Четвертая часть. Более в ближайшее время не предвидится, у меня творческий кризис... Но скорее всего рано или поздно напишу ещё...
«Аспидно-чёрная и не тлеет»
Тьма. Своды тоннеля, идущие в бесконечность, сам тоннель, петляя и поворачивая, оставляет страх и внимание, желание, во чтобы то ни стало заглянуть вперёд, вперёд, дальше и дальше, шаг за шагом углубляясь и продвигаясь, понимая, познавая и осязая... Это оно…
Оно окружает, пожирает и убивает. Страх тоннеля. Чувство, которое испытал на себе каждый житель московского метрополитена, хоть раз в своей жизни выходя с светлых станций, в черноту и ужас тоннеля. Ты идёшь, но каждую секунду тянет оглянуться назад... Всё время пребывания в не изученной, чужеродной, враждебной зоны кажется, что кто-то наблюдает за каждым, вдохом, шагом, движением твоим. Некоторое время ты терпишь этот взгляд, но вскоре не выдерживаешь, оборачиваешься, ещё и ещё, сначала спокойно, потом резко. Но там никого нет. Только пустота, и ветер, обдувающий, и несущий ледяной ужас…
И пока ты стоишь, напрягая глаза, пытаясь что либо высмотреть, это что то, что за тобой наблюдало, концентрируется у тебя за спиной. И в этот момент, главное пересилить, даже разозлиться, возбудить природный гнев и ярость зверя что спрятан в потемках души каждого, и направить всю эту силу на невидимого наблюдателя.
На секунду он войдёт в изумление на такое противодействие, и за это время, ты сможешь пойти дальше, шаг за шагом, чем быстрее, тем легче. Ты не избавляешься от этого чувства, оно медленно перетекает, и давит на другие слабые места. У каждого оно своё. Но в чем то, схоже...
Раскаяние, безумная боль, жрущая тебя изнутри, гнев, и просто усталость от всего. Порой хочется прекратить бессмысленные попытки бороться, сохранить себе жизнь. Ведь действительно, зачем? Мир уже умер, и ничто не вернуть назад. Скоро и мы все умрём. Когда? Это вопрос времени. Но могу сказать точно - скоро.
На юге, прошлой зимой пала Ясеневская община. Мост между Сокольниками и Преображенской площадью рухнул, связь с тремя станциями красных потеряна. Пять лет назад, от какой-то нечести, почти погибла ВДНХ. А на оранжевой ветке вообще какая-то мистика происходит. Ведь именно на ней знаменитый на всё метро перегон Проспект мира – Китай город. Аномалии что обитает в том месте, очевидно стало мало Тургеневской, и три с половиной года назад, полумёртвая Сухаревская окончательно умерла, и превратилась в ещё один обитель жуткого...
Зачем? Зачем все эти жалкие попытки выжить? Ведь это не дает никакого сколько либо ощутимого результата. Всмотритесь получше на людей вокруг. Даже в лицах бесстрашных морпехов изредка видится беспокойство и безнадёжность. Ищи, ещё и ещё, но боюсь что ты не найдешь человека, который полностью верит в возрождение человечества. Хотя... Есть такой человек. Один раз, будучи в Полисе, я разговаривал с ним. Он тогда собирался по какому то особому делу наверх, но не торопился, очевидно время у него было. Собственно сначала говорили по делу, а потом разговорились и… Я задал извечный, банальнейший вопрос: «Как вы думаете, а человек сможет когда нибудь снова жить там, наверху?». Когда он ответил, я впал в ступор… его уверенность в том что человек выживет меня поразила.
И после его доводов, даже я на некоторое время поверил в это. После к нему подошли два парня, один из них был относительно спокоен, а другой – с такой улыбкой на лице, что он стал похож на мутанта какого то… Явно был доволен и счастлив что пойдёт с такими мощными сталкерами наверх, да и не просто так, а по специальному заданию. Они поздоровались с ним, как? Как его звали… Помню что имя странное было… Вроде на «Х» начинается… И чётко, резко так звучало. Ха... Хант… А, точно! Хантер. И как я мог забыть? Но впрочем давно это было...
А в принципе, кого только в метро не повстречаешь? Иногда такие личности попадаются…
Впереди, из-за угла заблеял маленький, дрожащий лучик костра – дозор на пятисотом. Граница между остатками человечества и хаосом, холодным адом северных тоннелей. Где то там, находится родная станция Алтуфьево… Именно там я жил ДО. От мысли что придётся туда вернуться одновременно охватывает ужас, но и желание. Так хочется вернуться домой, в свою квартиру на четырнадцатом этаже, достать книги со своей книжной полки, и взглянуть на то, что казалось бы уже давно потерял. Родной дом… Но к сожалению, это невозможно, хотя так хочется…
- Эй вы там, на пятисотом! – Эхо разнесло мои слова далеко вперёд, рикошетя, ломая, искажая слова, далее.
- Всё в порядке, идите сюда! – Долетел ответ.
Ещё тридцать метров и я подошел к костру. Пути полностью перегораживала куча наброшенных друг на друга мешков с песком. Расчехлённый пулемёт со вставленной лентой, накренившись стоял на раздвинутых сошках, под ним – ящики с боеприпасами, а рядом, чуть правее, лежал прожектор, настоящий, один из тех что когда то освещал ночную Москву, приобретённый за солидную сумму у Ганзы. В двух метрах от
Читать далее...