Ты пела двоим, и с малиновых веток
Срывались, как листья, горячие тени,
Горячими пальцами в шахматных клетках
Писала эскизы своих отражений,
Смотрела на отблески в теле гитары,
В своём – находя и теряя ответы,
И только глаза, будто винные капли,
Искрились и грели малиновым светом.
Ты пела двоим, и в одном, непрозрачном,
Смеялся твой профиль, чуть-чуть искажаясь,
В другом – сером облаке, гордом и мрачном,
Ты шла, словно призрак – дрожа и теряясь.
Я бился с зарёй в равнодушные стекла,
Сквозь прутья придуманных шахматных клеток…
Ты пела не мне; и неведомо сколько
Я жаждал лишь взгляда любимого цвета...
© Неоновый Ветер
Не суждено ни музой, ни творцом…
Наедине с невысказанной тайной
Бездонным нераскрывшимся ларцом,
Случайностью, такой как все случайной,
Мне появляться в срок - из века в век,
Из мира в мир просачиваться снами
Сквозь розовый пергамент птичьих век
Исчерченных святыми письменами…
Не суждено ни солнцем, ни венцом -
Лишь снежною пыльцой в изгибах веток,
Бессонницей с фарфоровым лицом,
Расколотым на тысячи рассветов,
Быть архаичной тьмой внутри ядра
Мифической планеты пилигримов,
Тревожным колыханьем звездных трав
В космических садах необозримых…
Не суждено ни царством, ни царем,
Я только дань поверженному трону -
Болезненно-зеленым янтарем
Впечатанная в ржавую корону.
Я ожиданье, помнящее страх
Того, что снова небо мне готовит -
Быть стрелкою на солнечных часах
В тот самый миг, когда их остановят…
© Зоряна
Запомни его, запомни -
Тот дом на краю долины:
Разбавленный яд драконий
В кувшинах из красной глины,
Распластанный лист кленовый,
Замерзший на медном блюде...
Сюда мы вернемся снова,
Когда нас уже не будет...
Сквозь стебли сухих растений
Мы станем смотреть как тонут
Прозрачные птичьи тени
В лимонной прохладе комнат,
Как в окна летят кометы,
И осень бурлит в кальянах...
Я буду пылинкой света
В телах балерин стеклянных,
А ты - скорпионом жгучим,
Застывшим в янтарной брошке,
А может цветком колючим
На ломкой изящной ножке,
А может...
Гадать напрасно...
Запомни тот дом, запомни -
Мы станем его пространством
Когда, разомкнув ладони,
Во сне отражаясь вещем,
Вдоль стен поплывем по кругу,
Когда имена и вещи
Устанут искать друг друга,
Когда истекут все сроки,
И землю покой остудит,
Когда замолчат пророки...
Когда нас уже не будет...
© Зоряна
Нам все гороскопы на тонких страницах,
Прочитанных утром газет ежедневных,
И все предсказания гадалок уставших,
С таинственным взглядом, немножечко нервных,
Все линии судеб – на узких ладонях,
Твоих, что как прежде мне будут верны,
Сказали, что вместе не сможем быть мы,
Мы им не поверим, мы не суеверны...
06.08.2008
© Eternal Inspiration
[500x667]
автор фото: © MuuuSaki
| О, да вы - психолог. |
 [показать] Вы видите людей насквозь и точно знаете, где у них кнопка. Манипуляторство - это ваш конек, впрочем, вы слишком великодушны, чтобы им злоупотреблять. Вам частенько приходится разруливать проблемы своих знакомых и быть для них жилеткой. Да, обычно вы доброжелательны и спокойны, но кто бы знал, чего вам это стоит! |
| Пройти тест |
[500x333] [700x686]© Irene L
И в каждом рассвете - зерно наступающей ночи, и каждое слово - порою становится вещим, работа героя придумана для одиночек, как отданы им для других бесполезные вещи. Запястья сковав, мы порою себя обрекаем на холод ночей, и будильник - как клекот орлиный, но Герда, увы, не приходит для всякого Кая, и вечность лепить нам приходится из пластилина. Блаженнейший дар - проходить по краям и по граням, себя раздарив, обеспечить себе неприступность, но верность себе - тот клинок, что ладони изранит, свидетель потерь - побелевшие, ровные губы. Прощаться легко, уходить равнодушному легче, себя удержав, для кого-то сработать опорой, но будет апрель, и настанет сиреневый вечер, и может быть, он не послужит нам новым укором...
...
О, этот выбор принять непросто, у одиночеств скупые лица, и под доспехом свербит короста желанья просто остановиться...У всякой Герды - одна дорога, но вот дойдет ли - вопрос отдельный, а одиночеств у жизни много, и все, как водится, беспредельны. Прекрасен замок из льда и стали, поют герольды, свирели плачут, но если кукольники устали, то это, друг, ничего не значит. Пойдешь направо, пойдешь налево, свернешь в тенета заботы нежной, не улыбается Королева, когда ее называют снежной...И это выбор, и эти путы, у всех рассветов оттенок странный, но выбирая, не перепутай - так отдирают бинты от раны. Кого оставить, куда вернуться, и путь свободы с лихвой оплачен - но постарайся не оглянуться на Королеву - она не плачет, она, прощаясь, глаза закроет, всегда спокойна, всегда при деле, и, провожая своих героев, она рассвет им под ноги стелет.
...
А герои убивают драконов, а герои рассыпаются пылью, и на бархатной подушке - корона, про которую однажды забыли. Для героя нет ни сна, ни покоя, у героев переполнен мобильный, а корона все равно под рукою, замусоленная карта у Билли... Там начерчены тропинки пунктиром, разукрашены поля черепами, но наполнена уютом квартира, и возможности себя исчерпали. Вышивание по снежной пороше - вот искусство, и натянут на пяльцы тот, чей выбор позабыт-позаброшен, тот, кто гладил ей холодные пальцы, тот, с которым уходила, не плача, тот, к которому однажды вернулась...Не решается простая задача - почему ты, уходя, оглянулась? Что оставила и что потеряла, что нашла и от чего отказалась? Как же солнце беспощадно играло на сапфирах, украшающих залы, где гуляло беспокойное эхо, где ветра к тебе без стука врывались, отчего тебе теперь не до смеха, может, нити, наконец, оборвались? Что же будет? На провисшем канате королева улыбается нежно, за свободу королева заплатит, тем, что проволокой ноги изрежет...Тот, кто встретит королеву босую, не сумеет пересилить азарта - за собой она пунктиром рисует королевскую козырную карту.
© Мария Хамзина (mousss)
ЖЖ