Я почему-то был уверен - беседа о детском чтении не может не привлечь внимания тех, у кого растут дети. И не ошибся.
Огромное спасибо всем, кто откликнулся!
Одна из целей моих книжек "Образное слово", "Книжкин дом", "Книга для чтения ( "анонсы" в моём Дневнике уже есть, но разговор об этих книгах - впереди) -- увлечь и родителей, и словесников, и конечно же, самих детей - радостью постижения прекрасного. Это и впрямь -великое счастье стать открывателем ХУДОЖЕСТВЕННОГО слова, почувствовать его красоту, в отличие от дешёвой "побрякушки". Этой идеей, кстати, проникнуты все мои "Родные речи,
учебники для основной школы. Всё там начинается с ТРУДА писптеля в его творческой мастерской. Об этих книгах мы тоже поговорим в своё время.
Мы с Вами будем работать так, чтобы наш ребёнок, как по волшебству, оказался в творческой лаборатории великого мастера слова, проникся её атмосферой, увидел, почувствовал огромность труда художника, когда он, как алхимик, из каких-то таинственных пылинок, чудодействующих веществ-метафор создаёт драгоценный самородок - Книгу.
Вы помните, за что больше всего ценил одарённого читателя Владимир Набоков - за его дар насладиться каждой художественной деталью. подробностью, изобретённой писателем. Ведь искусство писательства - это и есть искусство изобретения!
Я уверен: талант подлинного читателя сродни таланту самого писателя. Это - ценности одного порядка. Мы попробуем добиться, чтобы наш ребёнок, побывав в "мастерской" писателя, сам почувствоовал себя МАСТЕРОМ! Творцом и художником, способным своим воображением рисовать картины и образы художественного произведения.
И не нужно бояться телевизора, который якобы отбивает охоту к чтению. Надо нам убедиться самим и убедить детей в одной простой вещи: это два совершенно разных вида искусства. И в каждом из них есть свои шедевры и свои "пустышки". Давайте приучать детей их оценивать. И делать для себя ценностью то, что достойно ею быть.
Я приглашаю всех, всех увлечённых этими идеями к себе в друзья! Впрочем, Вы уже стали ими - и мы своего добьёмся. Наши дети обязательно полюбят читать хорошие книги! Тем более, я уже прочитал в ваших откликах, имеется уже немало интересных наработок - вроде той, когда мы прерываем чтение на самом интересном месте, а что было дальше, предлагаем прочитать самому ребёнку.
Итак, Уроки словесности определились с основной темой!
И ещё: присылайте мне "произведения" своих детей, если они имеются. С удовольствием отвечу либо Вам, родителям, либо Вашему сыну или дочери.В одной из центральных рижских газет я долгие годы не без успеха занимался детским творчеством. И точно знаю - подлинный читатель рано или поздно пробует стать "писателем". Это- первый признак, что человека потянуло к книге. И наоборот: пишущий берётся за хорошую книгу...
«Наслаждаясь» материалами экзаменов, пристально вглядываясь в то, чем некоторые словесники морочат головы детям на так называемых уроках литературы, я, как это ни прискорбно прозвучит, наконец убедился: ИЗУЧАТЬ ЛИТЕРАТУРУ – ВРЕДНО!
Понимаю: странно услышать такое от человека, который всю свою сознательную жизнь вёл в Латвийском университете методику преподавания литературы, писал учебники и пособия, проводил бесчисленные курсы словесников, давал по всей Латвии открытые уроки, в общем - учил учить литературе.
Но именно поэтому и созрело такое вот «крамольное» убеждение. Я бы, пожалуй, его и не высказал , если бы не одно обстоятельство. Назревает, я слышал, новая акция - борьба русских школ за обязательный ( а не по выбору, как сейчас) экзамен по русскому языку и литературе. Я сказал «новая», потому что «старая» - ( борьба против изучения большинства предметов на латышском языке) давно закончилась.Чем и почему – разговор особый, поэтому не будем отвлекаться.
Итак, обязательное изучение литературы...
Постараюсь объяснить, почему оно и не нужно, и вредно, и опасно. Да, изучая литературу так, как это требуется сейчас, дети ( хоть и редко), усваивают какие-то знания.. Но не обретают главного – умения, а лучше сказать, дара наслаждаться встречей с литературным шедевром, искренне радоваться хорошей книге - и не по приказу учителя, а по зову души. А ведь этим и только этим можно, я думаю, объяснить и оправдать само присутствие литературы в школьной программе. Мы как-то «на минуточку» забыли, что литература - искусство.
Как музыка. Живопись. Или театр. И мало кто спорит, что наслаждаться всем этим не у ч а т. Ибо погружение в искусство – тоже искусство. Испытать катарсис – дар Божий. И сколько бы ни убеждали кого-то, что Бах или Рембрандт – это гениально и надо их чтить, любить, знать, понимать, – ничего не получится, если человек не обладает слухом, врождённым чутьём на прекрасное. Если он начисто лишён эстетического чувства. А если обладает и не лишён – то и учить не надо.
Литература, которую вот уже долгое время проходят в школе, за немногими исключениями, превращена в невнятный придаток к другим предметам, например, социологии. Она - лишь средство ознакомления с неким списком художественных произведений, составляющих “круг чтения” в средних классах и формирующих представление о творчестве крупнейших русских и западных писателей - в старших. Художественные произведения и их авторы запечатлеваются в сознании большинства выпускников как знания, приобретённые «для галочки», для аттестата, но для жизни совершенно непригодные, как, впрочем, формулы или задачи по физике, химии, математике, преподносимые теми учителями, которые не удосужились объяснить детям – для чего, собственно, им всё это понадобится.
В итоге своего «литературного образования» вчерашние выпускники, мои нынешние студенты, могут продемонстрировать (в лучшем случае!) какие-то отрывочные воспоминания об авторских судьбах, наивно-реалистическое понимание литературных сюжетов и характеров персонажей, растолкованные учителем темы, идеи, значения и смыслы (что хотел сказать автор?!), смутные представления о литературных направлениях и каких-то туманных и загадочных “измах”...
Вот я и думаю, почему бы литературу, во имя её же самой, не перевести из предмета массового и, не дай Бог, обязательного, в предмет элитарный – для её подлинных любителей, фанатов, если хотите. В «студию», где одарённый читатель учитель, сотрудничая с одарённым читателем учеником, будут заниматься тем, ради чего и предназначена художественная литература – наслаждаться её искусством. Так, собствевенно, и работают, несмотря на всякую «обязаловку», на приближающиеся экзекуции Централизованного экзамена, - талантливые и увлечённые искусством слова учителя. Вот они без устного экзамена обойтись не могут. Выбирают!
Это подлинные словесники! И я рад, что среди них есть немало и моих учеников. Например, Екатерина Колесова, которая не раз становилась Учителем года.
Всё остальное, чем сегодня занимаются на уроках литературы, можно легко и без ущерба включить в цикл гуманитарных предметов – истории, культурологии, русского языка, основ философии.
Я уверен – только так мы ещё можем вернуть литературе её подлинного читателя.
Читателя, а не знатока жанров, родов, эпитетов и метафор, сравнений и олицетворений, «создателей» каких-то сомнительных текстов!
СВЕЧА В ТЕКСТЕ
(размышления после экзаменов по русской словесности)
- Прочитай текст! Улыбнись, где надо!.."
Игриво? И главное – ненавязчиво. Это – задание, как бы литературное, из «Практикума по русскому языку». «Как бы» - потому что литература в большинстве русских школ, похоже, упразднена. Подтверждают это мои ежегодные встречи с сотнями выпускников - завтрашних моих студентов...
Началось с рассказа А.И. Куприна «Олеся». На слух детки записали так: «Куприн о лесе»...
После непродолжительных бесед из года в год выяснялось, что со всеми этими онегиными, чичиковыми, чацкими, дамами с собачками и человеками футляре их пути, Бог миловал, никогда не пересекались.
Этим летом, снедаемый любопытством, я уже не стал задавать обидных и занудных впоросов «типа» «Кто такая Анна Каренина?» или «Про что в «Княжне Мэри?», а спросил напрямую – были ли задания по литературе на централизованном экзамене. О чём спрашивали?
- Об эпитетах и метафорах, - сурово ответила одна девочка.