Из-за самой себя ничего не успеваю. Как странно. С чего бы вдруг, действительно? Сегодня...я собой не довольна. Есть к чему идти, есть куда совершенствоваться. И так будет всегда. Возрождение. Не той стены, которая была со мной довольно давно. Через которую не проливались эмоции, которая отгораживала от людей. Нет, такая стенка мне не нужна. А вот железная леди - мне подходит. Не бояться боли, терпеть и улыбаться. Не бояться перенапряжений. Выебывают мозг - все понимаешь и тоже улыбаешься. Странные ощущения. Еще раз поставить Домино.
Мне нравится эта осень. Мне нравится смотреть на рельсы в тумане ранним утром. И в этот туман уезжает твоя электричка, ярким фонарем разрезает всю эту муть. Серость, залитая солнцем. Прохлада или даже холод. Мне хорошо. Это - мое спокойствие. Вспоминаю, что дождей больше не должно быть. Зато когда-то там - снег. А еще - скоро начало ноября. 4-ое число. И, нет, это никак не связано с днем народного единстве. Связано, точнее, но не конкретно с тем, что этот праздник и бла-бла-бла. Нет. В прошлом году - холодно. С фотоаппаратом на 13-ом этаже. На нас чуть не скинули мусор из окна какого-то верхнего этажа. Мы сначала молчали, потом долго говорили. Простояли дольше, чем планировали. Пока я работала, ты отвечал мужикам и парням, вышедшим покурить, что я тут фотографирую, что я журналист вообще-то. Звонящий телефон. Мои - в колонне. А мы на лестничной площадке. И крыша закрыта на замок. В общем, в это число у нас будет год общения встречного, так скажем. Тет-а-тетов год. Так лучше будет. Но это - после. А сейчас - нелепое предвкушение снега, холод и спокойствие.

В дополнение к ночному - это вме из серии ответственности. Обещать, занимать какую-либо должность) - она самая, ответственность. А кто-то, ссылаясь на отсутствие памяти и "вчера было много выпито" начисто все забывает. Бесит и раздражает. Из-за такого можно и ссориться. Пусть только попробуют сказать, что не имею права.
Нет, ты не сможешь разбудить меня сообщением. Да, ты можешь утром поднять настроение.

Временами мне становится противно. Когда сидишь трезвой в компании пьяных. Когда видишь с какой частотой спиваются люди, когда сама пьешь. Сейчас для меня это сродни бездействию какому-то, пожалуй что. На уровне абсолютно дурной привычки. Противно от самой себя. Противно от того, что меры нет. А это значит, что все обещания так и будут обещаниями, а на деле будет снова гон на меня за что-то несделанное. Вот, честно, пусть Л завтра как хочет выкручивается. Я просила, он обещал. Иначе пусть потом не удивляется результатам.

Синицей врываюсь в сознание. У меня что-то все в синицах в последнее время. Меня сложно вынести, а уж тем более перенести. Со мной вообще сложно бывает. Меня многое бесит и многое напрягает, меня много в людях привлекает. А еще я часто дохожу до крайностей в последнее время.
Сижу с детьми и пытаюсь их чему-то научить. Получается с трудом и со скрипом. Мы тоже не понимали, чего от нас хотят и почему что-то является неверным. Потом как-то вписались, срослись. Спустя 2 года я начинаю писать тексты. Может, чуть меньше. Новая публикация? Скоро и полномасштабные материалы возьмусь писать. Только не это, только не это.
Мне страшно от одиночества душевного. Мне страшно ошибаться. Мне страшно косячить. Только...этого никто не увидит, даже я сама.
Хочется свою душу выворачивать перед людьми, которым до лампочки. Остальным - сложно и практически невозможно.
Поставить ультиматум самой себе и прекратить писать глупые сообщения. Да, Похмельсенье - это хорошо и здорово. Да, мы уже год как общаемся. Да, ты обещал вернуться. Только количество неотвеченных (но записанных на подкорках памяти) сообщений неуклонно растет. Пора перестать доставать. Пора перестать ныть. А мне другое нужно. Чертовски. Это и есть самое сложное - в самых нелепых ситуациях не набрать на нужный номер смс. Все честно, силу воли придется тоже воспитывать.

Вся моя жизнь уместится на раскрытой ладони. И просто жить-то катасрофически недостаточно. Нужно с целью. Высокие запросы и стандарты. Убей себя об стенку. А еще лучше - живи так, как считаешь нужным. Между прочим, самое суровое наказание. Та маленькая идиотка внутри меня вышла погулять. Скоро вернется. Мы с ней хорошо ладим, но иногда она умирает от усталости. От морального кризиса, от веревок на запястьях, от петли на шее и от нехватки кислорода. Тогда я прошу ее выйти на свежий воздух. И заменяю ее на время. Она молодец, хорошо держится. Жаль, что у нее есть такое понятие, как усталось. Оно практически недопустимо. Всего много, всех много, друзьям не слишком хорошо. В такие моменты страдать от собственной никчемности. Выпилите на подкорке знак бесконечности.
Пуля прошла сквозь мягкие ткани мозга. Задет позвоночник. Пробито легкое. Разбиться об асфальт, упав с высоты собственного роста. Судорожный обморок встречного человека.
Серо-солнечное осеннее небо. Больше отдающее все-таки в серый, чем в желтоватй. И птицы, вечные городские голуби, которые летают низко-низко. От крыши к еще зеленой траве. С травы на асфальт, оттуда снова на крышу. Стайками. Закрывая собой все. Особенно люблю моменты, когда они прямо над головой проносятся. Это мое спокойствие. Это картина самого спокойного спокойствия, немного близкого к забвению.
Еще немного проныться самой себе в отсутствие автоответчика, готового повторять твои слова на репите. Немного добавить аскорбиновой кислоты и вскипятить чайник. Все хорошо, это фиксация и маскировка. Хамелеонная, пулепробиваемая, заметная особенно на стволе дерева. Тебянехватка, кислородное голодание, аура скромности и доступности, шорты на лосины, кеды и пальто. Не хватает шляпы, лень.
Наушники бьются в агонии уже который день, настойчиво посылаю их нахуй, прижимаю пальцем. Звук идет еще какой-никакой. Одно ухо, правда, основательно тупит. Сейчас не важно. Звуки города, на них накладыается музыка.
Вспомнить в очередной раз, что сибиряков не будет. Ткнуть пальцем в небо, заставив из щелочки брызнуть дождем. Хорошо, не щелочью. Пепел не устраивают. А в это время в прошлом году я пыталась собрать себя на 1905-ого года по каким-то микрочастицам. Так было хорошо, так было сильно, так было ненужно, но так эмоционально.
Мы же команда. И если нас станет вдвое меньше, придется покончить жизнь ритуальным подпрыгиванием к незримым высотам. Делать что-то дальше. Поток нервов, с которыми можно суметь справиться. Поток обязательств.
У меня с некоторых пор есть прозвище для тебя. Ты сам его мне подкинул. На сообщения, начинающиеся с него, ты отвечаешь. Возрождаться из пепла, значит. Птица, выходящая из пепла. Неплохо так, сколько же у тебя жизней? Сколько уже прожито?
Как можно было не спать ночами, жить на энтузиазме, вечно улыбаться и все успевать? Кажется, я почти это умею. Только практика ушла.

В такие моменты, когда ощущаю, что самые родные люди начинают зарываться в осеннесть, уходить в плохое настроение, доходить до оочки перезагрузки, но не иметь пока возможности ее осуществить...в общем, в такие моменты - нельзя грустить. Если кто и должен, кто всегда это проделывает - спасать своей энергетикой. Улыбаться. Выслушивать. Дарить что-то от самой себя, вселяющее внутрь свет. Всегда это делала. Always did, always will. И от этого недьзя отступаться. В общем, хандра послана к чертям, сложности тоже.
Только спасите меня от досыпа и чрезмерного количества алкоголя, которое вчера было потреблено вместе с начальником Л. Да, встретимся в Туле. Нет, я вряд ли буду звонить.
Иногда мне кажется, что ставки в игре пожнимаются без моего ведома. Один косяк, можно потерять человека. Нет, я неного догадываюсь о мотивах такого вот его поведения, но это только значит - неверная директория, все к черту.
Вчера был год. Год с момента насания первого сообщения тебе. Год с момента, как вы с Дж сверлили меня в вагоне метро взглядами в спину навылет. Год с первого стихотворения. Новое так и не написано, идеи блуждают, но не ложатся на бумагу. Вчера ты обещал вернуться. Извинился и обещал вернуться. После того, как азгребешься все свои завалы. Не грузись только.

Все это, конечно же, тонны нытья. Децибелы букв, вылетающих в черную дыру интернета. Километры сажи, исчерченные линии, несвязанные между собой нитки. Мне очень хочется снова быть сильной. Не могу сказать, что я несчастна и что-то вроде. Ни в коей мере. У меня есть вещи, есть люди...в общем, я за это цепляюсь и буду цепляться. Проблема в том, что в последнее время все слишком сильно зависит от настроения. Можно прочитать как "от внутреннего эгоизма", но это, пожалуй, не совсем корректно.
В детстве папа мне говорил "иди", я шла. Он говорил мне "делай" и я делала. Меня могло хоть тошнить от этого, но папу я слушала всегда. Дети растут. Дети выходят из под контроля. Дети учатся думать сами. Дети смотрят на все то, что было и начинают задумываться. Папа хотел, чтобы я изучала английский с первого класса. Для этого я ездила на другой конец Города в школу. За это ему огромное спасибо. Папа говорил мне бросать танцы, потому что они мешают учебе. Я боролась до последнего и не бросала, потому что мне нравилось. Хотя истинная причина того, что в 5 лет меня отдали заниматься - искривление позвоночника небольшое, которое как-то нужно было выправлять и не запускать дальше. Потом он настоял на моем переходе в лицей. И тут я не выдаржала, сдала экзамены, поступила...и ушла из родного мне места. Отчасти жалею. Но, "хорошо там, где нас нет". Друзья проверяются временем, места проверяются красками. Мои воспоминания светлы, только вот люди, с которыми были вместе, не разлей вода - мы практически не общаемся. Очень редко. Случайными встречами. Мой одноклассник В теперь учится в Германии на архитектора. Кстати, как он там - давно его не спрашивала. Он приезжает изредка в Город, когда у них там каникулы. Мы гуляем, сидим в кафе и разговариваем. Пару раз в год обычно вижу А. Изредка с ней сидим. Больше никого. Нет, Д еще весной видела. Он совсем вот не изменился. С ним мы еще в начальной школе учились. Каким был, таким и остался. Интересно, а жизнь его чему-нибудь научила? Кажется, у него была единственная 2 по русскому классе в 5. Все его с ней поздравляли. Остальные - отлично. Отличник, умненький мальчик, здорово фотографирует. Стесняется, мало с кем общается, видимо, сам в себе и сам для себя. Писал ведь статьи неплохие.
В общем, через год где-то или даже два после перехода в другое учебное заведение, папа признал занятия танцами полезными. А я уже ушла к тому моменту в журналистику. Ссоры, скнадалы. Меня пытались отправить на экономический. Только, увы, тошнит меня от экономики. Эта наука в какой-то мере родилась мертвой лично для меня. После школы выкинула все конспекты по данному предмету и больше решила не вспоминать. Физика для меня живая. Химия - в какой-то мере. А вот экономика - увольте.
Папа под фразой "делаю для твоего же блага" планирует всю мою жизнь. Меня достало играть в марионеток. И я не хочу идти по пути наименьшего сопротивления, который выбирает кто-то другой. Меня интересуют деньги на жизнь, скажем так. Обеспечение семьи. Меня интересует интерес, вызванный моей работой. Меня интересуют передвижения. Меня интересуют коллеги. И, пожалуй, нелишней была бы научная деятельность. + свободное время и множество увлечений. Не могу думать о том, что после работы стану приходить домой и ложиться спать. Еще у меня есть цель и планы. Кстати, все понятия в списке выше - равнозначны. Вполне себе.
А сейчас...пишу это для фиксации. Снова хочу быть такой же непробиваемой и сильной. И я смогу. Мне нужно забить на мою лень. Нужно забыть про слово "не могу". Нужно начать уже что-то делать по учебе. Не запускать ее. Хочется зажать лицо руками, спрятаться и плакать. Очень боюсь что-то пропустить по учебе. Почему- не знаю. Все интересно. Боюсь на это забить и чего-то не узнать. Черт, мне кажется, что я все в этой жизни упускаю.
Где ты? Где ты? Нет ответа. Уже 12-ое. Значит, почти год.

Док проявляется как раз вовремя. В те моменты, когда мне прицельно и предельно плохо. В те моменты, когда нужно двигаться дальше, а я остаюсь на месте. Док берет меня за руку, поднимает с земли и ведет дальше. Еще он ставит точные диагнозы. Чувство ответственности. Сначала зотела поспорить, потом поняла, что он прав. Картинка, наверное, шикарная. Час ночи, собиралась идти спать уже, попрощалась с психоаналитиком, а тут появился ты. С извинениями, длинными сообщениями. Как всегда. Сижу, реву, читаю сквозь поток слез сообщения, пытаюсь улыбнуться, а потом успокаиваюсь. Твое хорошее влияние в течение всего-то малого промежутка времени.
Либо мы так похожи, либо мы эмоционально связаны. В любом случае, мы друг другу можем выразить словами то, что сами себе не можем. Иногда лучше понимаем друг друга, чем сами себя.
Логично, я проспала. Не слышала ни одного из 6 будильников. Сижу жома, интернет работает где-то на половину. Что-то вообще не загружается. Пойду дальше спать и отдыхать от всего трэша. К черту ответственность. Хочу гулять и молока с медом. Но не зочу ничего делать.

Если сейчас лягу спать то, возможно, завтра смогу улыбаться. О том, что вряд ли с кем-то стану разговаривать, можно даже не упомянать особо. И так понятно - молчать и пытаться держать себя в руках. Что людей половину видеть не смогу - тоже ясно. Все предельно. Все на пределе.
С моей тотальной усталостью и моими срывами...мы от любой мелочи доходим до точки. Это закономерно. Чем дольше копишь, тем потом сильнее выплескивается. Отключить телефон, поставить только на экстренные звонки. А вообще - нужно завести отдельную карточку телефонную, номер которой знали бы только папа и мама. Можно еще бабушке номер дать. Так, чтобы не теряли. Чувствую, это будет актуальным в этом году.
Мне кажется, что я слишком многое на себя беру. Учеба в тех.вузе, редактирование текстов, гимнастика, автошкола, языки. Давлю жизнь внутри себя, пытаюсь вырваться из клетки, построенной самой себе. Мне нравится эта беготня...вот только я привыкла к узкому кругу людей. Привыкла говорить с теми, с кем мне комфортно. Общаться со "своими" людьми и помогать им во всем. Или...не знаю, здесь что-то нечисто. Манипуляции с энергией. Сплетни, интриги, расследования.
Меня просто сегодня открытым текстом послали нахуй. Хорошо, закрытым текстом. Завуалированно. Хорошо, что по почте. Одно я считаю недопустимым - когда редактору скидывают 3/10 выполненного задания и сообщают "болею. комментарии пришли по почте". Есть такая шняга, как уважение (не заслужила, один ответ, слишком недавно с ними занимаюсь), есть такое понятие, как манера общения. С редактором так не стоит, наверное. Я им ничего не обязана в общем-то. Ничем не обязана. И могу им хоть в 6 утра звонить, если сроки сдачи будут пропущены. А на меня сразу про то, что я так потеряю не только авторов, но и друзей. Не трогайте мою жизнь, не трогайте меня. Мать вашу, я тоже хочу спокойствия, а не упреков в какой-то хуйне полнейшей. В каком-то бреде. Девочка же вообще ничего не знает о жруналистике. Спроси ее про лид, про заголовок, про выбор темы - она молчать будет. Ха-ха. Выпендриваться мы все горазды. Ладно, нечего дрянь всякую вспоминать. И расстраиваться тоже снова нечего.

Пора бы выкинуть весь хлам из дома и убраться. Нормально убраться. Уборка в квартире ассоциируется у меня с уборкой внутри. Спасибо, тихое счастье.
Утром на светофоре встретила психоаналитика (кого бы еще в такую-то рань?). Он заметил меня первым и тут же полез в сумку за тетрадкой, чтобы отдать мне одну важную вещь в учебе. Это такой человек, который даже при сильном увлечении беседой может не вынимать наушники из ушей, слушать музыку. Он обычно так и делал. Сегодня он просто выключил плеер и разговаривал со мной. У меня катастрофически пропадали все остроты. Из-за его спокойствия и уравновешенности. Да, он в меня не верит и подкалывает, называя слабой. Мне все равно. Он в чем-то прав.
Мы с ним не общаемся. Типа не общаемся. И вроде как с конца августа. Мы снова сидим в столовой и пьем чай. Он пользуется моими формулами и берет их себе, оценивает мое внутреннее состояние по внешней изможденности, но не спрашивает подробностей. Они ему ни к чему. И вот только сейчас в голову ударило, что я скучала. Скучала по нашим посиделкам с кофе перед сном. Как на практике. Когда: "Налей мне чаю" "Да пошел ты к черту! Там чайник горячий, встань и налей!". И он мне также отвечал. А когда с кухни народ расползался потихоньку, я заваривала нам кофе и мы сидели. Бестемно, ни о чем. Но сидели. И даже не материли друг друга и не посылали. Единственный раз был, когда устраивали всем шоу - психоаналитик решил меня напугать, пролил мой чай на работу Дина по сейсмике, выжал мне губку за шиворот, а потом оказался облитым моим красным чаем (странно, с чего бы это), пошел за шваброй и тряпкой, вытирал кухню. Черт, надо бы нам пожить как-нибудь вместе. Чтобы весь день отсутствовать, а вечером на кухне кофейничать без остановки. При том, что "кофе нас усыпляет, мы кофе мало пьем". Да, за 2 недели на двоих или на троих угробили 2 больших банки растворимого. Мы вообще кофе не потребляем. Как же. Так все и поверили.
В общем, мне как-то даже гармонично. Если это возвращение, то я "за". Давай найдем новые темы для разговоров и будем жечь. Спорить, ссориться, мириться, злословить. Это драйв жизни, который пробуждает. Сегодня ты спокойный слишком. Да, драйва нам и не хватает сейчас, пожалуй что. А ты считаешь психоаналитика своим тезкой и говоришь, что все с вашим именем сумасшедшие. Got it. Все так и есть.

Сказалась больной и никуда не пошла. Поработала, написав пару страниц комментариев к текстам детей, посмотрела первую часть Анатомии Протеста. Решила, раз уж что-то делаем по этой теме, то как редактор должна быть в курсе, о чем вообще пишем.
В общем-то, где-то ближе к концу я даже начала верить, что наш президент - бусинка и лапочка. Только что оппозиция, что правительственные структуры...все любят черное и белое, свою правду и чужую ложь. Другого не дано. А то, что существуют полутона - нееее, не слышал. Вот поэтому у нас и говорят про нечестных журналистов и их продажность, поэтому и не слушают.
Где правда, а где ложь. Где поклеп, а где реальность - это сложно определить, имея однобокую позицию. У нас любят унижать, бить и угрожать. У нас любят шантажировать и таким образом получать комментарии. У нас любят монтировать. Так почему было не смонтировать половину видео? В общем, ощущения спорные. Я не оправдываю наших оппозиционеров, так как не верю в их чистоту. Но и не лью на них все говно мира. Я просто знаю, что достойную альтернативу они предложить не могут, поэтому действуют по способу детей малых. Общий враг у них есть, а вот общей цели и общего плана - нет и вряд ли появится. Мы слишком шаблонны.
В общем, не знаю, кем этот ролик был заснят и для кого, противно. У нас прозрачное государство, где все друг про друга все знают. Не в мельчайших подробностях, но самое основное уж точно. От ошибок, до грехов и успехов. Миру мир. Мне осточертело. Мне уже не весело. Мне хочется новизны и перемен. Перемен в нас самих в первую очередь. Иначе мы так и останемся на каком-то первобытном уровне.

-вопрос про мою угрюмость был из вежливости сегодня?
-просто я улыбался и смотрел на тебя до этого вопроса полминуты,а ты не замечала меня)
Из переписки с Психоаналитиком. Мы с ним действительно не общаемся в последнее время. На парах он предопчитает компанию Э, которая, забив на своего молодого человека, общается с Психоаналитиком и смеется. Обижается, потом прощает и все идет по кругу. В отличие от меня, он не говорил ей, что с ней неинтересно общаться. Может, это сразу говорит человеку о том, что он - пустышка. Вот только, произнося эту фразу, я обычно вкладываю в нее значение, мол, у меня другие интересы, поэтому я не хочу общаться. В нашем случае все было именно так. Да даже если кто-то сообщает тебе, что ты - "пустышка", ты идешь и совершенствуешься. Из разряда бредоразмышлений. Только сейчас не о пустоте. Он мне так и не сказал открытым текстом "мне с тобой неинтересно". Он просто ушел от ответа, скинув довольно странную песенку. Странную именно по смыслу. Про наркоманов. Про попытку избавиться от зависимости. Про 15 дней. Про мертворожденного и требование дать очередную дозу. Всего лишь про 5 из 15 дней. Он не знает, что этот куплет записан у меня в блокнотике для заметок, чтобы надосуге разобраться с этим. С августа все никак не сяду.
Стоило мне сегодня подойти, он тут же начал смеяться и переговарвиаться с нашим одногруппником. А я даже не к нему подходила. Вообще не узнала сначала. Но подсознательно давно хотела, чтобы постригся еще короче. В общем, суть даже не в этом.
Мы встретились в магазине. Стояли в очереди в кассу. Я расплачивалась, он подошел следом. После пар. Когда он со мной вообще заговорил, я не поняла, кто это. Сообразила, ответила первое пришедшее в голову, убрала еду в сумку, открыла зонтик и вышла обратно под дождь. Не стала его ждать. Ответила, развернулась, ушла. Не прощалась, не здоровалась. Он обогнал меня где-то на светофоре, успев проскочить на зеленый и исчез где-то в направлении к метро. Занятный человек.
Завтра снова ни с кем не буду разговаривать, чувствую. В последнее время меня все сложнее и сложнее вывести на разговор. Кто-то это видит, кто-то привык к вечной жизнерадостности. Нет, вы можете приходить и плакаться у меня на плече, я вам буду отвечать. Только вы разбираете меня на маленькие кусочки. А так мало людей, которые поддерживают мою жизнеспособность. Их единицы. И у них у самих силы медленно подходят к концу. А это только середина осени. Как жаль, скоро мы займем свои законные места на кладбищах, прижавшись друг к другу плечами. В братской могиле, чтобы отдыхать всем вместе. Хотя, им на реинкарнацию еще, а мне уже некуда. А меня уже не возьмут.

Рокировка. Точка останова. Смена позиции с третьей на пятую, ноги вывернуть еще сильнее. Там осеннит и листопадит потихонечку. Взгляд вверх на ветки деревьев - а там осталось штук 14 листков. И у каждого свое отдельное желтоватое пространство, подсвечиваемое фонарем. Во дворе универстиета есть такой экземпляр, у которого недели две назад вся крна горела желтым и красным, а нижние ветви оставались сочно-зелеными. И так вот, ярус за ярусом, он скидывает все летнее.
Моя Т, лежащая с гитарой в руках, думающая, наигрывающая что-то мне малознакомое. Кафешка всего-то на 3 столика и барную стойку, где молоко с медом, ребята за стойкой самые звонкие и теплота внутри.
Моя семья, состоящая из 5-ти человек: Крис, Даня, Т и А. Мы все за одним столом в самой уютной квартире в мире. У нас гитара, три бутылки вина и бутылка коньяка. А еще - вкусные печеньки, приготовленные хозяйкой квартиры. Первые слова прив стрече: "сначала вы поедите, а потом пойдете в магзаин". И чувствуешь себя дома. Читаешь стихи, слушаешь других, слушаешь голос Т. Ни у кого такого еще не встречала. Можно слушать и слушать. Каждый из нас индивидуален по-своему. Мы знаем друг о друге все. И у нас нет границ. С легкими срывами и ночными разговорами с соседом на лестничной клеткой. С напеванием барарейки, сидя на корточках у лифта. Впятером. Какие-то незавершенные дела. Мне тепло, не вынимайте меня из этого состояния.
Снова сны. Какая-то идиллия. Сначала - домик где-то на природе, где были "люди живой души", как-то так. И ты снова разговаривал. Ты там был собой. Стояла на крыльце и не могла не слушать, перекидывались парой фраз. Когда перебралась с кресла на кровать, снились полеты над городом. Незаконные исчезновения из колледжа в другой город и какое-то читерство ради скидок на товары в каком-то городе. Ну, мало у нас с собой было денег. А мы там сидели на крышах. С кем - не помню уже. Помню, что летали.
Только что ни воскресенье, то перекрывает. Снова сижу с пустым лицом. Либо эмоциональное истощение, либо слишком сильная усталость. Не могу разобраться почему. Может, слишком щедро раздаю себя все: незадачливым любовницам, детям, сдающим мне тексты как редактору, редакторам, друзьям (им в первую очередь, но для них ничего и никогда не жалко), пьяницам на улицах, которые просто хотят поговорить. Мне сложно редактировать и сложно не срываться при этом. Постоянно кажется, что я где-то запарываю основные вещи, что-то каждый раз забываю, не справляюсь с обязанностями. Хотела. Черта-с два, нервы слетают только в путь. Даже истерики внутри не осталось. Только опустошенность и отсутствие улыбки. Деньги на телефоне летят со скоростью опадающих листьев. Придется признать, мне нужна чья-то нехилая моральная поддержка, а мой любимый А находится в такой же степени усталости. Может, в большей.

Холодно. Где-то в легких холодно. В голове холодно. Остальное - тепло. И у меня было такое хорошее садистское настроение, когда улыбаешься, но при этом готов убивать...только вот "было" слово ключевое.
Меня можно поздравить с окончательно поврежденной коленкой. До слез сегодня на тренировке было. До срывов мелких. И это при том, что по моим меркам коленка не болит практически. Так, временами. Но да вспомним врачей в 10-ом классе, когда невролог тыкала в меня иголкой на проверку работоспособности нервов и получила результат примерно: часть нервов просто нечувствительны. Кажется, они были на левой руке. Ну-ну. В кассу. Да и к врачу в ближайшее время не слишком грозит. Есть куча других дел.

Да, в этом вся я - пишу без остановки, обещаю стреляться по несколькуьраз на дню и как-то пытаюсь улучшить твою эмоционалку. Депрессую почти без повода, стенки пытаюсь пробить всеми доступными способами. Тяготею к романтике и душеизлияниям на бумагу в стол. Не знаю, что делать в обычных ситуациях и не хочу нарабатывать опыт. Опускаю руки, снова берусь за дело. Сама предлагаю жечь, набиваюсь в компанию. И всегда бессменно жду ответа. Мне так давно не хватает твоего любимого "добройьночи и красочных снов", что скоро придется свихнуться. Мы неделю не виделись, а это почему-то уже много. Терпеть и не думать. Терпеть и радоваться. Могу сделать тебе пару куколок вуду, чтобы найти выход твоему негативу.

Если ты мне снишься, ты ты молчишь. Если ты мне снишься и разговариваешь, то что же будет дальше? Да, это из разряда "я никогда не запоминаю свои сны". Только сегодня почему-то не проканало. Просыпаюсь и четко помню, что снился мне ты. В нашей с мамой квартире. Странной какой-то на вид, но точно нашей. Ты и еще одна девочка-редактор. Что вы делали у меня в гостях? Вот уж точно не знаю. Знаю, что сначала мы сидели разговаривали о чем-то. Потом девочка ушла спать, а ты попросил меня сварить тебе кофе. И нес какую-то ахинею по поводу "признайся ему в любви, если он сейчас сидит в аське". После этого включил мой компьютер и был, кажется доволен. Мы с мамой на кухне обсудили всех и вся, а потом меня почему-то понесло на улицу. И до конца сна я каталась ночью по Городу на маршрутках и автобусах, не разбирая их номеров, уезжая в неправильном направлении. Перебегала дороги и старалась найти свой дом.
Все это обязательно должно что-то значить. В ситуации с говорящим тобой, без каких-либо противоречивых взглядов, я бы предпочла ужаснуться, потому что у нас все общение построено на "посмотрел так, ответил так, глаза такие-то". Или что-то еще значит. Не буду трактовать данную часть. Отнесу ее просто к потоковому бреду, на самом деле. Приятно, черт возьми, правда, поговорить во сне.
Могу навскидку рассказать самой себе про часть с маршрутками. Про поиски дома. Сейчас в нем такой бедлам, так не хочется приводить что-либо в порядок, так хочется сорваь обои и сменить их, так хочется устроить трепанацию мозга. И так сильно не доходят руки. Везде книги и тетради, книги и тетради и форма тренировочная. Вот это вот - моя комната. Ничего лишнего, никаких лишних бумажек. Только книги и тетради. Черт, вот и вся жизнь, хочется констатировать мне, но, пожалуй, воздержусь от этого. А дом для меня, в первую очередь, соотносится с уютом. Так вот, мой уютным никогда не был в силу одиночества. В силу того, что это место, куда можно прийти и поспать, место, где можно изредка найти что-то поесть, где можно посидеть и погреться. ПРи всем при этом, уютом никогда и не пахло. Не самый лучший район Города, бывшая промзона. Хотя сейчас я и к нему привыкла. Новое кафе напротив дома, открытие парка за домом. В общем-то, жить можно. Четыре высотки по 32 этажа. Моя жизнь где-то на 30-ом. И постоянное отсутствие дома. Ни меня, ни мамы. Это нормально. мы привыкли весь день шататься по Городу, работать и турдиться, поэтому привнести в квартиру какое-то внутреннее тепло у нас так и не получилось. Виноваты мы сами. Виноваты пустые стены. Каменных подворотен, множества чуждых глаз. Виноваты не конгрессмены, бармены, антенны...виноваты мы сами, картинночный тлен. В общем, у меня вечная борьба с самой собой в попытке что-то привнести в квартиру. Как-то так.
Вечно мне шататься ночью по Городу из маршрутки в маршрутку. И не находить спокойствия и уюта. Остаются кафешки.

Постепенный путь к успокоению. За стеной кто-то репетирует. Полунадрывный голос. Не нравится он мне. Громкий и идет с непонятной стороны. Да и время уже ночное. Даже такому человеку как я уже не хочется ничего включать. Ладно, иногда я играю на гитаре в это время.
Смирение ии снова гармония? Мне казалось, что в воскресенье произошел переход к изнанке. Это когда цинично и саркастично шутишь, улыбаешься, при этом готов убить всех и каждого и разреветься у кого-то на плече. Проблема в том, что никто мне не поможет, даже желая этого. Я никогда не высказываю открыто свои проблемы и не могу себе позволить реветь при других. Последний раз - степная практика. Неконтролируемые слезы, А и Э пытались успокоить. Только реальной причины даже они не знали. Что я говорю о друзьях? Даже при маме стараюсь не срываться. Только если совсем истерика в горле стоит непереносимая. Она тогда называет меня истеричкой, которая ничего не делает для улучшения положения, я сначала гружусь и думаю, а потом собираю себя в кулак и делаю.
Дорогой мой А знает, что мне как-то не слишком хорошо. Может, слышал слезы и бесперспективу в голосе по телефону. При встрече я не смогу даже ему адекватно рассказать о происходящем. Скорее всего. Феникс знает только про желание всех взорвать. Он и не должен знать про фиговость всего происходящего. Точнее, про степень этой фиговости. Снова будет волновться, а у него и так свои проблемы. Или не будет волноваться. Anyway, его не стоит грузить.
И при всем при этом мне хочется определенной реакции от людей. Да сейчас, ага! Никто даже гадать не будет.
Успокоение. Возвращение к привычному ритму, к норме. Справимся. Выстоим. Сильные.
Спасибо маме, что она рядом. Накормит и сделает полоскание, когда у меня уже опускаются руки.

Медленно перехожу из одного состояния в другое. Или не перехожу, а к одному добавляю другое. Да, наверное, так. Не важно. Это уже не важно. Вообще ничего не важно, хотя так говорить глупо. Нужно следить за тем, что говорю. Думаю много, а вот далеко не на те темы, на которые неплохо было бы подумать. По сути - мне все равно. У меня болит примерно затылок слевой стороны. Я не знаю, что с этим делать. И знать не хочу особенно. Провожу аккуратно двумя пальцами, имитируя подобие воды что-ли, проходит. Или стекающую кровь.
Вот если поджечь динамит и засунуть его внутрь человеку, динамит потухнет? А если продолжит гореть, то на какую площадь разлетятся ошметки? "мы себя не так убиваем, други способами", - выдал мне А по телефону, когда звонила ему из универа. И еще кто-то посоветовал людей жечь. Крики, смотрится эффектнее. По мне нужна эффективность.
Да, с воскресенья у меня не складывается с людьми. Мне хочется говорить только с самыми близкими, а остальные - пошли нахуй. Почему мои одногруппники этого не понрмают - не знаю. Сидели в столовой, я пыталась придумать темы для детей, висела в интернете на разных сайтах, откуда можно выцепить хоть что-то полезное и интересное. Рус, не долго думая, закрывает мне на планшете нужную вкладку. Девки говорят что-то про то, мол, пусть пишут про геев, запиши эту тему к себе. Допила чай, встала, ушла. Дошла до аудитории, староста, не долго думая, вытаскивает булаву у меня из сумки со словами "как она мне нравится", держит ее в руках, у нее кто-то перехватывает. Резко забираю булаву обратно и иду дальше. Кто-то постоянно спрашивает, что со мной случилось и почему я не отвечаю. Бля, бесите. Просто бесите. И здесь уже хочется даже не взрывать, а просто плакать.
Не знаю, смогу ли сделать все, под чем подписалась. Сейчас мне зочется только спать, взрывать и придиматься либо к твоему плечу, либо к плечу А. И чтобы меня гладили по голове. Долго-долго, успокаивая.
Наверное, проверну акт эгоизма и ближе к выходным утащу тебя в подмосковье с единственной целью - смотреть на огонь. Пошлю главного с его новосельем куда подальше. И уеду спасать свою душу. И на твои планы мне пофигу тоже будет. Ты обещал еще весной.

В конечном итоге вечность все равно победит. Так зачем сейчас трепаться и извиваться перед ней, если исход и так очевиден? Все это лирика, конечно же. На самом деле - здравствуй, госпожа.
Идти по улице днем из университета и чувствовать, что как максимум всего лишь часов 10 утра. Сначала серость, потом какое-то утреннее-утреннее солнце. Да, это прямо бальзамом на душу, если бы не нужно было учиться и что-то делать. Меня все устраивает. Все, кроме.
Сегодня - это сегодня. А завтра будет уже смена биоритма на тренировочную, смена состояния, смена настроения. Завтра в моей осени в ее дымко-тумане-серости-нежности-зимнести появятся люди. В большом количестве. Сегодня ребята решили не приходить на пару, поэтому можно было сидеть одной на всем ряду (предпочитаю садиться вперед, а все мои - назад), помолчать и повисеть где-то в пространстве. Люблю такие моменты, когда никто не мешает сосредоточенно писать и думать. Когда никто не говорить тебе на ухо "какую лажу препод рассказывает", когда не сбивает вечным "дай списать, я не успел(а)". Бесит. И еще бесит нелюбовь к физике. Не понимают этот предмет, так не поливайте его грязью что-ли, а попытайтесь понять.
Искренне разочаровывают люди, которые говорят "мы не сможем, мы не понимаем, мы не будем". Глупо. Глупо ничего не делать. Да, могу сказать, что сама довольно часто к таким отношусь. Мини-срыв, потом ставлю мозги на место и еще раз иду прошибать стену.
Слишком мало. Слов слишком мало. Нужны слова и нужно продолжение чего-то. Ради разнообразия - ночь у костра где-то, куда не ходят уже электрички в силу позднего времени. Смотреть на языки пламени. По осени, кутаясь в куртку или пальто. Мне мало даже отсутствующих слов. Пиши чаще, зови и вытаскивай.

Давайте поиграем в правду-ложь. В уютном кафе, в беседке, увитой плющом. Необходима внутренняя фиксация на самой себе. И бежать тут абсолютно не к кому. Хотел ответственность? Получай. За соседним столом явно собрались режиссеры. А я сижу с раскроенными внутренностями и капаю собственной энергией на стол. Отпускает потихоньку. Под пиво с горячим чаем. Разговоры о душе.