Джон Грей (John Gray),
Нынешняя паника по поводу России это довольно любопытный феномен. По всем объективным меркам, россияне в созданном Путиным авторитарном государстве чувствуют себя свободнее, чем в Советском Союзе в любой из моментов его существования. Многие из них лучше обеспечены материально. Россия отказалась от глобального экспансионизма и сегодня представляет собой усеченную версию того, чем она была на протяжении большей части своей истории - евразийской империей, главная забота которой состоит в защите от внешних угроз. Но Запад сегодня относится к ней более враждебно, чем во времена "холодной войны", когда многие левые смотрели на Советский Союз как на добропорядочный режим, хотя страна эта была виновна в гибели десятков миллионов людей.
Чтобы определить, каким образом возникло такое состояние дел, необходимо понять те представления о прогрессе, которые владеют сегодня умами как правых, так и левых сил, и формируют взгляды на Западе. Крах Советского Союза был поражением для коммунизма, являвшегося прототипом прогрессивной идеологии. Перспектив перехода России к неолиберализму, представляющему еще одну западную модель, не существовало никогда. Вариант появления чего-то подобного путинской России существовал все время, однако возврат истории не вписывается в сценарий прогресса. Большая часть наших лидеров - это последователи Вудро Вильсона (Woodrow Wilson), с религиозным фанатизмом верящие в то, что Фрэнсис Фукуяма (Francis Fukuyama) всего день назад назвал 'маршем истории к общемировой демократии'. Процветание приносит с собой 'обуржуазивание' и либеральные ценности - по крайней мере, они верят в это. Богатая, кичащаяся своим национализмом и авторитарная Россия не вписывается в такую сказку о прогрессе, и Запад проявляет в ее отношении довольно путаную реакцию, в которой пустые угрозы соседствуют с усиливающейся паникой.
Ничто не вводит в большее заблуждение, чем разговоры о новой "холодной войне". То, что мы наблюдаем сегодня, это окончание эпохи после "холодной войны", и возобновление геополитических конфликтов того рода, что происходили в конце 19-го века. Умы западных лидеров затуманены модной чепухой глобализации, и они верят в то, что либеральная демократия распространяется непреодолимо. Но действительность заключается в сохранении политического многообразия. Республики, империи, либеральные и нелиберальные демократии, а также великое множество авторитарных режимов будут существовать и в обозримом будущем. Глобализация это не более чем индустриализация планеты, и усиливающийся ресурсный национализм является неотъемлемой частью этого процесса. (Так же, как и ускорение климатических изменений - но это уже другая история.) По мере распространения индустриализации владеющие природными ресурсами страны все чаще используют их для достижения своих стратегических целей. Применяя энергоресурсы в качестве оружия воздействия, Россия не сопротивляется глобализации - она просто пользуется ее противоречиями.
На скорую руку, но вкуснотища! 4 порции в 4 горшочка.
Ингридиенды: 40 штук пельменей (мелких), 100 г. сала с шкуркой и мясными прожилками, 200 г. ветчины (брала развесную "Нежинскую"), 100 г. сыра, 6 средних зубчика чеснока, зелень петрушки, 100 г. сливок 20%-ных, томатная паста, соль по вкусу.
На сковороде пожарить сало до выделения жира и туда же закинуть ветчину. Добавить ст.ложку томатной пасты (я взяла кетчуп томатный "Нежный"), в конце жарки добавить крупно порезанные зубчики чеснока. В горшочки на донышко разлить сливки, добавить воды до половины горшочка. Положить по ложке зажарки, насыпать половину мелко порезанной зелени, половину мелко потертого сыра. Разложить по горшочкам пельмени, посолить чуток и размешать. Далее добавить оставшуюся зажарку, сыр, зелень. При необходимости долить воды (жидкость должна покрывать все продукты). Горшочки, накрытые крышечками, поставить в холодную духовку и включить ее на 150-180 градусов. Запекать примерно час.
Приятного аппетита!!!
Внимание: пельмешки в горшочках могут кипеть и бурлить. Чтобы не испортить плиту - в самый низ нужно поставить тазик (эмалированный и т.п.) с холодной водой, чтобы жидкость из горшочков капала в него. Не переживайте - ни запаха, ни горелостей - ничего не будет. Просто покапает и все. Тазик после этого безобразия даже на следующий день отмывается легко.
[600x334]
[700x525]Только раз ей разбили сердце, бабочек она сохранила.
Ты думала, что встретилась с ангелом, потому что он говорит тебе все эти безумно важные слова? Глупая. Ангелы ничего не говорят, они просто существуют и не притворяются, что знают тебя. В этом нет необходимости. [...]Ангелы существуют только для тебя.
Пусть он ждет, но не отключай ему диализатор. Может, он был и не совсем здоров, но ты перепутала органы. Он ждал в очереди по пересадке сердца. Твоего.
Она постоянно срывалась к телефону, а Магда постоянно повторяла ей, что даже собака Павлова перестанет выделять слюну, если после нескольких десятков звонков не получит миски с кормом.
Всегда, когда телефон не звонит, я знаю, что это ты..
Он доводил меня до бешенства этой своей жизнерадостностью.
Использую 32 буквы,можно написать бесконечно много слов. Составить из них приказ об увольнении, смертные приговоры и свидетельства о смерти, но можно так же написать нечто гениальное и изменяющее мир, как, скажем, "Жестяной барабан".
Сейчас я вспоминаю слова бабушки, которая говорила, что любовь- это когда хочешь с кем-то переживать все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать с кем-то ягоды и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна от холода. Зимой-помогать пережить насморк и долгие вечера, а когда станет холодно-вместе топить печь. Так говорила бабушка. А мне в голову пришло вот что: я не смогла бы с Томашем варить варенье и топить печь, когда станет холодно.
Счастье-это всего лишь здоровье и плохая память.
Да ты и сама знаешь, что иногда смерть мечты бывает не менее печальной, чем настоящая смерть.
[показать]
[показать]
5.00 – Разбудила пьяная младшая сестра. Приперлась!!! Ей бы все водку бухать и по концертам шлятся, она меня не любит…А вот я в её возрасте монетки собирал. Теперь опять не засну, придется лак грызть.