красота
пей ее холодными губами, считая до ста
после каждой сотни чисел – вдох
после каждого вдоха в тебе появляется новый бох

у него какие-то там кудри,
какие-то там глаза
он создает вселенную в перламутре,
он думает только о чудесах

впрочем, может, это вовсе не бох,
но что-то «б», или я оглох

мир соткан из внутренних противоречий
и из запутанной красоты
я жду нашей встречи
я думаю о тебе – «ты»

в слове «ты» сплетаются все звуки
жаль, лишь звуки –
лучше бы наши руки

...музыка – она как
белые птицы в закрученных облаках,
бьющиеся о стенки своих небес,
они – в надежных руках:
ими руководит бес

он задает ритм,
под его руками – мировой танец всех,
и птицы чувствуют алгоритм
или не чувствуют, но их бех,
то есть, полёт – совсем не таков, как задумал бох
их грех –
в том, что полёт их совсем не плох

но когда бох критикует и злится,
то бес лишь дьявольски веселится
и тогда в облаках слышен смех

бес смотрит наверх, наверху – бох.
бох сморит наверх, наверху – бес
когда тот, кто выше, делает вдох,
в мире случается сотня новых чудес

например, девушка, взгляд которой ни глуп, ни мудр,
осознает, что мир – это перламутр,
и девушка думает: красота.

И тогда бесбох улыбается и считает до ста.

Это цитата сообщения впрочем Оригинальное сообщение

Все-таки однозначно не стоит много пить, поздно возвращаться домой и любить того, кто не любит.
Иногда понимаю, до чего же я дура и до чего же я женщина.

Псевдолитературность моя псевдолитературность мне стыдно :)

Окна стучали, пасмурный ветер наполнял атмосферой аудиторию, нам рассказывали о том, как стать великими писателями, я слушал об этом незаконно и был почти счастлив.

Я ни на минуту не оставался наедине с самим собой, иначе бы с ума сошёл от мысли, что я слишком наивен и жду слишком большого счастья, и уверенность Фейта в лучшем меня почему-то не убедила, хотя она почти всегда права.

поверить в лучшее при более вероятной доказуемости пустоты (в данном конкретном случае) – та еще задачка

м-м-м, мне кажется, неплохой вариант решения проблемы – плюнуть на этот вопрос и верить в абстрактное лучшее, а не в конкретное.

абстрактное лучшее уж точно наступит, а вот конкретное, видимо, сомневается

если мне не повезет, стану великим писателем, нам сказали, что все они были несчастны

P.S. А может быть, всё вовсе даже офигетьздорово. да, да, конкретное лучшее все-таки ударяет в голову безумным счастьем раза в три значительнее, чем всё абстрактное

Я хочу быть частью тебя, причем такой, без которой ты ни за что не сможешь обойтись

Воин – это не тот ли, кто горько воет, как волк – воет, луне ревёт.
Кровь – это наверное, что-то кривое, оно кривит – или оно кровёт?
Моё имя – сверхзвуковое, внеязыковое, и поэтому никто никогда меня не зовёт.
В том, в ком что-то буйное, грозовое еще не вымерло – тот не живёт,
тот, как воин, ревёт, и исступленно постель рвёт.

Боль – это что-то совсем большое, но всё – внутри и всегда – болит.
Делиться с миром своей душою – уже давно как не веселит,
но боль разрывает твои границы – и заставляет опять делиться,
а потом тебе снится, что ты – птица, и неизвестно, сколько вот так продлится.

Смешной – это от слова смертный, от слова старый, совсем-больной.
Седой – значит, усердный, еще – милосердный, и дома сидит весной.
Ной – тот, кто всегда ноет; Мук – тот, у кого мука;
Воин воет, луна льнёт к лучшему из тех, кто протянул руку.

Горе – это не то ли, что всегда громко, всегда огромно, всегда горит.
У моего зверя в груди по весне ломка, он луну зрит и оттого зверит.
Позволишь ему мысли, как лист, скомкать – его даже это не усмирит.
Он забирается в мои выемки, мои въёмки, и уже изнутри – острит:
Мол, ты, NN, – это непрекрасная незнакомка, с которой никто не заговорит.

Воин – это не тот ли, кто горько воет; тогда я воин, ведь я вою’сь,
я – Лой, потому что я – льюсь, я – Бой, потому что я так боюсь,
я – Смерть, потому что всегда смеюсь, и никогдашеньки не смирюсь,
я – кровь, потому что я разлитое, остывающее и кривое,
я – не-свой, потому что тебе не снюсь.

Дают по лицу – да не думай об этом, пой.
Пинают ногами – забудь, чепуха, пой.
Ничего не случится с тобой, только ты пой.
Пение – это то, что правит твоей судьбой.

Боже, да это уже ведь злит: всё петь, петь.
У неё, между прочим, в груди что-то болит, нет сил терпеть.
И горло кровит и не дышит, но голос еще звучит.

...а когда эту девочку никто не слышит – она кричит.

Еще иногда мнится, что можешь всё, ибо мир - твой, и мир - за тебя; иногда хочется доставать кончиками пальцев до самой луны, а потом слизывать с них серебро; бежать по воздуху и не смотреть под ноги, ни за что не смотреть, ибо сегодня - мир твой, сегодня удача дышит тобой и ты - это смех богов и правда богов. И ничто не может пойти неправильно, ничто не способно тебя сломить, ты соткан из силы и всемогущества и самого волшебного волшебства. Когда ты смотришь на небо, под твоим взглядом загораются звезды. За твоей спиной вырастают деревья, под твоими ногами распускаются цветы.

А потом ты спотыкаешься и со всего размаху лицом в какую-то грязь, и сразу вспоминаешь, что ты слабый, беспомощный и вовсе ненастоящий.

Все истины – относительны, если бы что-то было определенным – было бы странно/страшно/скучно, но иногда хочется схватить тонкую, почти несуществующую, ничем не доказанную материю мира и закрепить имеющееся основательно, как дно всего и опору всего; теплой кровью, отрезанными волосами (не против жизни, а во имя жизни), частью себя – влиться в мир и тем самым сделать кусочек его незыблемым, неизменным, самым настоящим.
А потом прижать его к себе, закрыть глаза и уснуть

Как сказал Платон, надежды - сны бодрствующих.

Когда я закрываю глаза, мне никуда не деться от своих снов.

Черт                         

Это цитата сообщения dance_Helena_dance Оригинальное сообщение

Акустика разрывает сердце невыносимой тоской. Хочется выплюнуть и пусть катится, страдает отдельно. Кланяется в подошвы прохожим, жрет бычки и лижет асфальт, облитый дешевым пивом в переходах метро. Перекатывается по рельсам, сонно скучающим в ожидании полуночных поездов, наравне с крысами ищет пропитания между тряпьем бомжей. Пусть рыдает, бьется в ознобе. Только я. Больше не могу плакать. Хочу свернуться под боком и уснуть. И чтобы шептали шелковые нелепости, целовали в висок и гладили по волосам.

 

[mp3=http://www.playcast.ru/uploads/2008/04/07/535672.mp3]

Сдувая пепел с моих плеч,
обещая мне горе какое-нибудь и большую бурю –
ветер стремится к морю,
у ветра в голове много дури,
еще больше, чем у меня в голове историй.
Ветер приказывает траве – лечь,
ветер за рукава увлечь
меня хочет, силе небес вторя,

Ветер хочет показать мне имя твое в узоре
птиц,
ветер хочет расширения всех границ
и бесконечных по протяженности территорий,
ветер хочет –
и меня за собой волочит.

А мне тяжело, телу легкости не видать,
меня гнут года,
и я никак не могу про море души своей угадать:
оно лёд или все же оно – вода.
А ветер берет меня за волосы – и вверх,
мол, смотри-смотри, какая звезда,
она словно бы создана именем быть для тех,
кто будет всегда.

И я закрываю глаза устало:
кто знает, длинна ли её вечность.
В любом случае, ее мало,
потому что её продолжительность, как всегда, конечна.

Ветер бьет меня по лицу, мол, ты
глупый потомок невежественных крестьян.
Вечно живут даже цветы,
возрождаясь вновь из своих семян.

Ветер говорит: посмотри, тепло с юга скоро растопит льды,
и, мол, нечего голову мне морочить.
Все существа бессмертны, а такие, как ты – еще и горды,
причем очень.

Но мне-то, гордому, известно имя своей звезды,
и я, не скрываясь, смеюсь, рыдаю и одиночу.

Верный ответ на все вопросы давно угадан. Ответ – пой. Может быть, всё дело в том, что дышу на ладан; дышу – тобой.
И если буду рисовать, а глаза – закрыты, я нарисую твое лицо. Этим тузом моя карта бита, да и дело с концом.

Буду письма писать, выводя буквы, буду петь и плясать, сводя всё с рук, вы все видели, перо в моих руках сделало круг, оно оставило всех в дураках, вот ведь как бесчеловечно! - а потому я буду петь, причём вечно.

Правильный вопрос на эти ответы – кому, кому?
Мне кажется, что до наступления лета – я пойму.
И когда я узнаю, где ты – то обниму.

Чем ты тупее-глупее, тем прикольней твои стихи; старея, ты в эпопею превращаешь свои грехи, и всё – от скуки, это же очевидно, но когда нашкрябанное тобою прочтут внуки, тебе будет стыдно, а когда критики тебя оплюют, суки, так до слез обидно.
И ты наденешь шляпу, пытаясь сохранить стиль, пытаясь скрыть ляпы размером в сто миль, выплюнешь кляп и – нет, нет, всё равно штиль, короче, если будешь писать, то пиши водевиль.
Затем, когда будет грустно, вспомни Вольтера: «надо возделывать свой сад», так вот, выращивая капусту по его примеру, будь рад. Но если ты все подобные вещи примешь на веру, то тебе устойчиво будет пусто, и все твои цветы первый же ветер сломает с хрустом, напоминая о наличии револьвера.
Но в какой-то момент все твои сады – взойдут, и слова - найдутся; в какой-то момент под твоими руками станет теплей земля.
И вот именно в тот момент по твоим цветам внуки пройдутся, критиков непринужденностью веселя.

Весной так и тянет ударить себя по голове, прокричать в небо: «Кажется, я вспомнил что-то важное!», после этого – осознать это самое важное более детально, но всё равно забыть записать или просто-напросто не суметь сформулировать. Это самое важное приходит из каких-то воспоминаний, которые были твоими, кажется, еще до детства, это какие-то мысли, очень важные, но почему-то мерещится, что ты не подумал их, а именно вспомнил и догадался о них повторно.
Весной забываешь записки с абстрактными признаниями в любви миру на абстрактных скамейках, весной влюбляешься в каждого восьмого прохожего, а каждому девятому бонусно улыбаешься.
Весной ты бегаешь каждый день, потому что не стоится на месте и потому что слишком много чего хочешь, а потому не все успеваешь, весной ты любуешься отражениями в лужах – в них нет той тьмы, которая есть там осенью.
Весной есть надежда, что вот теперь, когда Колесо Времени делает еще один оборот, теперь-то никто не слажает, теперь вспомнится самая-самая любимая мелодия детства, вспомнится секрет собственной гениальности, и вот в этом-то году жизнь пойдет на полную катушку.
Весной кажется, что пусть даже в прошлом трава была зеленее, зато сейчас небо ничем не хуже. И небо-то – оно никогда не хуже, вот ведь здорово. Хотя бы какая-то радость и опора будущей старости.
Весной кажется – все преодолеешь. Равнодушие – не страшно, слабость – нестрашно, усталость и бессмысленность всей этой дребедени – тоже фигня. Пнуть ногой – оно рассыплется, оно развеется, как мираж. Настоящее-то – совсем не это; настоящее то, что вечно, а значит, красота неба настоящая, а все остальное – «пыль да болотная тина».

я запечатлеваю старые и новые имена на своих записках,
я оставляю записки на скамейках,
ветер подхватывает мои записки и разносит адресатам –
записки кружатся в потоке воздуха, как перья.

они написаны на неизвестном языке,
и только небо с легкостью читает –
«небо, я влюблён в тебя»

все остальные получают совсем другие слова,
но смысл, смысл-то один и тот же

Это цитата сообщения brookheaven_carriage Оригинальное сообщение

<...>
я слишком люблю свои карманные миры,
чтобы искать дырку,
в которую выпасть.
<...>
за это даже мое пиво будет святым.

Под ногами земля, настоящая земля, почти настоящая земля, небо серое, но в какой-то момент над нами - вдруг голубое; весна еще не танцует, но уже нетерпеливо покачивается на мысках, весна уже притаптывает в такт ускоряющемуся ритму, весна уже хочет жить. Я говорю слова, от которых у меня пересыхает во рту, наверное, у меня слишком сухие слова, не цветные слова, но как такое может быть, я ведь очень цветной (все оттенки тумана, все оттенки весенней ночи, а еще - цвет нарисованного волшебства в мультиках диснея, огоньки, сыплющиеся с волшебной палочки). Я кусаю пересохшие губы, и волосы у меня спутались, и ноги у меня слабеют.

неестьнеспать - об этом рассказывают в сказках, и это правда - оттого, что волнение, это как пританцовывать на месте в ожидании Большого Танца, это, с одной стороны, похоже на весну: после долгой зимы в тебе тает снег; вода твоя всё еще холодна, потому что испугана, потому что волнуется, но ручьи уже умывают землю и шепчут цветам напоминание о встрече с солнцем; с другой стороны, когда мир был моложе лет на пятьдесят, люди, несущие сквозь зиму болезнь, умирали именно по весне, когда таял снег. Я не хочу умирать, я хочу Дом у северного моря, где мало людей и много ветра, впрочем, это не те сказки, которые.

неестьнеспать, всегдатанцевать - вдруг тебе повезет, и под твоими ногами что-нибудь расцветет, и тогда на твое выступление припрутся скандинавские боги.

Если судьба растопчет меня, я посмотрю, не станет ли ей стыдно. /Н. Макиавелли/

Но скорбь отвергни от сердца
И худое отведи от плоти,
Ибо молодость и черные волосы - тщета.
(с) Экк.

Задача по прикладной жизнеэстетике.

Дано: книжки в протертых обложках удерживаются красивыми руками; метро наполнено странными жителями, некоторые из них – прекрасны; некто по имени Уинстон 4 апреля 1984 года начинает вести дневник.

Требуется: найти в метро человека, у которого красивые руки, которые удерживают книжку, в которой героя зовут Уинстон, который начал вести дневник в тот день того месяца, в который вы найдете человека. *разницей в двадцать четыре мнимых года между событиями можно пренебречь*

Ответ: человека зовут нескажукаквобщемоченьпрекрасно; задача решена.

Это цитата сообщения CrazyDD Оригинальное сообщение

Jan von Holleben

Jan von Holleben представляет "Dreams of Flying".

Легко, изящно, сказочно, гениально и просто. Магия фотографии во плоти.

[показать]

[показать]

далее

Это цитата сообщения dance_Helena_dance Оригинальное сообщение

[ Вечером - коктейль из прочих. Любим их, но не очень. ]

No clouds (23:25:42 2/04/2008)

плевать, Ань

остается только плевать

или делать вид, что плевать

маус (23:25:59 2/04/2008)

делать вид

но я

ищу тебя между листов тетради

это так

невыносимо среди льда и грязи

нас разорвали пополам

неведомо, какой правды ради

но я

ищу тебя в каждом взгляде

©

Это цитата сообщения Тавариль Оригинальное сообщение

Сердце мое, поговори со мной

Сердце мое, я обращаюсь к тебе
Сколько мне петь, чтобы не знать об утрате
Чтобы тебя сохранить?
Алая ночь отступает за горный хребет
Сердце мое, друг ты мне или предатель?
Можешь ли ты говорить?
Сердце мое ты сегодня почти не болишь.
Помни что было разбито то не разобьется.
В синем тумане рждается новый рассвет,
Сердце мое, почему в мире холод и тишь?
Веришь ли ты в то,что он никогда не вернется?
Сердце мое не давай мне ответ.

Сердце мое, пережившее ночь будто крик.
Выстрел рассвета звенит над теснинами льда.
Сердце мое, позабудь его кованный лик,
ты пропустило удар, пропустило удар.

Сердце мое растворенное настежь как дверь,
Сердце мое, растворенное горечью в хлебе,
Опьяненное поздним вином!
Сердце мое, я не знаю что делать теперь!
Перья зари разгораются в утреннем небе
День наступил и не стер мою память о нем!

Сердце мое, ты не заперто в клетке пустой
Сопровождай его душу над темной водою
Тропами смерти, которыми тени бредут
Сердце мое, помоги ему встать над судьбою
Чашу забвенья испить и остаться собою
Бездны пройти и очнуться в свету

Сердце мое, я обращаюсь к тебе!
Не обрывай в этой пустыне безбрежной
Плачь опрокинутый ввысь.
Сердце мое, вызов случайной судьбе,
Сколько мне петь, чтобы ты билось как прежде?
Дай мне слова! Или остановись...

Л.Бочарова