Так что граждане, покупаем билетики и проходим в середину вагона!
Б. Шатилов. В трамвае. 1937
В славянских народных представлениях зеркало воспринимается прежде всего как граница между земным и потусторонним миром и подобно другим границам (межа, окно, порог, печная труба, колодец и т. п.) считается опасным предметом и локусом, обращение с которым требует особой осторожности и специального ритуального оформления. На зеркало распространяются многие запреты и предписания, относящиеся к границам вообще или к отдельным видам границ...
[699x522]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
|
[554x700]
[545x698]
[342x480]Мы — волки,
И нас
По сравненью с собаками
Мало.
Под грохот двустволки
Год от году нас
Убывало.
Мы, как на расстреле,
На землю ложились без стона.
Но мы уцелели,
Хотя и живем вне закона.
Мы — волки, нас мало,
Нас можно сказать — единицы.
Мы те же собаки,
Но мы не хотели смириться.
Вам блюдо похлебки,
Нам проголодь в поле морозном,
Звериные тропки,
Сугробы в молчании звездном.
Вас в избы пускают
В январские лютые стужи,
А нас окружают
Флажки роковые все туже.
Вы смотрите в щелки,
Мы рыщем в лесу на свободе.
Вы, в сущности,— волки,
Но вы изменили породе.
«Журавли улетели, журавли улетели!
От холодных ветров потемнела земля.
Лишь оставила стая средь бурь и метелей
Одного с перебитым крылом журавля».
Ресторанная песенка. Много ли надо,
Чтоб мужчина сверкнул полупьяной слезой?
Я в певце узнаю одногодка солдата,
Опаленного прошлой войной.
Нет, я с ним не знаком и не знаю подробно,
О каких журавлях он тоскует сейчас.
Но, должно быть, тоска и остра и огромна,
Если он выжимает слезу и у нас.
Странные и непонятные, наверное они
так думают тоже о нас:
Pelochelys cantorii (какая-то гигантская черепаха с мягким панцырем)
[281x450]
[642x450]
[550x390]