Итак, мы выяснили, откуда берется понятийка, как она работает, но не выяснили, почему она такая стойкая к разрушению и безотказно функционирующая структура (в пределах своей компетенции, конечно).
Для этого стоит сперва выяснить, почему наши внешние "вальсирующие" дневное-рассудочное и ночное-интуитивное я такие раздолбаи. Начнем с их памяти.
Память дневного я построена на отборе и запоминании значимой информации, и забывании неиспользуемого контента, иногда - вплоть до его "удаления". Есть оперативная память - ею мы пользуемся, к примеру, при устном счете, и долговременная - она позволяет мне вспомнить, например, рецепт травяного настоя от ревматизма, о котором еще в детстве рассказала бабушка, или электросхему дачной проводки, которую делал отец, когда мне было лет десять. Я понимала, что это нужно запомнить - это может оказаться жизненно важным - и запомнила. Долгое время оно было не нужно, но, когда потребовалось - я смогла, хоть и с трудом, откопать эти сведения в памяти. Трудно было откопать потому, что оно лежало без использования, и отодвигалось все дальше "на задворки", а совсем не забылось лишь потому, что на нем стояла "пометка красным карандашом" - "НЕ ВЫБРАСЫВАТЬ!". Если бы травничество или электротехника были доведены мной до понимания сути - не потребовалось бы вспоминать, я просто, исходя из понимания предмета, заново составила бы рецепт или логически восстановила схему, исходя из расположения подключений и розеток. Но - нет, то и другое как-то прошло мимо меня. Ощутили принципиальную разницу?
Понимание сути не требует вспоминания, оно дает возможность достаточно быстро воссоздать то, чего не запомнил или вообще о чем не получал информации. Это - действующий механизм, четко отвечающий на запрос адекватным ответом. Память же дневного я - штука ненадежная: ошибка в дозировке компонентов в случае с настоем не произошла лишь потому, что сработал некий аналог здравого смысла. Я, к своему стыду, именно дозировку подзабыла.
При сравнении памяти дневного я и механизма понимания видна их принципиальная разница, напоминающая разницу между машиной и чертежами, полностью описывающими ее устройство. В целом - и из того, и из другого можно получить всю значимую информацию о машине, но первое - работает, а второе - лишь дает информацию о том, как сделать работающую машину.
И тогда я решила обозвать, учитывая принципиальную разницу, память-понимание - структурой, а память дневного я - записью. Наименования условные. Так проще ощущать разницу между ними.
Теперь сравним память-структуру, память-понимание с памятью ночного, интуитивно-образного я. Ночное я, хоть проявляет себя и днем, но оно в этот момент сильно задавлено логическим-дневным, и, чтобы услышать голос интуиции, следует отключить на некоторое время логику и "говорильню". Каким же способом оно с нами общается? Телесными ощущениями, картинками, эмоциями. Вот слушаю я очередную костлявую проповедницу в длинной юбке, вещающую о неземном счастье, а интуиция мне подсказывает: вид у нее жалкий, ощущение от нее гадливое, слова ее заученные и лживые, а счастье - сродни тому, что можно получить, заправившись определенными таблеточками. Это при том, что я ни разу не задумалась над ее словами. Удобно? Еще как! А как бы понималка среагировала? Словила бы конгломерат смыслов, присутствующих в речи, мгновенно вычленила суть - и ответила: ну и гадость же эта ваша "заливная рыба"! Что надежнее? Ведь если мне те же байки стала бы заливать полная и красивая мадам с глубоким декольте и грудным голосом, я бы, пожалуй, повелась - когда бы слушала только ночное я. На время. Пока понималка не включится. А тогда - готово, результат однозначен, вне зависимости от формы преподнесения информации. Так что опять понимание надежнее. С чем же можно сравнить информацию, которую получает, хранит и обрабатывает ночное я? С произведением искусства, представляющим собой трехмерный кинофильм с тактильными и обонятельными прибамбахами, далекими ассоциативными связями и полным погружением в сюжет. Это красиво, это возбуждает, но, увы, о воображаемое полотенце не утрешься. Запись, опять запись, заметно более полная, чем память дневного я, но работающая весьма опосредованно и ненадежно.
В отличие от памяти дневного я, в которой поиск работает, сперва по разделам знания, потом - по кодовым словам, ночное я ищет по соответствию ощущений и связей между ними. Так, глядя на обстановку в конторе, произносишь: крысятник! или, наблюдая за дуробабой, выносишь вердикт: сорная курица. Очень помогает в поисках памяти ночного я ароматы. Идентификация запаха, мало используемая людьми в обыденной жизни (увы, от природы мы отгородились изрядно), стала, как мне кажется, той переменной, по которой проиндексированы почти все воспоминания ночного я. Не только запахи, ощущавшиеся в тех, воспоминаемых событиях, реально, но и запахи-отношения к событиям. "Говенная ситуация" вполне пахнет в воспоминаниях этим самым... А первый снег может пахнуть ванильными сырками )).
Поэтому, как только в
Читать далее...