужно носить в себе ещё хаос, чтобы быть в состоянии родить танцующую звезду." Заратустра был услышан. Свобода торжествовала, брала города, один за другим. Её буйную процессию приветствовали цветами в волосах предатели строя. "Эвоэ!" - опять неслось по ожившим холмам и улицам.
Один мой старый друг, Макс однажды сказал: "Почему возможен обман? Потому что Бог никогда не лжёт." Макс прав.
Сидящий Бык, Ситл, Белое Облако и другие индейские вожди XIX века
[447x533]
Не нужно много слов, чтобы сказать правду.
Что такое жизнь? Это свет светляка в ночи. Это дыхание бизона, когда приходит зима. Это тень, ложащаяся на траву, и тающая на закате.
Люби землю. Она не унаследована тобой у твоих родителей, она одолжена тобой у твоих детей.
Когда будет срублено последнее дерево, когда будет отравлена последняя река, когда будет поймана последняя птица, — только тогда вы поймете, что деньги нельзя есть.
В первый год женитьбы молодожены смотрели друг на друга и думали, могут ли они быть счастливы. Если нет — они прощались и искали себе новых супругов. Если бы они были вынуждены жить вместе в несогласии, мы были бы так же глупы, как белый человек.
Ты не можешь разбудить человека, который притворяется, что спит.
Великий Дух несовершенен. У него есть светлая сторона и темная. Иногда темная сторона дает нам больше знаний, чем светлая.
Посмотрите на меня. Я беден и гол. Но я вождь своего народа. Нам не нужны богатства. Мы всего лишь хотим научить наших детей быть правыми. Мы хотим мира и любви.
Даже твое молчание может быть частью молитвы.
Белый человек жаден. В кармане он носит холщовую тряпку, в которую высмаркивает свой нос — как будто боится, что может высморкать и упустить что-то очень ценное.
Мы бедные, потому что мы честные.
Знание спрятано в каждой вещи. Когда-то мир был библиотекой.
Мой сын никогда не займется земледелием. Тот, кто работает на земле, не видит снов, а мудрость приходит к нам во снах.
Мы не хотим церквей, потому что они научат нас спорить о боге.
Когда человек молится один день, а потом грешит шесть, Великий Дух гневается, а Злой Дух смеется.
Почему вы берете силой то, что не можете взять любовью?
Старое время было чудесным. Старики сидели под солнцем у порога своего дома и играли с детьми до тех пор, пока солнце не погружало их в дрему. Старики играли с детьми каждый день. А в какой-то момент они просто не просыпались.
Когда умирает легенда и пропадает мечта, в мире не остается величия.
Что такое человек без зверей? Если все звери будут истреблены, человек умрет от великого одиночества духа. Все, что случается со зверьми, случается и с человеком.
Одно «возьми» лучше двух «я отдам».
Не иди позади меня — возможно, я не поведу тебя. Не иди впереди меня — возможно, я не последую за тобой. Иди рядом, и мы будем одним целым.
Правда — это то, во что люди верят.
Даже маленькая мышь имеет право на ярость.
Я страдаю, когда вспоминаю, как много было сказано хороших слов и как много обещаний было нарушено. В этом мире слишком много говорят те, у кого вообще нет права говорить.
Пусть мой враг будет силен и страшен. Если я поборю его, я не буду чувствовать стыда.
Тот, кто рассказывает истории, правит миром.
Стремись к мудрости, а не к знаниям. Знания — это прошлое. Мудрость — это будущее.
Когда ты родился, ты плакал, а мир смеялся. Живи так, чтобы, умирая, ты смеялся, а мир плакал.
Вам не кажется, что расистов на нашей земле многовато развелось? Что как бэ символизирует... Призадумался я - ну вот не нравится мне расизм, не нравиться и всё тут. Пакость какая-то. Мерзость пред Господом. А почему не нравиться - понять не мог я. То есть, я к тому, что у расизма есть своя аргументация, полчища вовсе не слабоумных последователей. Ну в смысле не все они слабоумные. Ну то есть слабоумными они не сразу становяться. Да и я тоже, знаете ли, за год с лишним наобщавшись в блогосфере, волен-с, неволен-с, сам стал дрейфовать в сторону гендерного расизма. Выгребаю, но всё одно - сносит :) Понимаю, что нехорошо, но ёлы-палы, себя не обманешь - вижу же... Так вот, призадумался я крепко - надо в обяз обосновать ошибочность расизма. "Ну вот просто-напростаки надо" (с). Решил не рыться по книжкам, решил сам справлюсь. И обосновал. Давайте возьмём и спокойно поразмышляем.
Смертью смертным грозит это знанье. Отравой злой смердит эта мудрость. Горечь во вкусе её. Пусть дух смельчаков опьянит полуночным она вдохновеньем. Да забродит он, заискрится! Да разольётся жидкий огнь по жилам их лунной ртутью! Пусть сверкают глаза мужчин угольями глаз кошачьих. Броди, шастай, как барсук в ночи. Приближай зенит позора, торопи взор свой туда, где взойдёт последняя звезда мира. Такова, брат, судьба твоя - долю иметь в наследии пустыни. Бесплодные люди стеной плотной призраков окружат тебя. Растолкай их, глупцов, не слушай речей их. Говорливые, но не реки; крутые, но не горы, где отдыхала душа твоя, похваляясь покоем. По ком рыдает теперь осина-горная трава? Не клони плечей, не слушай рыбий плач. Займись делом, брат - да увлечёт тебя Путь Млечный! Свет Юпитера, сардоникса небесного, брата Солнца, пусть осветит стези твои. Альтаир купает клюв свой в волнах ручья над тобой, бдит за паденьем Веги-орла, бирюзовой птицы. Следи за ним. Следуй в хвосте Денеба, не промахнёшься мимо лета. Летящие стрелами Леониды укажут тебе где земля августа. Его достоинство, урожай великих благ его - твой. За ценным отправляясь, из памяти выпусти хлад сокровищ. Сокрыто будущее от детей времён. Глубок надир, закрыт изумрудной страной. Странники всезнающие похлопочут, заведут тебя в великий ком. Кому-то надо закончить всё это, близким сделать сам горизонт. Прямой дорогой, тропой окольной к источнику звёздного молока. Да свернётся оно как свиток! Кто ведал тогда что это так тяжко? Уксус - услада губ твоих, твоё новое вино. Привыкни к вкусу таких побед, маленький великан. Тебя бросили, теперь забрось себя, да подальше, да повыше! В самую толщу верхних вод, где островами сияющими плывут насельники пустоты. Предстоит тебе большое - царя отменив, царство построить. Строгим будь зодчим и выйдет что надо. И место всем будет и воля воспоёт победную песнь. И погрузиться наконец-то плод трудов твоих в пучину, верно, верно говорю. Пусть толкает тебя вперёд надежда, я тебе её отдаю. И да пребудет с тобой, душа моя, луч колодезной звезды!