После окончания средней школы он получил приглашение от местного художественного колледжа, где изучал секреты живописи и дизайн. Окончив его, Кармело начал карьеру, приступив к работе в качестве внештатного иллюстратора. Работал с различными архитекторами, дизайнерами и рекламными агентствами. Однако не смотря на то, что карьера складывалась вполне успешно, в 2002 году Бландино решил бросить все и посвятить себя исключительно живописи. Сегодня его рисунки цветов широко известны своей чувственностью, даже сладострастием цветовой гаммы и очертаниями потаенного движения.
[450x51]
[показать]
[показать]

[398x400]
[700x181]
[показать]
[показать]
[показать]
[181x332]
[700x458]
[405x600]
[показать]
У нас теперь есть книга о работе с гипсом! Одна из моих любимых мастериц, креативнейшая и позитивнейшая Лара Хаметова сделала нам такой чудесный подарок. Лара, на мой взгляд, лучшая в этой области и она щедрой рукой раздает свои идеи, наработки и секреты. Я от всей души поздравляю ее с "промежуточным финишем" - выходом книги (надеюсь, что это не последняя)! А здесь покажу несколько разворотов для затравки и возбуждения аппетита: книга очень "вкусная", с великолепными проектами, мастерски сделанными фото, прекрасно изданная.
В этом городе мечтает побывать каждый. Мечтала и я... мечтала, можно сказать, всю жизнь. Образ "моей" Венеции был похож на причудливую мозаику, складывающуюся из множества цветных стёклышек, и во многом традиционен: гондолы, каналы, карнавальные маски... Нарядная и шумная, с одной стороны, с другой - таинственная, мистическая, вырастающая из зелёных вод лагуны и погружающаяся в них же, подобно сказочным, легендарным городам...
Такой она представлялась мне, когда я читала стихи о ней.
Ночь тиха, в небесном поле
Светит Веспер золотой.
Старый дож плывет в гондоле
С догарессой молодой.
Воздух полн дыханьем лавра.
Дремлют флаги бучентавра.
Море темное молчит.
Это из черновых набросков Пушкина - есть разные варианты, поэт переделывал строки мого раз, но так и не завершил стихотворение, оставив нам пленительную картинку. (Добавлю, что незаконченное стихотворение так волновало воображение, что поэты неоднократно предпринимали попытки продолжить и "закончить" его - А. Майков, В. Ходасевич, Г. Шенгели, Л. Токмаков...)
И причудливая смесь роскоши и тления, любви и смерти - у Мандельштама в "Веницейской жизни":
Веницейской жизни, мрачной и бесплодной,
Для меня значение светло.
Вот она глядит с улыбкою холодной
В голубое дряхлое стекло.
Тонкий воздух кожи, синие прожилки,
Белый снег, зеленая парча.
Всех кладут на кипарисные носилки,
Сонных, теплых вынимают из плаща.
И горят, горят в корзинах свечи,
Словно голубь залетел в ковчег.
На театре и на праздном вече
Умирает человек.
Ибо нет спасенья от любви и страха,
Тяжелее платины Сатурново кольцо,
Черным бархатом завешенная плаха
И прекрасное лицо.
Тяжелы твои, Венеция, уборы,
В кипарисных рамах зеркала.
Воздух твой граненый. В спальне тают горы
Голубого дряхлого стекла.
Только в пальцах - роза или склянка,
Адриатика зеленая, прости!
Что же ты молчишь, скажи, венецианка,
Как от этой смерти праздничной уйти?
Черный Веспер в зеркале мерцает,
Все проходит, истина темна.
Человек родится, жемчуг умирает,
И Сусанна старцев ждать должна.
Чёрный Веспер - зеркальное отражение пушкинского золотого Веспера, вечерней звезды, Венеры?..
Простите мне пространные поэтические экскурсы, я всё не перейду к моим "реальным" венецианским впечатлениям, но - иначе я не смогу объяснить, почему для меня не имели значения, не раздражали толпы туристов, которых, наверное, из-за тесноты, здесь, кажется, не сотни и тысячи - миллионы))) Я видела то, что хотела увидеть, - "мою" Венецию. Во мне звучали строки стихотворения Анны Ахматовой - "Но не тесно в этой тесноте И не душно в сырости и зное"...
[599x347]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]