| Александр Кочетков | |
увы стоял плачевный стул
на стуле том сидел аул
на нем сидел большой больной
сидел к живущему спиной
он видел речку и леса
где мчится стертая лиса
где водит курицу червяк
венок звонок и краковяк
сидит больной скребет усы
желает соли колбасы
желает щеток и ковров
он кисел хмур и нездоров
смотри смотри бежит луна
смотри смотри смотри смотри
на бесталанного лгуна
который моет волдыри
увы он был большой больной
увы он был большой волной
он видит здание шумит
и в нем собрание трещит
и в нем создание на кафедре
как бы на паперти стоит
и руки тщетные трясет
весьма предметное растет
и все смешливо озираясь
лепечут это мира аист
он одинок
и членист он ог
он сена стог
он бог
но он был просто муравей
в шершавой ползал мураве
искал таинственных жучков
кусал за тетки мужичков
увы он был большой больной
мясной и кожаный но не стальной
он брал худую пирамиду
и прославлял Семирамиду
и говорил: я бледен, беден
я будто крыса тощ и вреден
во мне остались пустяки
четыре печени да костяки
но врач ему сказал граждане
я думаю что вы не правы
и ваше злое ожидание
плевок в зеленые дубравы
плевок в зеленые растенья
добавлю: в мира сотворенье
вот вам мое стихотворенье:
«ну что зеленые, зеленые
какие ж могут быть растенья
и тучи бегают соленые
и куры спят как сновиденья»
ну что вы мне твердите право
про паука и честь и травы
вы покажите мне стакан
в котором бегает полкан
который лает гав гав гав
скажу пред смертью не солгав
я болен болен как дитя
на мне платочков триста штук
давай лечебного питья
по предписанию наук
так молвил больной усмехаясь
на север и запад чихаясь
но доктор как тихая сабля
скрутился в углу как доска
и только казенная шашка
спокойно сказала: тоска
мне слышать врачебные речи
воды постепенный язык
пять лет продолжается вечер
болит бессловесный кадык
и ухо сверлит понемногу
и нос начинает болеть
в ноге наблюдаю миногу
в затылке колючки и плеть
ну прямо иголки иголки
клещи муравьеды и пчелки
вот что странно
он стал похожим на барана
он стал валяться на кровати
воображать что он на вате
что всюду ходят грезы феи
и Тицианы и Орфеи
синицы тещи и мартышки
играют в тусклые картишки
но этого ничего не было
ему все это показалось
оно воды великой не пило
все быстро в мире развязалось:
стекло стоявшее доселе
в связи с железною дорогой
теперь кивает еле еле
и стало долгой недотрогой
корова бывшая женою
четвероногого быка
теперь качает сединою
под белым сводом кабака
и видит как полкан
залез в большой стакан
звезда казавшаяся ране
одною точкою в грязи
теперь сверкает на овце
на котелке на торговце
и все вообще переменилось
о Бог смени же гнев на милость
так на войне рубила шашка
солдат и рыжих и седых
как поразительная сабля
колола толстых и худых
сбирались в кучу командиры
шипели вот она резня
текли желудочные жиры
всю зелень быстро упраздня
ну хорошо ревет чеченец
ну ладно плакает младенец
а там хихикает испанец
и чирикает воробей
ты не робей
ты знай что ты покойник
и все равно что рукомойник
так говорил больному врач
держа ручные кисти над водой
во фраке черном будто грач
не в позументах — с бородой
и с продолжительной тоской
вот он какой
увы стоял в зверинце стул
увы увы там был аул
там собиралися казаки
и собиралися кусаки
и грациозный разговор
вели с утра до этих пор
был слышен шум тяжелых шпор
увы увы он был мертвец
ты не носи ему овец
ты не ходи к нему с посудой
и не зови его Иудой
где стул где поле где аул
он поплясал и он уснул
и снова увидал аул.
Как же так?
3 мая 1929
Александр Введенский. Полное собрание сочинений.
Анн Арбор: Ардис, 1980.
Новояз эпохи Путина
В своем бессмертном романе «1984» Джордж Оруэлл описал мир, где создают язык, который создает мир. Что такое идеология? Это — мир, который живет по законам грамматики, а не по законам реальности.
Согласитесь, одно дело, если вам предлагают «вести переговоры с Западом». И совсем другое, если вам предлагают «идти на поводу у Запада». Одно дело, если вы разговариваете с «государством Грузия». И совсем другое, если вы разговариваете с «марионеточным режимом Саакашвили». Одно дело, если вы скорбите по жертвам Голодомора. И совсем другое, если вы «вбиваете клин между народами», рассуждая «о так называемом Голодоморе» до «всестороннего изучения проблемы историками».
Что такое словосочетание «однополярный мир»? Это ведь точная калька с советского новояза — «капиталистический мир». Как известно, мир капитализма, чистогана и наживы должен был пасть, поскольку был исторически обречен. Но пал почему-то передовой СССР, и США остались единственной сверхдержавой.
Теперь нам говорят «однополярный мир». Подразумевается, что он тоже должен пасть. С какого перепугу? «Прогнивший буржуазный мир» должен был пасть перед передовым общественным строем, а также в связи с большим количеством танков и боеголовок на душу населения в СССР. Но почему должен пасть «однополярный»? Бесспорно, мы превосходим США по целому ряду показателей, например, по количеству украденных из казны денег. Тут мы, есть подозрение, вообще вне конкуренции. Но вряд ли США убоятся этого и распадутся.
А вот еще словосочетание новояза — «встать с колен». Недавно я услышала его при самых замечательных обстоятельствах. Я стояла у перекрытой дороги (ехало Наше Все, или Второе Наше Все, или супруга Нашего Вся), а так как в пробке я стояла первая, то я, разумеется, вышла из машины и выразила возмущение позорным либерализмом Кремля, который всего лишь заставляет нас часами простаивать в пробках и не требует от водителей выйти в грязь, хлопнуться на колени и закрыть глаза, как это было при проезде халифа в добром старом Багдаде.
В два счета бравый служивый объяснил мне, что «дороги государственные» (и что мы, действительно, делаем на этих дорогах? Скажем спасибо, что пускают и даже не давят иногда), а потом, глядя на необъятное море машин, скопившихся за его палочкой, опора режима гордо произнесла: «Зато мы встали с колен».
Чем хорошо словосочетание «мы встали с колен»? Своей обобщенностью. Скажи: «Чиновники перестали давить людей». Не поверят. Скажи: «Чиновники стали меньше брать». Тоже не поверят. Скажи: «Батька Лукашенко признал Южную Осетию». И не поверят снова, потому что не только не признал, а опять кинул, несмотря на один миллиард долларов, выплаченный ему авансом. Скажи: «Мы стали полноправным членом «восьмерки». И так сказать тоже нельзя, потому что из «восьмерки» нас де-факто выперли.
А вот «с колен мы встали».
Всего два года назад, в очередном «Тыняновском сборнике», Мариэтта Чудакова опубликовала материал с исчерпывающим названием: «Язык распавшейся цивилизации», посвященный советской публичной речи. «Тексты на этом языке буквально в течение трех дней августа 1991 года потеряли свою коммуникативную функцию и превратились в памятники завершившейся цивилизации — как только была потеряна их властная функция», — пишет Чудакова.
И вот эта речь возродилась вновь. Мы «встаем с колен», мы «не желаем идти на поводу у однополярного мира», мы «не потерпим тех, кто вбивает клин между братскими народами и требует пересмотра итогов истории». И Сталин у нас теперь — «эффективный менеджер», а истребление десятков миллионов людей ради создания неконкурентоспособных машиностроительных динозавров, которые все до одного или растащены на металлолом, или сданы под офисы — это, стало быть, и есть «эффективная форма хозяйствования».
«Властная функция» — важнейшая функция этого новояза. Он не описывает мир, он создает его. Он объясняет, откуда все наши беды — в них виноваты враги с их происками. И откуда все наши достижения — от мудрого руководства тех, ради кого нас, как баранов, строят в многочасовые пробки.
Не объясняет он только две вещи. Почему доллар растет, в то время как премьер Путин объяснил, что Уолл-стрит рухнул. И почему наши борцы с
Правосудие в Сомали: смертная казнь за изнасилование
[280x210]Удивительно все-таки, каким образом средневековое варварство уживается в XXI веке с высокими технологиями, идеями глобализации, международной юстицией. Похоже, люди живут на одной планете, но в разных мирах. Одни — в обустроенных демократиях, сытых и безопасных странах, надежно сберегающие свой покой и достоинство; другие — в жестоком мире, лишенные еды, воды, работы и справедливости. Наверное, можно научно объяснить это расслоение, можно понять все причины и последствия, но принять это иногда просто невозможно.
13-летняя сомалийская девочка Аиша Духулова шла из своего родного города Кисмайо к родственникам в Могадишо. На дороге ее встретили трое взрослых мужчин. Они по очереди изнасиловали ее и отпустили. Девочка добралась до города и обратилась за помощью к властям.
Что сделали местные власти? Они не стали искать насильников, не стали оказывать ребенку медицинскую и психологическую помощь. За то, что ее изнасиловали, обвинение предъявили ей. В «распутстве». Дела такого рода попадают под юрисдикцию «исламистского суда». Именно такой «суд» рассмотрел дело по обвинению Аиши Духуловой во внебрачной сексуальной связи. Жертву насилия, 13-летнего ребенка, приговорили к смертной казни через побитие камнями и 27 октября 2008 года казнили.
Тысячи людей собрались в понедельник 27 октября на площади в сомалийском портовом городе Кисмайо, чтобы посмотреть, как 50 мужчин забьют камнями до смерти одну девушку, передает AFP со ссылкой на сообщения очевидцев. Девочку привезли в кузове фургона на одну из главных площадей города.
Шариатское правосудие, в попытке снять с себя моральную ответственность за казнь ребенка, сделало заявление от имени приговоренной. «Наша сестра Аиша сама попросила исламский суд Кисмайо о наказании за совершенное преступление, — заявил собравшейся толпе лидер местной исламистской милиции Шейх Аякалла (Sheikh Hayakallah). — Ее несколько раз просили хорошо подумать над своим признанием, но девушка сама настояла на том, чтобы быть наказанной по законам шариата».
Милиционеры запретили присутствие телекамер, но корреспондентам радио и газет было позволено стать свидетелями казни. По словам очевидцев, когда милиционеры стали связывать девушке руки и ноги перед тем, как закопать ее по шею в землю и разбить ей голову ударами камней, Аиша стала кричать и пытаться высвободиться. Это совсем не вязалось с заявлением лидера исламистской милиции о желании Аиши быть судимой по шариатским законам. Кто-то из членов семьи девушки бросился вперед, пытаясь помочь ей, но исламисты открыли огонь, чтобы остановить его, случайно убив находившегося рядом ребенка.
По шариатским законам, приговоренный к побиванию камнями может быть свободным, если успеет выбраться из ямы. При этом приговоренных мужчин закапывают по пояс, а женщин — по горло. У маленькой Аиши Духуловой не было никаких шансов выбраться живой из-под града обрушившихся на ее голову камней…
В международном праве существует доктрина гуманитарной интервенции — военного вмешательства по гуманитарным основаниям. Мировое сообщество и отдельные страны не раз прибегали к этой доктрине для предотвращения геноцида и других преступлений против человечества. Случалось, эта доктрина использовалась и в спекулятивных целях для оправдания агрессии. Не является ли Сомали — с ее беззаконием в судах, пиратством на море и неспособностью центрального правительства контролировать ситуацию в стране — как раз тем случаем, когда гуманитарная интервенция обоснованна и необходима?
Судебная контрреформа Дмитрия Медведева
Замысел созидания хорошо виден только творцу. Действия, продуманные и обоснованные высокой целью, со стороны кажутся иногда беспорядочными, хаотичными и неуместными. Это от непонимания общего замысла. Хотя как его понять, если творец своими соображениями ни с кем не делится? Разве что уж очень ушлый аналитик вдруг поймет, в чем дело, содрогнется от ужаса и тихонько пойдет на кухню пить в одиночестве коньяк и запивать его водкой.
Конечно, исправно исполняющий обязанности президента Дмитрий Медведев на творца не очень похож. Конечно, замысел его, до некоторых пор тайный, а в последние дни ставший явным, на грандиозность не претендует. И, тем не менее, судорожные попытки изменить в России правовую систему еще отзовутся плачевно на большинстве жителей страны. Вполне очевидно, что возглавляемая Медведевым власть проводит судебную реформу, цель которой — обеспечить правоохранительную и судебную системы правовыми основаниями для подавления инакомыслия и массового недовольства. Это может показаться преувеличением и паникерством, но обратимся к фактам.
Что сдерживает судебный произвол в уголовном процессе? Адвокатура, присяжные и независимая пресса. Именно эти институты правового демократического государства нужно сокрушить, чтобы суд стал не просто управляемым, но и выглядел в глазах сторонних наблюдателей объективным и независимым.
Прессу отлучать от судебного процесса вполне научились. Судебные заседания закрывают под предлогом государственной тайны, безопасности участников процесса или вовсе без повода. Журналисты этим требованиям, как правило, покорно подчиняются.
Манипулировать присяжными заседателями тоже умеют. Их подбирают в нужном составе, отстраняют под надуманными предлогами или вовсе не приглашают в судебный процесс. (Вашего покорного слугу в 2005 году компьютер при случайной выборке определил как присяжного заседателя. Я законопослушно пришел в Мосгорсуд на собрание присяжных, честно повинился в своей журналистской профессии и увидел ужас в глазах секретаря суда. Более меня в Мосгорсуд не звали. Какому судье нужен присяжный-журналист даже и в чисто уголовном процессе?) И все же, управлять присяжными — дело хлопотное и неблагодарное. То они вчистую оправдают какого-нибудь чеченца или дагестанца, назначенного прокуратурой и ФСБ на должность террориста. То сорвут намерение суда закрыть процесс по делу об убийстве журналистки. То еще что-нибудь выкинут — люди простые, непредсказуемые и не всегда от власти зависящие. Одним словом, лишняя морока.
Поэтому добросовестно исполняющий обязанности президента Путина президент Медведев предложил отменить суд присяжных при рассмотрении дел о терроризме, захвате заложников, организации незаконных вооруженных формирований, массовых беспорядках, государственной измене, шпионаже, насильственном захвате власти, вооруженном мятеже и диверсии. То есть как раз по таким делам, которые чаще всего имеют политический оттенок или просто политически мотивированы. Такой красивый «сталинский» набор статей! В прошлую пятницу Госдума послушно проштамповала законопроект в третьем чтении. Теперь подсудимых по этим делам будут судить коллегии из трех федеральных судей — и никаких тебе журналистов и присяжных в тщательно охраняемом зале государственной фабрики по производству приговоров. А при необходимости потом можно будет и тройку судей отменить, заменив их Особым совещанием с заочным рассмотрением дел и лишением права обжалования и дальнейшей переписки. Опыт имеется. При этом надо иметь в виду, что отмена присяжных по красивым «сталинским» статьям — это только первая ласточка, создание прецедента. Список статей в дальнейшем можно расширить, оставив, например, за присяжными только что-нибудь вроде «порчи земли», «нарушения правил пожарной безопасности» или «ложной рекламы».
Итак, с прессой и присяжными решено. Осталось третье звено, самое сложное — адвокатура. Урезать в правах ее труднее всего, ибо адвокатура сама по себе часть правоохранительной системы. Попытки приструнить адвокатов неоднократно предпринимались, но натыкались на грамотное сопротивление адвокатского сословия. Это только кажется, что власть может сделать все что угодно и ничто ей не помеха. На самом деле ей приходится бороться с обществом, и ее победа зависит от силы общественного сопротивления. Однако нынешняя власть не склонна останавливаться перед препятствиями. Вероятно, в ближайшее время от Кремля следует ожидать законодательных инициатив, ограничивающих права и возможности адвокатуры.
Реформирование
Судебная контрреформа Дмитрия Медведева-2
26 ДЕКАБРЯ 2008 г. АЛЕКСАНДР ПОДРАБИНЕК
Безотказная работа судебной машины — важная составляющая механизма массовых репрессий. Но не единственная. Эрозии подвергается на только судопроизводство, но и сами уголовные законы. Неопределенность формулировок, многозначность трактовок, неясность определений — вот непременные условия для массового применения уголовных норм к невиновным людям. В советские годы это были «Контрреволюционные преступления» (ст.58 УК РСФСР), а позже «Антисоветская деятельность» (ст. 70 УК РСФСР) — для политических репрессий и «Хулиганство» — для всех остальных, когда надо было кого-то посадить, а подходящей статьи не находилось. В последние годы эквивалентом антисоветской деятельности постепенно становятся статьи об ответственности за экстремизм — такие же резиновые, неконкретные и как угодно широко трактуемые.
Однако в рамках экстремизма новым российским опричникам оставаться тесно. В ту же пятницу, когда законодатели ограничили компетенцию присяжных, правительство России внесло в Госдуму законопроект о поправках в Уголовный кодекс. Изменить предложено именно те статьи, до которых теперь не допускают присяжных. Пусть бросит в меня камень тот, кто решит, что я сторонник теории заговора, а финт с присяжными и передел статей — простое совпадение!
Изменения носят вполне определенный характер: от конкретных формулировок к расплывчатым. Так в статье «Государственная измена» (ст.275 УК РФ) наказывалась «враждебная деятельность в ущерб внешней безопасности РФ». Теперь это будет любая деятельность, не обязательно враждебная, и всякая безопасность, не обязательно внешняя.
Расширяется и толкование шпионажа. Согласно законопроекту, шпионажем теперь признается передача государственной тайны не только иностранному государству, иностранной организации или их представителям, но также и международной организации и ее представителям. И вряд ли здесь подразумеваются НАТО или Евросоюз, скорее «Репортеры без границ» или Human Rights Watch. Не зря же в новую формулировку предложено добавить ответственность за передачу секретной информации не только иностранной разведке, но и «лицам, действующим в ее интересах». Уж о чем, о чем, а о чужих интересах ФСБ у нас знает все! И суд непременно расскажет это в очередном приговоре, добавив для пущей убедительности какую-нибудь байку в стиле «шпионского камня» или ежемесячной зарплаты от ЦРУ.
Предлагается расширить ответственность за «Разглашение государственной тайны». Если законопроект примут (а кто-нибудь сомневается?), то отвечать по нему будут не только те плохиши, которые рассказывают врагам про военную тайну, но и те, кто незаконным образом узнал о ней, даже если он молчит как партизан на допросе. Заодно с ними по всей строгости закона будут отвечать за госизмену и те, кто оказывает нашим врагам «консультационную помощь».
Таким образом, круг будущих «врагов народа» расширился если не до сталинского, то, по крайней мере, до андроповского понимания. А ведь ничего не делается просто так, от нечего делать. За всеми этими контрреформами стоит продуманный замысел суетливых кремлевских творцов. Спешка, с которой они меняют законодательство, продиктована, похоже, ожиданиями назревающего недовольства. Нарастающий экономический кризис вполне способен заставить наконец задуматься о политических путях страны тех, кто до сих пор всячески отгонял от себя крамольные мысли. От всеобщего недовольства до массовых протестов один шаг. Если это случится на пике кризиса, который предсказывают к весне-лету будущего года, то у власти в ответ на массовые протесты будет готов механизм массовых репрессий. По крайней мере, они так думают и, очевидно, именно к этому готовятся.
Поспешить с этими мерами их, возможно, заставили массовые выступления на Дальнем Востоке в связи с повышением таможенных пошлин на ввоз праворульных автомобилей. Если люди так остро отреагировали на автомобильные проблемы, то что же будет, когда доходы бюджета упадут настолько, что не хватит денег на пенсии, социальные пособия и зарплаты бюджетникам? В Кремле наверняка просчитывают возможные последствия массовых выступлений.
Помимо самого очевидного последствия — утраты властью монополии на политическую активность — есть и другие. Например, лавинообразный рост оппозиции на волне массового народного недовольства. Учрежденное недавно движение «Солидарность» ясно показало Кремлю, что не боится репрессий и рассчитывает на широкую общественную поддержку. Подготовка репрессивного законодательства, конечно, имеет в виду и этих оппозиционеров.
Другое неприятное для Кремля последствие массовых протестов —
Начала вчера делать эту технику.
Времяпространство побежало:))
"The secret of secrets" Тalk on the secret of Golden Flower
| http://oshoworld.ru/forum/viewtopic.php?t=3688&postdays=0&postorder=asc&start=0 Я хочу предложить вам один метод, который может очень помочь.
не вставая с постели! |
КОМПЛЕКСЫ АСАН И ПРАНАЯМ
ДЛЯ ДОЛГОЛЕТИЯ
Полное йоговское дыхание сидя
Полное йоговское дыхание сидя
[502x377]
[372x500]Ученые доказали, что сознание существует независимо от работы мозга
[220x250] Группа ученых под руководством Пима ван Ломмеля опубликовала в авторитетнейшем журнале Lancet результаты многолетних исследований в области изучения функций мозга. Применив собственную методику работы с пациентами, голландцы поставили под сомнение один из основных постулатов физиологии, а именно - что наше сознание является неотъемлемой функцией мозга. Голландцы заявляют: когда мозг уже перестал функционировать, сознание продолжает существовать. Не высказывая конкретных предположений относительно истинной природы сознания, ван Ломмель дает понять: вполне вероятно, что мозг - никакая не "мыслящая материя", и, возможно, такой материи вовсе не существует. Интересно, что почти одновременно с голландцами к аналогичным выводам пришла группа английских исследователей из клиники в Саутгемптоне.
Известно, что при переходе в мир иной у многих людей бывают необычные видения и ощущения. Пациенты сообщают о них в случае "возвращения" - успешной реанимации. Воспоминания тех, кто побывал "за гранью", неоднократно изучались. Для их обозначения существует специальный термин - NDE (near-death experience - "почти-смертельный опыт").
Существует несколько теорий происхождения NDE. Все они объясняют это явление психофизиологическими причинами. Некоторые ученые считают, что оно вызвано физиологическими изменениями в мозге, умиранием клеток в результате прогрессирующей гипоксии. Другие рассматривают "посмертные" видения как реакцию страха на приближающуюся смерть либо как сочетание такой реакции и гипоксии. Третьи склонны объяснять их следствием медикаментозного воздействия. Ван Ломмель настаивает, что в таком случае видения должны посещать каждого пациента, пережившего реанимацию. Но статистика, полученная его командой за 10 лет исследований, гораздо скромнее. Из 344 пациентов, перенесших 509 реанимаций, только 62 человека (18 процентов) сообщили о неких воспоминаниях. Голландцы определили десять признаков NDE и вычислили частоту их проявления.
Итак, больше половины пациентов группы (56 %) испытали во время клинической смерти положительные эмоции. В 50 процетах случаев наступает осознание факта собственной смерти. Встреча с умершими людьми происходит в 32 % случаев NDE. 31 % умиравших рассказывают о перемещении через пресловутый тоннель. 29 % наблюдают картины звездного ландшафта. Видят себя со стороны 24 процента "мертвых" (так называемый OBE - out-of-body experience, "опыт вне тела"). 23 % опрошенных наблюдают ослепительный свет, столько же человек - яркую цветовую гамму. Мелькающие картины прошедшей жизни видят 13 % пациентов, и, наконец, 8 % из них рассказывают о том, что ясно видели знаменитую границу между миром живых и мертвых. Никто из контрольной группы не сообщил об ощущениях неприятных или устрашающих. Впечатляет и то, что о визуальных впечатлениях рассказывают слепые от рождения люди, слово в слово повторяя рассказы зрячих.
Клиническая смерть, как известно, наступает в результате остановки сердца, сопровождается остановкой дыхания и гипоксией (кислородным голоданием) мозга. Через десять секунд после остановки сердца мозг отключается - электроэнцефалограмма превращается в идеально ровную линию. Главная трудность исследования посмертных "воспоминаний" заключается в том, что никто - ни пациенты, ни врачи - не может с точностью проследить, когда именно произошел "почти-смертельный опыт".
Ван Ломмель поставил перед собой конкретную задачу - с максимальной достоверностью выяснить, действительно ли состояние NDE было испытано пациентом во время клинической смерти, при абсолютно ровной линии электроэнцефалограммы, а не в тот момент, когда мозг уже "включился". И утверждает, что ему это удалось. А это значит, что сознание (или то, что мы называем этим словом) существует независимо от работы мозга.
Одним из самых ярких примеров ван Ломмель считает случай, который наблюдала одна из