Я говорю тебе «прощай»
Раз навсегда скажу «уйди»
Я умоляю – перестань
Тенью стоять на моем пути

Прошу, позволь сейчас уйти
Не возвращаться никогда
Я не хочу так дальше жить
Я не могу так продолжать

Зачем ты просишь рассказать
Все что на сердце у меня
Тебе наверно надо знать
Как я могу уйти любя

Ты знай, я ухожу
Хочу забыть я все, что было
Но без тебя я не живу
Я никого так не любила…

Приходи на меня посмотреть.
Приходи – я живая. Мне больно.
(с) Анна Ахматова

Умоляю тебя, вернись. Я прошу, я знаю – ты помнишь. Хоть немного, хоть чуть-чуть. Ты не могла забыть совсем. Вернись… Пожалуйста!

Приходи и посмотри на меня. Зайди в комнату, вздрогни от того, как ужасно постарело мое лицо. Моя косметика теперь напоминает театральный грим. А волосы… мои чудесные темно-рыжие локона, где они? Отведи взгляд, скажи ничего не значащее, дежурно-обязательное "как ты". И я отвечу, что хорошо. Пожми плечами, у тебя это так хорошо получалось, вздохни. И можешь уходить. Я просто хочу, чтобы ты увидела меня перед смертью.

Думаю, меньше всего меня хочешь видеть ты… Что тебе я? Я так и не стала хорошей актрисой, так и осталась в захолустном театре "актеркой", как презрительно называл меня отец. Ты Великая. Великая актриса. Я смотрела все твои спектакли, все твои фильмы. Огляди мою комнату – на стене картина, где ты улыбаешься так трогательно-невинно. Стол завален публикациями. Полки – книгами о тебе, фильмами, репортажами. Самая преданная фанатка.

На фото ты улыбаешься. Но не мне. У нас с тобой не было никаких сцен при расставании. Ты лишь кивнула, сказала… Нет, не спасибо за проведенную вместе ночь! Никаких нежных слов и касаний. Ты зябко повела плечами и попросила закрыть окно. И тут же ушла.

Мне так поздно сказали, что я сошла с ума… На шестьдесят седьмом году жизни, когда это было уже всем ясно и без диагноза. Но они лгали – я сошла с ума восемнадцатилетней. Сошла с ума в ту ночь, что провела с тобой.

Жду тебя все эти годы. Каждый шаг вдалеке, каждое движение – слышишься ты. Меня уволили из театра очень скоро после того, как ты уехала. "За излишнее подражание великой актрисе N", так мне объявили. Конечно, я старалась копировать тебя во всем, начиная от театра и кончая прической – именно тогда я обрезала свои рыжие локоны. Ты гений театра, увидев тебя невозможно остаться такой, как была.

Я не помню ни какой месяц на дворе, ни кто сейчас у власти. Путаю имена своих внучек. Боги смеются надо мной, отнимая память сегодняшнего дня, но ту нашу с тобой ночь я помню до мельчайших подробностей. Каждый вздох, вырвавшийся стон, шаги за дверью, песни за окном, твои руки, мои губы. Страх, оттесненный страстью глубоко в сердце, но все же имеющий место быть. Радость, спонтанность принятия решения, и ты…ты…ты!

Приходи на меня посмотреть…

…
Господи, теперь ты не вернешься. Я не знаю, как это могло случиться, но ты умерла раньше меня. Живая, я читаю на третьей странице газеты заметку о твоей смерти.

В колонках играет - Вивальди - Времена года: Весна
Настроение сейчас - возвышенно-апокаллиптическое

Герои - убицы. Глупые, глупые люди...

Война казалась им священным действом, а убийство - подвигом. Крики, флаги, гордыня, слезы и вино смешались в один цвет борьбы и разлились кипящим потоком по стонущей земле, сжигая остатки надежды на светлое небо и искреннее счастье. Убийцы - герои. Мородеры - кумиры. Злобная сталь жаждет крови, черный камень крепостных стен рвется заточить в себе само солнце. Никто не верит в Ад, потому что они уже в Аду.
Стройными рядами идут короли на плаху, бывшие рабы кидают в них камни, уподобившись своим хозевам. Звери рыскают вдоль стен, чуя скорую кровь. Мир уже горит, но люди продолжают танцевать. О, эти глупые, глупые люди! Боги наделили их разумом, но они превратили дар в проклятье. Несчастные! Они губят себя, хохоча и наливаясь вином, орошают землю кровью, на которой теперь ничего не взойдет...
Огонь лижет их ноги, пожирает дорогие шелка праздничных нарядов, его рев заглушает отчаянные крик тех, чей разум прояснился в свете армагедона и теперь сожалеет о бесполезной жизни. Время, казавшееся вечностью, прошло сквозь пальцы, оставив лишь горькие воспоминания и жалость к себе.
Они разрушили мир, пытаясь доказать свою правоту, а на деле оказавшись такими же глупцами, как и те, кого они свергли с престолов. Все повторяется. Глупые, глупые люди! А после останется лишь пепел и бестелесные, безголосые тени, блуждаюшие в вечных сумерках, не способные даже оплакивать потреянную жизнь...

Оставь на столе ключи,
Сходи, посчитай ступеньки...
Мобильные отключив,
Уткнуться лицом в коленки.
Уйти по своим делам,
Ещё раз расставить точки...
И фото - напополам -
Отправить авиапочтой...

Не верю твоим звонкам
И письмам твоим - не верю,
Сбегаю по пустякам,
Панически, хлопнув дверью...
Туманом, как молоком,
Залиты дома снаружи.
И хрустнет под каблуком
Скорлупка замёрзшей лужи.

Всё можно переиграть -
Нажать три заветных кнопки,
Проверить на скрип кровать
И распаковать коробки,
Из сотен банальных фраз
Найти пару нужных - очень...
И фото - в который раз -
Заклеить прозрачным скотчем.(ц)
Белая Птица.

Я улыбаться перестала,
Морозный ветер губы студит,
Одной надеждой меньше стало,
Одною песней больше будет.
И эту песню я невольно
Отдам на смех и поруганье,
Затем что не стерпимо больно
Душе любовное молчанье.

Ты меня любивший фальшью
Истины -и правдой лжи.
Ты меня любивший-дальше.
Некуда!-за рубежи!
Ты меня любивший дольше,
Времени.Десницы взмах.
Ты меня не любишь больше.
Истина в пяти словах.

Любовь-жестокая игра
Она не терпит слабых
И обижается на сильных,
Которые не соглашаются играть в её игру.
Любовь-заманчивое слово
Любовь-чуть различимый шёпот
Любовь, как дикий зверь,
Не подпускающий к себе
Любовь, желанна и потому прекрасна,
Что недоступна простакам, гуманным, хитрым и гнусавым.
Любовь доступна лишь тому, кто не боится ничего
Ни смерти, ни разлуки, ни одиночества
Любовь-как цыганское пророчество
И всё в ней-ложь, но внешне непорочна
Любовь-ангел, который на вершине на звёзды смотрит одиночно
Любовь-непредсказуема и не доступна мудрым, надеящимся суть её понять.
Любовь-не похожа ни на что,несмотря как люди пытаются её сравнить.
Любовь-непостижима.... и многое о ней ещё можно наверное сказать...
Но если вспомнить, что нам дала любовь и что мы дали ей взамен... становится немноо грусно....

[477x358]
-Мама, мама, - мальчик лет пяти с золотистыми солнечными кудрями, которые спадали ему почти на плечи, упрямо дёргал за руку женщину, стоящею рядом. Его голубые, как безметежное небо после дождя, глаза сосредоточились на рассматривании памятного портрета на надгробной плите. Человек, изображенный на нёй, был очень молод и красив. Почему он умер? Кто он? Мальчик не знал, так же, как и не знал, почему они с мамой ездят сюда каждое воскресенье, почему она смотрит всегда то на портрет, то на него и тихо плачет. Он не понимал, почему его тянет к этой фотографии, почему ему нравится рассматривать её. Мальчик так хорошо изучил это лицо, что без проблем в любой момент мог воссоздать его образ в своей голове. Оно казалось ему знакомым, чем-то напоминало самого себя, - мам, ну мам…
Женщина нагнулась к малышу и ласково улыбнулась, а за тем нежно поправила прядь непослушных волос мальчика. Она выглядела очень молодо и была больше похожа на девушку, нежели взрослого человека с ребёнком. Только глаза, её глаза, они были пусты, словно две стекляшки. От них веяло холодом и грустью. Вот оно – зеркало души, её души.
- Сынок, что ты хотел?
Мальчик сделал серьёзный вид и задал вопрос, который мучал его уже несколько месяцев:
- Ма, а что, если твой ангел умирает?
Женщина сначала не обратила внимания на вопрос, так как её чадо в таком возрасте, когда дети постоянно спрашивают о самых невероятных вещах. Но спустя несколько секунд её, словно, током ударило. Она застыла, перед глазами начали всплывать картины шестилетней давности. Мальчик испугался, он ещё никогда не видел свою маму такой.
- Мам, что с тобой? – он опять начал дёргать женщину за руку. Она, вроде бы пришла в себя.
-Ничего, малыш, ничего. С мамой всё в порядке. Откуда в твоей головке родился такой вопрос?
- Когда мы приходим сюда, я всегда об этом думаю. Так всё-таки, что, если твой ангел умирает?
- Солнышко, мама не знает, - голос женщины звучал не убедительно и ребёнок сразу же почувствовал фальш.
- Ма, не ври. Ну, скажи, пожалуйста.
-Я не знаю, сколько тебе повторять, не знаю я, - она сорвалась на крик. Мальчик заплакал.
-Почему ты кричишь на меня?
- Прости меня, мой маленький, я не хотела пугать тебя, - женщина обняла малыша, крепко-крепко, будто бы боясь, что его могут отнять у неё. Удостоверившись, что это только её страх, она взяла мальчика на руки и направилась к лавочке.
- Сейчас я расскажу тебе легенду об ангелах…-сказала женщина, усаживая сына на колени.
За шесть лет до этого.
Жаркий летний день близился к концу. Ветер нежно обнимал зелёную листву, солнце таяло в оранжевом закате. Последние лучики скользнули по серым улицам города и скрылись за горизонтом. На небе загорелась первая звезда…Молодая пара сидела на крыше одного из домов. Их глаза искрились любовью друг к другу. Они сидели молча, не выронив и слова, просто наблюдали за «светлыми огоньками» на «тёмном ковре». Слова, влюблённым они не нужны, достаточно слышать, как бьётся сердце самого дорого тебе человека, бьётся в такт с твоим. Тем не менее, парень заговорил:
- Я хочу тебе что-то сказать, только не смейся, пожалуйста. Может это и смешно, по-детски глупо, но я верю… - он обнял девушку.
-Ну, говори, чего же ты вдруг замолчал? – на её лице появилась озорная улыбка.
-… Я верю, что у каждого человека есть свой ангел, который помогает ему пройти по жизни. Он приносит свет туда, где темно, закрывает своими лебедиными крыльями от опасностей и подаёт руку, если ты все же падаешь. Он – твой хранитель...
-Ты, такой милый, - девушка перебила парня, что бы поцеловать его, - за это я тебя и люблю. А за тем, минутку помолчав, спросила:
- А что, если твой ангел умирает, что тогда?
- Посмотри на небо…Видишь вон ту, падающею звезду? – рука парня указала на летящий огонёк.
-Да, красиво, - девушка умилялась картиной, представшей перед её глазами.
-Это – ангел, потерявший свои крылья. Он летит навстречу смерти, падает и гибнет. Когда умирает ангел – здесь, на земле, зарождается новая жизнь. Но, человек, которого он опекал, остаётся беззащитным и вскоре тоже погибает...
Девушке стало, как-то не по себе, она хотела спросить ещё многое, но почему-то боялась это сделать. Наконец, она решила, что стоит сменить обстановку и заодно тему для рассговора, а может и не только.
-Пойдём в дом, мне холодно…Согрей меня, - она лукаво улыбнулась и потащила парня в квартиру.
Прошло почти 2 недели, девушка забыла про тот рассговор на крыше. Была такая же красивая звездная ночь. Они возвращались с прогулки. Вокруг не было ни одного человека. Тихо и красиво. Вот и их дом. Осталось только перейти дорогу...Вдруг из-за угла вылетела машина. Она неслась на бешенной скорости. Водитель даже не заметил их. Девушка почувствовала толчок и упала на тротуар. Сразу же поднявшись, она увидела то, что ранило её намного больше, Читать далее...

Это очень старый рассказ, можно сказать, проба пера.

Иду с тренировки темной аллеей. Подумав, что могу его увидеть снова, пошла чуть быстрей. А вот и переход. Взгляд на часы. Как всегда, я явилась немного раньше. Ничего, надо просто подождать. И что за переход такой, почему тут горит всегда только одна лампочка? Вот сегодня утром, когда я тут же шла на работу, электрики, матеря на чем свет стоит хулиганов, вкручивали новые лампочки. Теперь их нет, кроме одной. Ровно в середине перехода. Как всегда. Может, тут маньяк завелся, который выкручивает лампочки? Снова взгляд на часы. Ну, кажется, пора спускаться. Посмотрела на другую сторону улицы. Отсюда ничего не видно за живой изгородью. Еще раз вздохнув, я начала спускаться. Как девченка перед первым свиданием, честное слово! Уже внизу лестницы до меня дошло, что я не слышу ничего. Нет торопливых шагов, доносящихся с другой стороны перехода. Еще взгляд на часы. Неоновые стрелочки показали весьма уверенно, что уже половина одиннадцатого. Мне стало обидно. Я как дура тут стояла, выжидала, когда наступит это время, ждала, понимаешь ли, своего прекрасного незнакомца, а он... хотя кто ж его знает, может, он вовсе и не прекрасный. В этой вечной темноте ничего не видно. Может, это он и выкручивает лампочки, чтоб я не разглядела лица? Хмыкнула. Тут я поняла, что стою в переходе уже минуты две, надо мной ездят машины, где-то снаружи орут коты. А я стою. Мысленно наградив себя парочкой эпитетов, я пошла вперед. Нет, это ж надо, я тут жду кого-то, кого даже в лицо не видела. Это по привычке. Очент дурной и ненужной, но должно же в жизни хоть что-то быть не как у всех!
Второй месяц по четным дням недели ровно в 10:30, как по расписанию, появляется парень, пробегает мимо… я уже заучила его быструю походку. Как-то, днем, в толпе, мне показалось, что я его вижу. Точнее, человека с его походкой. Нет, это просто чушь. Я сбрендила. Еще парочка эпитетов в адрес себя любимой… вот и лестница. А сверху – шаги! Я скорчила обиженную физиономию. Он просто слетел по лестнице, не заметив меня. Ну и черт с ним, завтра же изменю время тренировок, хватит, наигралась уже! Мне стало еще обидней, от того, что он пролетел мимо, вцепившись в громадный букет роз. Я остановилась за пару ступеней до конца лестницы. Показалось, что запах роз еще слышен. Ветерок раздул последние надежды услышать аромат. Я поняла, что еще чуть-чуть и доведу себя до слез. Это не честно. Я сейчас приду домой, а там кошка и комары. И все. Пусто. Разогрею в микроволновке остатки овсянки, слопаю перед компьютером и увалюсь спать, обняв кошку. А кому-то несут охапку роз…
- Эй, подожди! – я покрутила головой. Мне, что ли кричат? Перед носом возник букет. – Прости, я опоздал.
Вот так запросто, как старой подруге. Наважденье. Прада, наваждение с одуряюще пахнущими розами.
- Ну что ты бошкой вертишь? Это тебе, держи. – и всунул мне его в руку. - Я решил, что пора познакомиться. А то как дети: я жду возле перехода ровно до половины одиннадцатого. Как дурак, эй богу! Если мне все сейчас показалось, то просто скажи. Просто… Это… ну, ты понимаешь… - он как-то смущенно замолчал. – Я подумал, ну… не просто так же мы тут в 11:30 встречаемся. Эээ… я грешным делом и размечтался, что ты тоже стоишь там… - я улыбнулась. - Сегодня так это все представилось – ты тут, я там… Смеялся как сумасшедший! А ты хорошая, - добавил он не в тему и умолк. Кажется, даже покраснел.
-Эх, ну не отказываться же от таких цветов, - я взяла его под руку и мы медленно пошли по аллее.

В колонках играет - Blind Guardian - Dream A Little Dream Of Me

еще одна маленькая писулька-набросок. Не подумайте, что он автобиографичен...Иначе мне придется вас убить..

Я спрашиваю тебя: кто ты? Ты не знаешь ответа…ты молчишь, опустив глаза…

До восхода солнца осталось чуть больше двух часов. Дождь, поливавший этот серый, иссушенный город всю ночь, почти закончился и сейчас больше походил на простую водную взвесь в воздухе, нежели на струи…На некоторое время город наполнился свежим воздухом и мне хотелось вдохнуть этого воздуха как можно больше, так чтобы закружилась голова, и легкие закололо…Надо куда то деть окровавленную рубашку и смыть его кровь с рук и лица. Надеюсь я достаточно тщательно вытерла все следы вокруг него…хотя меня это мало волнует…рано или поздно им повезет и они меня поймают…Плевать, для меня жизнь уже закончилась, началось пустое и глупое существование…что он мне сделал? Что мне нужно было от этого бедняги? Ничего…мне просто захотелось увидеть его кровь, его глаза, видящие сквозь меня свою смерть, почувствовать контроль над божественным даром – над его жизнью…Я не понимаю, что со мной происходит? Я не могу остановиться, не могу заставить себя пройти мимо…Я не сошла с ума, потому что я прекрасно понимаю что делаю, и понимаю, что ненавижу это…Но почему черт возьми я не могу остановиться? Почему вот уже который раз я смотрю как с моих пальцев капает на землю его вязкая темно-красная жизнь? В этом нет никакого смысла…я бессмысленна…Нет! Смысл должен быть, иначе ничего этого бы не было, верно? Этот парень с хот-догами…какого черта он все время здесь вертится? Чертов мексиканец…как и тот, что лежит сейчас там, с перерезанным горлом в луже собственно крови и мочи…как же это паршиво, когда человек от страха делает всякие мерзкие вещи, вроде обмачивания собственных штанов или измазывания своими соплями всего лица в надежде разжалобить бесчувственный разум моего убийцы своей отвратительной трусостью…Первый был кажется испанцем…Может я ксенофоб? Нет…должно быть что то другое…к тому же третий был вполне похож на местного…Черт побери, кем я стала? Я была такой милой, такой доброжелательной маленькой девочкой…Да…Эта маленькая девочка и стала моей первой жертвой…Ее убить было труднее всего, но я это сделала. Я убила ее! И теперь я бреду по сырой загаженной улице этого огромного, безликого, вонючего и циничного города, не замечающего людей, и снова слышу их хрипы, вижу их стекленеющие, наполненные ужасом и непониманием глаза…И ничего не чувствую: ни жалости, ни страха, ни ликования…Ничего…Я не знаю зачем все это…Почему я до сих пор не сделала тот самый шаг, о котором так часто думаю, стоя на крыше старого дома, в котором я ночую? Не понимаю…это все чушь…вся жизнь не имеет никакого смысла! Не только моя, но и их жизнь…Она тоже бессмысленна…К черту их…К четру их? Ну конечно! Я стала той, кто отправляет людей к Дьяволу, кто творит бессмысленное зло без причины для того, чтобы они поняли его истинный смысл! Они умоляли меня сохранить им жизнь…они выискивали в моей душе сочувствие, не подозревая, что у человека, не относящегося ни к одной стороне нет души! Во мне нет ни добра, ни зла, я лишь сохраняю равновесие…я делала добро, чтобы люди видели зло…а теперь я творю зло, чтобы люди видели в жизни добро…Я простая смерть…Вот мой смысл! Чертов мексиканец…черт, опять придется испачкать руки…

Горячие губы - стык встык.
Тебя из памяти вышибаю клином.
Мой ангел-хранитель геройски погиб,
Пролился на плечи усталым ливнем.

Обнимая за талию кого-то еще,
Нервные пальцы сцепить за спиною.
Слезы роняя над пепелищем,
Я забуду тебя, но какою ценою?

На открытом плече - чужое дыханье.
Раздарила себя без остатка.
С насмешливых губ не сорвется признанье,
Наверное, ночь была слишком сладкой.

На чьих-то губах задержавшись на миг,
Под чьим-то крылом засыпаю.
Мой ангел-хранитель геройски погиб,
Меня, идиотку, спасая.

Притча о улыбке.

Проснулся добрый человек и вышел из дома своего в надежде увидеть утреннюю звезду. Но солнце освещало небо и землю так ярко, что и огненным ящерицам было слишком жарко, и прятались они в тени большого камня.
И обратился добрый человек к псу своему и узнал от него, что вся живность утомлена и даже петухи не в силах кукарекать. И взял добрый человек, а имя ему было Михаил, в руки лист с дерева, а тот был сух, и легко крошился.
И зачерпнул Михаил воды из колодца, а воды оказалось на самом донышке. И подул горячий ветер, несущий воздух с пустыни вместе с обжигающим песком. Опустил поля шляпы своей Михаил и сощурил глаза.
И загорелись свечи, стоявшие на подоконнике, и Михаил не смог затушить их. И через все небо прошел след дымный, словно резвое облако. И послышался грохот, и колебался огонь свечной, но не погасли они.
Читать далее

А давай убежим... вот так просто – возьмем и уйдем...
От тоски и от будней. И серых, казенных ночей.
И не спрашивай, очень прошу, «почему?» и «зачем?»...
Ну давай посчитаем все это мечтою и сном...

И давай убежим... знаешь, просто куда-нибудь в дождь,
Засмеемся и в прошлом оставим туманную боль...
Я поставлю будильник на ровно четыре ноль-ноль.
И не буду дышать до тех пор, пока ты не придешь...

В колонках играет - The Rolling Stones - Laugh,I Nearly Died

Здесь интересно. Здесь интересные. И я захотела примкнуть. И решила сперва выложить небольшой набросок на тему покинутых людей, с которыми жизнь была слишком честна, чтобы оставить надежду.

Сломанные куклы

Отчаянная любовь, пропитанная горечью и нежностью двух умирающих животных. Две невесомые тени, на вечность оставшиеся на пепелище издевательским напоминанием о некогда прекрасной и навсегда потерянной жизни. Как фигуры людей после ядерного взрыва - застывшие на середине шага, на середине улыбки. Пепел. Прах. Несказанные слова и несбывшиеся надежды. Они словно два приговоренных к смерти, два последних человека, оставшиеся в заживо сгоревшем мире, не живые, не свободные. Пленники дорогих руин. Танцуют медленное танго босиком на битом стекле, а рваные края вечерних нарядов от Прада и Готье, грязные, прожженые порохом и сигаретами, слизывают с осколков коктейль из выдохшегося Кристалл и крови. До умерло. После - слишком большая роскошь, в которую уже никто не верит. Сейчас превратилось в иглы под ногтями, которые за сотню лет научился не замечать. Даже боли им не оставили. У них не было ничего живого, и они придумали любовь. Странная смесь влюбленности в придуманный и недостижимый идеал, жалости (к другому? к себе?) и Стокгольмского синдрома. Любовь двух фриков. Двух сломанных кукол на пепелище. Больная, искалеченная, мертвая. Намного более искренняя и полная, чем любовь, взрощенная на цветах, улыбках и закатах. Потому что единственная. Последняя. Они сплетаются телами, языками, сростаются кожей, отдают друг другу свою кровь и горький смех сквозь обреченность. Погружаются друг в друга, как в теплый омут с камнем на шее. С болезненным, неправильным наслаждением. Экстаз, вырывающий с корнем остатки нервов. Такое же чувство, должно быть испытывает человек, переживший катастрофу, нарочно изматывая себя рыданиями. Наслаждение. Уродское. Стыдливое. Прекрасное. И больше у них ничего нет.
Вы не смотрите им в глаза - у вас не хватит на это сил. Вы не слышите их - одно их слово разрушит ваш мир и сделает такими же. Они сломанные куклы. Жалкие. Грязные. Забытые. Пугающие. Более настоящие, чем всё, что есть у вас.
И вы начинаете их любить.

Очень захотелось обсудить с участниками сообщества эту статью.

У человечества была одна семейная тайна, которая буквально перевернула всю его историю. Из-за этой тайны один человек умер на кресте, но родилась целая цивилизация... Как жилось этому мальчику из провинциального Назарета, на краю огромной империи, в бедной семье, с немногословной матерью и стариком, которого даже по детской наивности не назовешь отцом?

Как он рос с этой тайной, с «предвечным знанием» – про вестника Господа и непорочное зачатие, про путь искупления, который его ждет… А по нехристианским источникам, Иисус был сыном заезжего римского легионера, и старый плотник Иосиф взял замуж юную Марию по просьбе ее семьи, чтобы «покрыть» незаконное рождение сына…

Не дразнили ли его на пыльных галилейских улицах сверстники? Не морщился ли при встречах бородатый рабби? Не шептались ли соседки им с матерью вслед?

Какие раны нанесла мальчишке тайна его рождения, о которой молчала семья? Какой силы механизмы психологической компенсации должен был включить ребенок, чтобы поверить, что он – Сын Божий, Мессия? Какой силы убедительность должна была в нем возникнуть, чтобы эта идея трогала и спасала людей и через 2 тысячи лет?.. (С)

Меня затронуло до глубин подсознания....кто что думает по этому поводу?

оценивайте... рассказ довольно старый и пусть местами не очень гениальный, но он МОЙ, и мне по-любому не будет стыдно за него...

Здравствуй, Человек...
Я решил поведать тебе историю моей короткой невеселой жизни именно сейчас - в минуту, когда я чувствую себя как никогда одиноким, никому не нужным и опустошенным... Хотя с первого взгляда я кажусь переполненным впечатлениями, в душе моей все оборвано и меня гложет чувство, что меня грязным образом использовали и теперь выбросили... Но обо всем по порядку....

Я родился грязным зелено-фиолетовым утром в конце февраля. Первым, что я увидел, была лампочка, болтавшаяся под потолком на длинном черном шнурке... Я полюбил ее... Она дарила свет и несла надежду... Еще она убивала... Быстро и равнодушно...
Я помню мое детство...
Мое детство - это неизвестность...
Мое детство - это ожидание...
Мое детство - это лишь время...
Мне детство не нравилось... Оно было скучным... И, как мне кажется, абсолютно бессмысленным...

А однажды мое детство кончилось... Это произошло неожиданно... Это было как свободное падение...

А потом я упал. Я упал в мир. Мир был похож на большую коробку. В мире все были одинаковыми.
Там я впервые узнал ,что такое жизнь. Жизнь - это минуты, когда открываются глаза, когда ты понимаешь все. Ради этих минут мы живем.

Я долго барахтался в мире. Пока его не запечатали. А потом мир начали трясти. Мне было сложно жить в состоянии постоянной тряски. Еще я был одинок. А мир был очень тесным. И темным. Я скучал по лампочке.

Мир открыли. Так же неожиданно, как и закрыли. Ворвавшийся свет ослепил меня. Но потом свет пропал. И я оказался дома. Дом был тесным, почти таким же тесным, как и мир. Но в доме я жил один.
Из дома я наблюдал за ними. Они были большими и всегда обеспокоенными. Иногда они показывали на меня пальцем и смеялись, иногда смущенно краснели, но я по-прежнему никому был не нужен.

А потом пришла ОНА... Она пришла за мной. Но ей пришлось заплатить за меня. Она смелая. Она ничего не боялась. Когда она взяла меня, я почувствовал ее теплоту... Это было совсем новое для меня ощущение - ощущение теплоты... Ведь я никогда не знал своих родителей...
Я оказался у нее дома. Я понял, что такое дом. Дом - это когда пахнет. Неважно чем. Вот у меня дома никогда ничем не пахло. А у нее пахло страстью. Мне нравится, как пахнет страсть.
Я был счастлив. Я понял, что счастье строить надо долго, а рушится оно в секунду. Как у меня. Одна секунда - это звонок в дверь. Всё.
Пришел он. Букет цветов. Бутылка Шампанского. Поцелуй. Руки. Губы. Уши. Мне больно. Очень.
Последующие действия рассматриваются под рубрикой *Детям до 18.* А мне сколько? Неважно... Я ничего не чувствую... Мне не больно. Самообман. Не получается... Она протягивает ко мне руку......

Я родился глубокой ночью в квартире, где пахло страстью. Первым, что я увидел, была ОНА, моя мама... Я полюбил ее... Она дарила свет и давала надежду... Еще она убивала... Быстро и равнодушно...
Она убивала меня.









З.Ы. как вы думаете, о чем рассказ?;)

Жили был Ирак и Америка. В Америке жил был Джон, а в Ираке жил был Хазретт. Джон был и жил толстым негром-католиком из бедной семьи, а Хазретт был и жил худым белым-мусульманином из богатой семьи.Однажды, когда им обоим исполнилось по 18 лет, они пошли на войну. Джон пошел воевать за Америку, а Хазретт за Ирак. Они встретились в Багдаде, когда Джон шел за булочками, а Хазретт шел с автоматом. Хазретт хотел убить Джона, а Джон хотел, чтобы у него тоже был автомат, чтобы он мог захотеть убить Хазретта. Однако, как только глаза Джона встретили глаза Хазретта, их сердца передумали, Хазретт забыл жензину из английского журнала fhm за 1998 год, а Джон забыл соседку Джессику, они бросились друг на друга и слились в одном сплошном порыве-поцелуе. Но тут коллеги Джона также пошли за булочками и увидели Джона с Хазреттом. Им показалось, что Хазретт напал на Джона и они убили Хазретта.Хазретт успел шепнуть Джону на ушко:Я люблю тебя, американец, а Джон подумал,что если он сейчас скажет,что он тоже любил Хазретта, его не поймет американское правительство и тогда он сказал: Молодцы, ребята, вы меня спасли и они вместе отправились за булочками.

Зарисовка №5:)
Разговор с зеркалом
Зеркало смотрело на меня надменно, тем самым презирающим взглядом, которым гламурные девицы окидывают бедно одетых людей...
-На что смотрим? - Спросило у меня отражение.
-На себя вроде как! - Неуверенно ответила я.
-Ну и что видим? - Также насмешливо продолжало зеркало.
Я замешкалась...
-Человека видим. - Наконец выдала я вполне логичную фразу.
-Это итак понятно... И что за человек?
-Ну... Художник?
Зеркало рассмеялось и посмотрело на меня ещё надменнее.
-Художника говоришь? - Ядовито переспросило зеркало - Ну и что ты нарисовала?
-Я много нарисовала! - Начала оправдываться я.
-И половину выкинула... - Дополнило зеркало. - И сколько у нас осталось нормальных рисунков? Один? Два?
-Ладно... Предположим я не художница...
-Ага! - Согласилось отражение.
-Тогда музыкантка!
-Ну ты и придумала... Музыкантка! Скрипачка с дальнего хутора? И что мы играем? Концерты Вивальди? Ну да... Расскажи ещё один анекдот.
Я злобно пнула зеркало, но издеваться оно не прекратило.
-О смотри, у тебя ещё и прыщ выскочил! Ты теперь не просто скрипачка с дальнего хутора! Ты теперь прыщавая скрипачка все с того же хутора.
Отражение знало по какому месту бить. Издевалось и над внешностью и над талантом. Я не выдержала и заплакала.
-Ну-ну-ну... Не плачь музыканточка. - Засюсюкало отражение. - Придумай что-то получше.
-Я... Я... Я стихи пишу! - Хватаясь за последнюю ниточку выкрикнула я.
-СТИХИ? - Зеркало просто надрывалось от смеха. - "Трактор в поле дыр-дыр-дыр, мы за дружбу мы за мыр!" Твоего авторства? Какая из тебя поэтесса? Ты только посмотри на себя! От твоих стихов тошнит не только окружающих, но и тебя саму...
-Знаешь что! - Вдруг выкрикнула я. - Посмотри на себя! Если я такая плохая, то и ты тоже. Ты не музыкант, не художник, не поэт. Ты никто! Я - человек, я могу всё. А ты просто зеркало. Жалкое старое зеркало которое любой может разбить, а меня не разобьешь даже ты. Я - музыкант, я умею играть и смогу выучить любую мелодию. Я - художник, я смогу нарисовать что угодно, но так, как вижу я. А если нет, то я смогу выкинуть этот рисунок и нарисовать новый. Я - поэтесса. Я могу писать стихи на любые темы. Даже про трактор, пускай. Зато я могу. А ты просто отражение и навсегда останешься отражением. Я - человек... А ты - отражение! И знаешь что, я могу уйти от тебя к другому зеркалу, а ты от меня никуда не уйдешь! - Зеркало поджало губу и готово было разрыдаться. - И кстати, прыщ не только у меня, но и у тебя тоже! Так что ты не просто отражение, а прыщавое отражение!
[570x380]

Кухня, вся разобранная по части. Кухня, на которой кроме плиты и света ничего не работает....собвственно говря, на ней больше иничего нету...разобранный пол, лампочка на потолке вместо люстры, отшпаклеванные стены, доски, разбросанные на полу....но почему то именна на такой кухне самый вкусный кофе. Он немного горьковатый, еще одна ложка сахара не помешала бы, но не хочется вставать, идти в другую комнату и дабавлять эту ложку...сигарета, дым, открытое окно...через это окно на кухню врывается прохладный ветер, но идти и надевать кофту тоже не хочется. Не хочестся отпускать город, твой город в такую минуту. В минуту, когда он спокойно засыпает. Чуть слышно доносится из соседней квартиры музыка, вся семья собралась дома, кто после работы, кто после гуляния. Они разговривают, смеются, на фоне музыка....музыка, уносящая тебя в волшебный мир, в мир твоего засыпающего города... ветер... дым... горькватый кофе...