В 1513 г. Дюрер выполнил гравюру на меди "Рыцарь, Смерть и Дьявол" — это одна из самых знаменитых его работ. В "Дневнике" художника есть молитва, написанная им самим после казни лидера Реформации Мартина Лютера: "О, Боже на небесах, сжалься над нами, о, Господи Иисусе Христе, заступись за твой народ, освободи нас вовремя… О, вы, набожные христиане! Помогите мне достойно оплакать этого человека, исполненного духа Божия, и просите, чтобы Бог послал нам другого просветлённого человека. О, Эразм Роттердамский, где ты? Посмотри, что творит неправедная тирания мирского насилия и сил тьмы! Слушай, рыцарь Христов, выезжай вперёд рядом с Господом Христом, защити правду, заслужи мученический венец". Сюжет трактата Эразма Роттердамского "Руководство для воина Христова" (1503) Дюрер использовал для создания гравюры, которую он сам называл "Всадник".
Великий гуманист написал не столько теологический труд, сколько морально-этическое наставление. Эразм призывает воина не бояться трудностей на пути к "небесному замку", даже если он повстречает страшных призраков. Собственно, именно эти слова и вдохновили художника на создание "Рыцаря…", символизирующего истинного христианина.
Дюрер изобразил сурового рыцаря в максимилиановских доспехах верхом на боевом коне. Всадника, спокойно сидящего в седле, сопровождают мохнатая собака — символ верности и зловещие фигуры Смерти и Дьявола. Они корчатся, угрожают, пытаются сбить бесстрашного рыцаря с пути. Злобная Смерть изображена на тощей кляче с песочными часами в руке, символизирующими краткость человеческой жизни. Дьявол представлен в обличье рогатого зверя. Однако всадник, минуя призраков, продолжает путь. Не оглядываясь, как сказано в трактате Эразма Роттердамского — "non est fas vespicere" ("нельзя оглядываться"), он непоколебимо движется к только ему ведомой цели. Вера, убеждённость в своей правоте придают ему смелости в этом мрачном ущелье.
Гравюра Дюрера полна аллюзий. Духовная атмосфера бурной эпохи Реформации с насилием, заблуждениями, жёсткой позицией Церкви пробуждала в умах людей того времени скептицизм и сомнения. Потому так громко заявлена здесь вера художника в живое слово Христа, олицетворяющее истину и вечное блаженство. Так расшифровывается эта гравюра, на изучение которой исследователи потратили немало времени. В монументальный образ рыцаря, одержимого в своём целеустремлённом движении, художник вложил глубокий смысл. Для него это человек новой эпохи, с новыми внутренними качествами, убеждениями и твёрдостью духа.