Я искала, о Господи, как искала –
Т же знаешь: Земфира курит в углу.
Путь прошла – от улыбки и до оскала,
Поселила в сердце эхо La Scala
И в мозгу ношу ледяную иглу –
Только этого, по Арсению, - мало.
Я считала, мой Господи, их читала, -
Каждую линию протянутой мне руки –
И над их надеждами хохотала,
Как зелюк, ослепительно хрюкотала
(Ты же знаешь, Господи, - зелюки) –
Только, по Арсению, и этого мало.
Я их, Господи, старательно не замечала,
Да остра нацеленная стрела,
И сначала – Боже, опять сначала!
Но рука Твоя маятник раскачала:
Я искала – мой Господи, я нашла!
…И Арсений мне промолчал печально.
И целую теперь холодные пальцы –
И в глазах от желанья почти темно,
И ни-че-го… Только мне ль бояться?
Улыбайся, мой Господи, улыбайся,
Смейся мне, для меня или надо мной,
Когда он не попросит меня: «Останься».
На этой сонной маленькой планете,
Где ты проспал последние сто лет,
Закончились приличные сонеты
И боги собрались на худсовет.
Тебе не посулили продвиженье,
Ты слишком нерадивый ученик.
По собственным твоим соображеньям,
Ты не лентяй. Ты просто так привык.
На этой сонной маленькой планете,
Где вечный полдень, жаркий и глухой,
Тревожат застоявшийся покой
Твои почти родившиеся дети.
Ты слышал голос, чистый и манящий;
К тому ж он был так трогательно свеж
И звал тебя из жизни настоящей
Зачем-то в край несбыточных надежд.
На этой сонной маленькой планете
Всегда конец "сезона огурцов".
Похмельный диск из пыльных окон светит,
В закат уткнувшись солнечным лицом.
Пожалуй, сплин сегодня обеспечен.
И дикомфорт в районе мозжечка.
Но ты ужасно прочен. Даже вечен.
Ну, разве что отвалится рука...
И парочка-другая псевдоподий...
Но это просто мелочи, ей-ей.
Так отрастишь за пару полугодий.
И будут даже лучше. И крупней.
Чувак, тебя не примут за пророка.
Ты спал, джедай. Ты спал и видел сны.
Планета ждёт. Стекают капли сока
По лезвию вернувшейся весны.
Солнце вымыло душу до самых кишок.
Тело стало – наполненный светом мешок.
Горло нежно блюёт переливами песни.
Это март, - и вокруг всё гораздо чудесней!
Скоро станет теплей и милей во сто крат,
Словно каждый прохожий тебе – друг и брат,
Дорогой, как деньга, сладкий, словно повидло, -
А не просто тупое и мерзкое быдло.
И хожу, и пою, как взбесившийся кот,
И не бесит меня ничего и никто,
И как будто бы правда всё стало в порядке –
Это, значит, весна наступает на пятки!
Твоё
раздражённое состояние
передаётся мне на расстоянии -
километра,взгляда,в гудках телефона,
сохраняю приметы нейтрального фона
обесцвеченной радуги.И по крохам
собираю покой..Получается плохо
раздосованной злости сжимать ошейник,
заставлять свою гордость менять отношенье -
точку зрения.И пустота в квадрате
раздаёт направо/налево проклятья -
невиновным-виновным,на целую плошадь,-
отыграться на ком-то намного проще,
потому что в тебя нельзя рикошетом,
потому что, - люблю,потому что, - вето,
и в моём,всем чужом - автономном царстве -
босиком не пройти ,- порежешься настом,-
да,я знаю,как трудно справляться с такими,
как я .Потому разрешаю ,- kill me.
Разрывая окна на стёклышки,
Безыскуссной тоской окутанный,
Кричать иступленно:"Где солнышко?!"
Такой глупый, смешной, запутанный...
Разрывая вены на полосы
Заплескать стихами листочки...
Скоро в снежный выкрасит волосы
Та, что ест эти странные строчки...
...И в какой-нибудь сельской местности
Скажет кто-то:"Ох, как отметился!"
Просто в дальнем краю, в беззвестности,
Матюк Николай с тоски повесился...
Любимые! Вы, вместе и по отдельности,
По-любому больше, чем моя голова,
Посему невозможно туда вас вместить.
Одного из вас я готова до беспредельности
Пестовать-целовать,
Остальным ни понять этого, ни простить.
Один из вас мне сегодня надел кольцо.
Самое страшное - глянуть в его лицо.
Любимые! Вы, хором, дуэтами, сольно,
Твердите, что я на земле - одна,
Перец в кофе и йод на вате.
По нам поставили "Мне не больно":
Кому-то из вас сестра, а кому - жена,
Адвокат, палач или врачеватель.
Одному- апрель, одному - февраль.
Для тебя - замёрзшая магистраль.
Господа модераторы, почему нарушаете пункт обращения к Постоянным авторам: "Модераторы обязуются комментировать ваши посты. В "Подмостках " не будет записи с кол-вом вомментариев 0."
Сегодня мне приснился хладный труп,
Лежал в гробу на постаменте мраморном.
Как истукан смотрю ему на грудь,
Застыв в молчании, словно каменный...
Горели свечи, было множество огня.
В ногах стоял венок, лежала рядом крышка,
А ты, покоишься в гробу, ровесник мой,
Совсем ещё юнец, мальчишка...
Я размышлял, сметая с глаз слезу,
О всех превратностях судьбы свершившейся.
О том, что привело тебя к одру.
Война? Любовь? Иль бизнес не сложившийся...
Закружило во времени, смеемся над собственной слабостью, По ступеням сойду, нерешительно выйду на улицу. Я уже не играю на чувствах знакомых из жалости, Я уже не люблю незнакомцев из собственной глупости. Запишу на стене тесной комнаты планы на утро, Но не вспомню, что плакать заставило этим вечером. Я уже не пою - занимаюсь бездушно бартером: День - на ночь, что красиво - на что изувечено. Закружило во времени, я плачу от собственной слабости, Вниз сошла, но ввысь пути все оборваны. Я меняю на сон остатки своей реальности, А случайность - на то, что будто бы уготовано.