Сыграем со старостью в прятки?
Почему так популярен нынче культ молодости? Почему пожилые (и не только) люди готовы омолаживаться любой ценой и как к их попыткам относится Церковь? Как вообще христианам воспринимать возраст? Об этом мы беседуем с диаконом Михаилом ПЕРШИНЫМ – заведующим информационно-издательским сектором Отдела по делам молодежи Русской Православной Церкви
– Отец Михаил, чаще всего человек не стремится к физическому бессмертию, понимая, что оно невозможно, а просто хочет и в старости оставаться молодым. Такое стремление — оно было во все времена или появилось только сейчас?
– Оно вошло в нашу жизнь после катастрофы грехопадения. С тех пор поиск противоядия от старости присущ истории всех цивилизаций. Скажем, всегда и повсюду пользовались косметикой. И само по себе это нормально – желание быть красивым.
Поэтому заблуждаются те, кто полагает, будто христианство – это мрачная мироотрицающая религия, запрещающая удовольствия, наслаждения и красоту. Будто нормой оно считает морщины, седые волосы, согбенную фигуру, черный платочек. Этот стереотип бытует не только в России, но и на Западе. Однако вера говорит совсем о другом.
Христос не запрещает радости жизни, просто во главу угла должно быть поставлено восхождение к их источнику, к Богу, с целью стяжать нечто большее – благодать. А коли так, возникает вопрос меры, вопрос приоритетов. Какова в нашей жизни мера косметики, развлечений, путешествий? Тут общего ответа не найти, тут, чтобы ощутить эту меру лично для себя, нужна более-менее упорядоченная церковная жизнь, нужны советы духовника.
Поэтому, я думаю, не стоит вот так сразу порицать всех, кто, казалось бы, чересчур заботится о себе, — попытаемся их понять. В урбанистическую эпоху люди слишком одиноки, а потому хотя бы в своем внутреннем мире пытаются казаться моложе, чем на самом деле. К тому же браков все меньше, детей рожают реже – а значит, одиноких становится все больше. И люди начинают бояться одиночества. Многие пожилые горожане сейчас живут без детей, без родных. И они просто физически боятся, что заболеют, а ухаживать будет некому.
Потому многие сегодня так помешались на здоровье. А подспудно человек просто хочет вернуться в рай. И чувство, будто все дороги перед тобой открыты и все сердца покорены, создает эту эфемерную иллюзию.
Не стоит забывать, что косметика одного корня со словом космос, означающим в древнегреческом “убранство, порядок". Так вот пространство, космос души не менее важен, чем внешний “прикид”. Как очень точно сказал Владимир Зелинский: "Церковь юнеет в своих старухах". Это удивительная молодость – не внешняя, а внутренняя. Она свойственна всерьез воцерковленным людям. Именно такой внутренней красоты, внутренней гармонии подспудно ищут многие – но как найти, не знают. Потому и волосы красят, и в молодежные наряды одеваются. Но обычно это приводит лишь к разочарованию. Оттого сейчас так много депрессий.
– А почему именно «сейчас»? Все-таки в нашем времени есть что-то, усиливающее эти тенденции?
– Дело здесь не в прогрессе как таковом, но, скорее, в культуре, в тех целях, которые ставит перед собой европейская цивилизация. Культ моложавости – лишь следствие пути, которым она идет вот уже несколько веков, одно из проявлений ее кризиса.
Культурологи делят цивилизации на два типа – сотериологические и гедонистические. Критерий – вопрос о том, ради чего человек живет на земле. Если только ради наслаждения и счастья в этой земной жизни, перед нами гедонистическая цивилизация, если же самое главное совершается в посмертии, то это цивилизация сотериологическая. Легко привести примеры. Древний Египет – цивилизация сотериологическая, Рим эпохи упадка – гедонистическая.
СССР – тоже, кстати, пример гедонистической идеологии, которая исходила из того, что реальность универсума исчерпывается миром материи, никакого духа нет, а тем самым нет и посмертия. И неслучайно, проектируя рай на земле, большевики до неузнаваемости исказили все глубинные архетипы народа — в образах смерти, рождения и брака. Если погребение издревле уподоблялось сеянию, то уже в 1921 году Корней Чуковский описывает, как в Петрограде бани переоборудовали в крематории, куда комиссары вместе с красной интеллигенцией ездили смотреть на сжигание трупов. Тогда же была крайне упрощена процедура развода. Женились по несколько раз в год, что привело к росту венерических заболеваний и числа беспризорников. Впервые в истории человечества были полностью легализованы аборты. А затем, по мысли Ясперса, те, кто научился предавать “партнеров” и убивать нерожденных детей, органично вошли в ряды доносчиков и исполнителей приговоров. Гедонизм обернулся ГУЛАГом.
И наша современная европейская цивилизация по мере дехристианизации все более сползает к гедонистическом типу. Ее манифестом могут служить слова апостола Павла: “по рассуждению человеческому … какая мне польза, если мертвые не воскресают? Станем есть и пить, ибо завтра умрем!” (1 Кор 15:32)
Вот почему во всех подобных
Читать далее...