Перекрёсток, светофор, стоим, будто одни - спрашивает:
-Почему у тебя так сердце быстро бьётся?
-Не знаю, - отвечаю, а самой подумалось: "Может, хочет с тобой поговорить о чём-то?"

А оно действительно бьётся - впервые за столько времени я хочу, чтобы телефон зазвонил.
Всё или ничего - я так долго хотела, что бы было, как тогда, в семнадцать лет - чтобы свет струился по пальцам, и не надо было драться. Что бы прятаться за широкую спину и можно было сказать всем: "У меня есть мужчина, и идите все лесом!" Что бы меня целовали часто-часто и петтинг в общественных местах.

И вот оно - всё у меня есть. Пора быть счастливой.

Ты-то хоть будующее предсказываешь, а я даже мысли читать не умею...

Небо ёбнулось с кровати -
Недокошенный рассвет
Вылил красные объятья
В целлофановый пакет.

Мы смирились с этой лажей:
Ты всю ночь стрелял в ежей,
Ежедневник мне укажет,
Где искать моих пажей.

На поэзию осталось
Двадцать три минуты врозь
Недосып - кривая малость
Серых и сырых полос.

Я опять пойду на бойню,
Не дождись и не встречай:
На столе лиловый, стройный
Наугад остывший чай...

Целовать друг друга в нос - это счастье для дебилов.
Я счастливый дебил.

Я каблуками в утопающем снегу,
Набойку потеряла на бегу;
Ты дышишь слишком слышно, будто зов
В подъездах омертвляющих домов.

Асфальт расстёгивает белое пальто,
Но я не та, и всё не то:
Хочу найти себя среди снегов,
Но, как слепец, несусь на этот зов.

Растает всё, и удивится майский мир,
В кармане водка, а в душе - кефир;
Кем буду я, когда исчезнет снег -
Метафора иль человек?

Весна повскрывала занозы,
И руки устали трепать несмышленый подол
Времён пораженческой прозы,
И снова цинизм недоверчив и зол.

Снимаю слоями одежду,
И кожа всё ближе и ближе к надёжным ветрам;
Я яблоки тонко нарежу -
Раздам витаминку панически злым бардакам.

Стихи, приходите же в гости!
Я буду знакомить вас с миром придуманных нужд,
Вчерашние вёсны разбросим
В живительный лоск новорожденных луж.

И будет улыбка светиться
Меж гроздьев панельных поблёкших домов,
Построю районные лица
В картинки из сказки про сны, ледники и любовь.

Сплю с грелочкой!!!!!))))))

Охренеть - я умею готовить)))))))

Раньше я хорошо это скрывала, а теперь сидим с Сашкой на кухне и спорим, кто круче курицу приготовит. Уничтожив мою сегодняшнюю курочку, Саша заявил, что ему меня не переплюнуть. Думаю, он просто пытается усыпить мою бдительность))))))

А болеть противно - я два с половиной часа просидела в очереди, чтобы мне врач сказал, что у меня пиздец гайморит. Блин, я и так понимаю, что если у меня практически любое движение отдаётся дикой болью в лице, это пиздец гайморит...

А ещё я переежаю на отдельный матрасик.

Слова очень-очень важны.

Особенно слово "спасибо". Мне его в таких количествах в месте прописки за целый месяц не говорили, как здесь за день. Это не просто приятно - это вызывает желание делать ещё и ещё, тем более мне не трудно, да и я в принципе не могу сидеть на месте.

"Идеальная женщина," - снова сказал Саша, потом поправился, что его женщина конечно идеальней, но это и понятно - это же ЕГО женщина.

Потом Саша сказал: "Любимая подруга." Мимимишка внутри пробила головой потолок от радости.

Я не хочу спрашивать, почему у нас в семье никогда такого не было, почему... Не хочу...

Хватит воевать - пора строить.

По результатам последних двух дней я - охрененно хозяйственная тварь. Анютка по нескольку раз в день спрашивает, не напрягают ли они меня хозяиственными поручениями. Я в ответ спрашиваю, ничего ли, что я у них живу.

Решено - я не вернусь. Нет смысла. Никакого.

С понедельника буду искать работу, нужно только провести спецоперацию по хищению собственной трудовой книжки из квартиры.
Нужно выкинуть их головы слово "бестолочь" и убедить себя в том, что я всё могу.

Всё будет хорошо.

Я взяла с собой только самое нужное:
тельник, который мне подарил Семён Андреевич, севший за пять лет в два раза, но всё ещё надёжный;
айпод, который был куплен на чстно заработанные взамен того, который я купила на деньги, что бабушки и дедушка подарили на конец школы;
наушники, большие и зелёные - подарок Леры и Митяя;
ботинки на деревянной платформе, что отдала мне Лена;
в сумке - подарок на день рождения от Саши с Анюткой;
ещё - планшет, что Стёпа мне купил в три часа ночи в Юлмарте;
ежедневник, пенал с ручками и восковыми трёхцветными мелками, которые Лера как-то купила в универе, чтобы просто поднять мне настроение, флешку Стёпину, папку-планшет, которая со мной с десятого класса, немного одежды - сколько влезло в сумку. Забыла только трудовую книжку.

В кошельке зияла пустота, на метро не хватало.
У всех где-то в углу кошелька обычно валяются купюры в 1-10 баксов или евро, в качестве талисмана или на чёрный день. Я не собиралась объявлять этот день чёрным, но по сусекам поскребла и наскребла целых 12 баксов, разменяла их перед метро и уехала далеко-далеко.
Телефон у меня отобрали ночью, в нём был записан код от заветного подъезда, поэтому я постучалась в окошко, зашла на кухню, где, старательно пережёвывая впихивыемые в меня бутерброды, объяснила, в чём дело.

Выглядела я совсем никак, поэтому Сашка влил в меня полчашки беллиса, чуток посвежев, я накрасилась и отправилась навстречу приключениям.
Наушники, музыка, маршрутка до Чертановской, которая подъехала к остановке на буксире, но дальше ехала вполне себе шустренько...

В метро меня ждал первый облом - кассирша зарядила мне проездной, но турникет написал, что он неисправен. Деньги мои последие - 350 рублей - мне возвращать отказались. Счастье, что Анютка дала мне на дорожку немного денег, а то осталась бы я жить на Чертаноской в качестве бомжа.
С дикой головной болью я добралась до института, где отыграла в спектале. А военная форма мне идёт)

Потом пошли в кино по бесплатным билетам. "Август 8-ого". В этой стране сняли хорошее кино. Надо же!

К вечеру я вернулась в заветную квартиру.
Начиналась весна...

Зазвонил телефон. Он звонил ровно пять секунд, но за это время я успела, увидев, кто мне звонит, впасть в ступор, потом осознать, что нужно что-то сделать, отпрыгнуть от телефона на два метра, забиться в угол комнаты и оттуда любопытно взглянуть на телефон, будто на непонятную инопланетную тварь, которая долго казалась дохлой, а потом вдруг зашевелилась.
Звонок оборвался, но я ещё долго переводила дыхание, пыталась успокоить сердце и не решалась выйти из своего угла и подойти к телефону.

Понятия не имею, что он хотел от меня в половине одиннадцатого ночи, да и не хочу выяснять. Я практически о нём не думаю.
Н0 сердце, этот безмогзглый орган, упорно отказывается реагировать на что-либо другое.

Условия:
В квартире два телевизора: один в большой комнате, в которой я бываю от силы две минуты в день, другой же на кухне, на котором нет канала ТНТ.

Вопрос:
Какого хера меня обвиняют в том, что я смотрю "Дом-2"?!

А мы взяли и...выжили...

И вдруг мечты, наглые, тёплые, вырвались наружу.
И снова хочется плакать в этих тонки руках...
Лишь бы было временно, лишь бы поскорее забыть.
Не хочу, не хочу обратно - в зал многолетнего ожидания, в вечную осень.
Пусть завтра случится амнезия.
Да умрите уже, надежды...

Вдох-танец-выдох.

Стоило лишь написать манифест о забвении, как разговорились и к концу разговора я поймала себя на милой улыбке...
Нет, сердце не ожило - я просто запуталась...