Сижу и давлюсь странной внутренней хреновостью самочувствия. Все запахи чувствую остро (запах мази дает такой вот эффект, так как он слишком сильный), давление прыгает, коленка болит тоже остро. Стараюсь дышать глубоко и делать вид, что все в полном порядке. Почему я не иду спать?
Странный день, богатый на встречи с замечательными людьми. И, да, тоже напишу это, но так странно, что чья-то смерть сводит людей. Странно и хорошо одновременно.
С Артистом же мы зависли до ночи. Сначала долго его ждала. Сидела и рисовала что-то непонятное даже мне. Люди на меня косо смотрели, потому что девочка сидит у метро на асфальте и что-то делает. Потом мы пили бесплатный кофе в довольно пафосном месте. И лейтмотив нашей встречи - корабли. Не моя история, не мне ее рассказывтаь. Ощущение, что мы прыгали с моста, разбиваясь головой об асфальт с возможностью возродиться. Больше ничего говорить не могу.

Бармен в домжуре явно рад был нас видеть. Опять эти кретины сдвигают столы. Опять они заказывают только чай, потом только пиво. Опять после них полнейший бардак. Да, понимаю тех, кто работает у стойки в этом чудесном месте. А у нас совещание редакции, новые шутки, знакомые люди. У нас снова глобальные планы на будущий год, у нас уже свои тайны, интриги, расследования. Если редакция, значит, год уже начался. И год начался запойный.
Мы пьем виски на Знаменке. Мы читаем стихи свои и чужие громко, с выражением и вслух. Мы с Аней пытаемся добраться домой и пишем смс друг другу, где же мы находимся. Мы договорились перекидываться бумажными письмами даже в черте Города. Артист читает Есенина.
К сожалению, мое состояние далеко не трезвое. Поэтому письма звтра с утра и чтение ленты тоже завтра на утро. Сейчас рубит спать. Поэтому сейчас - это сейчас.
Просто атмосфера тепла и уюта. Новый человек в коллективе и уже поговорили за камни и за геологию. А она сама - филолог. И стихи у нее обалденные. Теперь - спаааааааать, прокуренное чужим дымом чудо. Завтра днем скидывать похмелье у Артиста, который обещал кофе. Правда, ехать на другой конец Города. И дорогу я не помню. И похмелья у меня не будет. Но завтра к Артисту.

Зачем нужно было у Л находить Сплин на стенке и ставить их? Сразу в голове картинка недавних будней - мы с Р сидим в квартире. У него гитара, под рукой телефон с аккордами песен. Пытаемся сообразить "Выхода нет", хотя он не знает аккордов, а о словах у обоих довольно смутные представления, хотя и песню-то знаем. А потом мы стоим у монитора, просматриваем аккорды к Янкиной песне "По трамвайным рельсам", подбираем бой. Р играет, я пытаюсь петь. Каверза в том, что Янку петь сложно. Она не по стандартному ритму и не в стандартную рифму. Она как бы вне рамок.

Давай этим летом не закрывать сезон полетов? Оставим набор открытым. Понимаешь, моя машина еще чувствует пыль дорог, а внутри все дрожит от предвкушения еще чего-то. Своими вечными разъездами мы поддели какую-то важную нить времени. Да так хорошо ее потревожили, что она вибрирует до сих пор и разматывает клубки пряжи нам навстречу. Можно сказать, что я еще не накаталась.
Понимаешь, те попутчики, которые были у нас с тобой летом, они не случайные люди, как те, которые были до них. Они как-то невольно сроднились с тобой и со мной. А еще они очень понравились Лиз, а она-то врать точно не будет. Лиз только звучит все лучше и лучше от того, что люди вокруг нее правильные собрались.
Помнишь, все те ярко-красные закаты, подернутые туманной дымкой. Куда мы забрались? На края Вселенной? Не верю, всегда есть куда двигаться. Нет, давай не закрывать этот сезон полетов? Он слишком хороший и слишком правильный. Так и должно быть. Гармония внутри и гармония вне. В данном случае, история вырвалась из-под контроля и перестала быть только нашей.
Посиделки у костра, когда машина припаркована где-то в лесу, когда палатка уже поставлена. Посиделки со всеми нашими тараканами в головах. Постоянные игры в слова. Фехтование ими же. Я даже забыла свой ножик. Он на какое-то время перестал уродовать мои руки портретами бывших. Настоящие же, вот они, сидят рядом с нами и улыбаются о чем-то своем.
Уезжать обязательно к морю, чтобы плескаться в его волнах. И даже там, на дне, находить свои дороги. Шевроле все равно. Ей главное ехать вперед. Где мы еще не были? Да куда мы только ни попадали в этот сезон! Он - особенный.
Понимаешь, я перестала разделять времена года. Они теперь сливаются в один сплошной сезон полетов.
Слушай, Тень, ты впервые со мной в этом путешествии. До тебя были другие, но не такие близкие, переменчивые. Но мы-то с тобой знаем, что наше обоюдное раздвоение отмечено навека. Так давай перестанем мыкаться то на юг, то на север. Проложим себе дорогу такую, чтобы собрать всех значимых людей воедино и создать одну большую сеть. Узелочную сеть. Чтобы каждый узелок постоянно вибрировал и посылал сигналы. Если бедствия, то все остальные из этой общей сетки побегут помогать и вытаскивать.
Астральных нам дублей и поменьше препятствий с большим количеством приключений. А пока, мы сидим у костра. Скоро ночевать, а мы никак не можем расстаться со своими историями. Лиз подбирает сама мелодию, подсказывая ее моим давно уже уставшим пальцам. Сумрачно и туманно. Звездно. Как на небе, так и в душе. Звездно и солнечно. Одновременно. В нас соединены оба полушария, а значит, оба времени суток. Поэтому наш горизонт всегда двоякий. На линзу чем-то похож, но это из области физики.
Тень, выпьем еще вина, чтобы успокоить расшатанные нервы. На сегодня пора спать. Завтра мы продолжим наш путь и откроем новые тропы. Это будет после того, как мы хорошенько отдохнем.
Эй, там, костерные посидельщики, заканчивайте смеяться и ложитесь спать. Пусть вам снятся самые прекрасные сны. Наш сезон продолжается только потому что мы так хотим.
Помните, узелочная сеть. Чтобы больше не пытаться ловить поезда рассвета, потому что на них мы уедем навечно и уже вряд ли вернемся.
Хотя, завтра надо бы сходить на свой любимый вокзал и снова ногами мешать потоки воздуха поездам проходящим с другой стороны. И самолетики запустить, чтобы баланс только не слетал. Нам так нравится, мы так будем жить.

Есть еще одна проза. Война называется. Когда ее продумывала, началась как раз заварушка в Белоруссии с российским посольством. Горячая была осень первого курса. Да и вокруг творилась какая-то дрянь, предвещавшая длительный упадок. Было остросюжетно. Да и сейчас не менее остро.
Задумка родилась из того, что а) временами ловишь себя на мысле о том, что хочется войны, действительной войны, с кровью и смертями б) поступила в университет, долгое время казалось, что руки мои измараны в нефти, а это не есть правильно в) мы не умеем правильно свои ресурсы потреблять
В общем, год этак 2042 (чисто случайно, кстати, мне герои скзаали, что год именно этот), Россия разбазарила всю нефть, весь газ. А территория у страны большая. "Нас просто разделят на части", - всплыло в голове. И ведь так оно и будет, при том, что у страны нет достаточного вооружения и достаточной силы протиовстоять нескольким государствам одновременно.
Героев 30 основных. Каждого прописать в отдельности. Уже довольно давно мы общаемся только со Стреем. Он светлый, несмотря ни на что. Несмотря на то, что рисует шлюх и любит с ними разговарвиать, несмотря на то, что не принимает участия в войне, бегая из страны в страну. В общем, он милый и пугает людей своей закрытостью и тем, что он - человек без прошлого и без реального имени. И паспорт у него поддельный. А реальный где-то явно зарыт в землю в металлическом ящике. Прошлое у него не ахти какое, такое не станешь рассказывать. Возможно, даже от самого себя постараешься скрыть. Язва он страшная. Но мы с ним уже сжились.

У меня теперь висят две абсолютно длинные вещи. И у одной из них конца точно не будет. Соулдерн. Множество историй внутри одного города. Хочется поговорить о том, с чего все это вообще возникло. Это будет в самом повествовании, но для себя солью сюда, потому что это и мое мироощущение, а не какое-то там придуманное и выдержанное до определенного градуса. Нет, это то, чем живу в последнее время.
Довльно долго сознание взрывалось от мыслей Де Линта. От его первых людей, которые были из Воронова племени. От койота Коди, который тряс горшок и породил весь наш мир. Люди - птицы. С примесью древней крови. Все это хорошо, но по истории все-таки мы шли от древности и до наших дней. От пещерного человека к Древнему миру Египта и Месопотамии и так далее. Все было. Значит, все и должно оставаться.
Есть Зеркало нашего мира. И есть еще мир за этим Зеркалом. Но он сейчас не важен. Из нашего мира можно попасть на Зеркало. Только вопрос, зачем. Оно практически точно отражение всего того, что здесь. С одним исключением - там острее чувствуются корни. Точнее, люди их чаще замечают внутри себя. Грязь, комья грязи. Перечеркнуть.
Сначала людей не было. Были рыбы, птицы, животные. Были демоны. Нельзя их называть богами, потому что они ими ни в коей мере не являются. Скорее, они - нечто из области эмоций. ПОвышенная интуиция, энергия, ветер, свобода. Заключенные в некие сущности. Они научили все существа перевоплощаться в людей и ходить по миру. Создавать цивилизации и целые города. ЦИвилизации накрывала вода. Первоосновы перерождались уже в других людях. Самыми сильными были те, кто умел перевоплощаться, менять облик. Самыми древними. За ними появлялись и другие. В мометы перерождения цивилизаций, они тоже перерождались. В новых людях. КТо-то открывал в себе эти сущности. Скажем, большинство. Смешивались с обычными людьми, которые пошли по дарвиновской теории. И навыки понемногу слабели. В Соулдерне все проявляется наиболее ярко. Первооснова живет. И от Первоосновы все и пошло. В людях куча демонов. И они дают о себе знать. Там та же жизнь, те же терки с правительством. Просто много кто живет своими внутренними сущностями древних. Кто-то видит пучки энергии, кто-то видит будущее, кто-то отчетливо помнит прошлое и любит о нем рассказывать. Каждому свое. И люди это в данном месте умеют в себе открывать. В общем, Зеркало наиболее чувствительно к Первооснове. На нем много чего открывается. А самое главное, на него можно попасть. Во сне или же в реальности. Но в любом случае, местные будут чувствовать, принадлежишь ты к этому миру или нет. Остро ощущать.
И если люди хотят летать, если при этом они соединились со своими Демонами, открыли в себе навыки древних, они летают. Глупо ведь, хотеть и говорить, что не можешь. Просто полет выражается в другом абсолютно. Не в крыльях и воздухе. Если хочешь, то можешь все.
Еще есть Подземка. Археологи когда-то честно начинали раскапывать город, оказавшийся залитый морем и погребенный под толщей осадочного материала. А потом бросили. Те, кому на поверхности Соулдерна не нашлось места, оказались там. Бунтари в основном. Без понятия о жилище. Там, где они стоят или спят - их дом. Иногда без стен и крыши, иногда даже без пола. Им так хорошо. Только там темно и нет почти дневного света. ПОэтому и сутки у них смещены. В основном они живут ночью, а днем спят. И в силу таких особенностей, люди, ложась спать в Подземке, могут проснуться на поверхности. И вести две жизни одновременно. Вот только...они не соотносят эти две жизни друг с другом, потому что об этом не знают. Как-то так.
Пусть будет. Тяжко это.

В Городе холодно стало как-то вдруг. Браузер по мейлу показывает +13. Под кеды хочется вдруг резко даже носки напялить. А в пиджаке на скейте прохладно сегодня было кататься. Обычно жарко. Правда, скейт новый, летает хорошо. Так, что я иногда забываю, как правильно держать равновесие. Люблю открытые окна в квартире. Сижу и мерзну поэтому. В пледе и в теплых тапочках.
В моей квартире есть тапки,от которых прутся все друзья по очереди, заезжая ко мне в гости. Первое время они меня честно пугали (тапочки то бишь). Стоят как живые. Чьи-то ноги. Отдельно от тела. Одни явно принадлежат Альфу. Вторые совиные.
/www.radikal.ru" target="_blank"> [показать]">
Вспомнила сообщение Игоря о том, что он хочет со мной поговорить. Мол, не хочет уходить в стандартный круг дом-работа-семья-дом. И я тоже не хочу. И тоже хочу с ним эту тему перетереть. Так, чтобы долго и муторно. Так, чтобы мозги потом трещали и не соображали, о чем вообще речь. Посидеть бы с ним на асфальте где-нибудь посреди дороги и поговорить. Знаю только одно, в основном заливаться соловьем он будет. А я буду сидеть и слушать. Он много о чем думает. У него гениальные мысли временами. Пишет, что специально под них тетрадку завел. Сам свой почерк разобрать не может, а вспомнить все - памяти не хватит. Люблю его за это.
Наши с ним разговоры начались с первого курса, когда он еще в универе появлялся довольно часто. Выходили с ним в перерыв на улицу покурить, заводили длинные беседы. Он говорил, я слушала. Понимала примерно половину, потому что его полностью и не возможно понять. Он - себе на уме. Сам в себя. Эгоист страшный. Еще похлеще меня будет. Верит всем своим мыслям, анализирует. Самые точные суждения обо мне еще мимоходом выдает. И пусть называет меня как угодно, все равно мы - эпизоды в жизни друг друга. И никогда целостными картинками не будем. Вечно разобранным паззлом.
Когда только позднакомились и начали общаться, мне сон про него снился. После него поняла, что именно этого человека основательно так впускать в свою жизнь не стоит. Будет где-то перифериить, разглагольствовать - хорошо. Пойдет на сближение - лучше не стоит. Староста еще выдавала что-то вроде, что мы с ним как пара хорошо бы смотрелись. А я снам верю. Поэтому - нет, спасибо, не надо. У меня свои люди есть, у него свои. Надеюсь, пересечем их немного, но сами не схлестнемся.
Так и не поняла, верить его историям или нет. Черт, руки мерзнут очень сильно. Правильно, бабушкин свитер, в котором зимой во фрисби играла. Вместо куртки сходит. Теплый он очень. Жарко в нем и холодно одновременно. Привет, конец лета и неработающие батареи.
Временами кажется, что мы запираем себя в клетках, откуда выхода не найти никакого. Город, все эти учебные и рабочие заведения. Бесполезно это. Нужно куда-то в другое русло утекать. А куда это, в другое.
Больше никаких организаций, мечтающих о революции. Мама вчера сказала, что социализм мне бы понравился. О, это точно. Не зря же общалась с подобными людьми. А потом они разбежались. Мое видение этой ситуации? Да все просто - нельзя упираться во внутренние дрязки и ссориться между собой. Нужно пустить все на самотек. Жесткая организация? Да вы о чем. И организации-то не надо никакой. С И встретились, поговорили. Решили, что больше лезть никуда не будем. Понаблюдаем, посмотрим. Поеду к нему в Киев, там хорошо должно быть. Еще поговорим. От него, правда, бардак страшный. С виду он мне даже протвен, а человек хороший очень. Привычки просто некоторые раздражают до страшного.
Так вот, клетки. В клетки мы сами себя очень мило загоняем. Нам так легче. Выпусти каждого на свободу, мы потеряемся просто-напросто. Поэтому и придумываем себе все больше и больше границ, чтобы себя обезопасить. А нет этой безопасности. Вообще нет. Нигде нет. Наши тринадцать пороков. Наши корни доисторические. Наши демоны внутренние, которые спят до поры до времени. КТо-то их открывает в себе, а кто-то зарывает глубоко-глубоко, зарывая и себя вместе с ними. Не люди они после этого. Тенями ходят какими-то. Если не делать того, что сердце просит, можно сразу идти и вешаться. Иначе, зачем все это? Гореть нужно. Гореть и не догорать.
Твои пожелания на день рождения вот хорошие, светлые. Мы с тобой распутаем кое-какие ручейки и струйки. Дороги разные. Как на холме стоишь, смотришь вокруг и видишь, что с холма можно кучу тропинок проделать, а оттуда и еще больше ответлвений найти. Я выбралась со своей кольцевой? Возможно и так.
Меня достало, что вижу много всего, но так мало всего делаю. Вроде, хочу. А почему-то никуда. Списать бы все на лень, но не лень это. На поверхность глядишь и достаточно. Думаешь, что что-то хочешь раскопать, раскапываешь, а потом отторжение идет. ТАкое ощущение, что все это заложено и так вглубине меня. Я знаю все. Из прошлых жизней. Из обрывков воспоминаний того, что было. Только не помню об этом. Могу трезво и адекватно все это переосмысливать. Но никогда не буду читать теорию, потому что мне Читать далее...

Сижу на воротах, в руках у меня прут из ивняка и ножик. Ножиком снимаю аккуратно с кожу. Знаю, что не причиняю боли. Вкладываю в палку эмоции, чувства и кусочки лета. Вкладываю туда нас. Старательно на теле вырезаю одну выбоинку и делаю одну царапину. Вот это уже больно. Не бывает ничего идеального. Вот теперь можно и слезть, опробовать то, что делала. Да, то, что нужно. Толстовка в стружках, джинсы тоже. Палка лежит в руке практически идеально. Научиться бы еще с ней обращаться. Танцевать получается. Драться, наверное. не научусь. Но раз с ней танцуется, значит, все хорошо. Начинается дождь. Главное - забрать ее с собой в Город, чтобы в тяжелые моменты вспоминать о лете. О том, что заложено внутрь обычной палки с виду.
Есть еще в кармане одно воспоминание. Почему ивняк, почему палка и почему со снятой кожей. Нам мало лет. Что-то около 6-ти мне и 9-ти мальчишкам, если не меньше. Двоюродный брат и Гордость. Куда же без них. Дедушка на соседском участке пилит деревья. Или на нашем. То-ли просто для того, чтобы сжечь в бочке на золу, то-ли из-за того, что ивняк вечно мешается. И он нам делает три палки, заматывая их изолентой на тех местах, где будем держать их руками. Мы тогда еще Черепашек Ниндзя любили и постоянно пытались скопировать каким-либо образом. Мы на них дрались, на этих палках. А потом...не знаю, куда они делись. Рогатка, вот, осталась до сих пор. Дети ее нашли в шкафу, но предпочли оставить на даче.
Все дачные дороги - они во мне. Колодец, где наливаем воду. Прямо рядом с монастырем, чья главная дверь теперь кажется какой-то сожженой. Но при этом стеклопакет в окнах вполне себе новенький. Там еще дальше по дороге должен быть заброшенный большой монастырь из старого кирпича. Там еще один колодец. Ну а мы привыкли к этому. Нам хорошо. Вода чистая, народу обычно много. Но сегодня понедельник, мы одни. ВОронку маленькую кто-то услужливо спер, но вместо нее добрые люди оставили бутылку обрезанную, у нас такая же была. Мы вот свою...по дороге где-то выронили. Пока дедушку высаживали на заброшенном пункте торфоразработок.
Возвращаюсь домой с дачи. На машине с дядей по малознакомой дороге. Не по той, по которой едет автобус, где я так хорошо за это лето умудрялась высыпаться. Неа, он автострады любит. И показывает нам авиабазу и парашютистов. По дороге перечитываю Аринин дневник зачем-то. Сама не знаю, что пытаюсь там найти. Это как-то эгоистично.
Голова грязная, джинсы порваны аж в двух местах и оба они между ног. Вчера честно пыталась зашить, но туда нужно ставить заплатки при сильном желании поносить их дальше. Так что нужно искать куски черной джинсовой материи и доставать швейную машинку.
Дядя высадил у метро Новогиреево. А это значит только то, что до дома две пересадки метро и одна из самых оживленных в любое время суток веток. За плечами у меня гитара. В руках рюкзак с вещами. По факту, я параноик. По метро предпочитаю перемещаться с сумкой, потому что рюкзак за спиной, могут что-либо украсть, будет неприятно. Так вот, в руках рюкзак. И еще неплохая такая сумка с огурцами и помидорами бабушкиными. Встретить меня? Нееее, все заняты чем-то. Сука Р встречает сегодня родителей. Его нежность ко всему прочему не спала всю ночь из-за тусовки в клубе. И с каких пор он начал делиться со мной подробностями совей жизни? Позвонила Ю, но он чем-то занят. Он офигенный человек, но если занят, то донимать его не имеет смысла. Поэтому даже не стала ему перезванивать, а он попросил через 10 минут. Мама, услышав мою грустную историю, сказала примерно так: "Да, далеко ехать и много нести. Не повезло тебе". Вздох в телефонную трубку. Мамин! И только П поддержал меня, отрубившись спать от успокоительного. Но уже после того, как я добралась до дома, что радует.

Вместо флуда:
Р уезжает на год работать в свою родную страну. Я честно за него рада и все такое. Точнее, мне все равно. Констатирую факт, что до его отъезда мы не увидимся. Желаю заранее удачи. Как-то он обиделся что-ли. Странный человек в высшей степени (повтори это еще раз и еще раз, чтобы лучше запомнить). Можно с ним перекидываться редкими сообщениями, можно посылать ему стихи, потому что он просит. Можно не видеться месяцами, встречаться случайно на улице и трепаться о чем-то обыденном абсолютно.
Можно сидеть с ним летом на крыльце и пить чай из одной кружки, а потом целоваться. Можно приезжать в квартиру его родителей, где его остаивли с котом наедине и все по новой. Только уже без эмоций каких-либо. А вот что ему нужно уже год как? Вопрооооос.

P.P.S. Если я уезжаю с дачи, значит, лето догорело. Завтра совещание редакторов и нужно как-то собрать себя. Скоро здесь будет висеть список вещей, которые нужно делать. Я достану-таки креативный ежедневник, который притащила мне как-то на день рождения моя любимая Танька и начну его заполнять. ЗНаю, что по-другому я просто не выживу. Мне нужно рационально использовать время, чтобы не уставать, не изнашиваться, проживать, как я люблю, тысячу жизней. И при этом проводить наедине с собой довольно много Читать далее...

Абсолютно по-дурацки получается, но так удобно и очень красиво. Нет разе что эскизника с собой, но это маловероятно. Ни фотоаппарат, ни неумелый художник жтого не пережадут. Сначала идет дверь. Открытая настежь. Белая. Сверху - козырек, сколоченный из досок и покрытый рубероидом. Про последний я сейчас разве что могу догадываться. Дальше - звездное небо. На фоне - черные силуэты берез. И светящиеся окна дома. Такие игрушечно-красивые и желтые, оазбитые на неровные прямоугольники, что их-то и хочется нарисовать. Больше ничего не видно. А у меня изо рта облачко пара. А в доме люди. Бабушка с жедушкой суетятся. Еще видны грядки и белый саван пленки, которой укрыты на ночь какие-то растения. Еще комары кусаются. Прозаично, это вид из туалета ночью. Света здесь нет в принципе.
Иду к дому, снова запрокидываю голову и смотрю на звездные пути.
Немногим раньше, после нашей обычной вечерней прогулки с дедушкой, под его ворчание уселась на наши ржавые и сырые ворота и смотрела на небо. Одна и такая маленькая. Свободная до верхней планки ворот. Она - моя рамка. Я могу ее преодолеть, но не зочу. Из страха соскользнуть, из комфорта сидения на створке. Вспоминаю, как с ребятами прыгали с ворот. Со створок и с перекладины наверху. Еще немного сморю на небо, подтягиваюсь и залезаю на верхнюю перекладину. Все это мы раньше делали днем. Сажусь и смотрю уже в другую сторону, но тоже на звезды. Надо мной еще одна рамка - провода. Но ее мне не преодолеть. И в данном случае мне даже не хочется, мне комфортно. Главное, у меня есть в этот вечер свобода смотреть на небо. Только в жизни нужно все же преодолевать рамки, а не считать их пейзажем, как сегодня провода.
Оказалось, мои образованные дети 5 и 12-ти лет не знают, что делать с лягушкой и соломинкой. Пришлось ловить лягушку и наглядно показывать. Проверку прошел. Он тут же сказал, что надул бы. Были бы дети моими, они бы точно знали подобные мелочи. Не предлагаю же я им кидать лягушек на провода, стрелять в них из игрушечного пистолетика, закапывать в песок, класть в костер. А мы ведь все это проделывали. И ни капельки не стыдно. Такое у меня было шикарное детство девчонки-сорванца. Дерущейся на палках с парнями, злоствующей, временами не прощающей даже самых близких друзей. Собаки нехорошо как-то воют за окном.
Кстати, завтра, покавремя будет, нужно будет сделать пару палок из и ивняка. И в Город их закинуть.

- хорошее запоминается, плохое остается в характере, - ты как-то так написал, я поверила.
Мы были жестокими детьми, мыстали непхими взрослыми. Когда думаю о том, откуда я вырисовалась вот такая, какая есть, вспоминаю сразу о даче и о 45-ой. И если школа - отдельная тема и не такая уж длинная, зато конечная, то дача неисчерпаема.
Это такое место, куда ты все равно будешь возвращаться. За своим прошлым или за своим настоящим, из-за своих мыслей или в стлу внутреннего притяжения. Все равно садишься на автобус/машину и едешь.
Моя светлая О каждый паз сюда приезжаети привозит подруг. Мы с ней вспоминаем былое и радуемся. Сегодня она вышла сучастка своей бабушки и поздравила споошедшим уже вживую. Сказала, что моя Гордость тоже передает поздравления. Он стоял на участке в нескольких метрах от на и все слышал. Хотел бы, сам бы поздравил. Да, она права, если наше общение вдруг дойдет до "как дела?", можно будет рыть мне могилку.
У нее свои друзьяисвоя жизнь. Те, которые с дачи, в свои 16 - состоявшиеся люди с рассуждениями о людях, здравомыслии, умеющие заботиться и что-то делать своими руками. Ну, не все дачные поголовно, но многие.
Родители О хотели продать участок. Она вот только-только закончила школу. Настояла на том, чтобы участок оставили ей. Тепрь пойдет учиться на права, чтобы самой добираться. Мол, здесь все детство прошло, нельзя трогать. Пили чай, разговаривали о всей нашей жести. Альма матер, плоть от плоти и кровь от крови. Месить пыль именно этих дорог. С О мы видимся только здесь. В городе почему-то нет. И как я могла пару лет не бывать на даче? Этоглупо смоей стороны.
Почти вся жесть, которая есть во мне - дача. Пожалуй, так. Жесть и темень. Именно отсюда. Думаю, мои демоны родились здесь же. Или из старых детских воспоминаний. Хотя, не так важно откуда. Важно, что мои демоны мне нравятся. Каждый по-своему.
Крис сказала, что мои концепции мира нужно записывать. Для этого у меня есть Оулдернский блокнот. Все будет написано. О же подарила еще одну записную книжку. Там-то и буду записывать событийку и мысли, чтобы всегда было рядом.

Так начиналась война. С вечера отгорающего теперь уже лета. Все началось с обычной тревоги, а потом пришло ожидание первого удара. Хотя бы сердца, которое замерло на несколько секунд.
Фонари на дороге как обычно не горели, потому что по темноте мало кто решает прогуляться. Разве что ребята на машинах или с собственными фонариками или подпитые компании взрослых. Мне всегда казалось, что в такое время по улицам гуляет только охотник и просит всех закурить. Даже если у человека нет ни спичек, ни зажигалки, он все равно требует. А потом начинает угрожать карманным ножом. И пахнет от него либо пивом, либо дешевой водкой. Чаще, конечно, водкой. Вдоль дороги силуэтами вырисовывались деревья на участках. Там, куда уже давно не приезжали, вырос целый лес на шести сотках земли. Белесые фигуры некоторых деревьев позожи на вдов или просто на женщин. Остальные сливаются с окружающей темнотой. Если приглядеться, вдали можно различить светловатый туман.
В небо различима яркая красно-оранжевя точка. Ее можно было бы с натяжкой принять за Марс, но она движется с большой скоростью. За падающую звезду, но она поднимается куда-то вверх. И траектория у нее прямая-прямая, без намека на то, что будет падать.
За воротами кто-то взрывает очережной фейерверк. Сердце снова начинает биться. Так приходила война. Авиационными учения в начале лета, безмолвием дач, светом в небе. И далеко не звездным.


Интересно, к чему бы такие ощущения после прогулки с дедушкой по дороге. С детства я любила бояться этой нашей темноты. Она такя обволакивающая и приятная, такая звездная. Можно ее бояться, когда освещаешь себе путь фонариком дяди Володи, возвращаясь позжно-поздно из гостей. Можно бояться, когда выходишь в туалет. Можно бояться, когда сидишь на крыльце и смотришь на ежика. Что-то в ней всегда было живое и хорошее, но мифическое и от этого непонятное. Я любила ее бояться. И теперь тоже люблю.
Я знаю, что из такой тишины рождается война. Из такой тишины и напряженности. Знаю еще, что вечером Лена обязательно сидит на крыльце и курит. Или Жора, если он дома. Знаю, что стреляют охотники. И знаю, что так начиналась война. Или даже сейчас начинается. Тенистая темнота.

Уже было написано, что Крым - место святынь и что по храмам я предпочитаю не ходить по православным в обычное время. А здесь приехали в Севастополь, поняла, что тянет. Причиной, естественно, не служит ярая вера в бога. Скорее, храмы и церкви как места силы и места наиболее четкой энергетики. Встаешь иногда под купол, пропускаешь через себя все, что может тебе дать это место и понимаешь, там храм строили или не там, где нужно. Тоже ведь нужно угадать.
За всю поездку, в общем-то, встретила только один храм, который стоял не на своем месте. На месте с самой сильной энергетикой как раз построили свою креопсть Генуэзцы. На месте с не менее синой жнергетикой дикарями живут летом люди на мысу Айа. А храм 12-ти Апостолов стоит на возвышении, но кроме как прямоугоным зданием с красивой внутренней отделкой не является. Очень хотелось достать фотоаппарат и сделать пару снимков. Когда появляется такое желание, о сильной положительной энергетике стоипромолчать. Хотя, может, там есть что-то творческое?
В очередной раз задумалась о боге. Почему мы верим, что он один, но при этом придержиемся догмата о святой троице? Почему мы знаем, что у Иисуса был отец, но при этом за бога почитаем Иисуса? И кто же мне на это ответит...
Много горных монастырей. И у всех красивые легенды. Легенда - фантик, а внутри не менее вкусная конфета. Старые горные города. Теперь там монастыри. Идешь в юбке до земли и в платке на голове, под ногами песок, кругом трава выжженная. Как паломники до святых источников. Третьи сутки в пути.
Там хорошо. Спокойно. И выходишь с желанием что-то действительно делать.
На самом деле, у меня странное отношение к церквям. Я бы сожгла Васильевский собор, потому что туда вечно ходят туристы, там все для туристов. С превеликим удовольствием сожгла бы Христа Спасителя, потому что стоит он запутанный в проводах и во лжи. Но при этом в Крыму действительно энергетика святости. Как бы я ни относилась к церковникам или к храмам, там я буду всюду заходить с почтением. В юбке, в платке, с прикрытими плечами, как паломница.
Как ремарка - не могу объяснить многое из тех мест, которые мне не нравятся, потому что ориентируюсь по энергетике в них и от них.

Мне сегодня катастрофически не везло с автобусами. Спасибо Р, укрел мое желание взять на дачу гитару.
На самый первый автобус от выхино не успела, хоть и не спала всю ночь. Милый семейный праздник затянулся надолго, разошелся кальяном и даже абсентом. В итоге так и не легла. Все равно не успела. Поехала в то же время, что и в прошлый раз. Уснула, проснулась на конечной практически с четким ощущением, что едем уже слишком долго. Потомпоняла, что пересесть на нужный автобус не успею, так как он ушел. Карма - ждать и ходить пешком, наматывать километраж жизненный.
На гитаре играть не умею от слова совсем. Только меня этот факт никогда не останавливал. Тот час, уоторый стдела в теи перрона на лавочке в ожидании, переставляла аккорды и что-то бренчала. Мужику-таксисту, просившему что-либо сыграть и говорившему что-то про отсутствие слуха, хотелось сказать много и матом. Но почему-то не стала.

В поле радара снова вернулся Психоаналитик. И пока что с ним очень тепло, даже учитывая, что общаемся через сеть, а увидимся только месяца через два. Может, немного меньше. И хочется посадить его перед собой, неотрывно смотреть ему в глаза и чеканить про девочку на одну ночь, про траву, про воспоминания и новых людей, топчущихся по ним, про свои волнения и переживания. Заставила бы его выслушать все про тебя. От самой первой строчки, до самой последней. И пусть его лицо меняется сколько угодно, но он выслушает. А потм...кто-то слишком любит причинять определенным людям боль, как ни странно.

Меня всегда радовало, какого мнения люди придерживаются друг о друге. Вот живут они все вместе в общаге, изредка видят человека и судят о нем по его поведению и по тому, что о нем говорят другие. Хотя, здесь все равно виновато понятие "свои люди" и "не те люди".
В степях как младший преподаватель была девушка Л. Мои ее знали по общаге и придерживались достаточно негативного мнения. А мы с ней как-то перекинулись парой фраз, посидели ночью с кальяном и разошлись. Теперь если видимся в университете, то здороваемся с самыми радостными выражениями лиц. Л = солнце. Увидеть ее - уже радость. Не знаю, почему я начала общаться с тобой, а с ней нет. Но не в этом суть. Я опять разлила воду тут и не могу ее собрать воедино. Просто она абсолютно неожиданно поздравила меня с днем рождения самыми теплыми словами.
Ты и она входите в разряд одних из самых солнечных людей не смотря ни на что.
Вообще появилась забавная идея - соединить две или три своих компании как-нибудь. Свои и Танькины. В сентябре устроить пикничок где-нибудь в парке.

Да, жизнь явно ничему меня не учит, но при этом не жалею, что на ночь глядя сорвалась вчера на другой конец города с малознакомым человеком учиться играть на гитаре и начинать праздновать. Телефон сегодня звонит в самые ненужные моменты, потому что весь день я бегу. Но весь день дико приятно. Единственное, что огорчает - вчера куда-то у меня упрыгал из рук кусок мыла в ванной. Так вот, до сих пор ползаю по ванной время от времени и не могу его найти. Мыло вкусное было. Новое открывать не хочется со знанием того, что старое где-то лежит.
Р я бы отнесла к разряду людей совсем странных. Не однозначно к своим людям, но и не однозначно к людям, которые жутко бесят. В нем все проявляется моментами. Еще у него интонации голоса и звучание на брата похоже. От этого передергивает больше всего. Весь вечер оборачивалась, когда слышала голос брата, чтобы проверить, что мы с Р в квартире пребываем вдвоем. Точнее, втроем - кот тоже очень общительный и вездесущий.
Р не любит рассказывать истории, а за классическую литературу вообще принялся только сейчас, в 23-то года. Для меня всегда было как-то странно, как люди могли не читать всего Гоголя, не читать хотя бы пятикнижье Достоевского. Ну или хотя бы "Преступление и наказание", хотя я бы отдала предпочтение "Идиоту". Вместе с тем он всегда фонтанирует какими-то идеями, которые не всякому придут на пьяную голову. И идеями достаточно интересными. Наши с ним приоритеты расходятся по разным сторонам арены и упорно друг на друга пялятся. Единственное, в чем мы с ним сойдемся - наличие как минимум двух детей в семье (смешно три раза с твоим-то стилем жизни). Еще он прекрасный импровизатор, тут стоит отдать должное. Любит чай, что тоже идет в большой плюс.
Собственно, у нас с ним и знакомство-то началось с чая. В моих любимых степях в первый наш вечер устроили дискотеку. Спать не хотелось, голова мыслила не совсем трезво после самогона, хотелось чего-то горячего: кипятка, кофе или крепкого чая с сахаром. Р пьет чай только с сахаром, Р искал, видимо, кого-то на ночь (или нет, совпало так просто), поэтому Р оказался на нашем крыльце с кружкой в руках и всем предложил содержание этой самой кружки. Ребята отказались, а мы как-то так и остались на крыльце до 4-ех утра. Так вот и начались наши степи.
Вообще, в чем-то его стоит причислить к типу смазливых мальчиков, на которых девушки вешаются только так. И с тем же его нельзя причислить к подобному типу, потому что запросы у него временами тоже свои выскакивают нефиговые. Все сложно.
В 00 часов меня поздравили, достали из холодильника любимый тирольский пирог ягодный. Заварили чаю, выпили. Утром Р дико не хотел никуда вставать, кот крутился на кровати и требовал, чтобы его покормили, будильники время от времени напоминали, что пора бы просыпаться. Попрощались в итоге через порог и разошлись до следующего случайного столкновения.
В общем, гитара, чай, хреновый кальянщик в лице Р, который пытался раскурить все это дело под Боба Марли (вот не уверена, что он слушает подобную музыку). Неубранный в итоге кальян. Предупреждала ведь, что его уронит либо кот, либо его грохнем мы сами. Но случай распорядился иначе - утром Р просто решил попинать по квартире мячик.
Традиция исполнена. 15-ое отпечаталось в памяти. И не самым плохим 15-ым оно оказалось за последние 4 года или больше. Да и праздновать мы начали необычным образом.

Взять с собой кактус для самообороны что-ли. А то у меня в квартире есть только меховые красные наручники со стразами. Но они явно меня не спасут. При случае наоборот ухудшат мое положение. Ладно, сорвиголова. Ты едешь туда за идеей, точнее за обещанием научиться играть на гитаре. Вдох. Мама против. Ничего, она меня знает. Выдох. Пора ехать, слишком поздно уже на улице. А я слишком люблю заводить со странными людьми пространные разговоры в метро. Особенно поздно вечером.

Здравый разум кричит, что я творю какую-то полнейшую херню. Но сегодня 15-ое число. И этот день всегда запоминался лучше, чем 16-ое. В том плане, что был более ярким. Вот уже года 4 как. Так что...гитару в руки и на другой конец города к малознакомому молодому человеку, который приставал ко мне на практике. И который вообще очень милый внешне. Хаха.