И еще одно - не новое, но как-то по настроению легло...

Строчки рвутся на лист
Из темницы души,
Только шепот: ”Очнись!
Не спеши, не пиши!”
Осторожная мысль.
Потому что – зачем?
Все равно этот мир
Будет глух к ним и нем…

Ноги рвутся бежать
По высокой траве,
Так, что их удержать
Нелегко голове.
Только слышишь: “Куда?
Там никто нас не ждет,
Наша жизнь – что вода
Вся сквозь пальцы уйдет”…

Руки просят работы,
Желая творить,
Но находится кто-то
И им говорит:
“Для чего создавать,
Если месяц ли, год
Или тысяча лет –
Это время сожрет”…

Только… вот ведь беда:
Руки что-то творят,
Ноги где-то идут
Губы вновь говорят,
И упрямые строки
Из недра души
Рвутся горным потоком
И шепчут: “Пиши!”…

По просьбам трудящихся наконец-то абсолютно точно сообщаю, из какого сора, то есть после какого чтива появились нижеследующие строки.
Марина и Сергей Дьяченко. Ритуал.
По-моему, все вполне прозрачно.

Когда зажигаются в сумерках свечи,
Ложится на сердце тоска.
И ты понимаешь, что время не лечит.
Ни дни, ни года, ни века...

А просто ты вспомнил - она была рядом,
Смеялась, грустила - жила.
И лучшего - нет, и другого не надо,
И больше не будет тепла.

И пусть не воспели лжецы и поэты
Ее неземной красоты,
Пусть тайны в ней нет, а простые секреты
Давно уже выведал ты...

Но что же по нервам так гулко и больно,
Страдая, звенит тишина,
Когда ты порой вспоминаешь невольно,
Как пела тихонько она.

Ни вздохов, ни томных заученных взглядов,
Ни прелести юных невест...
Но все же ты знаешь - когда она рядом,
И солнце, и жизнь тоже есть.

Ты думал, безумный, ее отпуская,
Что так будет лучше для вас.
Но где-то, поверь мне, с тоской вспоминает
Она твои руки сейчас.

А просто ты знаешь - она была рядом.
И это уже не забыть.
И лучшего нет, и другого не надо,
И в будущем нечему быть.

Скажите, пожалуйста, это только у меня последние несколько дней с отображением картинок беда? Браузер настроен правильно, и не вижу я изображения только на Liveinet, все остальное нормально.

[показать]

Проходила тут сегодня по Антонова-Овсеенко, и что-то невеселые мысли одолели... Когда посмотрела на место, где еще недавно был Книжный рынок.
Жалко, что его закрыли. Нет, понятно, что с беззаконием на рынке ИТ надо бороться, кто спорит, но в этом случае вместе с мутной водой определенно выплеснули кого-то лишнего. Ну ведь не за порнографией же в самом деле туда ходило все читающее население города! Говорю со знанием дела, у меня огромное количество как раз таких знакомых.
Как-то очень по-доброму вспомнилась утопавшая по уши в грязи Демократическая, располагавшаяся на обочине трассы... В будний день проезжаешь там - и не верится, что на такой узкой полоске земли по воскресеньям могло разместиться столько народу, и столько сокровищ, заключенных под глянцевые и дермантиновые обложки разной степени потрепанности.
Это было время, очень далекое от нынешнего книжного изобилия. Тогда за томиком "Властелина колец" можно было гоняться годами, потому что на всю страну его издали один раз, и то случайно, с перепугу и весьма скромным тиражом. А приевшиеся сегодня яркие суперы казались чем-то вроде пропуска в рай.
Цена печатного слова была иная. И не только в рублях. На книжке можно было найти то, чего ни один магазин города не продавал, просто не возили в Самару такого.
Это уже потом появились сперва "Пиквик" на Куйбышевской (интересно, они еще работают или закрылись?), а куда позже - всем известная в городе "Чакона".
А после была огромная, вольная и бешеная площадка на ипподроме.
Многие мои знакомые как и я ходили на "книжку" для развлечения, был эдакий своеобразный ыид безудержного шопинга. Берешь с собой денег, сколько можешь себе позволить (лишнего лучше не брать - гарантированно не вернется, а деньги на обратную дорогу лучше заныкать в какой-нибудь очень глубокий отдельный карман, а то пешком придется идти) - и вперед!
И даже до последнего времени на "книжке" можно было найти то, чего не было ни в одном мгазине города. Заметьте, я сейчас беру только легальный товар - лицензированный или не требующий лицензии. С исчезновением всего остального я, как законопослушная гражданка, полностью согласна. К тому же, там была особая атмосфера. Чувствовалось, что вокруг тебя - куча таких же фанатиков, готовых годами гоняться за нужной книжкой.
Ну и, что немаловажно, это было просто удобно. Когда ты можешь за час обойти лотки, представляющие ассортимент более половины книжных магазинов города, не тратя денег и времени на проезд, сравнить цены, выбрать издание, а заодно заглянуть в букинистическую половину, где народ продает и покупает подержанную литературу (а сколько интересного там можно накопать при желании и умении!), и разом увидеть все новинки. Заодно и прикупить болванок, корторых - позор нашим специализированным магазинам! - в городе фиг найдешь, какие тебе надо. Редко где продают одновременно CD или DVD нескольких разных фирм, чтобы каждый мог выбрать по кошельку и пристрастиям. Маразм - в магазине на выбор пять-шесть марок DVD-привода, но болванки - только одной марки!
В общем, грустно все это. Остается вздохнуть и в очередной раз поразиться, как можно испортить любое хорошее дело. Как появились на "книжке" левые диски с чем ни попадя - вряд ли кто помнит. Но вот когда они заняли больше половины рынка, это стало началом конца.
И я все-таки считаю, что какая-то аналогия книжного рынка должна быть. Без баз данных в открытом доступе, без левых дисков, без порнографии - но с книгами из всех магазинов города и не только, вездесущими букинистами и неповторимой атмосферой, милой сердцу истинного книголюба.

Люблю сидеть в маршрутке рядом с водителем. и то, что это место криминалисты называют "креслом мертвеца" меня не останавливает. Потому что, во-первых, видишь, куда едешь, во-вторых сидишь по ходу движения, ну и в-главных, среди водил попадаются такие кадры, что даже самая долгая и нудная дорога не в тягость.
Вот сегодня один меня всю дорогу развлекал неприличыми анекдотами, а еще разыгрывал пассажиров. Одной даме сказал, что остановку отменили. Реакция была... в общем, была. Вся маршрутка лежала.
А еще как-то раз ехала я по родной Солнечной, а там две церкви подряд. Мимо первой едем - я, естественно, перекрестилась, мимо второй - то же самое. Водила на меня покосился и говорит:
- Да не волнуйтесь Вы так, довезу я вас!
В общем, веселуха полнейшая.

Вновь на площади бьют барабаны,
Слышен крик оголтелой толпы,
Суд решил: супостат окаянный
Самой страшной достоин судьбы.

Он бичом был для города долго,
Без сомнений людей убивал,
А теперь вот - загнали, как волка,
И предписан законный финал.

Мне поручено важное дело.
Вместе всходим мы на эшафот.
Через миг безголовое тело
Мне под ноги покорно падет.

Все закончится. Взглянет со страхом
На него, на меня ли толпа.
Пусть убийца был брошен на плаху -
Мне убийство судила судьба.

Чтоб людей от злодея избавить,
Я сегодня берусь за топор,
Ради них. Но оставлю ли память
О себе я добрее, чем вор?

Так всегда. Чтоб добро победило,
Чтобы час правосудья настал,
К сожалению, необходимо,
Чтобы кто-то убийцею стал.

Это цитата сообщения старый_мастер Оригинальное сообщение

Отдельные мысли старый мастер

Трудно выполнять свою работу чисто, когда над тобой находится мусор.

Задумываюсь в сотый раз - нормально ли это. Я сижу на работе до 8-9 часов вечера, да потом еще что-то делаю дома (опять же, связанное с работой). Это я одна такая трудоголичка или мне заняться нечем? Да вроде есть чем... И все равно периодически так получается. Хоть умом и понимаешь, что всех дел не переделать.

Слушать этот музыкальный файл

Послушаем...

Вот и произошло то, чего я так долго ждала! Выглянуло весеннее солнышко, а вслед за ним распустилось, будто цветок, все мое существо. Хочется жить, что-то делать, куда-то идти, общаться, заводить новые знакомства и встречаться со старыми друзьями!
Долой снежные заносы!
Да здравствует весна!

Что-то рутина забивает. Все какие-то дела, и все важные, эпохальные и неотложные. Корнечно, хорошо, что все они благополучно завершаются, что все крутится, все происходит, но головы поднять некогда. А так хочется праздника, весны... Нашла тут свое старое стихотворение. Не совсем в тему, но надо же хоть чем-то этот февраль разбавить.

А было время - через край хмельная радость,
Здесь был наш сумасшедший рай - и что осталось?
Сегодня здесь, но для других зажгутся звезды
И будет все уже для них легко и просто.

А мы так жадно пили жизнь с ладоней ночи,
А мы рвались куда-то ввысь что было мочи,
И мы такими никогда уже не будем.
Вот так в другие города уходят люди.

Так, через радость, через боль, приходит опыт,
Вот так, губами. жизни соль берут на пробу.
Осталось только вспоминать с тоскою тайной,
О том, как было нам летать дано случайно.

А еще мне сегодня сказали, что благодаря мне появилось кое-что новое, в чем-то жизнь людей стала лучше... Я, конечно, не признаю там исключительно мою заслугу, есть еще люди, которые много для этого сделали, но все равно безумно приятно.

Всю последнюю неделю я просто отрываюсь. Даже стыдно становится, честное слово. В городе не работает транспорт, люди испытывают неудобство - а я балдею, глядя на укутавшее все вокруг снежное покрывало, пробираясь по узеньким тропинкам, представляя, как у нас на даче все замело под самую крышу...
И ведь сама тоже пострадала - недавно совершила вынужденную пешую прогулку вдоль Советской Армии почти что от начала до конца, то есть, через весь город. Шла голодная, по темноте, уже изрядно уставшая после рабочего дня, да еще по грязной и неудобной обочине дороги - и все равно мне было хорошо от этой прогулки. Было ощущение чего-то необычного, как будто появилась возможность вырваться из привычного круга, посмотреть на все по-новому.
В общем, простите меня, жители родного города, но мне хорошо!
И я с некоторым страхом ожидаю марта, когда все это начнет таять и из-под снега появится всякая гадость.

У нее не бывает сценических костюмов. Она выходит на сцену одетая так, как ходит на работу большинство женщин в нашей стране. Ее выход никак особо не обставляется. Тем, кто знает, зачем пришел на ее концерт, это не нужно. Вокруг нее все поют свои песни, она не сочинила ни одной, но она - один из лидеров этого круга. Она филолог по образованию. Гитару освоила сама. Она выходит на сцену, берет в руки гитару - и все остальное становится неважно. Только голосом, только интонацией рождается волшебство, которого никто не в силах постичь, которому можно только благоговейно внимать. Вне зависимости от того, чьи песни она поет. Хотя она к подбору репертуара относится очень аккуратно. Все, что она исполняет, уместно и красиво. В ней живет нечто непостижимое, волшебное, что делает жизнь на Земле лучше. Как это происходит? Вряд ли кто-то способен объяснить.
Ее имя Галина Хомчик.

Настроение сейчас - очарованное

Как-то очень вдруг поймала себя на мысли, что последнее время делаю все без желания, без радости. Что во многих вопросах не могу решить, хочу я этого или нет.
По большому счету я знаю причину. Со мной всегда такое в феврале. Терпеть не могу этот месяц! Вот только делать-то что?
Правда, на метился прогресс. Вчера на фоне бессоницы часа в три ночи меня пробило попеть песни. Бедные соседи...
Но это уже хорошо. А то я что-то очень давно не брала в руки гитару.

Настроение сейчас - февраль

Ну вот и все пока что. Как пойдет дальше - не знаю.
Кстати, всех поздравляю со Старым Новым годом. Нравится мне этот праздник. Своей парадоксальностью, нелогичностью, уникальностью, наконец.
Вот, в тему (у кого уже зарябило в глазах, обращаю внимание - в этом стихотворении указан автор, то есть оно ни в коем случае не мое!!!)

Старый Новый год
Юнна Мориц

И все равно мы дети. Нам так страшно
На елку опоздать из-за метели,
Из-за трамвая или гололеда,
На этот праздник детский опоздать.
Мы женимся, разводимся, простите,
Но все равно мы дети - мы на елку.
И мы летим за праздничной добавкой
Добавьте нам хоть Старый Новый год!

Он старый, старый, он совсем уже не новый,
На нем уже пылали эти свечи,
На них уже сверкали эти слезы,
Однажды утром эти гости разошлись.
Но мы летим опять на это пламя,
Но втайне мы надеемся на чувство.
На эту самую желанную добавку,
Добавьте нам хоть Старый Новый год!

Он старый, старый, он совсем уже не новый,
На нем уже звенели эти струны,
И этот снег, и этот воск, и эти чувства.
Однажды утром этот воск окаменел.
Но все равно мы дети, мы на елку.
И мы летим за этой призрачной добавкой,
За невозвратным и неповторимым,
Добавьте нам хоть Старый Новый год!

Он старый, старый, он совсем уже не новый,
На нем уже слыхали эти песни.
На нем уже пылали эти клятвы
Однажды утром - только пепел золотой
Но мы готовы умереть за этот пепел,
За это праздник нашей нежности и грусти
И мы летим за этой призрачной добавкой,
Добавьте нам хоть Старый Новый год...


И все равно мы дети - мы на елку,
И мы летим за этой призрачной добавкой,
За невозвратным и неповторимым,
Добавьте нам хоть Старый Новый год.
[507x699]

Белые мошки кружат за окном –
Это кончается осень.
Снегом ли первым, последним дождем –
Милости больше не просим.

Белое, белое, нету небес,
Падает снег ниоткуда…
Вы говорили – нет в мире чудес,
Но разве это – не чудо?

[400x300]

Синее, синее, синее…
Более светлым – небо,
Более ярким – волны,
Мчащиеся на берег,
Темным – речная даль.

Желтое, желтое, желтое…
Более светлым – солнце,
Более ярким – лодка,
Летящая над волнам,
Темным – прибрежный песок.

Яркое, яркое, яркое…
В синем небе – желтое солнце,
В синих волнах – летящая лодка,
В моем сердце – звенящая радость.
[400x299]

[300x452]
Среди волн на островке
Вижу замок на песке.
Чьи-то детские мечты,
Чью-то жажду красоты…

Здесь из солнца и волны
Были сети сплетены,
В золотые тенета
Я попалась навсегда.

Чья же строила рука
Башни прямо к облакам,
И ступени у воды,
И висячие сады?

Кто б он ни был, но на час
Нить мечты связала нас
И плыву я по реке,
Строя замки на песке…