Юмор как самозащита – пиздатое средство. Юмор вообще средство пиздатое. Не помогает только от похорон, несчастных случаев и тёщ. А так – от всего. Вскочил фурункул в паху – посмейтесь, и всё пройдёт. Хоть на личных фурункулах и не проверяла, но вам, как дипломированный фурункуловед, работающий со смешанными почвами, советую.
Или, например, на светском мероприятии, что на даче у друзей, какая-то белобрысая скотина с попой (согласитесь, аргумент), мягко намекает на ваши нескромно выпирающие умственные способности.
Так и говорит:
- Дура ты, - говорит, - набитая.
И это при всём честном народе.
Но ты, вместо того, чтобы обидеться, убежать и в уголке пачкать соплями кошку хозяина, превращаешься в сурового русского партизана. А суровые русские партизаны в глазах европейского общества должны вести себя как подобает статусу: одной рукой играть на балалайке, а другой – элегантно швырять в фашистов гранатами, у них же, у фашистов, стыренными. Так вот. Как только враг стал нарываться на драку, упрекая вас в недалёкости (или ещё в чём-то там), первым делом нужно придать его обвинениям оттенок сюрреалистичности, доведя их до абсурда:
- Да, я дура. Мои извилины намотаны на тюбик от губной помады и завязаны морским узлом.
И затем плавно переходишь к составу мозгов врага:
- А как там ваш пучок хлорофитумов?
И всё, в глазах нажравшегося в зюзю высшего общества ты теперь не жалкая лузерша, а офигенно крутая тётка. И, умная, что, по теореме, собссна, и требовалось доказать. Ведь из всех вас ты единственная знаешь, что такое хлорофитумы.
…Некоторые люди говорят, что за маской циничного остряка и позитивного заводилы часто скрывается тонкая и ранимая душа. Эта душа рыдает ночами, тихонько депрессирует, свесив ноги из окна, и вышивает на канве всякие мрачные готические картины. Это враньё, не верьте им. Вот только довышиваю свой натюрморт из черепов - и опять что-нибудь весёленькое напишу. Вот увидите.
В картинах Квентина Тарантино такое невероятное количество цитат и ссылок на фильмы всех возрастов и жанров, что каждый просмотр его очередного творения обязательно откроет что-то новое. От Портера и Беннета до Годара и Хичкока, - вестерны по соседству с самураями, всеми забытые американские мультфильмы 50-х и затерянные на отшибе музыкального мира синглы состарившихся и успешно забытых музыкантов. =>
политика,
это прежде всго способ построения отношений между людьми, вернее само их построение и есть. Настоящий политик - тот, кто способен или жизнь полагает на создании гармонии отношений между людьми, на их созидании. Таким человека делают глубокие убеждения и принципы, которые он готов отстаивать, даже если на карту поставлена жизнь.Если человек не влияет в плане улучшения и чистоты на отношения между людьми, если он сам не является примером для окружающих и носителем высокоморальных, человеческих принципов (Modus vivendi), - то это не политик, это скорее политикан, Circulus vitiosus - порочный круг..
«Для одного из этих гностиков видимый мир был иллюзией или
(что точнее) неким софизмом. Зеркала и деторождение
ненавистны (mirrors and fatherhood are hateful), ибо умножают
и распространяют существующее». // Х.Л.Борхес.
Ну, что вы, люди, будем по-прежнему притворяться, что не чувствуем, не любим, что нам не нужны тепло и нежность? Будем, утверждать, что за деньги можно купить "все"?! Ежится в одеялах и запутываться в своих переживаниях? Скрывать все свои чувства, бояться людей (а не Бога!), пересудов, бабы Мани с подъезда и жалеть о том, чего не сделали?
Я не понимаю, почему все так упираются? Почему так настойчиво делают вид, что любовь сейчас "не в моде"? Что абсолютные ценности - бред прошлого века?
Смешно, но когда я говорю что-то такое страшно личное/душевное/вечное мало того, что у собеседника глаза на лоб лезут ("Ну я прям в первый раз такое слышу!!!"), так он еще и соглашается со мной, почти во всем и чуть не с благодарностью.
Вот я в толк и не возьму, почему все идут в ногу со временем, с его "философией", "моралью", "нравами", а души их живут тем настоящим, что сами отвергают?
Страшное явление, идти по жизни против себя, против своей души раз по тридцать приспосабливаясь под всех и вся. Женщины, пыльные на остановках с семечками, курят, мужчины часто меняют спутниц, ища однако одну единственную. Мы встречаем пустоту. Мы ломаем ноги от каблуков "чтобы нравиться", хотя девушкам так надоели взгляды с вожделением, присвистыванием вслед, противным "зайка", им хочется чистой любви, без просижываний на мужских коленях в парке, с уважением не к их "красивым глазкам", но к ним самим, чтобы кому-то стала интересной их душа, стремления; мы целуемся сразу, только познакомившись, еще не решив: а хотим ли мы этого, а любим ли мы так этого, по сути - первого встречного, человека, чтобы сразу же разрешать себя обнимать? И то же самое я бы сказала и о мужчинах. Мне больно смотреть на них, ищущих среди разодетых, как проститутки, огрубевших, с осипшим голосом, потерявшим женственность, свой настоящий облик женщин свою любимую. Они страдают оттого, что слабая половина ждет от них денег и подарков, причем дорогих, вроде телефона, джипа и жемчужного ожерелья. Они между прочим тоже подстраиваются. А что им делать? Где, как искать ту, идеал которой в общем-то у всех один: скромную, тихую, выходящую замуж ради него самого, а не как средство достижения целей, мягкую, ласковую? Мы пьем на каждой общегородской гулянке, ведь иначе "а как же без этого?". Мы смеемся, если человек боится темноты. Мы никогда не дарим цветов своим любимым (опять-таки "романтика"/элементарное выражение чувств "не в моде"). Мы приходим в гости с конфетами и шоколадкой - "так надо", словно дал шоколадку и "что ты еще хочешь от меня?" Мы непременно заводим детей, словно котят, но не рождаем. Мы ходим с пивом по улице, потому что поглощать жидкость (причем любую) у нас уже вошло в привычку. Мы рисуем человека вверх ногами и восхищаемся "шедевром", мы просто в восторге от стихов без ритма, такта и элементарного таланта, от песен без смыла, или от тех же, в которых абсолютно "конкретный" смысл.
Мы сами рождаем пустоту.
Но что-то не верю я, что те, кто за "свободную" любовь, "равноправие" мужчины и женщины, блестящую карьеру, однополые браки, кроваво размалеванные губы и ногти, брюки на всех подряд, так что не разберешь, а кто это, собственно, пред тобой? - что они все не хотят и не ждут участия, нормальных отношений, если хотите - традиционных.
Но мы имеем то, что имеем. Мы читаем глянцевые журналы с глупыми советами, смотрим на рекламные щиты, пропагандирующие агрессивных женщин и исключительно страстных мужчин. И мы живет так. Мы не замечаем, что пляшем под чью-то дудку.
Но ведь хочется-то настоящего.
Я знаю, что такое счастье - это воздушный геливый шарик внутри тебя. С каждым днем он все быстрее разрастается, вытесняя все остальное. Мешает ровно дышать и поднимает тебя к поднебесью. Но воздушные шарики не могут наполняться до бесконечности. И в конце концов твоё счастье лопается, оставляя вокруг ошметки воспоминаний и геливый воздух - а потому, когда ты начинаешь кричать " Помогите! Мне так страшно!" не своим, полным отчаяния голосом, все слышат лишь писклявое забавное бормотание грустного клоуна...
Если и прочтёшь, то поймёшь ли меня.
[216x160]'Мы промежуточное звено в истории. Ни цели, ни места. У нас нет Великой войны. Нет Великой депрессии. Наша Великая война - внутри нас... Наша Великая депрессия - это наша жизнь.' (c) Fight Club
Поколение 60х было поколением любви и революций в умах - хиппи, рок-музыка и стремительное разрушение ещё существовавших тогда границ. К 80-м границ осталось совсем мало, и пришло поколение ненависти, панка и джинсовых курток, плавно перешедшее в гранж и воспевание анархии в 90-х. А потом наступила неловкая пауза - что дальше-то делать? Поколение утомлённых и скучающих, - бороться особо не с чем, а уж за что-то сражаться и вовсе лень. Мы живём в виртуальном мире, где iPhone - лучший друг человека, а Интернет одновременно заменяет библиотеку, работу и кружок по фото. Даже самые консервативные представители молодёжи, ещё не променявшие бумажные тома Стейнбека и темноту кинозала на опечатки электронных книг и гигабайты скачанных фильмов пребывают в полуреальности, проживая ощущения главных героев и принимая их на веру, тем самым лишая себя обременительной необходимости совершать что-то самостоятельно.
Ни у кого нет впечатления, что в детстве - в те самые 90е - жизнь была более настоящей, более осязаемой? Конечно, когда тебе шесть лет, то и трава зеленее, но и не было тогда возможности решать практически любые повседневные вопросы нажатиями нескольких кнопок.
Мы как упрямые дети, чьи родители строят рожицы и придумывают бессмысленные сказки про самолётики, пытаясь заставить чада разинуть рты и проглотить кашу, а те всё равно хмурятся и с отсутствующим взглядом мотают головами. Мы закормлены технологиями и виртуальными мирами, общаемся сами с собой и от того гордо провозглашаем себя несчастными, депрессивными и психически нездоровыми. Мы живём сегодняшним днём не потому, что смелые и свободные, а потому, что не знаем, чего хотим и ждём от завтрашнего.