Когда нас половина,
То все еще спокойно и невинно.
Когда нас треть,
То нам уже не страшно умереть.
Когда нас четверть,
Никто уже не сможет нас умертвить,
А если нас всего седьмая часть,
То нам уже дана такая власть,
Что мы легко способны всем накласть
И не пропасть.
Когда нас стиснут до одной десятой,
То мы уже гоняем всех взашей,
Как может кот усатый-полосатый
Гонять мышей.
Крутую сотню три бессильных старца
Раскидывают запросто, как блох,
А если кто один на всех остался,
То это Бог. (Дм.Быков)

Можно сказать, что ни один вздох и ни одна улыбка не пропадают в мире
бесследно. Кто слышал последний вздох умирающего узника в тюрьме, а между
тем этот вздох с проклятием на устах воскресает затем на улицах и митингах,
в кликах восставшего народа, проклинающего тиранов, гноивших в тюрьмах своих
политических врагов. Кто мог заметить улыбку на лице невесты, провожающей
своего жениха на войну, а между тем она делает его героем в предстоящем
сражении, ибо он уловил ее смысл и не может вернуться домой для новой
встречи с ней без победных лавров.

Нервно-психическая деятельность как выражение энергии, заимствуемой
человеком по праву рождения от родителей и накопляемой им в течение жизни,
благодаря превращению в нервный ток внешних энергий, действующих на
воспринимающие органы, и вследствие тех внешних проявлений, которыми она
характеризуется, имеет все условия для распространения от одних лиц к другим
и для передачи из поколения в поколение.

Отсюда мы имеем основание говорить о том, что "духовная" личность
человека, имея самодовлеющую ценность, никогда не исчезает бесследно и таким
образом каждая человеческая личность, имеющая в себе опыт предков и свой
личный жизненный опыт, не прекращает своего существования вместе с
прекращением индивидуальной жизни, а продолжает его в полной мере во всех
тех существах, которые с ней хотя бы косвенно соприкасались во время ее
жизни, и таким образом живет в них и в потомстве как бы разлитой, но зато
живет вечно, пока существует вообще жизнь на земле.

Можно сказать, что в течение своей жизни человек, если можно так
выразиться, рассеивает свою энергию среди близких и неблизких ему лиц,
которые в свою очередь передают приобретенное другим, а те - третьим и так
далее до пределов человеческих взаимоотношений, причем в претворенном виде
это влияние личности на других, себе подобных, в свою очередь будет
воздействовать на саму личность, первоначально давшую толчок к воздействию
на других.
(В.М. Бехтерев)

Когда ты вспомнишь, что я еще есть,
Помаши мне своим крылом...
Всё, что не нужно, оставим здесь
И сбежим ото всех в Вавилон

Страшно, когда рядом нет никого
И надвигается новый циклон…
Не оставляй меня одного,
Забери с собой в Вавилон

Только как же добраться туда ?
Ведь билетов нет – вот облом…
Я хочу остаться там навсегда
Я хочу сбежать в Вавилон

Кто б дорогу смог указать,
Пока снегом все не замело…
Я мечтаю зажмурить глаза,
А открыв их, узреть Вавилон

Осень достала. Дождь льёт в окно
И тоска метёт помелом...
На путях запасных где-то ждет давно
Скорый поезд "Москва - Вавилон"

В жизни – так мало приятных вещей:
Миска горячих наваристых щей,
Писать с балкона на разных людей,
Выебать пару красивых блядей,
Всё же – проснуться в похмелии жутком,
Шубы собольи дарить проституткам,
Пиздить в столовой кефир и котлеты,
В Крым добираться втроём без билетов,
Робко глядеть на красоток журнальных,
Секс вагинальный, а также анальный,
По голубям пиздануть из рогатки,
Маршировать с автоматом и в скатке,
К другу ввалиться в четыре утра,
Палкой картошку катить из костра,
Бегать по лесу с трёхцветным фонариком,
Лопать девчонкам по праздникам шарики,
В долг у дружка взять три тыщи надолго,
Вдруг без причины уехать на Волгу,
Пить самогонку, спешить на свидание,
Списывать перед английским задание,
Мордой в салате встречать Новый Год,
В баню ходить «для богатых господ»,
Долго купаться в пруду на баллоне,
Спать в таиландском массажном салоне,
Физику в мае опять прогулять,
В лёт по фламинго дуплетом стрелять,
Вспомнить разлуку с улыбкою странной,
Фильм посмотреть про любовь иностранный,
Влезть выше всех на кривую сосну,
Сдуру влюбиться в чужую жену,
Марки колоний в альбом собирать,
Ночью в учительской тайно насрать,
В Брисбене слопать яишню с беконом,
Штамп получить о разводе законном,
Снизу девчонкам смотреть на трусы,
Жарить с горошком кусок колбасы,
Песни в подъезде орать под гитару,
Слушать Deep Purple, Битлов и «Шизгару»,
Жить на Гоа, но болеть за «Зенит»,
Видеть, что хуй твой как дикий стоит,
Чтоб в день рожденья купили «конструктор»,
Чтоб парашют не запутал инструктор,
Сделать из трубки стреляющий пестик,
Вдуть среди свадьбы случайной невесте,
Прыгнуть на зонтике в речку с моста,
Встретить в Париже живого Хвоста,
Кружку налить в пивняке-автомате,
Вскрыть штык-ножом банку кильки в томате,
Выскочить пьяным в слезах на мороз,
Вновь появиться с охапкою роз,
Порно смотреть и ебаться жестоко,
Выпить с ребятами из «Кровостока»,
Спать с незнакомкой под вздохи Том-Уэйтса,
Опохмелиться на всё, что имеется,
Вылечить триппер и шляться по Ницце,
В сером халате съебать из больницы,
Ночью шампанское пить в Коктебеле,
Петь под пластинку Вано Мурадели,
Смыться с компанией из ресторана,
Сдёрнуть за сутки четыре стоп-крана,
Спрыгнуть в цветы на степном полустанке,
Джинсы купить у седой итальянки,
Ехать куда-то пять дней автостопом,
Выть под Майлс Дэвиса злые синкопы,
«Хуй» на машине гвоздём написать,
Двух каратистов на танцах не ссать,
Водку закусывать спинкой от тюльки,
В дождь, в три утра дозвониться до Юльки,
Дёрнуть из речки крючок с карасём,

Вот, к сожалению, в общем, и всё,
Что привлекает по жизни меня,
Всё остальное – поверьте – хуйня,
Жизнь состоит из прыщей и клещей,
В жизни так мало хороших вещей! (Орлуша)

У меня сегодня – а-пиз-де-ненье,
У меня сегодня – в-рот-всё-ебанье:
К нам Глобальное пришло Потепленье,
И зимою не нужно одеванье!

Как британцы или те же французы
Москвичи идут, не кутаясь зябко,
И девчонки кажут голые пузы,
И на шею не намотана тряпка.

Пробивается трава на газонах,
Почки пучит, как весною, на вербах,
Можно в кофте шляться ночью бессонной,
И мороз не студит уши и нервы.

Экология? Да ну её на хуй!
Антарктида вся растает – и похуй!
Я надену, как в апреле, рубаху
И попрусь с цветами барышню охать.

Нидерланды затопило? Да что вы!
Я сейчас заплачу, где мои слёзы?
А когда мне от мороза хуёво –
Вы жалели меня, бывшие гёзы?

И не надо портить мне настроенье,
У меня и так жена и работа,
К нам Глобальное пришло Потепленье,
Нам по улице пошляться охота!

Нам тепло и хорошо, и простите
Допесды нам все угрозы-прогнозы.
Вы в России хоть ребёнка спросите –
Заебали по полгода морозы!

В жопу прелести подлёдной рыбалки,
Отмороженные яйца и жопу.
Ну, Голландию – немножечко жалко,
Но ведь можно тут открыть кофе-шопы!

Можно пальмы посадить на Арбате…
Орхидеи – так ваще – загляденье!
Можно голым спать на девушке, кстати,
К нам Глобальное пришло потепленье!

Шубу выбросил и шарфик убогий,
Ни перчаток, ни кальсон не оставил.
Снега хочется, конечно, немного –
В Новый Год, но чтобы утром – растаял! (Орлуша)

Если б я родился в семейке Мураками,
Папа Мураками бы брал меня на руки,
Я бы не общался бы с вами, мудаками,
И меня бы звали например, Харуки,
То тогда бы я бы написал бы книгу,
А потом приперся бы например в Россию,
Мне бы тут бы бабы не казали фигу,
Сами бы поспать бы с ними попросили.

Если б мой папаша был старик Коэльо,
А меня бы звали скажем бы, Паоло,
Я бы как алхимик разводил бы зелья,
Скажем для примера, водку с пепси-колой,
А потом бы я бы написал бы книгу,
А потом припёрся бы например в Тарусу,
Бабы бы меня бы облепили мигом,
Ну а мужики бы разбежались, трусы.

Если бы мой папа был Владимир Путин,
А меня б назвали в честь него Володей,
Я бы рос не пьянью, был бы не распутен,
Я бы стал чекистом, как Дзержинский вроде,
А потом бы я бы стал бы президентом
Скажем, Уругвая или там, России
Я бы девок лапал, пользуясь моментом,
Девки бы молчали, а не голосили

Если бы родился я Гребенщиковым,
Звали бы меня бы, думаю, Борисом,
Я бы на гитаре бацал не фигово,
Я к себе бы девок звал бы за кулисы,
Я бы там бы им бы написал бы песню
«Отнесите в реку, положите в воду»
Я бы был бы девкам очень интересен,
Вы бы все от зависти сдохли бы, уроды.

Если бы я был бы например Орлушей,
Я бы написал бы стих про «Заебало»,
Я бы острым словом лез бы бабам в душу,
Баб бы этих самых было бы немало.
Стоп! Собрался, тряпка! Хватит водку кушать,
Ну не можешь бросить, то прервись хотя бы
Посмотри на паспорт, ты и есть Орлуша,
А вот эти, рядом, между прочим, бабы! (Орлуша)

Мои странные женщины любят вино и весёлый утренний секс,
Мои странные женщины не в кино, а в жизни находят контекст,
Мои странные женщины – позитив, как старый Moët et Chandon,
Мои странные женщины презерватив называют просто «гондон».

Мои странные женщины все стройны как кони арабских кровей,
Мои странные женщины не юны, но красивы от ног до бровей,
Мои странные женщины любят «транс» и медленный ритм-энд-блюз,
Мои странные женщины дали мне шанс, и знали, что я влюблюсь.

Мои странные женщины любят цветы, которых не знает твоя,
Мои странные женщины жгут мосты, даже если мост – это я,
Мои странные женщины носят духи, от которых винтом голова,
Мои странные женщины любят стихи и мои про любовь слова

Мои странные женщины могут спать, хоть из пушки бей, хоть зови,
Мои странные женщины могут в пять разбудить меня для любви,
Мои странные женщины – не просты, и за это я их терплю,
Мои странные женщины – это ты, и я всех их в тебе люблю. (Орлуша)

Я уйду из Москвы в свой пока недостроенный город,
Где в каналы Венеции смотрится Спас-на-Крови,
Где ночной Тюильри словно бритвой Невою распорот,
Я уйду навсегда в так знакомый мне Город Любви.

Я построил его не по градостроительным планам,
Там стоит каждый дом, в чьих подъездах – любимых шаги,
Там не вянут цветы, наполняя дыханием пряным
Нашу первую ночь, там корсеты как память туги.

Там нью-йоркский таксист, как тогда, не возьмёт с меня денег,
Там во тьме кинозала к руке прикоснётся рука,
Там стоит на окне первый майский сиреневый веник,
Там, чернея, течёт под мостами прощаний река.

Я там лично назвал все кривые, как жизнь, переулки:
В Послепервосвиданческий можно с Арбата свернуть,
Во Втором Поцелуйском продолжить ночные прогулки,
А в Четвёртом Любимом потом, нагулявшись, заснуть.

Там застыло навек даже время, и в каждой квартире
Я смогу пережить свои первые встречи опять.
На часах самотёчных опять будет ровно четыре,
На трёхпрудных часах – как всегда – без пятнадцати пять.

Я там буду стоять без шарфа на уральском морозе,
Чёрных кошек кормить и не верить приметам дурным,
Этот Город Любви не описан ни рифмой, ни в прозе,
Он слезит мне глаза, как в прокуренной комнате дым.

Эстакады измен понастроил чужой архитектор,
Скоро Третье Кольцо перережет знакомый пейзаж,
Но букет цикламен вдруг назначит единственный вектор,
И душа развернётся на новый любовный вираж.

Если время пришло ощутить себя снова мужчиной,
Если крышу снесло, как пятнадцать пропущенных лет,
Значит кабриолет из ночной поливальной машины
На асфальте оставит свой мокрый и радостный след.

Вновь шампанского брызги, и снова рассвет в Коктебеле,
В небо Эйфеля башня взлетит проститутским чулком,
Ты мне скажешь: - Любимый, мы целые сутки не ели,
А потом мы по Вильнюсу шляться пойдём босиком.

Прокричат петухи с незнакомым валлийским акцентом,
Пропоёт соловей или как его там… нахтигаль,
И звезда упадёт, и полынь будет пахнуть абсентом,
И слова подобрать не помогут ни Вебстер, ни Даль.

Пять кастратов седых будут петь до утра Stabat Mater,
Ты свой вечный вопрос обозначишь изгибом брови,
Я в тебе поселюсь, без прописки любви гастарбайтер,
По лимиту приехавший жить и работать в Любви. (Орлуша)

Это пространство лучше, чем время, лечит,
Ночь распустилась старыми злыми снами,
Все, что случалось в книжках, случится с нами
В городе, где забывают быстрей и легче.
Голая правда в каждой твоей гримаске,
Все, что поддельно, липово, понарошку,
К полночи станет тыквой. Сквозь щели маски
Жизнь из меня выходит. Подставь ей ножку.



Карта пестрит знакомыми именами,
Перебираешь явки, станции, адреса
«Все, что случалось в книжках, случится с нами»

— Город, а почему у тебя такие большие глаза?
(Дом за спиною. Ты ничего не теряешь.
Чувствуешь сквозь карман брелок на родном ключе?)
— Это чтоб лучше видеть, как ты ныряешь
В серые воды перрона с сумкою на плече.

Здесь убирают снег, прикрывают следы разрухи,
Улицы радуют глаз позитивным видом
— Город, а почему у тебя такие горячие руки?
— Чтобы покрепче обнять тебя, Мартин Иден.

Здесь собрались, как нарочно, одни человеколюбы,
Все в постоянном движении, не допускает пауз
— Город, а почему у тебя такие жадные губы?
— Разве тебе не нравится, Доктор Фауст?
Homo Reflectus зашит и готов на вынос,
Детство вернулось, не рыпайся, сделай милость!
Ты же хотел, чтоб время остановилось?
Радуйся, деточка, время остановилось!

(Надо спешить, пока не пришли лесорубы!)

Тучи сгустились, тебе не попасть в грозу бы!
Ты далеко пойдешь! Ты будешь счастлив здесь!
Ну же, скорее, сделай полшага!
Есть!!!

— Город, а почему у тебя такие страшные…



…Память ремня натирает детские плечи
Может, наездились? Хватит уже экзотик?
«Это пространство лучше, чем время лечит»
Просто попробуй. Это не страшно, котик.

Ты ж не поверил, смышленый, серому волку,
Будто на свете бывают пути короче.
Проще куда уж — с вечера лечь на полку
И «возьми-парень» разбудит к исходу ночи.

В город, который не помнит своих трамваев,
Звездам сосет, ублюдков журит за шалость,
Ты возвратишься. Жаль, но так не бывает,
Чтобы сюда хоть что-то не возвращалось.

Номер столичный вставляй, пополняй кредиты,
Карту на пять не бери, обойдись одною.
Сумку сквозь турникет протолкни сердито.
Город всеядный сладкой течет слюною.
Здравствуй, МОСКВА.
Приятного аппетита :))
(Анна Русс)

См. выше, и выше, и выше,
в такую забытую высь,
которой, ты помнишь, когда-то
с тобой мы безумно клялись!

И клятву сию мы сдержали!
А толку? А толку нема...
Ты помнишь, как нам обещали,
что ждут нас тюрьма да сума,

и прочие страхи и охи,
Высокой трагедии жуть?
И вот, как последние лохи,
мы дали себя обмануть.

Какая уж к черту трагедья!
Напрасно рыдает Пьеро!
Не верует в наши легенды
по трудоустройству бюро!

Молчите, проклятые книжки,
бумажки, цитаты, понты!..
См. ниже, и ниже, и ниже,
и ниже, и тише воды.

Мир ловил, да не поймал.
Плюнул и ушел.
Я не пан и не пропал.
Мне нехорошо.

Уж не жду, уже не жаль,
и хочу уснуть.
Я оттопал, оттоптал
сей кремнистый путь.

Кайф ловил, да не поймал.
Смысл не уловил.
Только сам себя достал,
сам себе постыл.

Погляди на небосвод.
Снегопад прошел.
Отчего же круглый год
так нехорошо?

Наловчился я давно
без зазренья жить.
Отчего мне так темно?
Нечего ловить.

... чтобы темный дуб шумел,
чтобы голос пел
обо всем, что не сумел,
не успел, не смел.

Отчего же, отчего,
отчего же так -
абсолютно ничего,
никого, никак?

На ловца бегущий зверь
страшен и матер.
...чтобы сладкий голос пел
несусветный вздор:

отчего гармонь поет,
и зачем звезда -
посмотри на небосвод! -
светит как всегда.

Любая линейная интерполяция содержит в себе ошибку, основанную на недооценке обратных связей в модели, — что убедительно демонстрирует опыт социальных и научно-фантастических утопий. Мир до сих пор не заполнен полчищами взбунтовавшихся роботов, а небо — сонмами дирижаблей. Конец света (в мирском понимании) — не более чем несбыточная мечта человечества.

Можно предположить, что безграничная свобода неосознанного выбора вызывает — как свою противоположность — сознательно выбранное ограничение свободы. Текст, разрушающийся в собственной фрактальности и мертвых петлях бесконечного самоцитирования, имеет своей противоположностью текст, декларативно определяющий свою инакость по отношению к предмету описания (не случайно романы основных бытописателей поколения Икс весьма классичны по форме — никто не знает капканов лучше того, кто их ставит).

Не покупайте товаров, без которых вы можете обойтись, и не пускайте всякий дух веять, где он того хочет. Тогда, возможно, поколение Икс окажется не последним поколением в истории человечества. Несмотря на всех фукуям мира сего

я умылся из крана холодной водой
смыл с ресниц и бровей серый пепел камней
я не знаю и сам отчего так устал
хотя кажется жил только несколько дней

пил вино жарким летом — очнулся в снегу
спать ложился брюнетом — проснулся седым
что случилось со мной — сам понять не могу
а на сердце печаль и над городом дым

это наша дорога
сгорает у нас за спиной
сколько нужно ей дней
чтоб совсем до конца догореть?
золотой дирижабль
в ожиданьи висит надо мной
я еще не хочу умирать
я уже не боюсь умереть

где-то в сердце Европы с дубовых столов
важный кельнер сотрет нашу черную тень
докурив сигареты мы выходим за дверь
и сгущается дым и кончается день

это наша дорога
сгорает у нас за спиной
сколько нужно ей дней
чтоб совсем до конца догореть?
золотой дирижабль
в ожиданьи висит надо мной
я еще не хочу умирать
я уже не боюсь умереть

Всё как всегда, но ничего лишнего!
(МАСТЕР ДЗЭН, ЗАКАЗЫВАЯ ХОТ-ДОГ
В МЕСТНОЙ ЗАБЕГАЛОВКЕ)

Пошла к черту,Наталья Купчикова (ЖИРНАЯ КОРОВА),НЕ ПИШИ МНЕ БОЛЬШЕ!у тебя есть муж,я женатый человек и ЛЮБЛЮ свою жену!

Это цитата сообщения Lilitland Оригинальное сообщение

мужик сказал...

окончательные решения - это какое-то неправильное звено, что-то в этом есть неправильное: решить и следовать решению вне зависимости от перемен внутри или вовне.
с другой стороны, хоть и напоминаю себе быть водой и требовать от себя, как от воды - цельности и текучести, но иногда хочется решить что-то и пипец, с места не сойду :)
все, что от мыслей - ложно. и вообще - все.
то же и с принципами. только верность себе идет в счет, а это, как ни крути, определяют чувства и воля, а никак не ментальные решаловы.

Это цитата сообщения Lilitland Оригинальное сообщение

"мое"

Грустанула по поводу "свое" - ну там дом, прочее, гнездо, норааа, вспомнила детство, вспомнила свою квартиру, которая сейчас сдается где-то там, юность вспомнила с кочеванием по съемным постоянно, там тоже засада была конкретная со "своим", а сколько раз я пыталась "вить гнездо" совместно :)))....потом мысль перешла на модель "своего" пространства, думала смонтировать себе красоту в коробочке, стала думать конкретнее, класть в нее вроде как и нечего, даже в виде моделек, потом пробежали мысли сундука, квартиры, дома в теплой стране с картинами на стенах, машины с уютным салоном, шкатулки, амулета...брелочка в виде дома :))) Дом там где сердце - пришла в голову мысль. А где мое сердце? Подумала, перебрала несколько вариантов. Оказалось - внутри, в теле, в середине грудной клетки :)))) Похохотала про себя. Ну правда же. Внутри и засим все на этом :)))
Лежу, думаю дальше. Раньше, думаю, мечтала, что дом будет. Потом я его делала. Потом много ездила и думала, что рано или поздно приеду...туда, где сделаю дом. Потом что не приеду никуда уже..
Бог ты мой, кто бы знал, какая это больная тема, была до сегодняшнего дня, но вот финал истории...
Думаю дальше. Перебрала вариантов пять создания своей норы, мобильного "своего" без норы, вариант "мое-чужое", вариант "везде как дома", "дорога-мой дом и для любви это не место", "Дорога - мой дом, но с любовью по жизни", вспомнила "Бойцовский клуб", мысленно взорвала пентхаус с посудой, отражающей мой внутренний мир....
Потом задумалась, что, вот если провести параллель, то есть люди, у которых была любимая собака и умерла. Одни заводят щенка потом, другие - никогда. Решила, что я из вторых. Потом опровергла это в два счета..
Думаю дальше..
Планета Земля. Ниче такая. Много стран - комнат. Терраса с видом. Бассейн. парк рядом, сад камней, вишневый сад, песочница, качели, личный аэродром, автопарк, экстрима всякого, соседи прикольные, хотя некоторые и не гасят за собой свет в туалете. Неплохой дом у меня. Все мое. Все, что есть на этой планете и вокруг ее - все мое. И бОльшая часть всего этого еще и внутри меня впридачу.
И с такой вот собственностью я еще пытаюсь ныть???

У меня депрессия и апатия, не хочу ничего окромя пива

«Мертвые мертвы, а живым надо есть дурманные листья».

и не надо гламурно-глянцево

море будет казаться ласковым
ветер будет играть с деревьями
в игры взрослых, но неуверенных
и идя предрассветным городом,
и знакомым, и не знакомым нам,
неожиданно станем новыми
и алга (Сучилища)