Все время замерзаю. Заметил,
что мне холодно даже там, где другим жарко.
Но сегодня холодно всем, а мне-то
тем более. Но я же так люблю зиму.
Была бы еще курточка потеплей, теплый
шарф и новые перчатки.
Сегодня люди очень раздражают. Я злюсь на то
что они улыбаются и смеются, когда мне
хочется погрустить. Все мне портят. Всю атмосферу.
Может, завидую.

Сплю много, но невовремя. Днем. Из-за этого
ночью не могу уснуть. Снова сбил весь режим.
Похоже все-таки мое время - ночь.

Должно быть, я и вправду очень одинок. Что еще, кроме одиночества, может заставить человека сидеть в половине пятого утра в сети, когда завтра (сегодня, сегодня же!) нужно рано вставать?
И ведь никого нет. Все спят. А я говорю с чужими окнами, в которых горит еще свет, высматриваю там кого-то, а еще эти окошки браузера, в них свет горит всегда, когда я пожелаю. И всегда можно кого-то увидеть. Но не всегда с ним можно поговорить.

Не будь дураком! Будь тем, чем другие не были.
Не выходи из комнаты! То есть дай волю мебели,
слейся лицом с обоями. Запрись и забаррикадируйся
шкафом от хроноса, космоса, эроса, расы, вируса.
(это Бродский, да)

Сижу весь день дома, что поделаешь
просыпаюсь слишком поздно, чтобы куда-нибудь пойти, да и не хочется.
Смысла особо нет. Зачем идти?
Читаю, рисую, что-то пишу, но глупое, плохое.
Вдохновение на нуле. как и запас жизненных сил.

Иногда бывает так
сижу или иду. задумаюсь
а потом прихожу в себя от собственного ужасно громкого вдоха или выдоха
и понимаю, что забывал дышать все это время
иногда секунд тридцать или минуту, но бывает дольше
страшно думать, что могу задохнуться просто потому
что задумался, замечтался.
Я знал, что мое воображение когда-нибудь меня убьет.
Просто не знал, как.)

Меня начинает тошнить от
глинтвейна, господи, родной и любимый глинтвейн.
Обидно. Хочется выпить, но всегда плохо,
хочется курить, но тоже плохо, хочется
всего, но от всего плохо. Хочется любить?

Я всю ночь пытаюсь нарисовать что-нибудь гениальное,
Или написать что-нибудь гениальное,
А в итоге я сочиняю детский стишок и рисую чей-то слишком английский профиль.
Осень это вечный период одиночества и зависимостей (йори лавз ю).
Осень это вечный период творческого ступора и внезапных прорывов вдохновения.
Вообще-то уже ноябрь, в прошлом ноябре
примерно в это время я забирался под
одеяло и читал какие-то депрессивные книжки.

Не то
чтобы хотелось счастья или там чего-то
в этом роде. Просто грустно сегодня и
давление падает слишком быстро, боюсь
как только в очередной раз очнусь на полу
придется уже искать цитрамон или что-то
еще. А хочется кого-то, давайте
дружить и что там еще делают люди, а то мне уж совсем
никак.

Строчки совпадают с вдохами-вы
дохами. Так
забавнее, правда?

Но сколько же можно ждать новостей от сердца и легких, связь прервана и линия занята, провода сорваны, да здравствует телеграф органов и клеток.
Я только на секунду к здравому смыслу за советом, пока нежность и легкость моих снежинок не перевесили, нужно спросить, а можно ли дышать под водой, если взять с собой чьи-нибудь чужие вдохи и выдохи, особенно выдохи?
Брось, ты же не веришь в другие реальности и миры параллельные, пересекающиеся, наклонные и скрещивающиеся, ты же не веришь в чудеса, даже в сны порой не очень. Уже конец ночи.
Хочешь?