Памяти моего друга Игоря Юрьевича Копейко...
http://www.ahadov.ru/miri/mir-prozi/mir-sudeb-luds...3-vse-suschee-imeet-sled-.html
Одно из самых загадочных архитектурных сооружений мира не прячется в диких лесах или бескрайних пустынях, не скрыто высоко в горах или в подводных глубинах. Оно на виду – в самом центре шумной столицы государства. Миллионы людей видят его каждый день, проходят мимо, используют его узнаваемое всеми изображение в рекламах, толпами, парами и в одиночку фотографируются на его фоне и на его крыше. Это сооружение за сотни лет общупано, обнюхано и осмотрено чуть ли не с лупой поколениями археологов. И тем не менее…
Никто со 100-процентной достоверностью не может назвать возраст этого сооружения.
Никто со 100-процентной уверенностью не может назвать имени его автора.
Никто со 100-процентной уверенностью не может вразумительно объяснить его предназначения.
Это сооружение называется Девичьей Башней. Находится оно в центре Баку и по форме действительно напоминает башню… только очень-очень странную… определено учеными, что абсолютно никакого оборонительного, да, и вообще, военного значения башня никогда не имела. Все её окна расположены примерно одно над другим и направлены в одну сторону – на юго-запад. Эффективно отбиваться от врагов из таких окон совершенно бессмысленно. И при этом их в принципе очень мало для нормального отпора врагу! И «смотрят» они не вниз… а вверх! Земли из них вообще не видно, только небо и море вдали. Башня за время своего существования подвергалась неоднократным переделкам. Чтобы понять в чем её смысл, необходимо представить себе её хотя бы приблизительно в первоначальном виде . Двое специалистов, Фаик Набиев и Аббас Исламов, обнаружили нечто новое в биографии Девичьей башни. На основании многолетних исследований этих выдающихся учёных сделаны следующие выводы:
1. Девичья Башня не имела перекрытий между этажами и была полой внутри. Вместо перекрытий вдоль стен проходили узкие кольцевые выступы (до 80 см в ширину), разделявшие башню на 8 ярусов. В выступах были специальные желоба для отвода воды. Следовательно, она изначально не была рассчитана на укрытие в ней и продолжительное существование хоть сколько-нибудь значимого количества людей. Там негде жить.
2. Девичья башня сооружалась единовременно как единое сооружение одного зодчего. Композиционный объем башни состоит из двух частей - гладкой нижней и ребристой верхней. Исходя их этого некоторые исследователи выдвигали предположение, что башня строилась в два этапа - вначале была построена нижняя часть, а через несколько веков верхняя. Однако изучение пропорций и конструкции башни, закономерностей и взаимосвязанностей её частей не оставляет сомнений в том, что башня строилась по единому замыслу, в один и тот же период времени. Одним архитектором. Используя различные архитектурные приемы, древний зодчий, творец этого сооружения, сумел добиться сильной художественной выразительности, слив в единую композицию два решенных по разному вертикальных объема.. Если обозначить высоту ребристой части главного цилиндра башни через А, а гладкую часть через В, то те же пропорции соблюдаются и в вертикали примыкающего к башне выступа, но наоборот - гладкая часть выступа равна А, а ребристая В. Диаметр башни D равен А, длина выступа В. Таким образом, все пропорции башни можно вписать в квадрат.. Знаменитый принцип «золотого сечения» использовался в пропорциях пирамиды Хеопса (, 2470 год до нашей эры), древнеегипетских храмов, а также древнегреческого храма Парфенона ( 5 век до нашей эры). Интересно расположение главного окна башни. Если рассмотреть развертку башни, то можно обратить внимание, что главное окно спроектировано в центре развертки. Оно как бы делит нижнюю гладкую и верхнюю ребристую части на две равные половины.
3. Стена с двумя выступами является составной частью башни.
Обычно, когда описывают башню, указывают на большой цилиндрический объем и выступ, примыкающий к башне. Однако башню нельзя рассматривать без примыкающей к ее задней
Cеверная сказка
Жила-была большая Нюня с крыльями. «Ооу! Ооу!» - закричала она однажды. И пошёл дождь. Он шёл, шёл, спотыкался и постоянно падал на землю, пока весь не упал. И стал дождь морем. Нюня летала над морем долго-долго, всё никак не могла понять: что же она хочет? Но ей явно чего-то хотелось новенького. Нырнула Нюня в море, схватила в нём что-то лапками и понесла в небо. Несёт, а сама увидеть не может: что же там, в лапках? Крутит головой, лапки вперёд выпихнуть пытается, чуть сама не упала. Уронила она своё сокровище опять в море и заплакала жалобно: «Ы-ы-ы! Ы-ы-ы!»
А у моря появился берег. Накинулись на берег волны, пытались стащить его поглубже, а он упёрся, изогнулся весь, не сдаётся, так и застыл. Увидела большая Нюня, что получилось у неё настоящее Лукоморье, как в сказке. Обрадовалась ему, решила Лукоморье своё получше узнать. Спустилась на землю.
А навстречу ей – старая Хадакэ с внуком Панзу. Тащит она Панзу за собой, а он всё сбежать норовит, балуется, оленей дразнит. Спрашивает Нюня: «Куда ты внука тащишь? Кто ты?» «Отстань! Не то пожалуюсь на тебя моржу Тивтею, нерпе Пяк и гусю Ябто, устроют они тебе трёпку за то, что меня обижаешь!» - отвечает ей старуха, «Я не простая бабушка, а волшебница Пухуця, хозяйка лукоморского чума. Пора внуку моему, непоседе Панзу, за ум браться. Веду его рыбу ловить, не простую – круглую, тёплую, оранжевую! Море и земля у нас есть. А вот без огромной оранжевой рыбы Хаер нам никак не обойтись»
Извинилась Нюня перед волшебницей, полетала над Лукоморьем, столько чудес насмотрелась, что захотелось ей кому-нибудь о них рассказать, кто правильно поймёт, и повернула к морю за Пухуця. И вдруг заметила Нюня, что над морем засияла огромная рыба Хаер – северное лукоморское солнце! Молодец Панзу!
Примечания:
Нюня –священная для ненецкого народа гагара, создавшая Землю,
Пухуця – богиня ненцев, хранительница домашнего очага,
ненецкие слова: Хаер – солнце, Пяк – нерпа, Ябто – гусь, Тивтей – морж, Хадакэ – бабушка, Панзу - непоседа
- Стой! Кто такой? Куда идёшь? Документы показываем!
- Свой я, свой! Вот рога, вот копыта – все мои документы. Ой, а вот они местами поменялись. Видите? Я – свой. Пропустите меня, дяденьки, я вам денег дам.
- Денег? Это хорошо. Только свои нам денег никогда не предлагают. Ты – чужой. Взять его под стражу! Нас за деньги не купишь! Мы волшебные.
- Как так? Как это «не купишь»? А чем же вас купить можно?
- Только честным словом.
- Так я ведь свой, честное слово!
- А документ имеется?
- Да, честное слово!
- Ну, тогда проходи…
- Спасибо, ребята! А где у вас Лукоморье? В какую сторону идти-то?
- У нас везде Лукоморье, иди, куда хочешь, не ошибёшься….
- Спасибо стражникам, теперь я знаю, что меня зовут Честное Слово. А зачем честному слову документ? Оно ведь честное-пречестное.
И пошло Честное Слово налево, а потом – направо, а потом – прямо. Ничего не видно, туман. Слышно, как волны морские шумят, словно плачет кто-то…
- Кто ты? О чем печалишься?
- Я – Птичий Ирий. А ты кто?
- А я – Честное Слово. Как ты выглядишь? Почему тебя не видно?
- Выгляжу я так, как ты меня себе представишь. А пока ты себе меня никак не представишь, я никак и не выгляжу.
- А Лукоморье где? Почему всюду туман?
- По той же причине. Лукоморье всюду. Надо его только представить себе, и оно тут же себя покажет. У каждого – свой Птичий Ирий и своё Лукоморье. И вход в него открыт только ему одному.
Честное Слово зажмурилось, представило себе всё-всё, открыло глаза и ахнуло.
- Какая красота!
Туман исчез. Всюду было Лукоморье. Счастливые олени бежали вдоль берега синего моря, белоснежные облака плыли над ним по голубым небесам, а одно из облаков висело низко-низко над морем и клубилось, как живое. Это и был Птичий Ирий, облако состояло из радостных птиц, вьющихся над прекрасным воздушным островом.
Честное слово захотело побывать на острове и нырнуло в море. Через мгновение оно вынырнуло сухим из воды и вышло на берег острова. Там жили не только птицы, но и звери – самые разные: волшебные медведи и песцы, росомахи и волки, олени и зайцы, мыши и лемминги. И все они были дружны и мудры.
- Чем же вы питаетесь, милые звери? – воскликнуло Честное Слово.
- Тёплым солнечным светом и медовым воздухом, - ответил ему огромный старый медведь, похожий на замшелую скалу.
- А когда нет солнца? Тогда как?
- Это правда. В Лукоморье день длится полгода, а другие полгода здесь – ночь. Полярные сияния, лунный и звёздный свет кормят нас, а метели и вьюги укрывают пушистым мягким снегом от крепких морозов. Море становится твёрдым, покрытым льдом, и по нему можно гулять сколько угодно. Ночью нам здесь тоже хорошо, хотя некоторые просто спят до весны.
Звери показали Честному Слову весь Птичий Ирий, а потом угостили свежим медовым воздухом с сияющими в нём искринками солнечного света. Очень вкусно!
Вернулось Честное Слово на берег Лукоморья и увидело в дальней дали громадное Дерево, медленно вращающееся вместе со всеми землями и морями, и звёздами , и самим солнцем. Его крона
Жила-была Чунька Чуньковская. Знаете, как её звали? «Чунька-Чунька-Чунька!» Вот как её все постоянно звали. Тут не захочешь , а захрюкаешь. И начала Чунька хрюкать. «Хрю-хрю-хрю!» Вот так она хрюкала каждый день. Ей было весело. Чуньки ведь необидчивые, не то, что мы. Пока не нахрюкаются, спать не лягут.
Любила Чунька в огороде копаться. Там у неё время росло всякое-разное: арбузное время с красной сочной мякотью, клубничное, гороховое в стручках, морковкино время, зимой – пломбирное в стаканчиках вафельных. А ещё фруктово-сосулечное. Только от него горло заболеть может, если много съесть. А так – ничего, вкусное.
Но вот однажды тёмной ночью напали на чунькин огород волки. В самое арбузное время! Приходит утром Чунька на свой огород, а там всё арбузное время перепорчено. Выели волки сладкую сочную мякоть у арбузного времени. Насорили корками и ушли. Беда. Похрюкала Чунька на судьбу, а что ж поделаешь? Корки прибрала и дальше жить начала. Через год шакалы пришли. В самое дынное время. Любят шакалы свежие дынные запахи. Чунька опять расстроилась поначалу, а потом решила к волкам да шакалам в гости сходить, отношения выяснить.
Пришла в самые их логова и говорит: «Вы что это поели, а за собой не убрали?» И как хрюкнет на них! Испугались волки да шакалы, хвосты поджали и говорят: «Простите нас, тётенька Чунька! На дворе жара, бегаем весь день, пить охота, а на речку бежать далеко. Вот мы арбузами да дынями жажду и утоляем! Мы не всё выели, там ещё оставалось маленько, для Вас!» Головы опустили, в глаза не смотрят, до того им, безобразникам, стыдно.
Что с ними делать доброму сердцу? Простила. Теперь они вместе на огороде копаются. И не только они, мелкие зверушки тоже там: белочки, ёжики, зайчики, бурундучки и прочие…. Одни за грибным временем присматривают, другие за ореховым, третьи за ягодным. Всем у Чуньки на огороде работа нашлась! И дружат теперь – семьями.
Шёл светопад. Частицы света,
Порхая, падали во мглу…
“Не может быть!” – сказала Света,
Целуясь с парнем на углу.
И в тот же миг она упала,
Увы, зима и гололёд.
Но чтоб поверить в чудо, мало
Такой же испытать полёт.
Не всем спешат открыться двери
В мир светлых невесомых тел…
А парень, кажется, поверил:
Поднял её и улетел.
«Век живи, век учись, дураком помрёшь…»
Народная мудрость
Не хочу помирать дураком!
С дураками я плохо знаком.
И какие ж они дураки –
Эти женщины и мужики?
Помню, был у меня военком,
Не назвал бы его дураком.
Самодур, идиот – это да,
Но - дурак… не скажу никогда.
А ещё я ходил в райисполком:
Было трудно не стать дураком.
Все вокруг там настолько умны –
Не подлезть ни с какой стороны.
А ещё – был знакомый завмаг,
Ну, уж этот – никак не дурак.
Заезжали к нему из ЦК
Не за тем, чтоб валять дурака.
Мы учились со всею страной,
Побеждали любою ценой,
Завещая грядущим векам
Верить нам, а не им – дуракам!
И пословица та ни к чему!
Кто дурак? Ничего не пойму…
ГОЛАЯ ИСТИНА
Алкей сказал, что истина в вине.
Словам поэта верится вполне:
Всё так, в вине, и, кстати, - нагишом…
Да,разве можно спорить с алкашом?!
* - In vino veritas — хорошо известное латинское выражение. Его авторство приписывают Плинию Старшему. Однако, на греческом она известна за 6 веков до его рождения, автор - поэт Алкей, современник и соотечественник Сапфо.
Гениальные мысли подобны элементарным частицам: мелькнут в голове, оставив за собой ярчайший исчезающий след. И опять уже нет ничего. Они, словно нейтрино, пронизывают Землю насквозь за доли секунды. Этот ливень мыслей, возникающий в неведомых нам глубинах пространств и времён, настолько неуловим, что мы почти никогда не ощущаем его. Хотя он – всегда рядом, и в нас и возле нас…
Мы живем в четырех измерениях пространства-времени и считаем, что это всё. Но у Мироздания нет предела. Вселенных – бесконечное количество. Измерений и пространств – бесчисленное множество. Об этом уже сейчас говорят последние открытия учёных с мировыми именами.
Вселенная появилась в результате Большого Взрыва? Хорошо. Предположим. Но какая Вселенная? Которая по счёту? И в каком из рядов неуловимых рождений? Кто знает об этом? И можно ли об этом достоверно знать нам?.. Или это дано, но не нам?..
Жил-был тихий ужас. Скромный такой. Никому плохого не делал. Под ногами не мешался. Сам у себя за пазухой. Придумает себе что-нибудь по-тихому. И смеётся. А что к чему – никому не ведомо, да и ладно.
Всё бы хорошо, да не хорошо: напала на тихий ужас хандра. Ходил он туда-сюда, похрюкивал, всё никак понять не мог в чём дело, на что хандра намекает. Купил билет на поезд и уехал куда глаза глядят по обмену опытом. Выходит на станции, а там жуть какая-то стоит, его дожидается. Так и поженились.
И не стало тихого ужаса, и жути никакой не стало, зато появилась на свет добрая семья с детишками, где всем хорошо, потому что там всех любят, о каждом заботятся.
А то, что их дети иногда в страшилки играют, - это неправда. Это опять зависть к кому-то в гости зашла и наговорила напраслины. Не станете её слушать: сама уйдёт.
Собрались добрые сказки на лугу поболтать, радуются друг другу, ресницами длинными-предлинными хлопают. Вдруг, как гаркнет кто-то в три горла. Вот же озорники местные! Разбежались ошалелые сказки в разные стороны, взмахнули ресницами длинными-предлинными и полетели на них в синюю небесную даль..
Добрые сказки – одна краше другой, все красавицы ясноглазые. А про что они – никто ещё не знает. Вот бы послушать! Пригласили их на телевидение. Сказки заморгали ресницами быстро-быстро и полетели в телестудию. Только прилетели, как их сразу всех толпой повели в павильон сниматься. Ртов раскрыть никому не дали, восхищаются их красотой, снимают, фотографируют.
Оказывается, они попали в передачу «Конкурс красоты», а им-то про сказки хочется рассказать. Что ты, что ты! Руками машут, короны мисс красавиц раздают и пригласительные билеты в Париж! Заморгали красавицы ресницами и полетели в Париж. А там всё то же самое: дефиле, подиум и прочие иностранные слова. А про сказки – опять молчок. Стали они все принцессами сказочной красоты.
Усадили их рядышком в большой красивый самолёт и повезли через моря-океаны в Бразилию на карнавал. Стали наши сказки и там королевами красоты. Во всех модных журналах их фотографии! Прославились на весь мир! Спрашивают их:
- Чего , девушки, хотите? О чем мечтаете? Всё исполним!
- Домой хотим! К детям!
- А много у вас детей?
- Да, все дети, какие на свете есть, – наши! Мы ведь не сказочные красавицы, а красивые , добрые сказки. Нас дети любят и ждут дома!
Поняли тогда люди свою ошибку, извинились и отправили красавиц домой. Куда? А прямо к вам. Ждите! Вот-вот появятся!
Жила-была девушка-семидевушка. И был у неё дедушка. С бородкой. Седенький. Девушка везде успевала. А дедушка нет. Купила она ему машинку – самокат. Катись, дедушка, куда хочешь. И убежала по делам. А дед опять везде опоздал. Рассердилась девушка, дала деду денег на такси. И убежала. Некогда ей. А дед снова везде опоздал. О-хо-хо… И так было много раз. Перестала семидевушка разговаривать с бестолковым дедом. Да, ну его! И не стало деда. Нигде. Только ключик от чулана остался. В наследство. Погоревала семидевушка и стала дальше жить, делами заниматься. Так и состарилась. И кончились дела. Скучно. Вспомнила про ключик, заглянула в чулан. А там стоит машинка-самокат, а в ней – коробочка детская, маленькая. Открыла её бывшая семидевушка и увидела подушечку в форме сердца, а рядом – коротенькую дедушкину записку: «Я тебя люблю. Не грусти. Твой дедушка».
Миновала пора суровой зимней зимы с её жестокими морозами, заунывными метелями и свирепой пургой тёмными ночами с утра до вечера с короткими сумерками в полдень. Вот уже и зимняя весна наполовину прошла свой путь. Светло стало. Снег ослепительно сверкает под солнцем, радуется свету, переливается в воздухе всеми цветами радуги, порхает. Весёлый народ разъезжает по ледяным речкам на снегоходах, оставляя за собой кружевные следы «Буранов» и «Ямах». Снег стал плотным и крепким, как толстое стекло, совсем не проваливается под ногами. Высоко ходим-гуляем по застывшим сугробам, иногда на метры выше летней земли, стараемся не наступать на крыши легковушек, оставленных хозяевами на попечение матушки-зимы. Они непременно вернутся , когда снег сам сойдёт.
И наступит зимнее лето с крепкими утренними заморозками, и пушистыми белыми мухами запоздалых метелей, с цветным ноздреватым льдом на озерах – бурым, синим, зеленоватым, коричневым, радужным. Красив летний лёд! Выйдут торжествующие реки из-подо льда, затопят всю округу от радости! А как иначе: это же конец июня наступил! Благодать! Тепло зимним летом. Солнышко круглые сутки сияет. Уважаемые любители поспать в ночное время, будьте благоразумны: не выбирайте для сна комнаты с окнами на север. Именно оттуда солнышко будет вас беспокоить всю ночь. Не заснёте. Такое уж у нас весёлое зимнее лето. А лучше вовсе не спите, наслаждайтесь солнышком пока оно есть, нето станете скучать по нему зимней зимой, а поздно…
Тем более, что и зимняя осень уже не за горами…
Ты ножницами рук и ног
Кроишь и раздвигаешь воздух,
И небо за глотком глоток
Искрится в радугах и звёздах,
И всё ожившее вокруг
Иного не имеет платья
Помимо ног моих и рук,
Стремящихся в твои объятья.
По лужам тонюсенькими ножками-капельками прыгает дождь. Он резвится ручейками, стекающими в реки и озёра, целует каждый листочек, каждую травинку, танцует на крышах домов и выпрыгивает из себя от смеха, когда ветер пытается догнать его, чтобы пощекотать. Ну, вот, опять! Набегался, напрыгался, так умаялся, что промок насквозь. Раскачивается теперь на радугах, отдыхает под ласковым теплым солнышком. Отдохнёт и снова – айда: прыгать, в догоняшки играть.
Последний день, последняя Москва,
Прохожие текут неутомимо,
Москва, Москва, и что? Одни слова:
Лоснятся и проскальзывают мимо.
Одни слова, сплошное динь-дилень
Под хриплый морок мёртвого былого…
Последняя Москва, последний день,
Всё на продажу, ничего святого…
Встретил прошлое. Размечтался о будущем, ушел в себя. Опомнился, осознал, что находится не в себе. Испугался и нечаянно вышел из себя. Так он думал. Однако, то, что из него действительно вышло... ему не принадлежало. Ему стало не по себе.Теперь он был сам не свой: ни внутри, ни снаружи его не было. Ни в прошлом, ни в будущем. Пытался жаловаться. «Вы уж как-нибудь сами разберитесь между собой, нас не втягивайте» - ответили ему. Ушел, не помня себя от обиды. Но вскоре вернулся. И не один… С ними быстро разобрались. Всех поставили на место. Тогда он снова ушёл в себя и заблудился. Сначала его ждали. А потом – выбросили из головы.
Встретились во дворе Правдочка и Ложечка. Правдочка – дочка Правды-матушки, а Ложечка – известно чья дочь. Но дети есть дети. Кукол своих достали, начали вместе играть в дочки-матери, подружились.. Стемнело. Вышли наружу Правда и Ложь, дочек по домам зовут. А те только разыгрались, не хотят расставаться. Правдочка честная-пречестная. Стоит и молчит. Не хочет идти домой. А Ложечка говорит Правде-матушке: «А у вашей доченьки один мальчик куклу отнял только что. Вон туда пошел. Вы догоните, заберите куклу, а ваша доченька у нас с мамой пока погостит вас дожидаючись. Так ведь , мама?» А Правдочка молчит. А куклу её в песочнице Ложечка спрятала. А мальчика никакого не было.
Поблагодарила Правда-матушка Ложечку за заботу и побежала мальчика догонять. А доченька её к Ложечке домой пошла. Чаю там попила с вареньем крыжовным, с конфетками да бараночками. Они ещё в дочки-матери поиграли в Ложечкиной комнате. Наконец, вернулась Правда-матушка. Без куклы. Грустная.
Ложечка ей и говорит: «Вы, тётенька, не грустите. Я сейчас выйду с мамой на минуточку во двор. Подождите нас» Вышли они во двор, поремигиваются. Ложь доченьку сразу поняла, когда та ещё только обратилась к Правде-матушке. Дошли они до песочницы, достали Правдочкину куклу, вернулись. «Возьми, Правдочка, свою куколку. Мальчик её по дороге в кусты бросил, а мы с мамой нашли!»
Обрадовалась Правдочкина мама, опять соседей благодарить начала. А Правдочка её за руку домой тянет. Она ведь честная, она-то всю правду знает: чай весь выпит, в куклы наигрались, да и поздно уже, домой пора.
Бегемот – очень мнительное создание. Постоянно сомневается в своей красоте. Другие звери никогда в себе не сомневаются, а этот вечно подбегает к зеркалу, осматривает себя и так, и эдак… и только тогда на время успокаивается: хорош всё-таки, хорош. Красавчик!
Бегемот вечно занят. Вы видели тучу недавно? Это не туча, это бегемот землю орошал. Увидит где сухо, воды нет, расчувствуется и орошает землю слезами. Оросит хорошенько и полетел дальше.
Бегемоту, чтобы летать, крылья не нужны. У него всё проще. Вы видели: какая у него пасть? Чудо! Разинет её пошире и набирает воздуха в себя столько, чтобы взлететь. Воздушный флот! Ну, а как он спускает воздух: я не скажу. Не видел. Пытался видеть - не получилось, было очень ветрено.
Бегемоту некогда отдыхать, хотя его вечно приглашают на вечеринки. Какая вечеринка без бегемота? Никакая. Он безотказный. Только попросят: уже прилетел. Самый первый. До вечеринки ещё месяц, а он уже что-то ест или песенки поёт. Очаровательный.
Ещё дети его очень любят. Как увидят, так сразу кричат «бегемот, бегемот!» и пальчиками тычат. А он отворачивается, чтобы не узнали, скромный такой. А сам глазками хлопает: приятно.
А перед сном опять – к зеркалу. Хорош или не хорош? Да, как же не хорош-то? Очень даже. Просто супер. Спокойной ночи!
Возле реки, возле горы, возле леса, посреди земли с прекрасными плодами, цветами, птицами, под чудесными облаками, под яркими звёздами, под теплым и ласковым солнцем жила-была ты. Маленькая, доверчивая и смешная. Над тобой хохотало море, ухахатывалось горное эхо, посмеивались ручьи, а вербллюжья колючка – просто каталась от смеха по всей пустыне. А вообще, если честно, ты была очень красивой Проходившее мимо время иногда спотыкалось, заглядываясь на тебя. Ветер ахал, завидев тебя и устремлялся навстречу. Дождь обливался слезами, если не мог найти тебя, а вьюга – не могла успокоиться, пока ты не выглянешь в окно. Ты всем верила, и все любили тебя, потому что иначе и быть не могло.
Прошло много-много лет. Выросли новые деревья в саду, пролегли новые дороги в снежных и песчаных пустынях, всюду появились новые города. Многое изменилось вокруг. Но не всё. Потому что есть ты: маленькая, доверчивая и смешная. И очень, очень красивая. Как всегда.