Если б свирепый боцман пиратского судна услышал какие слова и выражения я изрыгала только что, вешая занавеску, он бы порозовел от смущения и пошел в монахи.
А теперь ничего, сижу пью чай с молоком, тихая, в тельняшке правда. По виду и не скажешь, что могу материться так витиевато. А я могу.

Этими же руками пересадила суккулент. Предварительно, в магазине Леруа Мерлен, купив ему мешок грунта (хватит на много суккулентов) и удобрения. И там же спиздила горсть керамзита, рассудив, что еще и мешок керамзита, это уже многовато будет. Росту в суккуленте 1 см, если что, я только что померила.

Ну так, по мелочи, купила старику-отцу зимние кроссовки 48 размера и пачку синих носков с разноцветными пятками. Принесла и говорю -- ну что, Золушка, протягивай ножку. Обувь подошла, теперь папу можно женить на принцессе видимо.

На улице мороз 10 градусов. "Мне все равно, как я выгляжу в мороз" -- бормотала я себе под нос, заправляя треники с начосом в красные толстые носки. Зашнуровала тимберленды, натянула пуховик, глянула мельком в зеркало, оказалось, выгляжу я хорошо, актуально, такой нормкор уверенный, жалко что он уже выходит из моды. Но мне действительно все равно, как я выгляжу в мороз. Так же мне все равно, как я выгляжу в жару и еще, когда болею. В остальное время я конечно слежу за собой -- бигуди там, перманент, ридикюли всякие. Выщипыванье бровей в ниточку, ну вы знаете.

Рецепт таков -- первым делом, понятно, уехать, хоть бы и недалеко, компьютер урезать, а физически нагрузиться сверх обыкновенного. В свободное время, лежа и ощущая все позабытые мускулы в своем туловище, читать детективы, причем детективы дурацкие (не дарьидонцовой, но все равно примитивные, чтобы убийцу угадывать на середине и, все оставшееся время дико гордиться своей проницательностью). По два детектива в день. Сауной пользоваться только так, как на самом деле нравится, а не как заставляют завзятые парщики, до звона в ушах и красной морды -- то есть секунд по тридцать, два-три захода, не больше. Потом нечаянно уехать в Хельсинки, там весело гулять под январским дождем. Компьютер даже в розетку не включать. В машине, похохатывая, слушать Вудхауза.

По возвращении почувствовала себя настолько хорошо, что даже потянуло на душераздирающие фильмы. Посмотрела Бессонницу с Аль-Пачино. Люблю нуары, но в последнее время не могла себе позволить ничего такого, было выше сил. А нынче ничего, просто останавливала каждые пять минут и немножечко ходила в промежутках, чтобы, значит, немного разбавить напряжение. Интернет не раздражает почти, идиотов не допускаю до сознания. Запросто выхожу из дома и бодро шныряю снаружи. Интересно, если продолжать нажимать на плаванье (кроль и брасс, шустро, 45 минут каждый день), получится ли зафиксироваться в таком состоянии?

На этом незамысловатым новостям конец. ̶И̶з̶в̶и̶н̶и̶т̶е̶,̶ ̶ч̶т̶о̶ ̶н̶е̶ ̶п̶р̶о̶ ̶Л̶е̶в̶и̶а̶ф̶а̶н̶а̶.

ну вот такоэ
[700x393]

Я теперь горнолыжник (и пловец и фигурный каталец). Хорошо находиться в месте, где, кроме как спортом, больше заниматься и нечем вроде. С горы съехал, пошел поплавал. Потом на коньки. Глядь, день и прошел. Так можно и к зиме проникнуться.

Вот тут вот я, может именно сейчас мимо проезжаю.

http://www.igora.biz/kurort/webcams

Девяностые были хорошим временем. В первую очередь потому, что никому до граждан не было никакого дела. Крутись как хочешь. И крутились, как хотели. Отсюда, из 2015, это выглядит абсолютным счастьем. Проебаным, как водится. Вот и Игорь Григорьев (кто там помнит ОМ?) с Михаилом Лермонтовым о том же.

Подогнали тут. Про лису, правда чернобурку, а я-то рыжую хочу.

Ладно, временно оставим духовность, у меня и так передоз с утра. Из бездуховных, приземленных желаний. Я уже лет десять (больше, больше, пятнадцать) пассивно желаю иметь лису на воротник. настоящую, неполиткорректную, абсолютно неэтичную лису. Со стеклянными глазкаме. Как-то в Киеве, давно, я чуть было не купила такую на барахолке. на последние типа деньги. И не купила, потому что последние. И где те деньги? Нету. И лисы нету. Вот такая лиса.



[700x560]

+

Жежешечка, которую многие похоронили, живет, между тем своей тихой напряженной духовной жизнью. Меня с утра порадовала личным сообщением от юзера "имасщдк 29845" -- " Доброго дня!
Если Вы интересуетесь теориями заговоров и верите в то, что за вами постоянно следят, то мы рады будем видеть Вас в нашем сообществе ". Теперь я знаю, что на свете есть место, где мне будут рады, осталось поверить в теорию заговоров и в то, что за мной постоянно следят. А почему бы и не поверить? Нынче все во что-то странное верят, плюнуть некуда, чтобы в верующего не попасть, а я, как обычно, торможу. Но вот же знаки, они как бы говорят, опомнись, юзер Леопольд Шмютцлер, без веры никуда, мы ждем тебя, приди к нам, приди. Мы уже распахнули свои паранойяльные объятья. Приди и станет легче, все верят в какую-то хуйню и ты будешь верить в какую-то хуйню. Обретешь легкость в мыслях и коммуницировать станет проще.

В общем, рано жежешечку-то закопали, тут знают толк в извращениях.

Так вот. Этот год. Он был последним. Для некоторых в переносном смысле, для некоторых в буквальном, в прямом. Кроме того. После пережитой потери достоинства - не знаю, не знаю, можно ли чувствовать себя человеком, претендующим не то что на счастье, а хотя бы на просто радость. Это очень похожий приход, похожий на тот, который со мной случился в больнице на Воробьева. Пока, на данный момент, я не представляю, как, через что, каким образом можно было бы освободиться от факта соучастия в этом - 2014 году. Но. Имея в виду тот, прошлый, опыт, я знаю - кое-что проходит.

У папы была своя система классификации обращений. Если в очень грубом пересказе, то к хорошим людям на "ты", к плохим - на "вы". То есть, начинал он, как правило, с "ты", а потом, если человек оказывался дрянь, то переходил на "вы", например. Я сейчас не очень точно объясняю, но "вы" - это в папином представлении было неуважением к собеседнику. Дистанция - оскорбляла. Потому что дистанция нужна только с плохими. Папа не мог обратиться к незнакомому человеку на "вы", потому что ведь не было оснований рядить его в "плохие". У незнакомых - презумпция. Поэтому только "ты". Потом уж парня в горы тяни-рискни и когда поймешь, кто такой, тогда можно переходить на "вы", если заслуживает.

Мне очень часто пишут незнакомые, например, тут, в интернете, сразу на "ты". Я никогда не обижаюсь. В папину честь. И нищим подаю тоже из-за папы. Мне, в общем, плевать на нищих. Я очень холодный, эгоистичный человек. Но кто-то должен продолжать папино дело. Я ношу папин ремень. Подкармливаю бездомных животных. Посыпаю свою еду черным перцем. Ем радикально острое. Позволяю любому проходимцу обращаться ко мне на "ты". Красное вино пью только из холодильника. Это вообще немыслимо! - но после папиной смерти я стала пить красное вино в температуре белого - коллеги в ахуе, это же надругательство, - но, честно, так лучше. Словом, многие вещи я стала делать за папу. Взяла на себя часть его метафункций. Чувствую себя адептом. Призывником. Слугой. Вот папа делал так. А потом он умер и некому стало делать "так". Надо так надо. Я стала делать "так".

Последний год жизни папа провел в основном в больнице, на Воробьева, на Слободке. Мы с братом там, практически, жили. В городе ночевали только. Кто знает, тот понимает - в лор-онко очень хлопотный уход. После предпоследней операции папе вставляли в гортань металлическую распорку. То есть резанное-перерезанное горло, внутри железка с шурупами, вывод для трубки, ошейник, шланг в носу, месяцами ни крошки во рту - человек не чувствует вкуса еды, никогда нельзя нормально лежать, так как вся эта система трубок очень хрупкая - с нею не повертишься, чудовищное слюноотделение, дикая боль, кашель, кашлять - нельзя, т.к. может открыться кровотечение, да и вообще - грязь, кровь, слизь, гной, вонь, вся башка забита пластиковой хренью, короче говоря, жесть. Я думала об этом: самоубийство - первое, что приходит в голову. Да, но речь о другом. Я там плотно зависала, в этом аду. Каждый день с раннего утра до ночи - как на работе. Сопли с пола собирала, простыни застирывала, трубки прочищала, судна выносила, банки со слюной, вся была вечно грязная, как с войны, по уши в говне. После операций, в период отходняка с наркоза - сестры научили - надо было папин член массировать и засовывать в судно, раз в 10-15 минут. И тому подобное. В какой-то момент, в какую-то паузу, я вдруг поняла - ну нет, даже не то чтобы я поняла, меня прямо накрыло: я больше не женщина. Ну не может быть женщиной человек, который видел то, что я там видела и делал то, что я там делала. Я ощутила себя объектом негодным больше для прикосновений. Это было что-то очень важное, грандиозное, не какая-то там рефлексия, другое: я бы не стала трахаться с таким человеком, как я. То есть асексуальность разверзлась не через старение или нравственное падение или что-нибудь такое обычное, а через причастность к этому страшному аду, к горю, к быту, разделенному с умирающими стариками, по девять человек в палате. Да, конечно, меня можно было поставить под горячую воду и на три раза намылить и прочее, но - нет: я перестала быть женщиной. И тогда, в 2010 году я не знала - навсегда или нет. У меня не было какого-то определенного вида на будущее. Может, попустит. Может, нет. Я не знала.

Так вот. Этот год. Он был последним. Для некоторых в переносном смысле, для некоторых в буквальном, в прямом. Кроме того. После пережитой потери достоинства - не знаю, не знаю, можно ли чувствовать себя человеком, претендующим не то что на счастье, а хотя бы на просто радость. Это очень похожий приход, похожий на тот, который со мной случился в больнице на Воробьева. Пока, на данный момент, я не представляю, как, через что, каким образом можно было бы освободиться от факта соучастия в этом - 2014 году. Но. Имея в виду тот, прошлый, опыт, я знаю - кое-что проходит.

А вот кто (из ныне живущих) может похвастаться, что болел чем-то, упоминаемым в докторе Хаузе? Я могу "пурпурой шейнлена геноха" козырнуть. Случилась года в три, помню смутно -- больница, сначала одиночная камера (там хорошо было), потом в общую перевели, суета, не понравилось. С врачами принципиально не разговаривала, они меня паспортным именем звали, а я к тому времени уже год как себя переименовала и на паспортное не отзывалась принципиально (у меня уже и родственники выдрессировались, говорят, я первые пару недель всех поправляла, а потом игнорировать стала неправильное к себе обращение, ну и вот). Только к одному доктору снизошла, у него были очки в золотой оправе (у меня тоже были очки, но я их все время прятала, медсестры искали, а я взирала угрюмо и молча на их беготню) и он подкупил меня тем, что принес каких-то тряпочек для моего кукла Миши. Это был полноценный большой кукл мужского пола. Думаю, его так и оставили в больнице потом, потому что инфекционная. Родители приходили под окна, прыгали там и смеялись (такие молодые), приносили показать нового плюшевого кота, он достанется мне потом, когда выпустят. Внутрь им было нельзя. Не помню, чтобы как-то сильно скучала, или там горевала. Помню, что ощущения были странные. Когда я выросла, то узнала, что это называется психоделический опыт. Характерные такие штуки "Изменение восприятия времени: ход времени замедляется, появляется ощущение выхода за его пределы, в больших количествах само понятие времени теряет всякий смысл и появляются практически не представляемые феномены полного его исчезновения; В особых случаях могут чувствоваться трансперсональные переживания: выход сознания за пределы физического тела, ощущение единства со всем живым в мире, переживание воссоединения с Абсолютом, Пустотой, Богом, Космическим Сознанием (делаем скидку на три года, но все же, все же) Вики вон пишет, что человека в трипе можно сравнить с ребенком трех-пяти лет. Вот так оно и было. Довольно таки круто.
Потом меня вылечили (я до сих пор не знаю, сколько это длилось, надо спросить у родителей. По моим психоделическим ощущениям -- месяца два-три). Вспоминая об этом, я немножко подхватываю тот свой детский транс. Ф̶л̶е̶ш̶б̶е̶к̶ ̶э̶т̶о̶ ̶н̶а̶з̶ы̶в̶а̶е̶т̶с̶я̶ ̶у̶ ̶н̶а̶с̶,̶ ̶у̶ ̶н̶а̶р̶к̶о̶м̶а̶н̶о̶в̶

А вы чем интересненьким болели? Чтоб Хаузу не стыдно показаться?

*буква ю опять западает. приходится ее копировать из ваших записей. странно, люди почти не используют ю, иной раз километр ленты перелопатишь, прежде чем найдешь.

У меня, кстати, такого никогда не было, осознанно я ничего не упускала, хватала прям все, что на голову падало. А что не падало, за тем не гонялась. Но знаю некоторых любителей поотвергать. Довольно унылые рожи.

Странно, что в детстве невинный рассказ Уэллса казался мне жутким. Что там такого, кроме соблазнительного сада за зелёной дверью в белой стене и того факта, что герой потом погиб. Дверь могла быть приманкой, за которой нет ничего, кроме уродливой смерти, но в тексте на это нет никаких указаний. Или я жалела жизнь, которая прошла на фоне желания странного - неплохая, в сущности жизнь, могла быть счастливой, если бы не мираж.
Сейчас я бы сказала, что страшней всего возможность, упущенная осознанно. Не то что мог бы свернуть в переулок и встреть счастье, но не пошёл, - а свернул, встретил, взвесил, оценил и решил не брать. Дорого, блин. Или маловато будет. Или не вовремя. Требует жертв или дополнительных усилий. Есть более притягательные возможности. Или ещё какой изъян будет у этого счастья, которое пришло в руки. Поэтому аккуратно ставишь его на место (или закрываешь дверь) и идёшь по своим важным делам с приятным чувством, что проявил волю, не разменялся на ерунду и не дал себя провести.

Хуже всего, что через какое-то время именно этой ерунды начинает сильно не хватать. Каждый день видишь, что вот здесь бы с ней было хорошо, и тут бы вышел страшный профит, а тут без неё просто дышать нельзя. Там, где оставил, её, разумеется, уже нет.
Упущенная возможность начинает мерещиться на каждом углу, но всё не то и не так. Прежние цели обесцениваются. Выискиваешь всюду именно ту зелёную дверь - пропуская синие, красные и все прочие, включая кованые калитки. Жизнь превращается в череду потерь, а всего-то беды случилось, что однажды был слишком рационален.
Миражом может стать человек, несделанная книга, неначатый бизнес или нерождённый ребёнок - каждый ломается на чём-то своём. Главное, на темечко постоянно капает это "Упустил. Упустил. Упустил". И узнать, сколько потерял на самом деле, невозможно, да и на горевание уже потрачено в разы больше.

Ничем это не лечится, кроме тупой формулы "увидел - бери, не взял - забудь", но когда всё было так просто, когда так легко

Я очень ответственная и заботливая (но состояния эти не люблю). Спасаюсь тем, что не завожу себе персон, требующих заботы, внимания и ответственности. Я, натурально, могу заебать опекой даже хомячка, так что вопрос о детях, например, даже и не вставал никогда. Во избежание. Но совсем извернуться не получается, например, Сонечка подарила мне суккулент в брелке (кому непонятно, так и гуглите, будет картинка). Суккулент неприхотлив, пишут в аннотации, макайте его в воду раз в две недели, не лишайте солнечного света и он будет радовать вас долгие годы. Когда он перерастет колбу брелка -- просто ̶с̶м̶о̶й̶т̶е̶ ̶е̶г̶о̶ ̶в̶ ̶у̶н̶и̶т̶а̶з̶ пересадите его в горшок. Смертность этих суккулентов, как пишут неравнодушные граждане в отзывах -- 98 процентов. Ну понятно, да? Я теперь думаю -- а достаточно ли солнца в Питере в декабре? Не залила ли я его водой? Где взять крохотный горшок и в какую почву пересаживать? В общем, без суккулента мне было бы проще жить, хотя жизнь моя и так чрезвычайно проста, немного сложностей, возможно и нужно, чтобы оттенить. Я уже привыкла к нему, думаю, надо наверное дать ему имя. С другой стороны, если он не выживет, такой одушевленный, с именем уже, это ж будет совсем горько.

*Есличо, это не крик о помощи -- мол, посоветуйте какую землю и откуда берутся горшки. Когда мне потребуется помощь, вы не ошибетесь, я в таких случаях так и говорю -- спасити-помогити, объяснити. А тут нет, не так все.

**Сонечка, спасибо за суккулент кстати, он воспитывает во мне лучшие человеческие качества. Люди на это не способны, их я могу только терпеть, а суккулент бессловесный, маленький. Может, купить ему ультрафиолетовую лампу?

***

А самая удачная покупка за последнее время -- это бутыль силиконового герметика. Очень нужная вещь в быту, как выяснилось, клеит все, сильно воняя в процессе, но, высыхая -- перестает.

[показать]

+

В открытом бассейне Чайка, в клубах пара, словно грешники в аду, неторопливо плавают дамы от пятидесяти до восьмидесяти примерно лет (там ветеранам ВОВ скидка большая, так они пользуются, болтаются по бортикам правда, особо не резвятся в волнах, но все же). Многие посетительницы в макияже, почти все с маникюром. Некоторые в шляпках, одна даже была в леопардовой плюшевой шапочке. Плавают и беседуют, сплетничают в основном, но донеслось до меня с соседней дорожки, из завихрения пара, что-то про большую библиотеку, Толстого и Достоевского. Кто-то пришел с подружкой, многие прямо тут, на дорожке познакомились давно уже, никто не торопится, торопыги-мужчины рассекают по дорожкам для скоростного плаванья, а тут царство неги и болтовни. Подплываю к бортику, слышу как одна дама другой рассказывает про чудо-диету -- в день минус два кило. Ну ясное дело, затормозилась, да чего там, развернулась (я уж было поплыла обратно по инерции, но как тут уплыть), еще несколько купальщиц заинтересованно забултыхались на месте. В общем, диета такая -- утром вскипятить литр молока, насыпать туда заварки и полученный настой (заварку, думаю, надо потом процедить) пить в течение дня. Еще воду можно. Поскольку чай с молоком это лютое мочегонное, то, не удивительно конечно. Но мало ли, может кому два кило лишние, так вот способ.

*Рассказываю Максу -- в Чайке хорошо.
Он -- Ну так еще бы! Это же старое такое элитное московское место.
Я -- Ага и посетители, с тех пор, как оно стало элитным, так там и плавают в пару.
Макс -- Да, хорошо, что не в формалине.

А в бассейне и правда чувствуешь себя очень по московски -- плаваешь в пару, с одной стороны дома большие, с другой купола церкви, небольшие как раз, сверху небо с облаками. Сразу понятно где ты, если вдруг забыл.
[376x434]

Красная итальянская шляпа с широкими полями лежала в деревенском немецком аутлете среди старушечьих кофточек, добротных угрюмых курток, надежных штанов, крепких уродливых ботинок, синтетических платьев, вискозных блузок, среди моря барахла, на которое смотришь, и ни о чем, кроме перепроизводства ненужных поганых товаров думать не получается. И шляпа такая. Я ее надела и стало понятно, что можно так и идти, никто на кассе и не подумает, что я пришла не в ней. Ну ладно, все было по честному, выкупила я ее из рабства за десять евро. Теперь лежит на полка в коридоре, ждет весны, или не знаю чего. В отечественных реалиях шляпа -- это диагноз. Но не бросать же.

[700x420]

Фотографировалась в музэе кстати. Сзади -- экспонаты.

Везде снег, даже и в Крыму. А тут все нет. Нападало сегодня немножко, но тут же растаяло. Зато в сушарне Токио, что рядом с моим домом, есть зал для курящих, что меня приятно удивило. Накурилась там вволю.

А я у шубы рукава отрезала и ношу на летний пуховик (ну это тут он летний, испанцы в таких как раз зимой ходят). Ничего так, удобно и исчезла неповоротливость силуэта.

[479x700]

Абажур вот переиначила. Был белий совсем.

[показать]

ракурсы

Проснулась в приличное время, примерно в пол-одиннадцатого. Вытерла пыль, где дотянулась, сделала зарядку без энтузиазма, приняла душ, позавтракала. Все под доктора Хауза, он там сначала в психушке, потом готовит, как не в себя, а потом все же вернулся к диагностике но на общественных началах. Позвонила сантехнику. И легла спать, и спала до четырех дня. Безвременье. Всё -- тень и я тоже тень.

[525x700]

Город хеймниц одно время носил название карлмаркс штадт.делать тут особо нечего, но в отеле есть шикарная курительная комната со стеклянными стенами,кожаными креслами, жолтыми торшерами, видом на оперный театр, приглушенным джазом, кофе со сливками и свечи на столиках горят. Хоть бросай все и оставайся тут жить. Я уж и забыла,как это приятно, курить в комфорте.
[420x700]

Тут очень тихо, идешь по городу и не слышишь этого привычного гула, на фоне тишины, звуки отдельны -- шарканье подошв о брусчатку, обрывки разговоров, дребезжание трамваев, ничто не сливается в фон, фоном, повтрюсь, является тишина. Раз в час звонят колокола, последовательно, сначала тихо, потом громче, в конце самые звонкие. Я сплю с открытым окном и слышу их сквозь сон, а утром еще цокают копыта лошадок, совершенно не мешают спать эти звуки, наоборот, способствуют качественным сновидениям. Утром выглядываю в окно, а там такое
[394x700]