Ты как-то спросил, хочу ли я себе татуировку. Я ответила про то, что она должна что-то очень важное обозначать, иметь смысл. Так вот, я хочу. На запястьях. Картинку порезанных вен. В последнее время мнн очень интересно, как это смотрится и как это ощущается, если поперек вен на запястье провести лезвием. Больно или нет, как будет стекать кровь, как отреагируют окружающие. Нужно, наверное, просто спросить у Крис или у Таси, они должны знать. Но хочется испробовать на себе. В присутствии того, кому доверяешь свою жизнь при случае. Нет, мне правда интересно, как это выглядит. Интересно попробовать. Никаких мыслей о самоубийстве или о чем-то подобном. Можно просто татуировки. Чччерт.

Я здесь, но не здесь. В общем, anyway, не берите в голову. Проходит все. Положительное, отрицательное. Вываливается в один момент на обочину ненужным грузом, остается там лежать, гнить. Иногда кто-то это подбирает. Иногда кто-то отволакивает на свалку. Есть и такие, чистильщики чужих жизней. Не знаю, к кому себя отнести, потому что сейчас можно резюмировать одно - я жива. Я жива и от этого мне легко и хорошо. Прошел месяц. Месяц прокрастинации. Но сегодя что-то подтолкнуло меня именно к изменениям. Точнее, подтолкнуло еще в воскресенье и не что-то, а конкретное. А сегодня к вечеру захотелось все это именно проделать. Так что мне нужна чистая тетрадка в качестве ежедневника. Сочтемся, в общем.
Воскресенье породило во мне вот что, помимо всякого там негатива и всякого волнения:
1. Каждая вещь что-то значит. Будь это мягкая игрушка, кукла, простая вещь. Если она не значит ничего, значит, является лишней. Это еще и к тому, на самом деле, что есть тип людей, дающих всему имена. Они видят мягкую игрушку, видят флешку, видят камень, видят человека - тут же готовы дать имя. Раньше я могла отнести себя именно к таким. Сейчас почти. Мне нравится придумывать людям вокруг меня множество разных имен. Мне нравится узнавать у вещей их истинные имена. Но я почему-то ни разу за последнее время не давала жизнь никаким игрушкам. Видимо, они не несли в себе ничего. Ничего для меня важного. Может, убрать куда-нибудь всех, что смотрят на меня с книжных полок? Кроме Шарпея. Он со мной уже слишком давно? Да и вообще не мой. И медведя, что сидит на кровати. А зайцам давно пора уже дать имя. В общем, не знаю. Что-то в этом есть.
2. Беспорядок в комнате у каждого разный. Вот для меня в моей комнате беспорядок, потому что пыльно, потому что стопка книг, потому что неубранные рюкзаки. У А понятие беспорядка - когда у него пара вещей находится не на своем месте. Твой беспорядок - стол в чужих книгах. Блин, парни, правда, я хочу, чтобы было также и у меня. Носок один упал из шкафа - беспорядок. Путь один - приучать себя к порядку. Еще захотелось сразу на фоне этого теплоты, уюта и минимализма. Чтобы мало чего оставалось на виду, да чтобы вообще поменьше вещей. Но я так и не поняла, куда девать старые конспекты. Разве что отсканировать их и перевести в электронку, но пока что мне не нравится этот вариант.
3. Lumen. Если у тебя "В бетонной коробке" ассоциируется с бензином, то у меня почему-то с зимой. Неожиданная ассоциация. Пока лежали на кровати и обсуждали змею, мне казалось, что на улице идет белый пушистый снег. Там холодно, а здесь, в комнате, тепло и хорошо. ЧТо если выйти туда, вовне, можно будет лепить снеговика, играть в снежки и щуриться от солнца. Только вот за окном осень, а тогда, ко всему прочему, темнота уже прикрыла все собой. Шлюха-ночь или около того.
4. Не знаю, как такое вообще возможно - но уют в отдельно взятой общажной комнате. Действительно уют. Мне неуютно в собственной квартире, мне далеко не всегда уютно в собственной комнате. Но при этом я чувствую теплоту и спокойствие, находясь в общажной комнате, которой можно назвать разве что собственностью универа. Выходит, я действительно не могу создавать уют, не могу носить его за собой? Какой-то хреновый вывод, но он вот такой вот.
5. Зачем быть с кем-то еще? Зачем изобретали телефон? Ну, если вот есть мы. Если мы вот сидим, разговариваем, нам хорошо. Может, я и не знаю, что такое любовь. Какие-то возвышенные идеалы и мечты. Не знаю. И знать, пожалуй, не хочу на данном этапе. Было время, когда я пыталась избавиться от всех идеалов. Было время, когда я приравнивала цели к мечтам. Постепенно складывалось мое собственное мировоззрение. Идеалов в моей жизни не так уж и много. То есть, они присутствуют, но я понимаю неосуществимость подобного. Не беру в расчет материальные вещи вроде цвета штор или формы стола, например. Это все редактируется как раз. Просто в большинстве случаев, самое неидеальное на твой взгляд способно стать тем самым нужным тебе. На счет мечтаний и целей - это отдельная философская категория для меня уже довольно давно, поэтому не о ней сейчас. Я начинала с любви. Так вот, все к черту. Может, ее смысла не понимает никто на этой планете. Может, что-то еще. Но я могу с уверенностью сказать, что мне сейчас не нужен никто кроме. То есть, картинка такая - вокруг могут крутиться какие угодно парни. У них сколько угодно может не быть девушек. Я сколько угодно могу при желании думать о них или еще что, но ни один из них мне не нужен, потому что у меня есть человек, с которым мне тепло и хорошо. С которым мне уютно. Которому я верю, к тому же, которого постоянно прощаю, хотя любого бы уже давным давно бы послала. С которым я могу ужиться в одном пространстве, как показала недавняя практика. Которого я, надеюсь, понимаю. Сдается мне, что продолжать не стоит. На данный момент мне хочется быть рядом, но где-то и что-то не стыкуется, кажется. Или все стыкуется, а мы такие дурни, что...никто не знает этой части истории, придется достраивать ее самим. Мне Читать далее...

Извиняюсь за неотвеченные комментарии и за то, что не читала никого последние пару дней.
Я не хочу подставлять и не хочу разочаровывать. Это нормально. Злиться тоже не стоило, впадать в грусть в пятницу, в общем-то, тоже. Но там было с чего вдруг. Снова тема про людей. Снова про то, кто вокруг, кто жив, а кого лучше избегать. В общем-то, у нас очень хороший состав именно живых людей или наполовину живых на спецкурсе по социологии. Мне нравится, мне уютно и тепло.
Сегодня я просто сожму кулаки покрепче и буду просить кого-нибудь, чтобы все получилось. И все было хорошо. Если люди не играют, у них проявляются самые разные эмоции. Близко - это когда человек при тебе не боится показать свою слабость. Близко - это когда разговор о страхах. Близко - это когда человек боится и нервно ходит по комнате. Или когда ты исправляешь запятые в сообщении друзьям. Для меня это так. Для кого-то, может, по-другому. Но одно выводит меня из себя - когда хочется остаться и как-то помочь. Вот только помочь почти нереально, даже кулаки сжимаются. Остаться - тоже не вариант.
Маяки никогда не гаснут, если там постоянно меняются смотрители. Электрические должны выйти из моды. Они вообще должны сдохнуть, потому что они уже мертвые. Маяк - это когда есть к кому придти попить чаю, принести печенья. Когда есть с кем душевно поговорить и вылезти на крышу, например, этого самого маяка. Или хотя бы на смотровую площадку. Маяк - это когда тепло и свет. К черту новые идеалы этого общества. Мы должны наполнять жизнью пространство, не стремясь как-то подстроить его под себя. Не стремясь его загубить. А маяк - это живое пространство, которое дышит и указывает кораблям путь. Маяк - это часть суши и моря одновременно. Просто бред упоролся, а мы несем его домой.
Одно я знаю точно - все идет так, как мы того хотим. Мы строим себя, кто-то параллельно строит нас. Взаимное дополнение детальками. Хочешь сладких апельсинов?(с) Я вот сейчас бы не отказалась, только зубы несколько болят от лимона, съеденного за весь день. Вот во что обходится теперь обычная чашка кофе. Половина лимона - можно снова жить.
Артист ночью говорил о том, что письмо к матери в его исполнении звучит очень цинично. Он не знает, как его читать. Ну а я могу себе это представить, только для каждого эти строчки должны звучать по-своему. Мы не Есенины. Мы являемся сами собой. У каждого свои интонации. Да и письмо к матери у каждого свое.

Почему все так - слишком сложный вопрос. Я только знаю, что какое-то время буду злиться. Потом все равно закрою негатив внутри и ничего не скажу. Или скажу, попытаюсь вылить все, пусть даже через сообщения. И не смогу. Потому что вот так. Хотя поступки, прямо сказать, шикарнейшие с твоей стороны.

Все-таки на кафедре из меня делают художника-чертежника самого натурального. Привет, снова среда, снова чертежи. Это что-то психоделическое, на сей раз. Ну, ничего, все примерно хорошо даже. По крайней мере, за сегодня я начертила ровно 2 работы. И закончила раньше, чем неделю назад. Это уже прогресс. С учетом того, что где-то с 5 до 11 я ушла гулять. Кривые получились рисунки, правда. Где-то меня подводит линейка. Но, я надеюсь, не все еще так плохо в моей жизни. И препод не такой уж и...ладно, чувствую, придется мне это перечерчивать. Когда дойдут руки, я все-таки выложу фотографии. Еще с лета. Я все еще помню, что кто-то хотел посмотреть на поющих индейцев...

Мы все меняемся. И все умудряемся проделывать это внутри себя. Так, что окружающие слишком поздно начинают это осознавать. Воздушные замки плавно покачивались на облаках, оставаясь на удивление целыми. Мы днями напролет бегали по улицам нашего города и смеялись пролегающим воздушных змеям. Иллюзии оставили нас тогда на время, чтобы потом снова начать наслаиваться подобно пирогу. Восприимчивость прорастала в горшочке на подоконнике. С недавних пор она чувствует себя большой девочкой.
На аллеях красные кленовые листья. Я хожу в вихре картинок и воспоминаний, но вихрь этот по большей части снаружи. Мне нравится иногда ловить эти картинки, но не хочется снова поступать на службу к старой памяти. Новый стиль жизни - смотреть по сторонам и на небо. Хотя сложно не пялиться прямо себе под ноги, когда на улице идет дождь, а ты рассекаешь в кедах по лужам.
Смешные картинки американских подростков. С плеером в ушах, в зауженных джинсах и в кедах. От них меня отличает заботливо привезенный из Ирландии шарф. Спасибо А. Теперь на шее у меня висит кельтский крест. Увесистый такой и от этого еще более родной. Мне нравятся подобные вещи, хотя я мало чего о них знаю. Стоило бы узнать побольше, но все в жизни наслаивается этим самым пирогом.
Мне начинает нравится та персона, с которой я живу сейчас внутри. Она спокойна и рассудительна, она ребенок, она жива. Еще она любит эту осень, несмотря на отсутствие солнца. Есть единственный лаг системы. Тень, я соскучилась по тебе, а ты снова где-то носишься по пространствам. Мне бы сесть с тобой рядом, голову положить на плечо и поговорить о твоих путешествиях и о моих загонах. Тень, подруга, куда тебя унесло?
У меня в чайнике ройбуш, накрытый грейпфрутовым кружочком вместо крышки. 150 рублей в кошельке, а мы с Р хотели сегодня посидеть за чаем после тренировки. В кафе я взяла с собой весь стаф для того, чтобы чертить, но я позволяю себе не делать этого. Я вообще временами слишком много себе позволяю.
Можно что угодно говорить про нашего экономика, но глаза у него живые, ни разумен водянистые. Только взгляд бегающий. Но эти глаза ставят его на позицию выше в моем личном рейтинге.
Узнаю какие-то вещи про Н. Так, например, идей в нем может скорчиться прорва. Вчера мы с ним сидели и придумывали названия доя команды. Решили аббревиатуру с возможностью расшифровывать ее по-разному. Назваться Пабом, а все пусть думают в силу своей испорченности. Последствия активного безделья, где последнее слово я заменяю безумием. В общем и целом, по вчерашней переписке нашей команды оно и видно. Я готова называться хоть желтым домом.
Со мной снова уютная картинность движений. Почитать бы про кельтский крест, но это дома и вечером. И снять бы денег, но это немного не по дороге. Обнять бы тебя и не отпускать, поговорить бы с преподобного о гравитации. Я все-таки начинаю что-то делать. И мне пора на тренировку.

Туман заползает в окно, смешиваясь с сыростью. Мне так хочется оставить его открытым, чтобы комнату тоже затянуло. Люблю смотреть на размытые туманом предметы. Особенно на свет и на поезда. Поезда тумана. Такая осень, что мне хочется кружиться вместе с ней. Не Чужой и нет Лето.
Сегодня утром, уже вчера, я вынула подушку ищ-под покрывала и легла спать, укрывшись пледом. Проспала все на свете. Но как же мне нравятся такие мелочи. И мох на подоконнике тоже нравится. Он красиво смотрится вместе с кактусами. В своем квадратном поддоне.

Способность удивляться остается на месте и никуда меня не отпускает, на самом деле. Мне все больше и больше нравится ошибаться в мелочах, что после этого хочется мурлыкать. Может, дружбы навсегда у нас и не вышло, но как человек Н все-таки надежный. Я писала уже о нем весной. Милый и хороший мальчик со своими принципами. Мы время от времени о них говорим, о людских отношениях тоже. Раньше - часть компании. Теперь просто одногруппник, с которым время от времени выходим постоять на улицу с видом на шумный проспект. Нас тут разделили как раз по социологии на команды. Как так выпало, что мы вместе - не имею ни малейшего понятия. Спасибо девчонкам, что-ли. Остальные все из других групп нашего факультета. Всего нас 7 или 8 человек, все шатко с этим, но не имеет значения. Идей по названию команды и по девизу особенно ни у кого нет. Сижу, читаю общий чатик и тихо обливаюсь слезами. Что мне делать, если человек там пишет "тупенько, как я люблю". Мне больше нечего предложить. Н же предложил собраться всех завтра. Предложил всем вместе завтра это еще раз обсудить. Я честно призналась, что благотворительностью больше не занимаюсь, не собираюсь всех тащить на себе. Он просто обещал помочь. Вот после этого хоть растекаться лужицей на асфальте. После понимания, что хоть кто-то с тобой. Может, не стоит у тебя по правую руку, но хоть как-то помогает своей атмосферой. Теперь, кажется, я поняла, почему с Н сейчас тесно общается Психоаналитик. Кажется, в этом мальчишке я много чего не увидела тогда, на младших курсах. Или увидела все, но многое не оценивала и не брала в расчет. Это тоже возможно. Все зависит только от постановки приоритетов.

Когда к нам в дом приходит по воскресеньям С, я невольно заслушиваюсь. То, как она говорит про работу и про новые законопроекты - кто еще с таким упоением все это будет обсуждать и отстаивать? Мне иногда кажется, что она пошла по тому пути, на котором я видела сама себя. Такой же амбициозной, волонтером, смелой и с кучей сумасшедших знакомых. Все меняется, на самом деле. Все мы разные. Только С упоительно рассказывает про все. В такие моменты стирается вообще понятие возраста. Хотя, в нашем доме оно редко когда играет какую-то роль. Каждый свободен, каждый взрослый, каждый может аргументированно отстаивать свои позиции. Каждый поможет, каждый будет не одинок. Или не один. За это мне и нравится дом. Приходишь туда в семью и греешься в их тепле. Черт, а абзац начинался с С.

Когда с А начинаем играть партию, шахматная доска кажется слишком большой и непривычной. За несколько наших посиделок я выучила стиль игры Психоаналитика, теперь его недостает. С ним было абсолютно привычным: шахматная доска, молчание, сосредоточенность, подколки и он приносит мне еще одну кружку свежезаваренного чая - очередной его эксперимент. Может, мы с ним еще когда-нибудь посидим. Только сейчас мы играем с А во время занятий. Потом в кафе игра продолжается двое на двое. Кажется, мы с А напомнили всем про существование шахмат. Где-то между этими матчами тебе звонит Д, твой бывший, вроде как, с которым вы теперь дружите и вполне можете что-то друг другу доверить важное. Так вот, звонит он и плачется в жилетку на препоганейшие тексты, которые ему дали перепечатывать. Вся жизнь - отчасти большой бардак, но такой любимый и такой родной, что хочется продолжения каждого круга.

С тобой играть в шахматы в принципе несколько непривычно. Это было один раз. Это было почти позорным поражением с моей стороны. Это было совсем не стандартно. Сама ситуация какая-то странная что-ли. Либо я заведомо знаю, что ты выиграешь. Не могу понять. Но с тобой играть приятно. В общем-то, с тобой многое приятно.
Иногда, видимо, есть такие люди, к которым приходишь просто постоять рядом. Почувствовать спокойствие, тепло исходящее от них, отдохнуть и почувствовать себя наполненным что-ли. Или просто лучше. Вот наша поездка - это было что-то вроде такого. Каждая наша встреча для меня - это как встреча с кем-то, рядом с кем можно расслабиться окончательно. Расползтись по стенке, если это будет нужным. Правда, за поездку я поняла, что рядом становлюсь сильнее. Действительно сильнее. Не позволяю себе многих вещей, которые присущи маленькой девочке. Не выпускаю самую дурную сторону этой девочки на поверхность, которая требует к себе повышенного внимания или еще чего-нибудь.
Способность чувствовать твой взгляд спиной все еще со мной. Она тоже одна из самых потрясающих, которые есть. КОгда я сижу на Затопленных и смотрю на закат, оглядываюсь время от времени на дорожку в поисках тебя. Спокойно продолжаю смотреть на горизонт, на море, паруса и небо. Потом поворачиваюсь снова, потому что понимаю - ты стоишь за спиной. Это провал. А ты отчитываешься мне о поездках.

Больная в ноль. Отвыступались на Лужниках. Открытое футбольное поле. А мы в легких купальниках и в подобии юбок.
Зашла к Крис. Не поняла пока удачно или нет. Еще одна игра. Я игротехник. На всю ночь. Ххха.

Я хотела написать что-то длинное и даже содержательное. Но времени уже половина четвертого утра. Моя работа по кафедре еще не приняла своего конечного облика. И не примет, потому что доделывать я явно буду ее на парах завтра. Сегодня уже глазки в миллиметровочку, что абсолютно не доставляет никакого веселья. Не удивлюсь, кстати, если мало кто эту работу завтра сдаст. Я-то готова сдавать, но что-то как-то не то. Весь день ушел на черчение. Руки в карандаше, как у художника, рисующего графику. Ничего, прорвемся, я знаю парочку шикарных способов. Или не знаю. Не важно. Просто я как художник. Чертовски хочется рисовать. Надо устроить это, мне нравится тема. Может, в пятницу. Может, в выходные. Главное - порисовать от души наконец-то.

Сейчас бы с удовольствием вернулась в нашу гармонию. Можно сколько угодно говорить про то, что человек просто есть. Пусть гуляет и делает, что хочет. А потом он отчитывается тебе о своем местоположении на ближайшие несколько дней. И снова хочется его обнимать.
Севастополь показывал себя с новых ракурсов. Я не сидела ночью на Хрустальном пляже и не смотрела на луну. Точнее, я ходила по набережной, но в ту ее сторону не забредала. А в этот раз мы сидели на ступеньках, искали там сухое место хоть где-то. Смотрели в сторону Затопленных. Над музеем восходила ярко красная луна, похожая на дирижабль. Половинчатая ужа, потому что полнолуние прошло в ночь нашего приезда. Она поднималась, откидывая на воду лунную дорогу. Поднималась и меняла цвет на стандартный желтый, потом на светло-желтый. Луна-затейница. Мне ничего не оставалось кроме как сидеть и смотреть на лунную дорогу от памятнику затопленным до нас. Четко до того места, где мы сидели. В такие моменты понимаешь, каким образом Лорд сумел выйти наизнанку, выпив Лунную. Легко. В такие моменты душа хочет вылезти из тела и пойти гулять по этой дороге. Хотя умом ты понимаешь, что это сплошнейший миф. Провокация, что-ли.

Баста, мне хочется спать. Я мерзну у открытого окна. КТо-то снова решит завтра, что английский и экономика отрасли ему не нравятся. Но в этот раз пойти точно придется. И дочерчивать кафедру тоже придется. Что же я за лентяй-то?

Все вернулось на круги своя, кстати. Абсолютно на них. Те же вопросы о том, что не хочется делать, хотя нужно. И мое неумение делать, а не думать. В этом придется с собой побороться. Время уходит на какую-то херню, основные вещи не выполняются. У меня появились кое-какие идеи, но все ж идет своим чередом. Нет, я не кричу на себя за то, что снова срываю сама свои планы. Я обещала не злиться, потому что на себя нельзя. Снашиваешься быстрее. Я просто делаю кое-какие пометки. И пытаюсь преодолеть. Нужно же когда-то возрождаться, как феникс из пепла. Только становясь лучше. Нужно же оптимизировать затраченное время. Могла бы и быстрее начертить, только кто-то прорисовывает по одной полосочке в 15 минут, когда можно за то же время сделать полосок 5. И я в этом убедилась под самый конец. К черту, ладно уж, бейб, чего на себя кипятиться? Спать пора, иначе совсем кризис.

Вспомнилось сегодня в метро лето. Как мы лежали на камнях рядом с генуэзской крепостью, ловили солнце и ветер. Внизу почти отвесный склон и море. Далекое, но море. Закрываешь глаза и выпускаешь своих демонов на прогулку. Тут же на крыше башенки оказывается что-то темное. Черно-серое с фиолетовыми лентами. Он весь состоит из тканевых полосок что-ли. Длинных таких. Они летают и совершают странные движения. И это - мой демон ветра, который притягивает все эти потоки. Главное - не забыть его позвать с прогулки домой.
Мои глаза-хамелеоны любят желтый. Мне нравится быть ведьмой. Хотя бы для самой себя.
Когда-нибудь дороги сходятся. Вопрос только в том, что они решат сделать потом.
Ты не лучше и не хуже других. Ты просто такой вот один. Ххха.
После твоих фраз про "живой" я задумываюсь. Надолго, видимо. Я сама делю людей на живых и мертвых. Но приходят моменты, когда я перееидываю эту классификацию на себя. Живая ли я? Вчера думала, что живая, но вот критериев не вспомнила. Подумала, что нужны идеи и что-то зажигательное. Потом вспомнила, что я - малознающая амеба. Потом вспомнила, что сейчас у меня этап саморазвития. В общем, решила, что жива. Не помню, почему.
Мне все нравится. Или почти все. Зачем разговоры ставить через четкое количество дней, если можно пересечься на полчаса и все выяснить на следующий же день? Кстати, теперь мне действительно не страшно задавать вопрос о наших отношениях. Мне любопытно. А я не люблю, когда любопытство жрет меня изнутри. И болеть тоже не люблю. Это зимой можно. Чтобы просидеть неделю дома, укутавшимь в одеяло. Смотреть на снежинки. Сейчас рано. Прихлдится давиться кашлем и насморком.
Что будет, если однажды я забуду вернуться? Помнить буду, а вернуться забуду. Заяем я спрашиваю? Ничего не будет. Хочу генерировать идеи. Должно получиться.

Счастье в том, чтобы общаться с теми, с кем тебе хочется общаться. В том, чтобы не зависеть от чужого мнения. Кусочек счастья. Стоит прекратить общаться со своими одногруппниками (ладно, перестать держаться кого-то конкретного, называя его хорошим знакомым или приятелем), как понимаешь, что все же прекрасно. Ты отвечаешь сам за себя, обрывая и так хрупкие ниточки этого всего дерьма. Или не дерьма. В данном случае вопрос спорный. Ты не выслушиваешь ничье нытье и не знаешь ничего про то, кто и чем живет. За редким исключением. С Ж-то мы общаемся. Перекидываемся словами, но мало обращаем внимания друг на друга в принципе. Я сижу с ним за одной партой или за одним столом, но при этом свои комментарии по поводу пар и преподов я буду держать при себе и молча слушать лекцию. Хороший вариант, чтобы не отвлекаться. Нет, я не зарываюсь в учебу. Я отделяю ненужное от живого организма. Как-то так.
Кто-то говорит, что одному всегда легче - не отвечаешь за других, только за себя. Только если вдуматься - одному несколько сложнее. Выпадаешь из информационного поля - минус. Слушать внимательнее на лекциях, на семинарах и за все отвечать самому, не ожидая помощи ни с чьей стороны. Это носит и положительные черты. Но к тому, что работать с коллективом, если он хорошо и слажено умеет работать - это всегда легче в отношении учебы уж точно. Про личное - возможно. Суметь поддержать человека, суметь приободрить его. Но как-то в последнее время пришло понимание, что фильтр людей закручен очень плотно. Он мало кого пропускает внутрь. Зато тех, кто застревает в сите довольно много.
Что я тут сопли-то развожу? Все хорошо. Все осени смешиваются вместе, вбирая в себя еще и английское лето 11 года, где были слоны. И если у кого-то есть нарекания по поводу дождей, то меня все устраивает. Дождь, серость, лужи и капли по стеклу. Да, хотелось бы еще увидеть солнышко. Хотелось бы очень. Тепла тоже хотелось бы. Но мне хорошо в осени, мне хорошо и в зиме. Сегодня думала о ее холодах и о том, что во все эти времена года здорово делать свои вещи. В эту осень здорово хлюпать мокрыми ногами по мостовой, зная, что идешь к друзьям в тепло паба. Да хоть в тепло универа. Уютно сидеть дома и читать книжки. Зимой здорово играть в снежки. Здорово хрустеть снегом. Одеваться только стоит теплее. А так - ничего.
Надеюсь на неколебимое душевное равновесие. Серьезно, мне интересно, сколько оно еще продержится вместе с моим энтузиазмом к переменам и деланию чего-то?

Та нерешительная девочка сдохла. Не знаю, в какой момент, но она ушла. Встала, собрала вещи и покинула тело, оставив на месте себя ту, которая принимает решения и ни разу не колеблется. Смелую что-ли. Хотя, глупо мыслить именно такими категориями. Скорее всего, это происходило постепенно. Скорее всего, финальным аккордом стало твое утверждение про мой страх. Больше мне не страшно. Теперь я снова смотрю людям в глаза. В их яркие зеркальца. Или блеклые и пустые, где я вижу только радужки, утопающие как будто в воде и растворяющиеся. Не люблю такие водянистые глаза. У живых они тоже живые.

Перечитываю ЖЖ и в очередной раз удивляюсь, как я могла так жонглировать словами. Что я тогда делала, что умела вот так? Что думала вот так? Хрен знает. Может, стоит это тоже взять на заметку. Может, стоит выбраться из своих сказок про Прыгуна и начать писать еще какую-то мелкую прозу. Может, стоит пойти сейчас спать.

Больше всего мне не хочется завтра не просыпаться утром, нет. Больше всего мне не хочется видеть своих одногруппников. Ощущение, что все как-то возвращается на исходные. Придя на первый курс, я думала о том, что не особо хочу с кем-либо общаться в группе. Вряд ли это принесет что-то действительно стоящее. Общалась, правда. "Дружила" даже. Проверяла эту дружбу до гроба и тому подобные эпитеты на собственной практике. В общем, в этом году я прихожу к этому старту учебы с тем же чувством, что и на первом курсе - не хочу ни с кем общаться. Нафиг надо. Единственные, пожалуй, с кем я бы согласилась поддерживать какие-то связи и контакты - Ж (он бесподобен особенно в гонке за знаниями, баллами и идеями "давай сделаем...?") и Психоаналитик (с ним прекрасно играть в молчаливые шахматы; сидеть и молчать). Но это так своеобразно, что прямо даже не знаю. Здесь дело даже не в том, что я отношусь к кому-то с каким-то негативом. Нет. Просто так снова получается, что я никому и ничего не должна. Мне тоже никто и ничего не должен. Я хочу шагать дальше и копать глубже там, куда никого из моих и не заносило. Что им делать с моими загонами по поводу энергии, например? Что им делать с классической литературой? Психологией? Разные области интересов, которые вряд ли пересекаются где-то, кроме учебы. Поэтому мне как-то не совсем подходят все варианты взаимоотношений. Разве с кем-то из них я смогу погнать про Дом в котором? Про ЦС? Про туманы над подмосковьем? Слишком шатко. Все теории. Но, на сколько я успела изучить всех их, им это неинтересно. А я это привыкла называть жизнью. Что ж, понятия разнятся.
Понимаю, что хочу что-то изменить. Больше не хочу делать что-то из-под палки. По собственному желанию ходить в универ и делать самые жесткие задания, например. Пытаться уставать меньше, черпать энергию откуда-то. Хочется со всей душой, вкладывая много и много получая, но не забывая при этом о том, что вокруг слишком много всего интересного. ХОчется как-то придумать, чтобы не запихивать себя в некое подобие клетки, чтобы продолжать и дальше чувствовать свободный ветер в крыльях, которые птица расправила. Не знаю, как я буду это делать, но мне это поможет не слетать с катушек. ДЛя этого, кажется, стоит совместить какие-то грани своего "я", относиться к чему-то проще, перебарывать свою лень. У меня нет ответа на этот вопрос, поэтому мне тяжело. И еще, кажется, я не могу четко назвать проблему. В метро сегодня подумалось про смену универа и специальности. Мол, засиделась я на одном месте, пора еще куда-то идти. Так смело. С чего вдруг - никто так и не понял. Действительно, а что мне сейчас нужно глобального? Черт, нет, универ стоит закончить, не меняя специальность. Книги стоит читать. Новые пути развития и новые идеи стоит разыскивать. Что ты для этого будешь делать - меня несколько волнует. В общем, даже понятно, почему. Что из этого я смогу реализовать, что из этого захочу, что из этого из всего выйдет. Поразительно - учить думать. Почему я до этого не додумалась чуть раньше? Гонево это все. Используем все наши возможности по максимуму. Отдыхаем и получаем удовольствие, напрягаемся и работаем, продолжая получать удовольствие. Об остальном...потом. Не знаю, хочу ли писать о том, что стало. Кажется, я даже сама для себя пытаюсь пока что это не анализировать, потому что мне нравится. Я ловлю от этого некоторый извращенный кайф.

Придется учиться жить снова без тебя. Я это знаю уже почти неделю как. Но Артист ставит Окуджаву. Мы пьеи вино. Мне пусто. Очень пусто, что мы пьем на разных концах города. Этого большого города. Мне очень пусто. Даже странно.

Девочка - ослик. Она стойко стоит на своем и делает так, как задумала. А вот если послушать бабушку с делушкой, то...я люблю поезда рассвета. Даже в дождливый сероватый день. Еще я люблю вставать рано и рано ложиться. Ну, по-идее. Это последний день календарного лета, я возвращаюсь в город. С дачи, где уверенно спала прошедшие дня 3. Вчера не особенно удалось, но это сказка про Страшилу, которому Гудвин обещал дать мозги. Не дал, умер раньше. Хватило с него огородных пугал.
Чтобы уехать на любимой электричке, проверила вчера дорогу. Час в одну сторону и час в другую под моросящим дождем. Не хотелось, но мне так доказывали, что я утону в лужах, что пришлось. Еще мне говорили, что дорога утром будет другой. Я не верил. Пришлось.
Выхожу из дома без чего-то 5 утра. Темно и нихера не видно от слова совсем. От того же слова нет фонарей. Идти час. Идти часть пути по лесу. Естественно, я свернула туда, куда не совсем хотела. Но там ничего вообще не видно! Вышла же! Прошлась по разделительной полосе на пустой двухпрлоске, накликала в этот мир утро. Пьянчужку, спавшего на станционной лавочке зачем-то разбудили и переложили в вагон. Он поблагодарил. Сейчас, кажется, будет сеова храпеть. А так хорошо спал под утренней моросью. Светает и светлеет. Получится ли по такой серости рассвет - не знаю. Знаю толко, что впервые четко посмотрела расписание этой электрички. 6-10 и мой одинокий вагончик отправляется в путь. В нем машинист, я и тот разбуженный. С утром вас всех.

Весь день ловлю себя на том, что кого-то нехватает. Отчаянно так. Некому улыбнуться, некому положить на плечо голову. Не с кем поделиться внезапными мыслями. Некого будить утром звуком холодильника или открывающейся двери. Некому сделать какую-либо глупость вроде рожицы. Не с кем посмеяться вот прямо сию секунду. Некого попробовать пощекотать. Не с кем полежать ночью в одной кровати и поговорить, глядя в глаза. Фак ит ап, по идее. Но как-то уже стало абсолютно привычным. Вот и хожу с этими странными ощущениями по Городу.
Не знаю, что там будет дальше и как там будет дальше. Не хочу пока впускать негатив и разброд в свою жизнь. Точнее, не хочу общаться с какими-то левыми людьми. С Рыжей не хочу - это я поняла после сегодняшней переписки короткой. Вообще не хочу. До сих пор не хочу. Ничем с ней делиться так точно. Старосту видеть не хочу, вообще большую часть группы не хочу. Но выпить с Ж - это за милую душу, как ни странно. То-ли он предложил, то-ли я напросилась.
Хочется вокруг скоординировать тех, кто есть со мной этим летом. Свою игровую компанию, которая вот, рядышком. Смеется, улыбается и говорит на разные голоса. Своих журналистов хочется. Тебя, естественно, хочется. Никого лишнего. Разве что новых людей. Но и их пока не особенно-то и хочется. Можно, чтобы спорить на какие-то темы, разговаривать. Но пока, кажется, спираль уходит ближе к отметке "в себе". Наполниться заново, точнее, понять, что мои объемы несколько выросли. Теперь это стоит как-то заполнить. Сгенерировать внутри тепло, которого и так много, правда. Но мне уютно и хорошо. Мне чертовски правильно. Держать тебя за руку, спать у тебя на плече, пить со своими игровыми, развивать новые концепты. Разговоры показывают мне, что нужно двигаться дальше и смотреть шире, открывать новые горизонты для самой себя. Да, я знаю, после этого еще строже пойдет отбор людей. После этого еще критичнее буду ко всем приглядываться. Но нужные люди находятся. Черт, это ведь действительно важный вопрос по поводу того, как мы умудряемся находить тех самых людей. особенно если предопложить, что их образы давно забиты в нашем подсознании. Еще с рождения. Ведь, наверное, это близко к истине - мы находим тех, кто уже есть в нашем подсознании. Иначе бы так не приглядывались и не присматривались.
Мы вообще много о чем говорили в эту поездку. После этих разговоров удалось вынести что-то новое и что-то правильное, кстати говоря. Да это вообще здорово.

Бороться с какими-то твоими привычками - бесполезно. Весь день замечаю за собой какие-то новые знаки, что-то из твоего. Пусть будет, мне стало это привычным. Кажется еще, ты был прав про страх. Алло, мы тоже прошибаемся. Пффффф, идем дальше, смотрим выше. Гуляем дольше.

Вчера меня просто почти вскрыло в самолете. Почти - это значит чуть-ли не до слез. Много людей в одном пространстве, самолет натрулежке уже довольно долго. Рядом горланит пьяный армянин.все звуки взрывают голову. Мысли и эмоции тоже. Закрываешь глаза, лучше не становится, потому что начинаешь все это видеть. Ты просишь не пугать и пытаешься узнать, что случилось. А я даже говорить не могу. Впрочем, впрочем...рука, положенная на голову была очень в тему. Чуть позже я поняла, что стенка от всего этого, отшума и звуков - это музыка погромче в плеере. Зачем убивать и закрывать восприимчивость искусственно, если можно временами ухдить в стену музыки?
Позавчера меня в принципе чуть не вскрыло. Помог твой вопрос о том, отдавал ли ты мне ключи. Нелепо, но факт. А начиналось то же, что и год назад с памятью маленькой девочки и тд. Причина-то какая-то странная этому всему была. Мысли о временных остановках и петлях, когда сидели на пустой остановке, ждали автобус, а мимо не проезжало вообще ничего. За исключением редких-редких машин. Это потом мы поняли, что сидим на ул. Фадеева, а нам на Юмашева. Точнее, мысли -то уже когда идешь по пустой улице и понимаешь, что трамвайных проводов нет, что странно. И начинает уносить. Не знаю как, но очень вовремя ты со своим вопросом.
Не знаю, что там дальше. Ну а пока положение вещей примерно такое, что с тобой самое правильное. Можно спать у тебя на плече, можно держать за руку. Это как потребность, это способ ободрить тебя, поддержать. Это то, что не страшно. Самое правильное в любых смыслах. И мы далеко не идеальны. Признаю это и продолжаю радоваться. Мы неидеальны внешне и внутренне тоже. Но это мы, а нужно быть именно теми, кто мы есть. Не пытаться казаться.
Хочу научиться думать. Хочу быть живой. Хочу двигаться вперед. Хочу будить тебя по утрам и наливать тебе чай. Делиться с тобой молоком и кефиром. Полировать пиво кефиром, лежать у тебя на коленях и смотреть, как ты куришь. Хочу найти свое место во всем этом безумии вокруг. Хочу без слетов вникуда. Хочу уметь впускать перемены внутрь. Много чего хочу. Хочу все это воплотить в жизнь, а для этого - быть тверже и не зависать там, где этого можно избежать. Не выматывать себя внутренне. Ни к чему.

Сижу и то-ли охраняю сон, то-ли пытаюсь отогнать. Первое, конечно, приятнее, но я-то уже проснулась. Проснулась, позавтракала, причесалась и почти оделась. Боже, дважды я щелкала дверцей холодильника рядом с твоим ухом, а потом трижды, если не больше, открывала входную дверь. Сложно ведь не проснуться. Ладно, придется сторожить дальше.

А сеггодня я вдруг увидела, что уже 24-ое августа. Я так и не показала тебе слишком многие вещи в этом городе. Черт-черт. Время, я снова сплетаю тебя в петлю и растягиваю. Так, чтобы хватило.