[261x224]
“Чем опасны дровосеки”
(статья для журнала “Психопатология”)

Для начала, дорогие коллеги, определимся с терминами.
Дровосеки – это психопатический тип параноидальной личности, склонной к маниакальному дровосексуализму. Препарируя данных субъектов под лупой, надо авторитетно заявить, что их характеризует общее стремление к постоянному и навязчивому поиску глубоких и тесных дупел, среди различных видов древесных насаждений. Как-то: дубов, ясеней, лип, берез, елей и т.д. Особенно ими любимы и ценимы именно дубовые хотя не отказываются они и от хвойных пород. Найдя нужное дупло, они похотливо и грязно над ним извращаются, стремясь к полноценному коитусу. Их дровосексуализм объясняется импотенцией во время контактов с лицами противоположенного пола. Корни этой психопатии закладываются в раннем детстве: деревянные игрушки, нарциссизм, хронический энурез, навязчивый подростковый онанизм – все это способствует развитию заболевания. В тяжелой стадии дровосексуалисты страдают “комплексом Буратино” – полным одеревенением коры головного мозга, что выражается в тормозных реакциях психических процессов, мании величия и буйной фантазии. Кроме того, для них характерен “синдром Папы Карло” – ничем неконтролируемая тяга стругать, производить, копировать себе подобных, т.е. маленьких деревянных человечков. Дровосеки очень опасны своим неадекватным, непредсказуемым поведением. Во время полового акта, они также могут нанести серьезные травмы, так как их фаллос в результате общения с деревьями приобретает твердость дуба, шкурка головки дубеет и покрывается занозами. Не думайте, что данная психопатия большая редкость. Помните, маньяки среди нас! Особенно часто психопаты встречаются среди водителей троллейбусов, лесорубов, железнодорожников, рукопашников и т.д. В случаи обнаружения дровосека – срочно звоните в милицию, вызывайте бригады скорой медицинской помощи, постарайтесь изолировать или отключить больного. Товарищи, коллеги, будьте бдительны! Коварный враг не дремлет – он только ждет момента нашей слабости. Не поддавайтесь панике – берегите зеленые насаждения от злобных тварей!

Коротко:
Вчерашний футбольный вечер первых матчей Кубка УЕФА, стал настоящим вечером смеха и страстей. Смешно, что питерский “Летучий голландец” российского чемпионата, слепленный по голландским лекалам, так и не смог дожать игравших в вдесятером парней из команды заштатного голландского городишки, носящей странное название “АЗ” (вызывает ассоциации: аз есмь царь и великий князь…) Парни бывшей столицы Российской империи бились словно головой об стену: забегания, навесы, удары, и все мимо железных столбов, называемых воротами. Истинные чернокожие жители Нидерландов атаковали мало, но эффективно – четыре атаки, три момента, один гол. И только пенальти, заработанный Зыряновым (дежа вю: один во один почти как в сборной) спас “Зенит” от конфуза. Что будет дальше? Греция, в которой говорят все есть, покажет…
Игра “Локо” c “Атлетико” напоминала драматическую пьесу, в которой так и не знаешь, что будет в конце. Актеры играли страстно, с желанием и упорством, блистая индивидуальным мастерством, удачными комбинациями, провалами в обороне. Маятник качался то в одну, то в другую сторону. И матч мог закончится с любым счетом: от 1-1 до 1-5 в любую сторону. Команды упрекнуть не в чем. Итог вполне закономерен: 3-3.
В прочем обе команды, несмотря на домашние ничьи еще поборются за лакомые места в группе. Если, правда, будут хотеть бороться…

[370x600]

“ЛЕБЕДИЯ”

“Страну, лежащую между Борисфеном и Танаисом, называют Лебедией.”
Из древних авторов

Молитва - оберег

Да прибудет с тобою сила!
Да прибудет с тобою любовь!
Чтоб судьба, тебе жизнь сохранила,
Когда в сече прольется кровь!
                                     Июль 2000

Калка

“Кровь Калки стынет в наших жилах. Ветер поет павшим поминальную песнь. Над полем скорби, кружится воронье и небеса, оплакивают дождем русских витязей. Стонет Матушка-земля, под копытами монгольской конницы…”

Неслась по небу Бога-Солнца колесница.
Сменялись в диком танце день и ночь.
Тень смерти падала на наши лица,
И уносила души прочь.
Взрывалась степь от топота и крика,
А море трав, танцуя и звеня,
В тьму принимало, когда меч и пика
Ломали кости, сбросив нас с коня.
И кровь лилась: своя, чужая,
Шла жатва, не жалея сил.
Дружинник тетиву спуская,
Татар, колосьями косил.
И вражья сталь, рвала сплетения кольчуги.
Жизнь отлетала с пересохших уст.
Мы пали все на Калке, други,
Чтобы жила Святая Русь!
                                      Октябрь 2000


Молитва в дорогу
Храни, Господь
Всех путников в дороге!
Всех страждущих,
Идущих в даль!
Пусть обойдут
Их беды и тревоги,
Огонь и воды,
И булата сталь!
                   Декабрь 2000

* * *
О ком ты тоскуешь,
О ком ты поешь,
Краса синеокая,
Солнце-Людмила?
Наверно о том,
Кого в спелую рожь
Калена стрела
Навсегда уложила.
Тебя он любил,
И верность хранил,
Лесам и погостам,
Родным и друзьям.
Но в страшном бою,
Свои очи закрыл,
За Родину-мать,
Что завещана нам!
                                 Октябрь 2000

* * *
Грешная моя, сердешная,
Радость ненаглядная,
Как березка стройная,
Милая и ладная,
Без тебя кручинюсь я,
Без тебя печаль,
Там, где степь бескрайняя,
Там, где синь и даль.
Там, в чужой сторонушке,
Не роса блестит -
Человечья кровушка
На траве лежит.
И дружины росские,
Крепко сжав булат,
С саранчой заморскою
Бьются, стар и млад.
Там летят головушки
Под стальной косой,
Эх, душа соловушка,
Стон сдержи ты свой.
Пусть она куражится,
Татарва поганая,
Верь, на свете сбудется
Все, моя желанная.
Жди меня хорошая,
Жди мой край родной,
Разобьем мы ворога,
И придем домой!
                    Ноябрь 2000

Дивногорье

Ночь сплетает звезд узор,
А в Дону купается луна,
Меловые замки гор,
В сладкой неге сна…
                          Декабрь 2000

Лебедушка

Не плачь, лебедушка моя,
Слез не роняй напрасно,
Вернусь я в милые края,
Сквозь бури и ненастья.

Для нас все беды не почем -
Любовь в разлуке крепче.
Ее не взять стрелою и мечом,
И смерть с ней легче.

Она, наш тайный оберег,
Где зло, война и горе,
Как долгожданный брег,
Для корабля, среди бушующего моря.

Не плачь, лебедушка, и жди,
Моя душа к тебе стремится.
И пусть, беснуются дожди,
Огонь священный сохранится!

Читать далее...

2. ПОДЗЕМЕЛЬЕ ГОБЛИНОВ ИЛИ ЯЗЫК ДО ГУАНДУНА ДОВЕДЕТ*

* Автор выражает признательность за помощь в исследовании пещеры: Фернанду Магеллану, Христофору Колумбу, Семену Дежневу, президенту США Дж. Бушу и местному Павловскому олигарху Мойше Смоленскому.

Велика Россия, богата и обильна, и известно в ней достаточно много культовых пещер искусственного происхождения. На территории одного лишь субтропического Поддонья их насчитывается более 500-та и все обнаружены автором (Стебкин В.Б., Пещеры Мордора и Гондора, 1913, с. 29-33). Фактически каждый год поступают сведения о местонахождении неизвестной ранее нашей квазиуспешной спелеоархеологической науке глубокой подземной полости.
О пещере у аула Новохорьковка Выхухолевского вилайета, автору стало известно на грандиозном и пышном банкете, от участников антарктической экспедиции ОГПУ, которая проводила неподалеку раскопки в зоне вечной мерзлоты. Местные жители, каряки-атланты и чукчи-лемурийцы, рассказали сотрудникам университета о том, что раньше неподалеку от их заполярного села располагалась искомая пещера.
Изучение топографической карты местности (масштаб 1:1), глобуса Московской губернии, контурных карт для “Природоведения”, ксерокопий с секретных карт немецкого Генштаба, а также фотоснимков, сделанных с “челнока” “Атлантис”, подтвердило полученную информацию. Здесь на северо-восточной оконечности материка Евразия, в районе полевого механосборочного стана была обозначена пещера. Вылет летом 1999 г. на местность и горячая душевная встреча с местными жителями позволили достаточно точно, до миллиметров, локализовать место магического входа в загадочное подземелье. Засыпанный несвежими пищевыми отходами вход располагался по центру небольшой площадки, которая образовалась в верхней части левого борта балки в результате выброса мела при рытье пещеры. Аборигены также приватно сообщили, что неподалеку от соседнего аула Караяшник есть еще одно, неизвестное нашей науке бесподобное подземелье. Чудесным образом оказалось, что лаз в пещеру у а. Караяшник фактически свободен, что позволило провести ее предварительные несанкционированные исследования (Стебкин В.Б., Подземные гоблины Подонья, 1914, с. 96-97).
Расчистить же тяжелой карьерной техникой вход в пещеру у а. Новохорьковка удалось в один из вылетов на местность в 2003 г.. Тянущийся метротуннелем горизонтальный вход показался на глубине около трех ярдов от уровня ночной поверхности площадки у входа. Столь мощное наслоение может свидетельствовать об чудовищной древности памятника. Ведь, несмотря на постоянное экологическое воздействие ближайшего коровника и весенний эрозионный подмыв, за последние тысячелетия уровень площадки у входа оставался фактически на одном уровне, о чем свидетельствовали находки современных вещей в верхнем слое (бутылок из под пива “Оболонь”, граненных стаканов, презервативов, использованных прокладок ит.д.) и фольклорные мифологические басни местных жителей, которые проникали в недалеком прошлом в пещеру, делая постоянно у засыпанного входа шахту. С подобной глубиной залегания входного отверстия до этого автору удалось столкнуться только в ранней, еще неполовозрелой юности (Стебкин В.Б. Норы Вицли-Пуцли, 1380).
Попав в пещеру, пришлось продвигаться первые шесть километров в широтном направлении ползком, по методу Шлиман-Орловича (т.е. по самые армейские ботинки). Перегной с поверхности затянул не только вход, но и околовходовое отверстие подземелья. В результате длительной изоляции и стагнации воздух в пещере был труден для дыхания носоглоткой и подозрительно бодрил. После заворота хода по линии магнитной сингулярности, стало возможно продвигаться в полный рост позвоночника, хотя на полу продолжали оставаться какие-то плохо пахнущие напластования, принесенные канализационными водами. Еще через шесть метров или полуметров коридор разделился на два полноводных рукава, один из которых тянулся параллелепипедом. Пройдя по нему около пятнадцати метров, попадаем в точку омега соединения рукавов коридора. Еще через три метра становится виден второй (из ста сорока шести) засыпанный вход в подземелье, тянущийся в бесконечность мироздания. Бредя мимо него далее по направлению к звезде Альдебаран, через восемь метров тупо приходим к банальной развилке. Левая ее часть через несколько метров заканчивается грандиозным тупиком. Двигаясь всеми членами и корпусом тела направо, попадаешь в небольшую треугольную келью, а проще говоря, нору. Вход в нее представляет собой небольшую бутылкообразную горловину, в которую может протиснуться взрослый горбатый человек или карлик-мутант. Пазы по ее краям свидетельствуют о том, что она могла закрываться бронированной дверью или танковым люком. В этой келье мог подвизаться кто угодно. Кельи с таким же замысловатым входом, но меньших размеров, были ранее обнаружены в пещерах на Черкизовском рынке в Москве, и в них проживали в громадном количестве нелегальные китайцы (Степкин В.Б., Московский Шаолинь, 1937., с. 75-77). Через четыре метра от развилки с кельей пещера, Читать далее...

[540x339]
“СТРАНА ГЛУХИХ II”


Сказки о России

Эх, живем мы весело –
Так разгульно, песенно!
Все кричим, ругаемся,
Как собаки лаемся.
Рвем за глотку ближнего,
Выпивая “лишнего”,
Прячем нож за поясом,
Божьего ждем голоса,
На иконы молимся,
За наживой гонимся,
На костях беснуемся,
За пятак торгуемся,
Хвалим дни советские,
Верим в сказки детские,
Все мечами бряцаем,
И зубами клацаем –
Без порток, от холода,
Без еды, от голода,
Ищем мы Спасителя –
Иль Царя - Освободителя.
Глупые, несчастные
Прячем знамя красное,
Держимся за прошлое,
Помним про хорошее,
Знаем: сталь затупится,
Все как в сказке сбудется,
Но, вот не сбывается,
Тропка в яме обрывается,
В этом Правда Русская -
Нам дорога узкая,
Хочется до звезд взлететь,
Но зовет земная твердь!

март – май 2004 года

* * *
Судьба летела камнем под откос,
Душа рвалась стрелой из тела,
Свинцовый ветер смерть нам нес,
Под черным сапогом земля горела.

В атаку поднимались цепи в полный рост,
И русской кровью обагрялись травы,
Ребята молодые уходили на погост,
Два шага сделав от безызвестности до славы.

Нам было всем по восемнадцать лет,
Немногие с девчонками встречались,
Но взрывом разорвало белый свет,
И мы с войной навеки повенчались.

Легли для нас дороги в сотни верст,
И перекрестки превратились в перекрестья,
И кто-то сделал шаг до орденов и звезд,
А кто-то прошагал до поднебесья…

апрель 2005

[392x289]
Случаются и вот такие фантастик экспедишн:

ПЕЩЕРНЫЙ ЦИКЛ

Вести из экспедиции

1. “Темные анусы земли”
(по материалам бульварной прессы Жлоболэндской губернии)

Акулам пера посвящается

Меня с детства мучили эротические сны. Каждую ночь, я видел темную, сырую пещерку, поросшую лесом. Все мое существо рвалось туда, в сладкую неизвестность, не давая покоя. Кровавыми буквами билась в мозгу одна лишь мысль: анус земли, анус, глубокий анус…
О существовании таинственного провала в Скупой Потудани слышал давно. Правда, одно лишь…, одно лишь нехорошее. Представлял себе небольшую штоленку в метр-два, из которой пахло маняще. Ничего стоящего. Сказки местных туземных аборигенов. Кокаиновый бред сельских растоманов. Тухлый дромос…
Однако за весть об этом отверстии ухватились своими крепкими мозолистыми руками археологи из ОГПУ. И странно, быстро организовали маленькую, карликовую экспедицию в непроходимую сельву Нижнедевицкого уезда, для того, чтобы хотя бы удостовериться есть там феномен или нет. Первый же местный любитель текилы сказал, после пол литры, что есть, и примерно, жестами глухонемого, обрисовал, где искать искомое. Спасибо тебе, неизвестный селянин! Наука тебя не забудет! Заспиртует твои члены в кунсткамере. Левый, а может быть правый берег речки Скупая Потудань представляет из себя обрывистый и высокий склон, типа горной гряды Гималаев. С одной стороны меловая стена, с другой бьется волнами о берег то ли море, то ли пруд, по которому бороздят просторы белые океанские лайнеры – деревянные, плоскодонные, прекрасные. Между ними еле проезжая дорога в никуда. Она, черт возьми, и приводит нас к логу. Здесь обаятельный, нежный паренек пас на верблюде стадо яков. Он, используя местный диалект, буквально в трех словах и уточнил местонахождение пещеры. Да здравствует лаконизм русской речи!
Рассыпавшись по склонам кривой, похожей на Зимбабве балки, ищем анус земли или хотя бы его приметы. Весь склон в свежих кучах
фекалий. Волнуется от сильного ветра распустившаяся конопля. Поиски
ничего не дают. Чувствуется, что нас крупно на… надули.
Нашел – кричит голосом кастрированного кота известный ученый Борисфен Исаакович Шлиман-Орлович. Все остальные, обезумев, устремляются на крик не знамо куда, хотя снизу ничего не заметно, за исключением небольшого всхолмления напоминающего эрегированный бюст.
Представьте себе воронку с плоской и твердой стеной из мела. В стене отверстие, под небольшим наклоном уходящее в бугор. А вокруг молодая поросль. Из отверстия веет замогильной неизвестностью. И кажется, лишь только одна сила может загнать с этого ветреного, травянистого склона в холод и мрак бездны. Это сила неудовлетворенного чувства. Сила алчущего либидо – темная страсть подсознания.
С первого взгляда понятно, что пещера девственна и мел из нее
не брали. Слишком узко и слишком далеко, круто до дна балки или края
ее берега. Черный провал не знал еще потной и властной руки Homo sapiens.
Тем временем отчаянный исследователь Борисфен Исаакович на брюхе, цепляясь всеми своими членами, по самые свои армейские ботинки залез в эту нору, по другому и не назовешь, попросил керосиновую лампу, мачете, топор, астролябию, трехдневный запас продуктов и анакондой двинулся дальше, дефлорируя равновесие экосистемы.
Опасаясь, как бы он там не застрял навсегда от удовольствия, попросили его не рисковать, ибо ни веревки, чтобы подвесить его труп или фонаря, чтобы подсветить его могилку на кладбище, у нас собой не было. Печально. Орлович, как цирковой акробат выполз зародышем на свет божий, и сообщил, что пещера уходит значительно глубже, в Америку, только немного сужается с боков. Вот же незадача!
Надо вам сказать, что все это время за нами наблюдали снизу и сверху, справа и слева, не слезая с лошадей и мотоциклов, мулов и мустангов, танков и бронетранспортеров, самолетов и вертолетов, как узкоглазые чукчи за партией геологов, ползущих по дну каньона. Наконец всадник не выдержал, оставил свое любимое стадо коз и поскакал в нашу сторону, убивая своим астральным дыханием все живое вокруг.
Всадником оказался паренек лет под шестьдесят. Узнав, кто мы и откуда, пожелал нам удачи по-русски, и рассказал, что с детства страдает онанизмом, маниакальной шизофренией, диареей и не раз проникал не в одну такую пещерку. Только входы тогда были пошире, ходы по проще и глубже, а кустарник гуще. Бывало, камешек, брошенный опытной рукой в пустоту, так и не достигал дна. И часто, оттуда так несло газом, что не продохнуть. В довершение своего монолога, изобилующего изысканным русским фольклором, паренек вскормленный “Виагрой”, сообщил нам по секрету, что в пещере спрятаны сокровища Александра Македонского, золото инков, золотой запас Российской империи и бриллианты Читать далее...

Вчера лицезрел очередной провал “коней” в Лиге. Грустно. Они, как команда, мне все равно, что молоток балерине. За державу обидно. Проклятые очки в копилку коэффициентов УЕФА нужны. Что сказать? Опять мандрыкнулись.… В целом, по первому тайму игра “коням” давалась. Итальянцы, придерживались своей любимой выездной тактике: не дай сыграть хозяевам – лови свой момент. Но момент использовал “центровой” ЦСКА”, парень с фамилией всего на две буквы (а не на три, как у нас русских), Жо красиво обработал мяч и забил. Концовка тайма превратилась для “скакунов” в больницу: неплохо игравший Дуду подвернул ножку, а А. Березуцкого препарировал “техничный” Фигу. Наступил второй тайм и мы узнали, кто есть ху (или ху из ху, не знаю, языком не владею). Закон футбольный гласит: при равной игре и равных возможностях побеждает та команда, у которой состав квалифицированней. После ухода Дуду, центр поля был проигран, молодой Григорьев старался, но они Жирковым так и не смогли закрыть футбольного пенсионера Фигу, Жо есть Жо, но это пока не Вагнер, бразильский “крысеныш” Ратинью забился в норку (видно испугался серьезных дядек из Европы Южной Америки), ну а Мандрыкин, что М…, что тут говорить, это надо видеть, причем в каждой игре. Тут-то “Интер” чисто на своем итальянском классе и забил два гола. “ЦСКА” трепыхался до последнего, мог добыть ничью, а мог получить подарок в виде 4-1. Концовка вовсе напоминала судороги утопленника – обычный штурм хозяев отсутствовал. Что ж, результат в футболе всегда закономерен. Добро пожаловать в Милан!

[340x528]
Она навалилась на него всей своей неистовой мощью. Мощью изголодавшегося тела. Тела, именно как физического предмета. Как вязанки дров, обрезка металлической трубы или банального бревна…

Лауреат премии “Русский бухер”! Роман откровение! Роман вызов! Роман провокация! “Сердце свиньи” – трагическое повествование о фатальной судьбе российских хряков! Читай и плачь! “Сердце свиньи” – твой знаковый выбор!

Девушка, Вы так прекрасны, что Вам не хватает только шелковой уздечки и драгунского седла!

Милая, ты вкусно пахнешь огурцом! Что, свежим, зеленым, с грядки? Нет! Соленым, бочковым, с хреном!

И правда, Россия – удивительная страна, здесь даже хозяин “Русского аппетита” и тот еврей.

С чего, блин, начинал:

“Влияние буго-днестровской культуры на культуры лесостепи Восточной Европы”.

(Тезисы доклада на Межвузовской студенческой конференции, состоявшейся в апреле 1985 года).

Основной задачей моего доклада, является выделение черт влияния буго-днестровской культуры
на неолитические культуры лесостепи Восточной Европы и попытка найти эти черты в материалах Среднего Подонья. В своем докладе я собираюсь рассмотреть влияние буго-днестровской культуры (в дальнейшем, БДК) на сурско-днепровскую (СДК) и днепро-донецкую (ДДК). Эти культуры рассматриваются мной, во-первых, потому, что они территориально близки БДК, во-вторых, довольно хорошо изучены. В моем докладе использованы материалы из коллекции Университетских стоянок, книга Даниленко В.Н. “Неолит Украины”, статья Титовой Е.Т. “Новые местонахождения неолитической эпохи в Среднем Поднепровье”, а также, статья Поповой Т.Н. “Классификация орнаментов неолитической керамики Черкасской стоянки”.
При рассмотрении БДК и ДДК я следую за В.Н. Даниленко. По его мнению, БДК занимала территорию Южного Буга и Среднего Днестра, а днепродонецкая этнокультурная область в период наивысшего расцвета охватывала южные районы Белоруссии, а в границах Украины – Припятский, Деснянский бассейны, Средний Днепр, верхнюю и среднюю часть бассейна Северского Донца.
В ходе изучения БДК и ДДК В.Н. Даниленко разделил их историю на фазы и этапы. 1-я фаза развития БДК – скибинецкая, синхронна струмельской фазе I-ого этапа ДДК. Гончарные традиции данных фаз очень близки. Они характеризуются глубокими, прямостенными горшками с острым или шиповидным дном. В тесто сосудов добавлено большое количество растительной примеси. Горшки толстостенные и орнаментированы расчесами или вовсе не имеют орнамента.
2-я фаза – соколецкая, БДК, синхронна заваловской ДДК. Гончарные традиции названных фаз,
также близки. Они отмечены наличием широко открытых сосудов S-видного профиля, имеющих растительную примесь в тесте, орнаментированных линейным орнаментом и лентами, состоящими из косо поставленных оттисков прямого или гребенчатого штампа.
3-я фаза – печерская, БДК, представлена двумя линиями развития гончарных традиций. I-я линия
- это развитие предшествующей керамики. В тесто сосудов добавлена растительная примесь, основная форма – сосуды S-видного профиля с острым или плоским дном. Керамика орнаментирована прочерченными линиями, образующими криволинейные ленточные композиции. II-я линия развития возникла под влиянием южно-европейских земледельческих культур.
3-я фаза – гриневская, ДДК, синхронна печерской БДК. На этой фазе также выделяется 2 группы керамики: I-я группа – дальнейшее развитие предшествующих гончарных традиций; II-я группа – тонкостенные сосуды со сложным геометрическим орнаментом, плоским дном и выпуклыми плечиками Керамика аналогичная второй группе известна в печерских памятниках БДК.
Таким образом, можно сделать вывод, что весь первый этап ДДК прошел под знаком доминирования БДК. Это выражалось, во-первых, в том, что мотыжное земледелие было основой экономики днепро-донецкого населения; во-вторых, в сходстве керамики двух культур. Можно также согласиться с В.Н. Даниленко, считавшим, что ДДК на I-ом этапе своего развития являлась филиалом БДК.
II-ой этап ДДК можно с полным основанием назвать собственно днепро-донецким. На этом этапе культура достигает наивысшего расцвета и наибольшего территориального распространения. Для этого этапа характерна остро - и круглодонная толстостенная посуда, в тесто которой добавлено большое количество растительной примеси. Она орнаментирована зональными композициями, состоящими из линий и оттисков гребенчатого штампа. В период наивысшего расцвета ДДК, по мнению В.Н. Даниленко, ее гончарные традиции влияли на буго-днестровскую керамику, в которой происходит упрощение форм и появляется большое количество сосудов, орнаментированных оттисками гребенчатого штампа и наколами.
III-й этап – это время частичного упадка ДДК и, как следствие этого, восстановление влияния
БДК. Это проявляется в появлении мотыжного земледелия. Бузьковская фаза этого этапа синхронна савранской БДК. Она характеризуется двумя типами керамики. I-й тип – глубокие, плоскодонные, ребристые сосуды с высоким воронковидным низом. Они имеют прямые аналогии в керамики БДК.
II-й тип – является продолжением развития гончарных традиций ДДК. Это глубокие остродонные горшки S-видного профиля, в тесте которых присутствует растительная примесь. Они орнаментированы проглаженным линейным орнаментом, составляющим угловатые композиции.
Территория распространения сурско-днепровской культуры (СДК) – днепровское Надпорожье.По мнению В.Н. Даниленко, СДК сложилась на основе местного мезолита гребенниковского типа под непосредственным влиянием с юга приазовской культуры. Кизлевская, виноградовская, вольненская фазы СДК, синхронные скибинецкой, соколецкой, печерской Читать далее...

Настроение сейчас - Драйв

По просьбе моего товарища по оружию, закоренелого центуриона максимуса Крюка:
“КУВАЛДОЮ ПО ЗУБАМ”
в соавторстве с М. Слиманом (его идея - моя доработка)

Я рву это серое небо-брезент,
Я рву его, рву, под барабан.
Трата – та – та!
Я – строитель будущего,
Говорю Вам – заморским ослам:
Ха-ха-ха!
Мы, еще не взрослые,
А взрослые, уже не дети.
Мы рельсы несем, строим Турксиб –
Это не тети-мети!
Мы жилы рвем, ломаем
Руки, ноги, ребра, шеи,
Ножи тачаем,
Чтобы пустить вас всех на портупеи.
Нам шинели дороже вашей барской парчи,
Вот идут наши трубачи!
Мы – жрем, а вы – едите,
Мы – дрыхнем, а вы спите,
Мы с детства, клозетов не зная,
Маемся по кустам,
А спросите нас, ответим - кувалдою по зубам!
Наш флаг, барабан горны,
Как виселицы своеобразные,
Мы всех буржуев вздернем,
Хоть грязные и безобразные!
И в наших винтовках патронов хватит
На всех заморских тиранов,
Хор пораженцев заглушат
Ритмы красных тамтамов!
До хрена в депо поездов,
Всяких, тем более броне.
Пусть подыхает капитализм,
Оглохнув в монетном звоне!
Мы – первые, умные, славные.
Быт ужасней паров цианида.
Мы – смелые, интернациональные,
Так Равенство победит вас, гниды!
И пусть по углам еще возится,
Этот булыжно-грудастый быт,
Товарищи, не печальтесь,
Быт – будет разбит!
Это у них в Заморье всякие сифилисы,
Это у них бляди телом торгуют смело.
Наши же Марьи и Василисы,
с медициной под руку,
Прижмут это грязное дело!
Это там поцелуй.
Фуй!
А у нас, семья
И партия – твоя и моя!
А у них, любовь!?
То, да се – пустословь!
Ну, а что есть любовь, научно?
Это вымысел.
Нет любви, тем более по научному!
Эй, настырный, тебе же ответим,
Как ответил однажды Маркс:
На Земле будут общие дети,
Как Единство всемирных рас!
Буржуев любовь – не наша.
Это, наверное, секс – хлам!
А у нас, комсомолия краше,
А усомнитесь – ответим кувалдою по зубам!
Трам, тарарам, там!
Это гор барабаны или барабаны гор.
Напустим, друзья, на Запад,
Презрения Советского мор!
Всяких там искусств буржуазных,
Нам, и за алтын на фиг!
Мы, себе устроим праздник,
Как жизнь - в один миг!
Рембрантов, Гогенов и разных прочих
Полотна, сравнятся разве
C трудами наших рабочих!
Вы там, в галереях вздыхаете -
На мешковине баба, ляжками сильная .
Что ж, баба разве искусство, не знаете?
Белая, глаза замогильные.
А то ли дело, кузнец, на перекос Данаям.
Вы, господа, погодите, не то, еще изваяем!
Нам все мило, кроме ваших рож.
Мы не сменяем на цепи наших рогож!
Но разве, это докажешь Вам?!
А усомнитесь - ответим кувалдою по зубам!
Да, о всяких гимнах и царских орлах
Тоже трудящихся слово есть.
Слово литое, как из свинца.
Слово, как смерти весть!
Мы поем и смеемся грохотно,
Тяжко рты ветрам открыв,
Пусть содрогнется и вскрикнет
От страха порушенный Мир!
У нас, крестьянка, серп труда воздев,
Рабочему с кувалдой в рот глядит.
Да так, что ваш старорежимный лев,
Болонкой в Африку бежит!
Такая дорога дороге рознь.
Но только не наша, знайте -
Поднимем мы гнева гроздь,
О жалости, не мечтайте!
Ам, трам, выстрел, Блюхер -
Дырки во вражьи головы.
Шум, гам, шухер -
У нас, людей не кушают от голода!
Не верите? И страшно Вам?
Так мы поможем, кувалдой по зубам!

Для незнакомых девушек он представлялся загадочно и таинственно: клининг-оператор WC. Хотя родные и близкие знали его как обыкновенного говночиста.

Ах, молодость, молодость – море, девушки, Анапа. В основном, правда, “Анапа”…

Форма ее тела напоминала своими чудными очертаниями бутылку “Советского шампанского”.

В России много грязи, больше грязи – только мрази!

Год то, Новый – грабли старые!

Твое лицо ваял не Микеланджело. Кто ж, если не секрет? Наверно пьяный Пикассо!

А это, что за кофточка лежит, типа подстилки?

О важности математики: промахнулся всего на два градуса – и где ее теперь искать среди ночи…

[614x699]
“РУНЫ ОГНЯ”
                                         Посвящаю Дарье
* * *
В знаках, в знамениях, в полунамеках,
В хитросплетениях звездных дорог,
Я постигаю смысл твой глубокий –
Ты моя карма, мой Фатум, мой Бог…
                                             октябрь 2004
* * *
Нелепо все произошло,
случилось.
Нам время для двоих текло –
остановилось.
Такой банальный поворот,
увы, не нов.
Вот душу боль на части рвет,
и режет в кровь.
Печально. Руны странствий и дорог
легли для нас.
Но манит, манит меня Рок
в озера твоих глаз…
                                           июль 2003 года
* * *
История печальная
моей любви,
как драма театральная –
от смеха до крови.
Где диалоги длинные,
где паузы поэтика,
слова в лицо обидные,
как жизни диалектика.
Вот так, душе потворствуя,
играю в пьесе роль.
Позируя, актерствуя,
я познаю и страсть, и боль.
                                              октябрь 2003
* * *
Поступью нежной,
шелестом трав,
морем безбрежным,
песней дубрав,
ласковым ветром,
весенней пастелью,
жестом ответным,
хрустальной капелью,
лучиком света,
небес синевою,
трепетом цвета,
луной молодою,
в сердце моем
ты навек поселилась,
тайной тайн
для меня ты открылась!…
                                 апрель 2003 года

* * *
Мы замки строили на берегу,
Купались в отражении звезд.
Мы запах трав вдыхали на бегу,
И погружались в море грез.
Нам спутницей была луна,
А ложем – горькая полынь.
Для нас в садах цвела весна,
В стране, где неба синь.
Нам солнце озаряло дни,
И ветер песни пел.
Мы были существом одним,
Огонь любви нас грел.
                                        декабрь 2003

* * *
Снова осень грустью опечалилась,
Слезами дождя на землю пролилась.
Сердце ждать любовь отчаялось,
Одиночеством расстроилось.
Небо тучами грозы насупилось,
И ветрами злыми рассердилось.
Вот душа моя нахмурилась,
От того, что ты приснилась…
                                             январь 2004

* * *
Как все печально, глупо и смешно:
Два сердца встретились, и вот – разлука.
На небесах Богами решено:
Что вместе нам не быть. Такая штука…
                                             август 2004

[458x227]
СЕРЕБРО РУН
Тайна души

Мы забыли слова Заратуштры, мы больше не слышим пронзительной музыки сфер, древняя мудрость Вед не дает нам озарения, а голос Сиддтхархи Гаутамы не ведет нас к просветлению. Жертвенные алтари поросли мхом, и потоки тысячи тысяч дождей смыли с них священную кровь. В мистических и сакральных начертаниях рун, мы не видим узора будущего. Оплодотворяющий акт Матушки – Земли и Неба – Отца, танец ветра и черный полог ночи, раскаты грома и огненные колесницы молний для нас лишь закономерная игра Природы, а Солнце и Луна, не более чем далекие светила. Звезды не указывают нам больше путь и не предсказывают нам нашу судьбу. Зевс и Один, неистовый Рудра и всесильная Иштар, всемогущий Ра и хитроумный Локки для нас лишь воспаленная и больная фантазия наших “недалеких предков”. Мы уверенны, что мы – другие, что мы – иные. Мы – мертворожденные дети Интернета, его кровь и плоть и его, не искупленная жертва. Мы – всемирные повелители машин и одновременно их покорные рабы. Мы – венец Творения. Железная логика законов, цифр и фактов, непогрешимость аксиом, стальные браслеты демократии – вот наши Боги, наши столпы, основы нашей Цивилизации. Да, мы – такие, мы так думаем, мы в это верим, мы уверенны в себе и в своей правоте. Багдад пылает в огне, а кровожадные орды точат нож безумного джихада. Но… Но, вдруг, внезапно, защемит сердце, глядя на улетающую в небесную даль стаю лебедей. Запоет оно, растворившись в звенящем море степных трав. Позовет рано утром в дорогу по первому выпавшему снегу, лежащему, словно белый лист еще не прочитанной книги. И тогда, мы поймем - нет, ничего в нас не изменилось! И в танце шамана, в броске гадальных костей, рисунке на панцире черепахи, в плывущих среди пустыни пирамидах Гизы, в падающих на землю корабликах пожелтевшей листвы мы ищем альфу и омегу Бытия. Ищем себя. Стремимся постигнуть сокровенный смысл Серебра Рун – мелодии человеческой души. И Ее вечную тайну…

[310x257]
АУМ!

“КОЛЕСО САНСАРЫ”

Мы обречены на
вечные скитания…

Века, народы, города -
лишь знаки на пути, в
дороге пилигрима…

Пришедшим из Ниоткуда,
И ушедшим в Никуда…


…Ааа-ууу-ммм… ОМ МА НИ ПАД МЕ ХУМ… ОМ, и явит себя шести мирам многоликий Авалокитешвара, утешая и спасая страждущих. МА, потоком сияющего света пронзит тьму лучезарный Вайрочана, даруя спокойствие. НИ, сокрушит топором грома сонм демонов Ваджрасаттва, неся очищение. ПАД, и тот, из кого возникают драгоценности, Ратнасамбхава, научит ищущих подлинному созерцанию. МЕ, и Амитабха, Великий владыка “чистой земли”, укажет путь, сквозь путы и тернии заблуждения. ХУМ, и Будда грядущего, Майтрейя, со своим верным Гарудой, возвестит начало новой Юги… Клик-клик, ш-ш-ш… Падение в пустоту. Темную, безразличную, пугающую. В бездонный, засасывающий провал, вне времени и пространства. И вдруг, резкая ослепляющая вспышка света. И голоса. Тысячи голосов. Сначала отдаленных, еле слышных, а потом все нарастающих, подобно рокоту штормового океана… Я – лишь одинокая утлая лодчонка, блуждающая в потоке, я – лишь сгусток Праны, созидающей силы Вселенной, я – лишь метаморфоза непостоянства дхарм, я - … Охотники возвращались в пещеру не с чем. Небесный Отец вновь отвернулся от Сыновей Медведя, лишив в очередной раз самых опытных и умелых из них добычи. Старый Горум, Свирепый Вепрь, старейшина племени, глядя на проходящих мимо него угрюмых и убитых горем людей, думал о том, что Владыка Грома опять недоволен принесенной ему накануне жертвой – зверь пропал, исчез. Голод и болезни этой зимы, пожрали уже половину его рода, не щадя не мужчин, не женщин, не детей. Видимо Повелитель Молний гневается на потомков Хозяина Леса и жаждет крови, этого священного напитка Богов. Предстоит нелегкий выбор.… Жизнь – как игра, игра как жизнь. Непрерывное движение от черного к белому и обратно. Хаос, переходящий в хаос, через краткий миг равновесия. Бесконечная метаморфоза Инь и Ян, как вечный закон Создателя. Колебание вселенского маятника между жизнью и смертью… Риши – рекущие, обезмолвили, ибо слуги Ямы лишили их языка… Плеть надсмотрщика не знала отдыха, вгрызаясь в податливую человеческую плоть. Великая пирамида росла на костях рабов… О, Амон-Ра, Всевидящий и Светоносный к тебе взываю я!… Отправился Каллимах к Харону-перевозчику, и что интересно, старик-ментор до конца оставался верен себе, поклоняясь Бахусу и прекрасной Афродите. Вином упивался по-свински, причем, на манер варваров, не разбавляя, и как старый козлище не пропускал не один более или менее пышный и аппетитный зад… Ловкий и подвижный, словно ртуть, галл падал в темноту, взирая невидящими глазами на жаркое июльское солнце. Его могучее, тренированное тело, пронзенное коварным ударом трезубца, покидала жизнь, обагряя белоснежный песок арены. Рядом с ним, группа германцев, опьяненных безумием боя, добивала с упоением оставшихся в живых противников. Коллизеум – тысячеголосый, жестокий и беспощадный зверь, требовал для несчастных быстрой гибели, предвкушая скорое завершение этой драмы. Аве Цезарь! Идущие на смерть… Обнаженная красота храмовой танцовщицы манила и завораживала. Грациозно двигаясь в такт быстрой и ритмичной музыки барабанов, она разжигала в окружающих пламя страстного, жгучего желания. Желания плоти. Повинуясь ее бесстыдному танцу, паломники храма Великой Матери Кибелы, как одержимые, отдавались древнему и могучему инкстинту Любви… Искра священного откровения упала на благодатную почву. В народе бродила смута. Нищие, задавленные непомерными поборами дехкане, мелкие торговцы, воинственные кочевники-скотоводы внимали на площадях проповедям фанатичных дервишей. Все ждали явления Махди. И вот Он пришел, появившись из ниоткуда, в какой-то деревушке на окраине империи. И запылало пламя беспощадного джихада… Ты удачлив Тугай, Хан-Тэнгрэ, к тебе благосклонен. Богатый хабар достался тебе в этом набеге на землю урусов. Наш повелитель, Кубрат, да продлятся его дни вечно, будет тобой доволен. Да, Тугай, добей раненных и ослабевших – они нам не к чему, только удлиняют переходы. Боюсь, как бы не было погони.… Вращается, мелькает гончарный круг. Искусные руки мастера творят из бездушной глины то простой незамысловатый горшок, то изящную дорогую вазу. Вот так и бессмертные Боги создали давным-давно из обыкновенной глины первого человека. Вращается, мелькает гончарный круг… Хлеба кусочек, хлеба, родимые, дайте! Помирают деточки, с голода пухнут. А - а-а!… Аллаху Акбар! И превратились гонимые в гонителей. И по воле Пророка уничтожили своих врагов, захватили их стада и пастбища, а жен и детей превратили в рабов… Проклятое невезение, проклятый капитан Смит, проклятая старая посудина, с которой давно надо было уйти. Но на мою беду, Читать далее...

Адептам Дао и Дзен предлагаю книги из своего архива.

Не будем тянуть кота за яйца, окончание сказки:

IV
Как говорил бессмертный классик –
Мужик, а не какой-то “Стасик”:
“Суха теория, мой друг,
без “поля”, водки и подруг,
где мы бродили по дороге,
где намозолили не только ноги,
Поэтому, умением впихнуть,
У нас не мудрено блеснуть.”
Прошел походные горнила
И наш известный гомодрилла.
Да, то были приключения, хождения по мукам,
В пи..у померкла слава Магеллана с Куком.
На верхнетуровских просторах,
Среди студенток наводил он шорох.
Те, видя Борю, так дрожали,
Что кипятком от страха ссали.
А на раскопе, там, где предков кости,
Ломал бродяга бровки в дикой злости.
Но, если резать правду-матку,
Пахал Бориска, как лошадка.
Утюжил землю, словно танк,
Недаром дали прозвище – Мустанг!
А все мустанги – иноходцы,
И жеребцы могучие – первопроходцы.
Да, только вот орловская порода,
Среди кобыл не знала хода.
Самец наш ржал, копытом бил,
Немало спермы изводил,
Но, в табуне другие кони,
На случку уводили пони.
В итоге, мерин тосковал,
И с голодухи, в прериях скакал.
Сезоны за сезоном шли,
А на табло – одни нули!
Ну, то, да се, да трали-вали,
Деньки студента-Бори увядали.
Тут, курс последний, где учеба – кома,
Экзамен-гос и хрень диплома,
Босс ВГУ, с ним шуры-муры,
И замаячила звезда аспирантуры.
Потом, по школам шоу-номер,
Кто видел это – сразу помер!
Что ж, после этих дефлораций,
Настало время выбрать тему диссертаций.
Ученый муж по тундре побродил,
И, наконец, сенсацию родил.
О том, что поле Куликово,
Все ж расположено в Орлово,
И всем известное побоище,
Совсем не битва, а поеб.ще.
Вот, правда: схватку начал Челубей,
Но лишь просил, урус налей!
Хотел тот чурка похмелиться,
Ему ж, всадили в ягодицы.
Ведь поединщики лихие,
Все, как один, были бухие.
Монахи: Пересвет с Ослябей – геи,
Ну, а татары, факт – одни евреи!
Великий князь Донской, маньяк без бошки,
Имел елду огромную гармошкой,
А в возвышении Москвы,
Видна рука поляков и Литвы.
Расклад же о полке в засаде,
Уж знали по утру в МОССАДе.
И всех доставший хан Мамай –
Был педофил и раздолбай.
Рать генуэзцев – вовсе панки,
Ху.ня, но москвичи пустили танки,
Когда погнали в степь Орду,
Броней, давя ее в пи..у.
Вот после этого блицкрига,
Настал конец для векового ига.

Не правда ли, коллеги, классное творение
Создал Борис, вдыхая испарения
Навозных куч страны родной,
Где помутился ум его больной.
Себе он памятник воздвиг нерукотворный,
К нему, не зарастет вьетнамская тропа,
Вознесся тот, лингамом непокорным,
Мощней любого возбужденного столпа.
V
О, бедная наука, страшен гений,
Который бредом мыслей-удобрений,
Свободу творчества загадит сорняком,
И умного, объявит дураком.
Но, черт возьми, есть люди в наше время,
Богатыри, не то, что нынешнее племя.
Они взъеб..ли “Шлимана” и в пух, и прах,
И наступил его карьере полный крах.

Маньяк! По лесу не ходи,
И жертв ты в чащу не води.
В кустах не прячься гомосек –
Идет железный дровосек.
На нем оранжевый прикид,
И злость неандертальская кипит.
Вдоль по “железке” Центр-Юг,
Всему живому наступил каюк.
Летите под откосы поезда –
Пришла вам полная пи.да!
Поют марш похоронный трубы –
Подался Борька в лесорубы.
Льют слезы жалобно зверушки,
Среди пеньков, на выжженной опушки.
Там, где шумел прекрасный бор,
Прошел безжалостный топор!…

Коллизия судьбы – богов фантазия!
Ты думал, в Африку попасть – а это Азия!
Мечтал подняться до небес – в цари и князи,
Ну, а тебя, опять в дерьмо, обратно к грязи!
Хотел ты к трону вознестись, взлетев над стадом,
Но жизнь, вдруг повернулась не лицом, а задом!
Да, грустный поворот, глупцов лаборатория,
О графском сыне сказ – российская история!
Для вас, ее я рассказал, как в назидание,
Чтоб не мутили разум вам, бредовые мечтания!

А впрочем, милый, кушай пирожок,
Соси от счастья леденец,
Ты поумнеешь, вряд ли, мой дружок,
Поэтому, …пи..ец!

ВМЕСТО P.S.

Сии мерзопакостные и хулительные вирши –лишь плод воспаленного разума и больной фантазии. Посему, все совпадения с реальными событиями, фактами и лицами, являются чисто случайными. За что, пиит ответственности не несет. А впрочем, как говорят у нас в Жлоболенде: кто не спрятался – я не виноват!

Моя сказка продолжается, не расслабляйтесь:

III
Бегут безумные года,
И все кончается всегда.
Ты не успеешь кинуть взгляд,
А “он”, уж не стоит – бл...ям не рад.
Или собрался отдохнуть с отрывом,
И вот – иссякла водка с пивом.
Но хватит философской мути,
Судьба – не тутти-фрутти.
Дрожите! БИО-крендель
Дождался, наконец-то, дембель.
Весь гарнизон собрался на парад,
Когда его коленкой пхнули в зад.
И по прошествии трех дней,
Он очутился средь родных свиней.
А там, в Рассеи, все как в старь –
Грязь, дураки и в сердце хмарь.
Кругом засилье хамских рож,
Разруха, пьянство и гудеж.
Задумался Борис, куда б податься?
Быть иль не быть,
Пить иль не пить,
Кому отдаться?
Пошевелил мозгой натужно,
И вывод сделал – в жопу нужно,
Поля пахать и нивы жать,
А надо в город убежать.
Где для такого красавца,
Найдется радость для конца!

О, град чудесный, мой Воронеж,
Догнать захочешь – не догонишь!
Куда там, лягушачьему Парижу –
Деревня, захолустье, ненавижу!
Кондовая столица Черноземья,
Затмит собою иноземье.
Ведь в мире, знает каждый даун,
Великий город Жлоботаун!
И всем скажу я без вранья –
Всех круче, Родина моя!
Но, чу! Сюда с обозом,
Пропахший луком и навозом,
Как Ломоносов с Холмогор,
Идет ужасный Боря-мор.
Скорей же прячьтесь в норы –
Пришла беда на дивные просторы!

Все знают, в жизни без бумажки –
Ты ноль, никто, вонючая какашка.
И если нет у вас диплома,
То ждите ох....ого облома.
Поэтому, наш вождь - фаллический зверюка,
Решил собою одарить науку.
Не зная Аз, и Буки с Веди,
Он оказался в славном Педе.
На свете много институтов,
Но столько чудных проституток,
И алкоголиков в нужде,
Среди студентов нет нигде!
Писец! Молчу про это,
Наступит время водки и минета.
А наш бастард, в такой расклад вписался,
В общаге местной прописался,
И стал халявой постигать,
Как пиво жрать и баб еб...ь.
История ему с трудом давалась,
Сказать точнее, отдавалась.
Вот ведь, продажная наука,
И тут его обламывала, сука!
То Древний Мир, покажет жопу,
То самого, натянут на Европу,
То бородатый пид...с,
Библейской мутью тычет в глаз,
А пуще всех, Восток дремучий,
Где Мао, Такугава и еврей еб..ий.
Ну, в общем, бредни как всегда –
Зачеты, сессии. Пиз..а!
И так бы шло его учение –
В обломах, пьянстве и мучениях,
И в героической борьбе,
Как выеб..ться, заявить бы о себе.
Но до него дошла молва,
Что в альма-матер есть братва,
Крутая, супер-отморозки,
Которая запудрит мозги
Любому, только рот открой –
Отправят сразу на покой!
Парнишки ладные, как на подбор,
И с ними дядька, Черномор.
Дрожала тундра, степь, тайга,
Когда там шли архелага!
Задумался мужик как быть,
И чем бы, тех ученых удивить,
Чтоб в кабинет попасть не “боем”,
А Шварценеггером-героем.
И накурившись ночью “плана”,
Решил в кумаре, дельтапланы
Использовать для “полевых” облетов -
Не все ж пешком, ходить-то идиотам.
Вот этой мыслью одержим, как бесом,
Явился к археологам повеса.
Те на него с прищуром посмотрели,
И правду говоря, все опупели.
На первый взгляд, не глуп, хотя и гоблин,
А вникнешь в тему – оху...шь, во блин!
Но что же делать, где решение?
Послать в пи..у? А вдруг он гений?
И порешили: Боре – рыть!
Мечтатель, но бульдозер сможет заменить!

(продолжение следует...)
[329x500]

[256x217]
Вот Вам продолжение банкета:

II
Злой казах в степи гуляет,
Табуны коней гоняет.
Средь просторов Казахстана,
Хорошо жиреть баранам.
Здесь, где рай для желтолицых,
Крепость стала на границе.
Берегись верблюд горбатый –
Борька служит в ней солдатом.
Он хотел попасть в гусары,
Но мерзавцы генералы,
Осмотревши молодца
С головы и до конца,
Свой вердикт сказали дружно:
На х... нам таких не нужно!
Что за рожа – вот умора,
И такого в гренадеры?
Не хотим в частях заразы,
Пусть поедет к узкоглазым,
Если те, его увидят –
То Россию не обидят.
От такого сатаны,
Можно наложить в штаны!

Служба в армии не мед,
Солдат спит – она идет.
Ну, а для героя Бори,
Приносила только горе.
У кого ума палата,
Того ждет всегда расплата.
Мысль озвучишь, да не ту –
В раз получишь по хребту.
А у нашего парнишки,
Копошилися мыслишки.
К сожалению не простые,
Как чугун – тяжелые, литые.
Ими он блистал без меры,
Так, что выли офицеры.
От того-то наш мечтатель,
Вытирал в сортире кафель.
Вот пример его идеи,
Оцени – и обалдеешь.
Прочитал Бориска где-то,
Про таинственну ракету.
Ну и сразу к командирам,
Говорит: “Владеть нам миром,
Если бы построить чудо –
Дядя Буш уронит блюдо,
Будем в космосе летать,
Иноземцев всех пугать!”
Те затылки почесали,
И добро ему сказали.
Слово за слово, и вскоре,
Аппарат построил Боря.
Аппаратец не простой –
Деревянный и большой,
Всяких рычагов навалом,
В общем, бочка пороха с запалом.
А на бочке креслецо –
Ну, держися за яйцо!

Солнце красное встает,
Астронавт наш пиво пьет.
Рыбу жадно поедает,
Пузыри слюней пускает.
Вот на старт дают приказ,
Боря в коме, в теле - газ.
Тяжела ты ноша алконавта,
Ой, простите, космонавта.
Но Орлов себя ломая,
Сопли пальцем вытирая,
Завилял по взлетной полосе,
При параде и красе.
А вокруг теснились орды,
Кинешь взгляд - сплошные морды
Генералов, офицеров, писарей,
Мэров, пэров, слесарей,
Все как в цирке собрались,
Посмотреть прыжок мартышки ввысь.
А мартышка – гордый экстремал,
В это время, памперс одевал.
Раскидав на бочке чресла,
Жопу опускал он в кресло.
Тут команда: “Поджигай!”
Понеслась душа Бориски в рай.
Взрыв раздался – трах-бам-бам!
Шквал огня пронесся по степям.
Крики, визги, кутерьма,
Полные штаны дерьма -
Расслабление от страха,
И у русских и казахов.
Говорят, по ихним жузам,
Долго мучились все пузом.
Вот так Борькина затея –
Геморрой и диарея!
Покорения космоса итог:
Переломы рук и ног,
Десять раненных, два трупа,
Опаленная за...па.
Ну, а как же наш дикобраз,
Покоритель звездных трасс?
Он со скоростью сверхзвука,
Словно в сказочке про Мука,
Оказался у китайцев,
Те, ему отбили яйца,
И за дело, тот нахал,
Х... стену пропахал.
Стену, кстати, не простую,
А Великую, Святую.
Да, чудны России дети,
Это вам, не тети мети!

[403x699]
Начинаю, братья, "Сказ", я былинный, блин, рассказ:

“СКАЗ О БОРИСКЕ, ГРАФСКОМ СЫНЕ”

I
За морями, за лесами,
За высокими горами,
На Руси, среди болот,
Жил парнишка-сумасброд.
Руки-клешни, лобик низкий,
Звали мужичка Бориской.
Был он родом из Орловых,
Но не знамо от которых.
Говорят, что граф Григорий,
Посещая свой удел Хреновый,
Отдыхая от царицы,
Обласкал одну девицу,
Та девица, понесла,
И батыра родила.
Мальчик рос, как на дрожжах,
Волосател на глазах.
Все умнел не по годам,
Рано стал глотать “Агдам”,
И заглядывать под юбки,
С криком: “Дайте, проститутки!”
Но девчата не давали,
Парня на х... посылали.
Боря понял, бабы – суки,
Начал грызть гранит науки.
Чтобы стать крутым и клевым,
Не крутить хвосты коровам,
Получил права извоза,
Но накушавшись навоза,
И разбив зимой телегу,
Разогнав ее с разбегу,
В раз смекнул, что дело – хрень,
Надо двигать с деревень.
И не зря, Бориску не любили,
Мужики его колами били,
Все за то, что часто он,
В стельку, будучи хмелен,
Говорил: “Я сын дворянский,
И хорош, как гранд испанский,
Вы козлы, говно, бурьян,
Я ж, красавец де Артаньян”.
И селяне, слыша эти речи,
Отбивали парню печень.
Алягер ком алягер,
А по-русски: “Вот те хер!”
Так бы, наш герой и жил –
Сопли подтирал, да водку пил.
Но ему вдруг подфартило,
Говорят, везет гориллам.
Как-то летом, утром рано,
Затрещали барабаны,
И вошел в село отряд –
Раздолбаев брать в солдат.
Тут Борис, лихой и гордый,
Пьяный в зюзю, с битой мордой,
Не заглядывая вдаль,
Захотел иметь медаль.
Первым в рекруты забрился,
С радости, опять напился,
Начал прыгать акробатом,
И ругаться дико матом.
Потом плюхнулся в канаву,
Где заснул, предвидя славу.
На рассвете ж, с бодунища,
Взяв в шинке кувшин винища,
Похмелился с мужиками,
И сказав “адиос” маме,
Двинулся в большой поход.
Ну, держись, честной народ!

(продолжение следует...)

Верите ли Вы в чудо? В обыкновенное чудо, что случается сплошь и рядом. Я верю! Но, чаще всего моя вера бывает жестоко обманута. Завтра день Ч. Завтра встретится в бескомпромиссном футбольном сражении русский “Варяг” и английский тяжеловесный дредноут. И так хочется верить, что наши ребята не дрогнут (как всегда). Что у них, не будут трястись на поле поджилки при виде всех этих “великих” Терри, Лэмпардов и Джерррардов. Что они будут наконец-то биться до конца, идя в борьбу костью в кость, и в них проснется чувство Победителя! Так хочется верить, что проявит свой футбольный гений Аршавин, поведя команду за собой, что блеснут жаждой гола и агрессивностью Кержаков и Павлюченко, а Жирков докажет всем, что он один из лучших крайних в Европе. Так хочется верить! Что на поле стадиона “Лужники” будет одна команда – команда России! Несмотря ни на что, вопреки, через себя…
Верите ли Вы в чудо? Я верю! Завтра наступит завтра. Да поможет нам Бог!