Почему я не сплю в 4 утра? Слишком хороший вопрос даже для меня. Не знаю. Так вышло. И даже не знаю, хочу ли я спать. Может, это зимняя бессонница. Может, я сломала себе режим в каком-то месте и сплю теперь 4-15 или 4-12. Хз там. Может, не стоит творить такие вещи. Хотя не творить их было бы чуть менее интересно. Это когда закрываешь глаза и видишь перед собой что угодно. Дорогу, город, мост. Ты не то чтобы представляешь это. Нет, ты вполне себе живой и с собственным телом/весом/ощущениями идешь/едешь по дороге, смотришь по сторонам. С людьми сложнее. Не знаю пока как их туда вкручивать, чтобы картинка не теряла свой вид и не мерцала. Но с остальным получается. Отпускаешь себя. И находишься уже не в кровати и не в своей комнате, а там. Странные штуки. И чувствуешь, что душа или ты сам где-то не здесь. Это рушит в какой-то мере общую систему. Это здорово и помогает понять, что выйти - это вполне себе реально, но связано с большими затратами сил. И отчасти это основа ухода в сны к другим людям. Ну, мне так кажется. И, нет, вроде, я пока не сумасшедшая.
Сижу на кухне и читаю Крапивина. Что-то про современность и мою любимую тему пространства и времени. Снова империя. Снова слишком похоже на Россию только с другим названием. Союз Воных Городов, значит. Ну-ну. Снова затягивает. Ладно, спасибо, что не Юнга.
Эсквайр больше спокойно не почитаешь на кухне. Теперь на каких-о страницах модификации волнового уравнения в Фурье преобразованиях. У меня не оказалось под рукой бумаги, когда читала учебник, а надо было вывести пару вещей для понимания.

Мне нравится занятость. То есть, мне нравится, когда днем выходного дня мне что-то нужно. Я распределяю свое время как-то эффективнее что-ли. И успеваю намного больше, чем если мне дать целиковый день.
Проблема нашего времени практически не решается. Мы ставим себе цель и живем через три года. Или через четыре. Мы говорим себе, что закончим универ и найдем работу, убегаем мыслями в это время. Доходим до этой точки, а потом убегаем еще на несколько лет до конца выаолнения проекта. Мы теряем наше сегодня. Не все, конечно. Я вот живу концом недели. Это правда, что время идет быстрее, но что-то хорошее из дня сегодняшнего непременно стирается, потому что ты этого просто не замечаешь. А еще боишься вечно не успеть, потому что бежишь к сессии, к концу недели, психуешь...вместо того, чтобы растянуть этот момент, в свое удовольствие сделать что-то, потом сделать нужную вещь, затянуть узелочек и успокоиться. Время это позволяет, вроде. По крайней мере, это не завязывание временных петелек, это не карается. С петельками все сложнее, а потом оплачивается из твоего же кармана. И деньгами оно не берет.
Мне кажется, что без курева лучше думается. Или это я перестраиваю себя в очередной раз и очередным образом. Может, подшиваю новую заплатку на тело. Не знаю. Но кукла, как будто, начинает вставать и двигать ногами. Аккуратно пока что и с помощью стенки, но может. Кукла, которая не помнит, что ей кто-то управляет, что у нее есть нитки. Кажется, они пообрывались. Не все, но многие. Поэтому кукла предпринимает еще одну попытку стоять ровно. Аутотреннинги, наверное, великая вещь. Убеждение самого себя, мозга, а заодно и подсознания. Задвигание чего-то в угол. Чего-то сильного, я бы сказала.
А город одевается в разноцветные огоньки, пытается укрыться снегом и щеголяет еще зелеными участками травы. Мне остается только вдыхать это псевдоевропейское рождество, потому что Санта Клаус и его олени. Это чем-то похоже на Херродс в рождественских фильмах. Не знаю почему.
Пока я пытаюсь состыковать прошлое и будущее в точке настоящего.

[604x589]
Ну а потом меня разнесло на много-много-много маленьких человечков. Если есть хоть что-то милее, то я не знаю, что это может быть. Самообладание подползает к отметке ниже нуля.

В самом начале можно было говорить о том, что сезон начался слабо. Только вот сейчас меня уносит. Именно берет и именно уносит. Сворачивает что-то внутри. Помните про то, что я не против очередного предательства Темзин и их отношений с Бо? Так вот, теперь я в принципе не против Темзин, которая, оказывается, перерождается. Не против понять, что вообще творится вокруг. Потому что герои то забывают, то вспоминают. Кто-то постоянно работает над их памятью. Также, как мое сознание форматирует и мою память зачастую. Кто-то сильно форматит их. И также я сама форматирую саму же себя. Я не против какой-то определенной сюжетной завязки, чтобы мои внутренности более или менее оставлаись на месте. Еще я не против понять, что там такого задумал Векс. Куда катится мир, кто на этот раз будет убирать всю грязь. А еще я не против узнать, последний ли это будет сезон. Потому что если нет, то я не вижу смысла смотреть дальше. Точнее, вижу, но все сериалы должны заканчиваться. Определенным образом, на определенной ноте. Не идти одним потоком по несколько сотен сезонов, когда от этой тягомотины уже тошнит. Черт, я пока не помню ни одного сериала, который вполне логично подходил бы к концу. Один из моих любимых, правда, с концовкой. Но мне всегда хотелось чего-то большего, какого-то продолжения. Потому что равновесие в мире равновесием в мире, а любовь...

У меня ощущения сломанной куклы и имя Суок в голове. Перечитать трех толстяков, что-ли. Главное - скраивать себя без лишних швов. Чтобы не видно было, что сшитая по отдельному лоскуточку. Это не карается, но это отпугивает. Все же такие гладенькие, что это просто инстинкт подражания. Чем чаще тебя распарывают, тем больше в тебе заплаток и сложнее скрывать и скрываться.

Утром обыно лучше, чем вечерами. Не сильно, но хоть как-то и немного даже спасает. Утром, наверное, есть надежда. Вечером - факт того, что натворил или натворилось за день.
Вчера не выдержала и все-таки начала пить антибиотик, завалявшийся в недрах моей аптечки. Сейчас стало лучше горлу. Примерно, конечно, лучше. Но его хотя бы больше не режет ТАК. Нужно докупить антибиотик, раз все равно сегодня еду в универ. И списать домашнее задание что-ли. А то я такой идиот, что смотрю в учебник по экономике отрасли и вообще не знаю, что мне делать с даными что-ли. Хотя, такое часто бывает в последнее время.
Интересно, если случайно пробродить весь день по городу, это поможет мне не плавать в потоке своих недомыслей, а делать то, что должно быть сделано? Если поможет, то я бы попрактиковала. Хотя, это тоже может не сработать. Все просто. Все предельно просто. Только вчера так и не стало легче.
Мне нужен доктор, выполнивший бы трепанацию моих мыслей. Рассказавший бы мне о том, что творится у меня в голове. А еще вернее, нужен один единственный человек, научившийся бы смотеть прямо перед собой, а не в собственные пиздецы все время. Если я заболела, то сожалеть о том, что я могу глупым образом пропустить коцерт...да мне как-то вообще параллельно сейчас на него, потому что пропустила я уже куда больше, что-ли. Со всеми этими выходными, когда игра, дети и гость в редакции, на которого я бы с удовольствием сходила. И это намного больше по энрегетике, чем концерт. Тем более, жила же я как-то без их концертов все это время. Разве что это действительно поможет мне выйти на поверхность и наконец-то почувствовать некоторую целостность. Черт возьми, но мне как-то другое хотелось услышать в адрес своей болезни. А сегодня, даже ставить на зеленое не буду ни одной монетки, ты точно не спросишь про мое самочувствие. А я, пожалуй, даже промолчу до дня самого концерта. Может, чуть раньше. Если пойму, что мое самочувствие точно не потянет на поход туда.
Вчера мои девочки притащили мне пакет мандаринов. Тех, которые нравятся мне больше всего, при всем при том. Угадали ведь. Хоть Д они и не понравились. Мы посидели с ними немного, посмотрели видео, посмеялись. И ближе к ночи они от меня ушли. Стало теплее и приятнее. Мы еще ночью выявили, что мне нужно. Тепла, обнимашек и поцелуя хотя бы в нос со словами о том, что все будет хорошо. Было, проверяли. От всех людей эффект разный. Но в основном его хватает на пару суток. Как заряда бодрости. Нужно от одного конкретного, вот только...
Наверное, я научусь жить сама. Полностью сама. Независимо. Забуду про то, что я флюгер, но продолжу читать эмоции и чувства людей. Вспомню все, что должна была вспомнить. Наверное. По крайней мере, я сделаю все от меня зависящее в этом направлении.
В плеере крутится последний (?) альбом 7раса. Никак не могу понять, кого они мне напоминают. Но кого-то определенно напоминают. Хотелось бы, наверное, сопоставить. Но это сродни невозможному. Мне нравится. Мне хорошо с ними. Мне пора в универ. Выход через 37 минут и неоплаченный проездной на автобус.

У меня пара кило соплей в районе носа или носоглотки. Не знаю, где там скапливается этот насморк. И, пожалуй, не хочу знать. Завтра я сижу дома и почему-то расцениваю эти 3 дня, наполненные бездельем и бездействием, как каникулы. Не знаю, какие-нибудь школьные каникулы что-ли. И за эти 3 дня у меня маловато контактов с людьми и внешним миром. Хотя я была бы не прочь увидеть какую-нибудь знакомую физиономию у себя в квартире.
Взять бы в руки краски, раскрасить все и перекрыть это новым и не менее ярким от этого. Я привыкла к плану и вросла в него, боясь менять отдельные детали. А тут вдруг вырываюсь из него и вижу один вопрос - люди, как вы живете и чем? Если вы не на работе/учебе, не в интернете и не читаете книгу. Если вы не сидите с друзьями, то чем вы живете ради самих себя? Вряд ли вопрос предельно ясен, но все же. Может, хоть кто-то сможет мне это сказать?
А я совмещаюсь с собой разной давности.
Еще есть время. Есть возможность.
Если не забывать, то все сложится должным образом.
Мне хочется поделиться этим с кем-то по домашнему телефону.
Или в аське. Так давно там ни с кем не стдели долго.

Иногда даже мне нужны доказательства тех или иных вещей. Жизнь на базе аксиоматики иногда падает вниз, забирая с собой что-то очень важное и нужное, наверное.
Что самое страшное - мне не интересны сейчас причины. Мне не интересно знать, что случилось, почему мне перестали отвечать. Почему человек, называвший себя другом, закрылся дедлайнами и сильной загруженностью и не пишет, не отвечает. Да, меня это коробит до сих пор. Вот только мне не интересно. Это та ситуация, когда я перестаю чувстовать отдачу с той стороны и полагаюсь только на собственные внутренние ощущения. А мне временами становится пофиг на что-либо.
Снова выписываюсь белым листам бумаги, потому что в последний раз это было очень давно. По ощущениям - это когда твое тело становится меньше того, что хранится внутри. Или ты пытаешься вывернуться наизнанку, чтобы обновиться, перейти на новый уровень и стать лучше. Спокойнее и рассудительнее - это вряд ли. Но приблизившись к пониманию каких-то вещей, наверное.
Герой моего настоящего - это Стайлз. Странно смотреть на сериального персонажа и видеть в нем дофига того, чего тебе, возможно, не хватает. Я не смогу объяснить, почему меня привлекает именно он. И чем именно. Только это правильно. И точка.
It is the end of salvation. Воспринимай это как паузу для перезагрузки. Мне даже не так обязательно проверять сегодня телефон или думать о том, что написать в сообщении. Сегодня мне хорошо с листами белой бумаги и музыкой. Параллельно бездумно пролистывая страницы интернета, потому что в голове абсолютно другие соображения.

Забавно. Психоаналитик написал, что он никогда и ничего не удалял. Про всю историю нашей переписки. Что она есть у него целиком. А у меня...а у меня ее нет, потому что каждый раз, когда я перестаю с ним переписываться, я удаляю диалог. И для меня это нормально. Как бы долго мы там не прерывали наше общение, все равно я по нему скучаю временами. Все равно пишу. Или он пишет, но это слишком редко, чтобы быть правдой. Мы все меняемся. Чертовски меняемся. И либо принимаем правила игры, либо отвергаем их и пытаемся навязать свои. Какие правила у этой игры я понятия не имею. Все та же смешная девочка. Только уже немного в ином смысле что-ли.
Рвать молчание и все-таки писать новые строчки.
Пытаться быть саркастичной и говорить "забавно".
А недавно я нашла запись в дневнике с куском нашей переписки про майку freedom fighter.
И после этого стало теплее.

Воланд меня понимает. И что-то тоже радостное внутри поднимается. По крайней мере, ему я тоже могу сказать эту кощунственную фразу про свои ощущения ненужности и отсутствия людей близких рядом.

Ни у кого, случаем, не завалялась какая-нибудь картинка с мальчиком-эмо, который в висок себе пускает из пистолета пулю. А с другой стороны клякса крови? Сидела на кухне, почему-то именно эта картинка всплыла в голове.
Заботиться о ком-то, пожалуй, является потребностью. В том или ином роде. Или же, заботясь о других, надеешься, что кто-нибудь подумает и о тебе тоже. Мало людей спрашивает, большинство утверждает и продолжает говорить о своем. Иногда мне хочется быть услышаной и выслушанной. Это бывает редко, потому что я мало умею говорить о себе тет-а-тет. Или очень редким людям. Но иногда нужно. Только некому что-ли. Это все во мне говорит демон простуды.
Размотаться клубками ниток, чтобы потом не суметь смотаться обратно. Растерять ниточки, когда тебя каждый раз снова и снова обрезают, оставляя от катушки какой-то обглодыш.
В моих наушниках играет Расмус. Нон-стопом. The Last Generation. Она прекрасная. Прекраснее я пока что не слышала. ХОтя, нет, слышала, конечно же. Но все равно.
Lumen - Никто не знает подходит под Кота и Мышь. Эта песня тоже отчасти подходит. И еще подходит Стрею.
На меня тут снова накатывает оно самое. Приятно так становится. Как будто ты восстанавливаешься по кирпичику. И болеешь в который раз, восстанавливаясь на тот круг, когда произошла поломка. До ее свершения. Чтобы замазать это все на текущем круге. То есть, чтобы не повторяться заново что-ли. Чтобы до конца восстановиться.

Когда я валяюсь дома, становлюсь зависимой от дневника в каком-то смысле. Выписывается то, что не выписывалось во время рабочей недели. Потому что когда болеешь, резко образуется временной пузырь, который употребляешь на сон, книги, фильмы или дневник.
Мне понравился последний Росомаха. Нет, это даже ни разу не удивляет. Оставаться собой, идти дальше, бороться и жить ровно столько, сколько тебе дали. Уметь ценить свою жизнь. Как по мне, так фильмы по X-men или Нолановский Бэтмен...в общем, в них есть смысл определенного рода. Можно копаться и копать, можно его увидеть в конце-концов. В отличие от того же смысла в сериалах или остальных фильмах. Помимо всего прочего, они очень приятственно сняты. Достаточно логично построены. Их интересно смотреть. Хочется пересматривать. А Магнето и профессор Ксавье под конец - это умилиться и остаться истекать слюнями, на самом деле. Не знаю, почему у меня именно такие эмоции. В той части, где Ксавье погиб, я обычно плачу в конце.
Ну а Росомаха с сигарой в зубах, которую он поджигает всегда не от зажигалки, а от какого-нибудь открытого источника огня типа взорванной машины - это уже стандарт для него. На протяжении всего фильма он все больше и больше становится самим собой. Как-то так. В начале он не похож на себя. На того Логана, каким мы его знали до этого. В конце он становится тем, кем мы его знали прежде. Борьба с самим собой что-ли. Черт, это фильмы, которые я готова пересматривать достаточно часто.

Больше всего меня выбешивает сейчас мое самочувствие. Только тебе кажется, что простуда ушла, как все перебирается на новый виток. Сегодня снова болит горло. Ну, как болит...его режет так, что мне сложно глотать и очень больно говорить. Снова насморк, который закончился еще вчера. Зато сегодня дышу ртом. Нос для этого явно неприспособлен. Ну и дурацкая 37 с копейками. И все это на выходных. Все это мешает подыто со своими, поехать на игру в подмосковье и окунуться в тепло нашей компании. Такое ощущение, что здоровье изолирует меня от теплых и родных почти что людей, заставляя сидеть в этом вот одиночестве. А так много вещей было на эти выходные. Пожить и пообщаться с теми, с кем хочется пообщаться. Ладно, еще есть завтра. Но, сдается мне, что в это завтра лучшебыло бы тоже посидеть дома, а не слушать лекцию и не разбирать тексты. Черт-черт-черт. И подстава в том, что на выходных. Пойду дальше спать. Больше мне ничего неостается делать.
Наверное, мне все еще немного больно. Но я уже успокоилась. По крайней мере, мы запоминаем хорошее и стараемся выкинуть из головы плохое. Хочется услышать гитарные переливы, но в квартире никто не играет. А я так и не научилась нормально, да и сил зажимать струны сейчас нет.

И от падающего снега за окном ночью становится светлее. Ведь каждая снежинка - это свет, испускаемый свет. Поглощенный от еще не спящих окон, вечных фонарей и отданный темному фону неба.

Правильно сказанная сегодня фраза о том, что мы забыли значение работы. Мы и правда в этом семестре странно "работали". Никак, считайте что. Или так, что сил уже осталось маловато, но не по кафедральным предметам. Пробелы, которые образовались в моей голове неплохо было бы восполнить. Значит, мне нужен учебник по сейсмике с его замечательными преобразованиями Фурье и какой-нибудь учебник по высшей математике со всеми разъяснениями. Еще ставлю галочку напротив учебника по биологии. Все-таки анатомия прошла мимо меня, ДНК тоже. Ну и все в этом духе. Я снова учусь. И на этой стадии это уже не навыки осознанного принятия решения или самоконтроля в нужные ситуации. Это навыки делать, если действительно решила. I'm not going to fuck myself up this time, I guess. И сейчас у меня перепутаются печатные листы. Фак ит ап. А, нет даже не перепутаются. Уже радует.
Из последнего, о чем хотелось бы рассказать: билеты на Люмен лежат у меня на полке. Оба два лежат со вторника. This kind of gives me some warm feeling. И это на самом деле так. Наши билеты на этот концерт. И он всего лишь через неделю. Выбралась посреди дня в город и снова ощутила, что я хочу ходить по нему абсолютно свободной. В последнее время выбраться в город почему-то становится чем-то странным и непривычным, потому что есть точки, в которых меня можно найти. Четко можно найти. А остальное проходит мимо, либо пробегает, когда мы гуляем. А между тем я поняла, что район мой любимый не зря любимый. Действительно не зря. Там есть все. ОТ магазина для рукоделия до маленьких закусочных в Последнем переулке. Действительно Последнем, он так и называется. Ладно, не маленьких закусочных. Там испанский ресторанчик с неплохим интерьером. И, сдается мне, неплохим пивом у барной стойки. Я бы не стала заходить туда во время матчей. Предвкушая толпу...хотя, стала бы. Мне хочется такое место, чтобы приходить днем, перекидываясь улыбками с официантами, видеть всех офисных работников с их кислыми физиономиями и сидеть в уголке читать книгу. А вечером чтобы зажигалось все, чтобы живые лица живых людей, шум и пиво через край.Снова вспоминается давняя мечта о квартире над пабом. И чтобы окнами на реку. Где-нибудь в Англии. В общем, это тот район города, гед мне безумно уютно. Моя территория, походив по которой, я чувствую себя спокойнее и бодрее.
We are going to handle everything. Нужно это запомнить. И еще запомнить, что все равно остаются люди рядом с нами, которые там и будут, чтобы подставить свое плечо в случае крайнем или при нужной ситуации. Неосознанно. Просто окажутся рядом. И для таких людей хочется делать что-то теплое и мягкое.
Когда я сижу на этой кухне...это такие воспоминания из детства, когда все на своих местах, работающий телевизор и занятие для рук в виде обклеивания коробки или шитья. У меня в квартире пока что не так уютно. Но по сравнению с прошлым годом, мне кажется, что моя квартира приобрела определенное тепло. И некоторую домашнесть тоже. Постепенно я учусь привносить это в мир вокруг меня. Уют и атмосферу. Осталось только заполнить этим наш дом, чтобы это было местом, где не одиночество ощущаешь, приходя из универа, а обжитость. ЧТобы все оказывалось на своих местах. Логичных, удобных и таких простых-простых.
А в наушниках у меня Люменовские "Детки". И они напоминают нас классе в 8-9. Не знаю почему. Просто напоминают. От этого тоже легче.
Когда утром тебе при встрече бросают: "Это ад", а ты улыбаешься в ответ...становится тоже теплее и лучше. Поддерживать друг друга силами и эмоциями, перетекать из одного в другое по сообщающимся сосудам. Хочется греть, если это возможно. Пока на это есть силы, буду греть. Всеми доступными мне способами.

Самокопания и...
Между тем, ты мне снова снишься. Почему защита проходит в холле нашего универа? Почему на каком-то возвышении? Почему ты ее ведешь, а я стою перед комиссией и слушаю чье-то выступление. Почему ты отходишь ко мне за спину потихоньку? Ауч, одним словом. И это только кусок сна. Там было еще много чего, но я как всегда не помню. И не знаю, хочу ли это помнить.
Хотя, нет, знаю, хочу помнить. Хочу запоминать свои сны, чтобы потом пытаться их анализировать с разных точек зрения. Может, это даст мне определенный ключик к самосознанию и части бессознательного, которая отвечает за эту черную воронку внутри меня, поглощающую, но не отдающую обратно.

Если вы называете меня своим другом и считаете, что к вам я могу обратиться в любой момент, когда мне будет плохо, то даже не пытайтесь соврать мне. Даже если в телефонную трубку. Нельзя же быть таким наивным и думать, что я не знаю реальную версию событий? Нельзя же пытаться мне снова загнать про то, чего не было на самом деле? Скоро вере и доверию просто придет конец. Окончательный и бесповоротный. Если пытаться утопить себя во лжи, то под конец ты в ней все равно утонешь, перепутав официальную версию с реальной и сболтнув кому-то не тому. Нет, я всегда знаю, что ты игрок и артист. Но, черт возьми, меня достают временами игры. Особенно в моменты, когда все становится серьезным.
Ненавижу ложь. В принципе не люблю ее, потому что довольно остро ее чувствую. То, как ее произносят люди. Но если вдруг это тот человек, которому я решила верить, то я не стану проверять правда или ложь, потому что я решила человеку верить.

А в итоге, да, урвать хотя бы час этого личного счастья с совместны загрузами на какие-то темы. И если мы оба стоим на позициях расходящихся жизненных путей и прекращения общения с разными людьми, я надеюсь, что даже изменившись, мы все равно продолжим идти вместе. Что сейчас есть дороже этого чертового урывочного общения? Интересно, каким именем ты назвал кота...
Мы пили сегодня с А спустя довольно длительное время и болтали с ним так, как давно не разговаривали. И вот это странное ощущение половинчатой завести, когда в глазах детей ты различаешь огоньки и видишь, как сильно они сами хотят взяться за этот текст. Я отправила сегодня двоих в храм по поводу застройки близлежащей территории. И они съездили, вернувшись с результатами. Им разрешили подняться на звонницу в момент, когда храм уже закрылся и выдали порцию информации, с которой они теперь пытаются что-то сделать. Одна из самых высоких точек центра города, а они на ней сегодня побывали. И понимаешь, что в их 11-ом или даже меньше классе с ними еще под руку идет мечта, а наша с А эизнь превратилась в разные повороты для достижения целей. Своих и единственных, вместо мечты оставив какие-то обрывки. Мы с ним еще мечтаем, конечно, но слишком часто срываемся в реальность, которую сами до конца себе не представляем в полной мере, упуская чертову тучу вещей. Мы мечтаем, но срываемся в рацио, потому что в гаши 20 или даже 20 с хвостом уже не очень-то повисишь на шее у родителей, в глаза уже светит радостным светом работа, а жизнь превращается временами в таймлайн, который редко удается изменить. И от этого мечта как-то отходит на задворки, заслоняемая целями. Нота бене, наверное, найти затерявшуюся мечту. Нет, она у меня есть, но понимаешь, что для нее нужно много над чем работать. И здесь опять-таки тянет на себя одеяло пресловутая цель. Дети. И тк боишься, что их огоньки в глазах пропадут, оставив место усталости, что текст получится не таким ярким и горящим, как видится на расстоянии. Разрываешься. Боишься конкретно им что-то пообещать. Хотя ради Н я бы, пожалуй, полезла и за звездами в небо, потому что энергии у него хоть отбавляй. И направить бы ее в нужное русло. Только вот мы сами бьемся в паутинке своих жизней. И не нам советовть, даже не нам учить. Черт, дать бы ему азы написания текстов, чтобы он полностью тратил свою энергию на полезное. Только это уже ему решать. А я пока посмотрю со стороны и порадуюсь, что хоть у кого-то есть этот лихорадочный блеск в глазах. Начинаю его потихонечку забывать. Видимо, пора и самой браться за работу. Только если я начну читать новости, я случайно могу поехать крышей. Но я постараюсь не, договорившись с собственной чертовой психикой.
Мы говорм, становится легче. После разговора с А становистя легче, после прогулки с тобой становится легче. Особенно если поделиться с тобой одним из своих любимых видов ххс. Хотя бы час в неделю. Мне почти этого достаточно, а дальше будет все-таки больше. И только попробуй отвертеться от двух декабрьских пятниц. Мы сделаем это и дойдем до конца живыми.

Вот и я тоже думаю, а стоит ли оно того, это самое ожидание. Целый день, приплюсовывая час за часом, чтоы увидеть тебя минут на 40, потому что дальше нужно отправляться домой из-за последнего автобуса. Одновременная нависть и одновременная безграничная любовь что-ли. Чистая и светлая, котрая не ставит рамок и границ. Как жея тебя ненавижу, как же я жду этой встречи. И как же я превысила сегодня квоту на пиво. Лишние 500 мл дают о себе все-таки знать и резко дают в голову, до сих пор заставляя меня трезветь до встречи. Как же я тебя ненавижу и как же сильно хочу обнять, почувствовав себя в домике от всего происходящего. Как же сильно. Одновременно сильно. Черт. Умом я понимаю, что ожидание бесполезно. А сердце говорит, что больше оно ждать в принципе не согласно. И я дроблюсь надвое, цепляясь за какие-то ощущения. Не хочу ольше верить, все равно верю. Хочу убить на месте, хочу обнять и не отпускать. Мне безоаздельно хочется обидеться и все равно быть рядом в твоих попытках меня вернуть обратно. Тону в этом зимнем холоде. Я все еще жду, все еще верю, все еще жду, хотя хочется снова расплакаться в подушку и сделать вид, что я никому здесь не нужна. Черт. Я не хочу тебя забывать. Вообще не хочу. И это пока единственное, что поддерживает меня на плаву.
Не зря мы, наверное, пели люменовский кофе. Наверное, не зря. Потому что ключевое слово - это непременно "ждать". Ну и ловить минуты близости, закрывая ими недельное молчание или короткие разговоры с пинками, чтобы ты ответил.

Истерически подхихикивающая редакция, пытающаяся найти смысл в короткометражке. Кажется, эти 10 минут сделали мое утро. Правда, Л сказал, что со второй короткометражки лучше сразу выйти, если я не зочу испортить свое утро еще больше. Точнее, уже день. Но если сначала девушку сбивает машина, когда она отпрыгивает от паука, а потом ее парню медики втыкают в глаз шприц...не таким, вообще не таким я представляла себе свое утро.
Интересно, после второй короткометражки смех станет еще более истеричным?

Даже если больно, превращай свою жизнь в сказку. Ад ведь не вне, он внутри нас и расползается шире и шире. Если мне плохо, я истерично выписываюсь на листах белой бумаги, чтобы часть внутреннего ада перенести туда. Или ищу в доме грязную посуду и мою ее. Тоже помогает.
Киты, наверное, улетают далеко не на юг. Они подставляют свои покатые спины солнцу, а то сжигает их дотла в последние летние дни, чтобы до следующего года китами никто не любовался.
Выжженными дорожками оставлять за собой кофейные следы. Я - маленький кофейный демон, жующий каждое зернышко. Только чтобы из него не зародилась новая жизнь.
Мне холодно греть руки о кастрюлю с кипятком или горячий чайник. Мне холодно, потому чьо в шприце был явно не наркотик, а таблетки оказались далеко не обещанным снотворным.
И когда хочется вывернуться наизнанку, выворачивай эту кожную оболочку и вещай на крючок. Вон, в стенку вбиты. Только ушедших забыли предупредить, что обратно в тело не возвращаются.
Кровь на асфальте, кровь внутри. Осталось только кипеть и лавиной по улицам цвета мокрого асфальта, где по обеим сторонам стоят старые, еще советские дома. Накрывать районы, где за каждой шторой скрыт уют.
Кошка больше не может вернуться. Она забыла дорогу домой. Или забудет, если уйдет еще немного подальше.
Это рубеж. Это грань. И с него уходят только вниз, в пустоту. Просто в квартире опустошенье, чашки пылятся, потому что ими никто не воспользуется, а язык давно прирос к небу. Даже курить неудобно. Хотя, скованные за спинкой стула руки и так мало чего позврляют сделать. Я знал, я что все это - фальшь и обман. Только верить хотелось в лучшее.
Запомни, весь ад только в нас самих, а на поверхности может быть сказка. Строй ее, что бы там ни было. А я и дальше поиграю в улыбку. Все замечательно. Только, черт, из-под маски начинает капать кровь из растериых мозолей.