Сейчас буду сеять национальную рознь. Не думаю, что получится качественно, потому что, положа руку на сердце, не было у меня внутренней уверенности в том, что я хочу в Китай. Летать на такие расстояния ради трехдневного пребывания - то еще удовольствие, но это не отменяет того, что в китайском консульстве работают, как бы это помягче...
Самое интересное, что половина из тамошних сотрудников на приеме документов - вообще не китайцы. А то ли казахи, то ли близко к этому. Из числа, видимо, гастарбайтеров, которые не способны вообще ни на что, кроме как надувать щеки. Сообщили мне сегодня из визового центра, что вот эти вот существа отказались принять документы, требуя бумагу из редакции, что во время своего пребывания в Поднебесной я не буду заниматься своим прямым делом - то есть журналистикой.
"А как, - спрашиваю у сотрудника визового центра, - это требование согласуется с приглашением, где написано, что я еду в Китай, как аккредитованный журналист?" Он сам в недоумении: может, говорит, вы какое-нибудь другое приглашение им принесете? И сказал еще, что это, увы, общеизвестный факт: китайцы очень не любят журналистов.
В общем, осталось сдать уже купленный билет, а командировку я просто перекину на другой этап. Мама, опять же, счастлива. Зачем, говорит, ты туда ехать хотела, вся простуженная? Дома так хорошо у тебя. И для вишневого пирога все купили...
Но это не отменяет желания ликвидировать китайское консульство в Москве за профнепригодность.
"Можно быть влюбленным сразу в нескольких и любить их всех с одинаковой сердечной болью, не предавая ни одну. В сердце закоулков больше, чем в доме свиданий" - писал Габриэль Гарсия Маркес в одном из своих романов и писал он, разумеется, о своих многочисленных пассиях, а вовсе не о фигурном катании. Но у меня как-то сегодня слово "любовь" крутится в голове исключительно применимо к спорту. В очередной раз пытаюсь понять логику фанатов (только не говорите у меня, что логики у этой группы населения нет - я расстроюсь). Почему при любви к одному индивиду нужно обязательно ненавидеть кого-то другого? Или откровенно не любить - что практически то же самое. Злиться на весь мир, если кто-то эти текущемоментные любви-нелюбви не разделяет.
Мне это правда интересно. Сама я как-то так устроена, что совершенно не обладаю способностью к подобному отношению к героям. Есть те, кто нравится. Есть те, кто очень нравится. Есть такие, кто не нравится совсем, но я всегда могу сама себе или любому другому природу этих симпатий-антипатий объяснить. Это даже правильнее назвать не симпатиями-антипатиями, а интересом. Который может вдруг возникнуть на ровном месте, а может точно так же на ровном (внешне) месте исчезнуть. На людей, которые до такой степени вовлечены в жизнь своего героя, что готовы за любое не тем тоном сказанное в его адрес слово готовы глотку порвать, я смотрю с неиссякаемым любопытством. Что с ними (или со мной) не так? Неужели собственная жизнь до такой степени тускла и безрадостна, что человек начинает что есть сил стремиться подменить ее чужой?
Это я все к тому, что чем ближе к Играм, тем обычно истерика вокруг кумиров только нарастает. С ужасом и нетерпением жду февральских обострений.
Приходите со мной поговорить, а? Я вам расскажу всю правду. А то я необдуманно рано выползла из дома, недолечившись, и несмотря на то, что сделала кучу полезных вещей (сдала документы на визу, купила билет в Пекин и написала оду имени ТВМТ в газету, которая вот-вот появится на сайте), но чувствую себя, надышавшись холодного воздуха, хреноватенько и снова жру таблетки. А в три часа ночи нужно снова выползать на улицу, прокусывать шеи фанатам Плющенко и выпивать их кровь, гнусно хихикая садиться в машину и ехать в аэропорт встречать маму.
В эти выходные писать следовало бы о фигурном катании, но о фигурном катании я уже написала в газету. И поскольку, написав, почувствовала, что лежать под одеялом и глотать таблетки, запивая их чаем, больше не в состоянии, поплелась горестно на кухню. Больной человек - он ведь крайне капризен. Поэтому на контрольный звонок с вопросом о самочувствии и дежурным: "Что привезти?" я мрачно ответила: "Привези мне, папенька, цветочек аленький Тесто фило".
Ну а став счастливой обладательницей этого удивительного, толщиной в лист папиросной бумаги, теста, которое сейчас стало продаваться в достаточно большом количестве московских магазинов, я затеяла яблочный гасконский пирог.
В Гаскони это целый аттракцион - приготовление пастиса (так там называется тонюсенькое, прозрачное тесто, которое раскатывают, растягивают, сушат на воздухе, прежде чем начать сооружать из него традиционные пироги, которые потом продают с таким же пафосом, как в Вене - торт Захер. Но шоколад я не люблю, а легкие слоеные пироги - очень. Хотя назвать пастис пирогом - кощунство. Это совершенно кружевное, неописуемое волшебство. "Ах!" и "С ума сойти!" в одном флаконе, а главное - все делается быстро и очень просто.
Если, разумеется, у вас есть тесто фило.
Можно, конечно, приготовить тесто самостоятельно - в точности, как для штруделя. Из муки, яиц, соли на кончике ножа и совсем небольшого количества молока. Дать ему выстояться часок в теплом месте и потом раскатывать, растягивая, до тех пор, пока оно не станет тонким до прозрачности. Это кропотливая работа. И точно не для человека, который чувствует себя обломком кораблекрушения и потерял от кашля голос.
Поэтому тесто было готовым.
Вам не надоело еще? Тогда смотрим картинку, а особо заинтересовавшимся - читать дальше...
Не помню уже кто, хотя совсем недавно, высказался в блоге в том плане, что все интервью с Зайцевой одинаковы и все - ни о чем. Просто тогда не было времени писать, что я совершенно с этим взглядом не согласна. Для меня Зайцева - всегда интересный, но достаточно тяжелый собеседник. В том плане, что она вообще не любит рассказывать о себе. Абсолютный интроверт, не имеющий на первый взгляд совершенно никакого доверия к окружающему ее миру. Помню, я ехала к ней в больницу в 2011-м и всю дорогу задавала себе вопрос, зачем я вообще еду на это интервью? А проговорили в парке на лавочке часа три, наверное. . В Рупольдинге тоже думала: нужна мне Зайцева для разговора, или нет. Стоит ли ее лишний раз дергать при том, что сама она совершенно не горит желанием общаться?
И снова получилось так, что проговорили гораздо дольше, чем я рассчитывала, хотя Ольга традиционно начала с дежурных заклинаний о том, что каждый охотник желает знать, где сидит фазан спортсмен должен понимать, ради чего работает и что вообще Олимпийские игры - великая честь - и так далее и тому подобное, но к этому как раз я уже привыкла. Такой, я бы сказала, легкий троллинг по отношению к журналисту. Реакции проверить.
И сам материал получился более объемным, чем я рассчитывала. Не знаю уж, в каком объеме он завтра выйдет (сама дома лежу, свалившись все-таки от гриппа) и насколько будет интересен, но ощущение хорошо сделанной работы у меня есть.
А говорили обо всем. О Пихлере, об отборе, о нагрузках и даже об Октоберфесте. И о том, как важно во время гонки не говорить "под руку" лишнего.
- ... Вам приходилось перед стартом выслушивать слова, которые были совершенно ненужными в тот момент?
- Мне и на старте такие слова говорили, да и во время гонки, случалось...
- Например?
- Дело не в конкретных примерах. Просто когда спортсмен уже настроен на гонку и полностью сконцентрирован, выбить его из этого состояния можно любым неосторожным словом. Допустим, я иду на рубеж, держу в голове все те действия, что должна совершить, знаю, что на стрельбище ветер, знаю, какой. И вдруг кто-то кричит: «Там ветер!!!». Я что, сама об этом не догадываюсь? Тем более, что пристреливалась именно с учетом этого ветра. Но начинаю невольно думать, что именно человек мог иметь в виду, когда кричал? Что ветер стал каким-то особенным? Переменил направление, стал сильнее? Что там такого случилось на рубеже, что мне так экстренно об этом сообщают? А в гонке не нужно думать ни о чем постороннем. Потому что концентрация сразу начинает уходить. Ты отвлекаешься...
Сейчас выпью еще ведро чая с медом и лимоном и начну писать интервью с Пихлером. Очень рассчитываю после этого закончить с биатлоном до января и сосредоточиться на фигурке. В смысле - только на фигурке. Хотя боюсь, что с этой простудой, случившейся как всегда очень невовремя, я банально могу не успеть получить китайскую визу. В общем, буду решать проблемы по мере из поступления.
Если бы я была мэром Рупольдинга, я никогда не разрешила бы жителям продавать свои дома иностранцам. Потому что главное очарование таких городков - это традиции. Обязывающие украшать цветами свои дома и подбирать растения в саду таким образом, чтобы от сада было невозможно отвести глаз в любое время года. Приучающие детей с самого раннего возраста к тому, что гость в доме - это счастье. И неважно, что за постой и еду он платит деньги. Он - гость. Дорогой и долгожданный.
В местном гостеприимстве нет ни капли рисовки. Сильнее же всего потрясает гордость людей за свой труд. В булочной тебе с гордостью скажут, что такого хлеба нет больше нигде - и это будет правдой. В цветочном магазине подберут букет и неважно, что стоить он будет копейки. Он будет фантастически красив в том числе и потому, что хозяйка возилась с ним, составляя, полчаса, подбирала наиболее нежное сочетание цветов и наиболее пышные ленты. В расположенном на горе над Рупольдингом ресторане ("Идите туда, не пожалеете", - чуть ли не вытолкал нас на улицу из отеля сборной Вольфганг Пихлер) молодая дама, обслуживающая гостей на открытой террасе, сначала улыбнется, принимая заказ на добавку, а на фразу "У вас здесь намного лучше, чем внизу в городе" снисходительно присвистнет: "А вы сомневались?" И свист этот будет удивительно идти ее стройной фигуре, баварским кожаным штанам и кокетливой блузке с кожаным же жилетом и серебряными пуговицами в форме эдельвейса.
Январский Рупольдинг давно и прочно "засижен" туристами. А турист, да еще и биатлонный, как известно, всеяден. Для полного счастья ему нужна компания, в которой можно "перетереть за гонку", открытая терраса, позволяющая "отлить" у забора, литровая кружка пива или поллитровая - глювайна, и громадная, горячая, сочащаяся мясным соком колбаска на разрезанной вдоль булке с горчицей. И толпы, толпы, толпы из которых кто-то периодически выпадает на проезжую часть и с шутками-прибаутками возвращается друзьями-собутыльниками сначала в вертикальное положение, а потом за стол. Всем хорошо, все счастливы.
А тут на горке, в пятистах метрах от отеля с российской сборной - только свои. Те, кто знает цену неторопливой, вкусной и неожиданно дешевой - не для туристов же! - еде, при том, что добрую половину меню составляют блюда из свежайшей дичи: оленины, кабанятины, горных коз, перепелов... Фантастически вкусное пиво. Домашний, удивительно-прозрачный мармелад из брусники - к мясным блюдам и сыру. Свой хлеб, колбасы, паштеты и все то же неописуемое радушие по отношению к любому заглянувшему. И обязательно - гордость: за прозрачность и крепость бульона из оленины, за свежесть зажаренной отбивной, за хрусткость салата и аромат крошечной чашечки кофе.
Лучше один раз увидеть? Нет проблем!
Вас интересует ценник? Вся эта еда - включая два полулитровых пива и чашку кофе - 23 евро.
Вы спросите, при чем тут иностранцы? Да при том, что тот, кто покупает баварский отель, как бизнес, но чужд традициям, неизбежно начинает экономить на ненужной (на его взгляд) атрибутике. Убирает живые цветы с балконов, потому что за ними, чтобы росли пышными и разноцветными шапками, надо ухаживать. Снимает "лишние" занавески с окон, перестает украшать внутреннее пространство сезонными, и обязательно свежими цветами, заменяя их искусственными, и интерьер тут же становится совершенно "мертвым". Убеждает себя в том, что постояльцы никуда не денутся даже в том случае, если твое пиво хуже, чем у соседа, еда скудна и несимпатична, а в комнатах не меняют ежедневно белье и не кладут шампунь - и вроде действительно ничего не происходит.
Просто от всего этого неизбежно начинает идти совершенно четко ощутимый дух нелюбви и запустения. А казалось бы - какая разница, кто хозяин?
В Рупольдинге обещают потепление и солнце с утра жарит, как сумасшедшее. Завтра домой. Помимо работы успели смотаться в Райт-им-Винкль, забронировать жилье на этап Кубка мира, ибо жить в Рупольдинге по целому ряду толстых причин не нравится мне категорически. Наша Рита - милейшая хозяйка все-таки: "Да, конечно я вам оставлю именно ваш номер. На третьем этаже. С балконом и видом на горы. Мы будем очень вас ждать..." Все-таки никогда в отелях с русским управлением не будет той атмосферы, что есть в немецких и австрийских. Как-нибудь расскажу, почему.
Завтра выйдет материал с Королькевичем (сижу как раз дописываю). Вчера было еще одно интервью - с Ольгой Зайцевой. Я обленилась, конечно. В 2008-м, помнится, на два дня заехала в Рамзау и сделала девять полномасштабных интервью - с Рожковым, Кругловым, Ярошенко, Аликиным и кучей барышень. При том что только с Рожковым разговаривала часа три. А тут максимум, что выходит - по материалу в день. Видимо, последствия ударенной в Оберстдорфе головы, которая, как мне пообещали, будет болеть долго и качественно, дают себя знать )))
Вот вам для затравки кусочек из Королькевича, который я частично уже цитировала в репортаже:
"...Рупольдинг, безусловно, хорош своей трассой. Все эти короткие переходы и подъемы нужны для того, чтобы спортсмен умел по ходу гонки менять ритм собственных движений. Когда я работал в Словении с лыжниками, то проводил в Рупольдинге по два тренировочных сбора за сезон. Для спринтеров эти круги особенно удобны.
- Мне уже успели рассказать, как Юстина Ковальчик бегала по местным склонам в гору с автомобильным баллоном. Причем не по тому, склону, где бегали ваши девочки, а по гораздо более крутому.
- Меня это не удивляет. Я видел, как Ковальчик тренировалась в Рамзау на глетчере с поясом в 12 кг. Одно время у нее была большая проблема с прохождением спусков. На глетчере есть маленький пятикилометровый круг, по которому Юстина каталась с этим поясом, потом она шла противоходом в 800-метровый подъем и оттуда спускалась на обычных лыжах по слаломной трассе. Но Юстина очень сильна психологически. Она всегда точно знала, чего хочет, и всегда очень много ради этого работала. Поэтому, собственно, и осталась после ухода Петры Майдич единственной спортсменкой, способной всерьез “цеплять” норвежек..."
А вне работы Рупольдинг вовсю готовится отметить День всех святых. даже я, признаться, дрогнула - потянуло на глупые покупки, тем более что тыквы здесь сейчас через каждые сто метров просто лежат в огромных телегах у каждого дома и рядом - жестяной ящик с ценником: бери, сколько нужно, а мелочь (стоит-то все копейки) просто ссыпай в банку.
А как устоишь, когда даже в кондитерских вот так -
Сегодня выходной и совершенно точно могу сказать, что давненько я не проводила день с таким удовольствием. Открыла для себя совершенно дивный, игрушечный Траунштайн. Нет, заезжать-заезжала во время биатлонных соревнований, причем множество раз - с краешку, купить или пополнить сим-карты для местных телефонов себе и коллегам. Всего-то 15 минут езды от Рупольдинга - 13 с небольшим километров. А сегодня мы проехали чуть дальше и повернули в центр. Оставили машину на парковке (2 евро - и стоянка до 10 часов завтрашнего утра, но монетки мельче у меня просто не оказалось), поднялись по узенькой булыжной лестнице на рыночную (по пятницам) площадь, пересекли ее, попутно съев по сказочной вкусноты брецелю у местного деда-пекаря...
Есть такие площади, на которых проистекает вся городская жизнь. Помнится, на аналогичной брусчатой, обсаженной платанами площади в каком-то крошечном португальском городке мы сидели и пили вкуснейший кофе. С одной стороны площади располагалась церковь. Рядом - школа и муниципалитет. В соседнем здании суд, сразу за ним - полиция и тюрьма, забор которой упирался в кладбищенский - с обратной стороны церкви. Такой незатейливый жизненный круговорот. Примечательно, что все верхние этажи зданий пестрели объявлениями адвокатских контор.
Площадь Траунштайна оказалась другой. Замечательно подходящей под немецкое слово "Гемютлих" - с немного протяжным "ю" и мягким "х". Гемютлих - это ощущение, которое возникает, когда влезаешь в старенькую и мягкую фланелевую рубашку, пахнущую свежестью и лавандовым мылом. Или когда зимой засовываешь босые ноги в нагретые камином меховые тапки. Здесь никто не удивляется, когда продавщица крошечного, но очень модного магазина выйдет из дверей, заметив, что ты разглядываешь витрины, и доверительно скажет: "Это точно стоит того, чтобы померить. Зайдите..."
И ты заходишь, пьешь предложенный кофе, голова идет кругом от теплого разнообразия всевозможной цветовой гаммы осенних листьев и выходишь нагруженный какими-то куртками, брюками, шарфами, купленными по российским ценам за копейки, и ни секунды не жалеешь о том, что оставил в магазине какую-то часть денег.
Чуть дальше - в подворотне - магазин местной старобаварской керамики - недешевой, но вот эта фраза "оно того стоит" никуда не уходит из головы. И там, заворачивая купленную тобой темно-зеленую глазурованную жаровню в тончайшую папиросную бумагу (хотя что ей будет от обычной оберточной - керамике-то?) пожилая и очень милая хозяйка кладет сверху изумительной красоты салфетку и говорит: "Я просто хочу сделать вам подарок. Чтобы вы запомнили этот день".
И лавка напротив, где россыпью мягчайшая пряжа самых невероятных расцветок и устоять совершенно невозможно и по полкам - куклы и мишки в связанных специально для них игрушечных одежках. Заодно - прекрасная возможность увидеть, как те или иные нитки смотрятся в вязке. И надо ли удивляться, что я уже вяжу из купленной пряжи свитер? Вязаное - мало где удачно купишь. Никто не вяжет на продажу так, как для себя.
А еще чуть ли не на каждой витрине десятки милых, создающих домашний уют безделушек. Тренд нынешнего сезона - сердечки. Кованые, плетеные из соломы, ситцевые и фетровые, вырезанные лобзиком из куска нешлифованной сосны, вылепленные из пряничного теста... Если же пройти мимо всего этого великолепия еще десяток метров...
В общем, я поняла, что есть вещи, которыми непременно нужно делиться. В Траунштайне это ресторан при пивоварне. Bräustüberl, который расположен как раз на центральной площади. Простая и неприхотливая крестьянская еда - запеченая свиная вырезка, грибы, жареная в сливочном масле картошка, все это горкой уложено в вырезаную из дерева телегу, и как же вкусно! Даже как-то неприлично выглядит в конце вечера счет - две "фермерские" телеги и два больших пива - чуть больше 30-ти евро.
Сидя в ожидании заказа я в очередной раз задумалась о том, что, пожалуй, только в Баварии и Тироле до такой степени развито искусство фантастически изысканно украшать свои дома при помощи, в общем-то, совершенно недорогих вещей. иногда - так вовсе бесплатных. Например, можно увить сухими побегами хмеля ресторанные светильники и деревянные балки. Сушеный хмель сначала нежно-зеленый, а к концу зимы меняет свой цвет, становится золотисто-соломенным. И пахнет так, что голова
В пятницу в Рупольдинге выпал снег. Накануне утром Вольфганг Пихлер бросил беглый взгляд на залитый ярким солнцем двор и небо, прозрачное до скрипа, как чисто вымытое стекло, и деловито сообщил: «Будет дождь».
Полило аккурат в обед. Резко, противно. И так же резко поползли вниз столбики термометров.
Ну а утром уже оставалось задуматься, взглянув в окно и зябко поежившись, что биатлонисты и лыжники всегда ждут первого снега, но не до такой же степени?..
Это - начало завтрашнего репортажа в жанре путевого (как вы любите) дневника. Доброе утро, страна!
[600x450]
[490x335]
Есть что-то невероятно трогательное в том, что рейсовый автобус в аэропорт, существующий в виртуальном мире жестких расписаний, опаздывает на 55 минут от указанного времени. Что тут скажешь? Спасибо, что посадили в самолет. И даже не хочется спать, потому что очень хочется домой. Ну а поскольку время накануне вылета проистекает, как правило, совершенно бесцельно, напишу обещанное (и конкретно по просьбе tomkin) . Про tomatt-crevette в частности и бельгийскую еду в целом.
Есть такое дурацкое слово - нажористый. Так вот Бельгия - очень нажористая страна. Здесь даже улитки после дождя ползают по камням такие, что хочется уступить дорогу. Каштанов подобного размера мне тоже не доводилось видеть ни во Франции, ни в Австрии, нигде больше, короче. Да что - каштаны! Вы на мою вчерашнюю картинку с шалфеем обратили внимание? У него ж каждый лист размером с небольшого мыша. Рубенсовские женщины, опять же. Не Бельгия, конечно, но, согласитесь, рядом.
Бельгийцы кулинарно щедры. Блестящая иллюстрация - рынок. Где возле каждой лавки, лавочки и лавчонки, торгующей съестным, накрыт стол. А то и не один. Вокруг собирается народ, смеется, угощается вкусностями, при этом хозяин совершенно не парится в отношении того, купишь ты у него что-нибудь, или нет. Вот так примерно.
Соответственно и кухня: сытная, сливочно-жирная, располагающая к ленивому, неторопливому времяпрепровождению.
Почему томат-креветт? Во-первых, эту закуску в обязательном порядке подают на всяческих party и торжествах. Девчонки, с которыми я вчера делала интервью - Света Богинская и Оксана Чусовитина - затащили меня в спонсорский шатер под тем предлогом, что разговаривать там удобнее (кто ж спорит-то?), так вот от шампанского мы удержались, а от томатт-креветт нет.
Все примитивно просто. Помидор фаршируется креветками и запекается в печке. Можно сделать совсем диетическую начинку, нарубим мякоть, вытащенную из помидора, слегка выпарив ее в сотейнике и туда же рубленную петрушку (много), перец и чеснок (по вкусу) и креветки. Масла растительного чуток. И подержать на огне пару минут, чтобы выпарить излишнюю жидкость прежде чем в помидор начинку упаковывать и в духовку все это ставить. А можно поджарить в ложке сливочного масла ложку муки, влить жирные сливки и, как только все это начнет на огне густеть, туда же очень тонко порезанные пару-тройку шампиньонов. Максимально свой аромат эти грибы отдают в первые несколько минут термообработки. А нам это и нужно.
Далее соль, перец, мелконарубленная петрушка. Креветки разумеется. И тем же путем: помидор, печка, тарелка.
Вариации? Можно посыпать сыром перед запеканием. Можно положить сверху горсточку выжаренного до хрусткости бекона. И помидоры брать не слишком большие. Подается в Бельгии эта закуска интересно: в круглых бокалах на коротеньких, устойчивых ножках. Помидор в такой бокал входит совершенно идеально. Хотя, возможно, это совсем уж торжественная форма подачи.
Карбонад по-фламандски. он же - Vlaamse Stoverij, если в бельгийском ресторане заказывать, - это уже монументальное искусство. Неторопливое. С одной стороны, жаркое, как жаркое. Из говяжьей вырезки, кстати (чисто поросячье слово "карбонад" не принимайте во внимание). Просто Бельгия - страна сладкая. Вафли, мед, шоколад, мягкое пиво… Поэтому и процесс приготовления мяса имеет национальный оттенок. Обязательно - сахар, ложку которого растворяют в паре ложек сладковатого фруктового уксуса и вливают в мясо под конец тушения. Вместо острого перца - горчица, которой очень густо мажут ломоть белого хлеба и укладывают - горчицей вниз - поверх мяса - под крышку. Из специй - "мягкий" (в отличие от розмарина) тимьян, можно добавить гвоздику или мускатный орех - на любителя.
Потом, когда все будет приготовлено, оставшуюся от хлеба корку можно выбросить. Мясо к тому времени уже
Все-таки моя привычка много работать когда-нибудь плохо для меня закончится. Во-первых, чем больше пишешь, тем больше делаешь ошибок (это совершенно закономерный процесс, к сожалению). Во вторых, все интересное, как стаи антверпенских ортодоксов в пейсах, проходит мимо меня. Сегодня, например, мимо прошел субботний рынок, на котором я намеревалась ухватить бельгийских вкусностей. Кроме этого выяснилось, что на выходных не работает угловой магазин, где я все предыдущие дни покупала клубнику на завтрак и ужин, в связи с чем искренне горюю и нервно жру конфеты. Про бриллианты я вообще не говорю - даже посмотреть на них некогда. Завтра тоже, судя по всему, планы выходного дня летят, как фанера над Парижем, потому что вставать рано на добровольной основе я не умею, а в 12.30 у меня намечено совместное поедание сухарей с шампанским в вип-ложе со Светой Богинской и Оксаной Чусовитиной, хотя последняя об этом пока не знает - за нее Света со мной договорилась.
Поскольку в плане материалов я контрактно-должна газете еще два (один написан, отправлен и после небольшой завтрашней корректировки пойдет на понедельник, а вторым я решила сделать (на вторник) интервью с Александром Александровым), интервью с Владимиром Ваткиным оказалось сверх программы и было отдано на сайт. Что, надеюсь, не помешает вам его прочитать.
Продолжу тему зарисовок. Вчера, поскольку никакого репортажа от меня не требовалось, стала днем лазить по катакомбам зала. Должна сказать, что эта Лотто-Арена - крайне странное сооружение. В котором ни с того ни с сего вчера, например, взяли и закрыли строительными лесами и деревянными щитами всю ту трибуну, что располагается за спинами судей. Зато поход по катакомбам полностью убедил в том, что пролезть при бельгийском пофигизме волонтеров, можно куда угодно.
Перед началом финалов (часа за три "до") стояли вместе с коллегой Сашей Владимировой у входа для спортсменов. Обсуждали, естественно, вечную проблему: как добираться до тех, с кем хочешь сделать интервью. Дело в том, что Саша договорилась об интервью с Нелли Ким, та назвала время, но не назвала место. Пока Саша маялась от невозможности понять, куда идти, как проходить и как вообще работать, я как раз вспоминала, что лет 20 назад для меня вообще не было проблемы куда-то пройти и кого-то разыскать. Постоянно торчала либо на бортиках бассейна, либо в разминочных залах. Сейчас не так интересно. Но навык, как выяснилось, остался.
- Иди сюда, - говорю Саше. - А теперь переверни аккредитацию и с умным видом чеши за мной. Тем более ты вся такая серьезная - в очках. И маленькая - ни у кого рука не поднимется обидеть.
С этими словами мы нахально идем на охранника, широко ему улыбаясь и говоря какие-то приветственные слова (свою аккредитацию я просто засунула под жилет, оставив ленточку), он пятится, мы - на второй этаж и попадаем (тут следует включить барабанный бой, безусловно) в зал, где с минуты на минуту должно начаться техническое заседание судей мужского турнира. Из зала - прямой проход в тренировочный зал, в котором, как назло, совершенно нечего делать.
Короче, потрепались с русско-говорящим народом в зале, узнали, у кого как обстоят дела, кто из "бывших" уже добрался до Бельгии (в частности - Света Богинская и Наташа Шапошникова с мужем уже тут) и кто в каком отеле (к сожалению Нелли Ким в этой мужской компании не оказалось), потом снова вышли на улицу - как раз в том момент, когда туда подъехал автобус с российскими ребятами и тренерами. Кроме этого я с удовольствием пообщалась со своим давним знакомым Володей Ваткиным, который тренировал двукратного чемпиона мира в многоборье Ваню Иванкова, потом 15 лет австралийцев и в частности чемпиона мира на перекладине Филиппа Риццо, а последние пару лет возглавляет мужскую сборную одной не чужой нам с некоторых пор страны. Да, Бразилии. Маленькой, но гордой страны, у которой в Антверпене шесть финалов худо-бедно в общей сложности набралось. Володя бразильских мужчин в Антверпен и привез. Александров - женщин. Олег Остапенко на чемпионат не приехал - приболел немного.
От меня здесь еще требуется три материала (один уже написан и идет завтра, оставшиеся в понедельник и вторник) и это, конечно, гораздо проще, чем было с предыдушими репортажами, один из которых пришлось писать в машине по дороге из аэропорта, другой - в аэроэкспрессе по дороге в другой аэропорт, безо всякого доступа в интернет при этом.
И не раздражайтесь пожалуйста (те, кто про гимнастику читает) на ритуальную фразу в каждом репортаже "Банк ВТБ - генеральный спонсор российской федерации гимнастики". Это - единственное, но очень жесткое контрактное требование к освещению этого чемпионата.
Всем - хорошего настроения и по возможности хорошей погоды.
Съездила с утра на стадион. Вчера попала туда совсем поздно вечером, когда в зале уже было совершенно нечего делать. С утра, как выяснилось, тоже. Стадион закрыт, тренировочный зал закрыт, на пресс-центре объявление: "Работаем с 14 часов". Пришлось вернуться в отель. По дороге думала о Денисе Аблязине: Иванова говорит - так надеялись... Латынина говорит - так надеялись... А я подумала: ему самому-то каково? Вообще, наверное, белый свет не мил. Он ведь так ждал этого чемпионата. И полный пролет. Что-то так жалко его стало...
Андрея Родионенко тоже жалко. Чисто по-человечески. Вынудив уйти Александрова, он поставил себя в очень непростое положение. Где собственную правоту можно доказать только результатом. И теперь либо за "результат" надо выдавать триумфальные победы Универсиады, а для этого Родионенко слишком уважающий себя профессионал, как мне кажется, либо... И даже ерничать по этому поводу не хочется: у Родионенко на всех соревнованиях до такой степени обостряются от переживаний все болячки, что он пластом лежит. Или еле ходит - серо-зеленый.
Иванову я, кстати, спросила: к чему так переживать? Ну, будет другой чемпионат... А она мне: "Так ведь век гимнаста настолько короток..."
Тоже верно. Взять Вику Комову. Человек пропустил год. Причем это не просто год, когда по каким-то причинам не попадаешь в состав, где кроме тебя десяток равноценных претендентов. Тут год совсем плохой. Практически без тренировок. В спорте часто есть некая иллюзия, что и без тренировок все может быть в порядке. Раньше, помню, на первенство Вооруженных сил всевозможные округа собирали всех, кого можно собрать. Разве что из могил не выкапывали. И вот эти 35-40-летние ветераны, которые год не появлялись в бассейне или зале, иногда реально давали жару. Потом мне кто-то объяснил этот феномен: когда не тренируешься, мышечная память не просто прекрасно держит навык, но на "свежака" этот навык очень обострен. Все получается. Просто потом наступает дикий спад - как мышечный, так и функциональный. Про циклические виды спорта говорить не буду - не интересовалась никогда, а вот в сложно-координационных именно по этой причине умные тренеры предпочитают вообще не давать своим спортсменам длительных межсезонных перерывов. Чтобы постоянно быть в тренировочном тонусе.
Вика по несчастью из этого тонуса выпала. Я, например, вообще не знаю, вернется ли она в гимнастику. И если да, то в каком состоянии. И куда за это время уйдут соперницы. Не российские, разумеется. Таких гимнасток, как Комова, российские соперницы вообще не должны сильно интересовать, как мне кажется.
И кто, спрашивается, мог предположить два года назад такое развитие карьеры?
По поводу Алии я тоже, кстати, не обольщаюсь. Опять же, это исключительно моя точка зрения, но пока все, что я виду в ее исполнении на протяжении сезона - это некая послеолимпийская "докатка". На старом запасе. Если Александров действительно был в работе таким монстром, каким его обрисовали, выгоняя, то запас этот должен быть у Алии ого-го каким.
Но год - максимальный срок. Два в гимнастике на старых сухарях не протянуть.
Очень хочется верить, что вернется в полной силе Афанасьева. Непонятно, правда, зачем было так затягивать с операцией. Получился по сути выброшенный из карьеры год. Помимо послеолимпийского отдыха. А выбрасывать год в таком возрасте... Не знаю.
В общем, насмотревшись квалификации, как-то не получается у меня настроиться на оптимистический лад. Может я просто чего не понимаю?
И объясните мне бога ради, откуда в Антверпене такое количество смешных ортодоксальных евреев в шляпах, пейсах, длинных пальто и ботинках на голые ноги? В смысле - без брюк, прямо на колготы? Ортодоксальные евреи - лучшие друзья антверпенских бриллиантов?
*В задумчивости*...
За что я люблю выдающихся тренеров... На самом деле я, наверное, просто очень сильно люблю выдающихся тренеров. И лишь по этой причине не стала рявкать утром в телефонную трубку, что думаю об абонентах, которые будят меня в восемь утра, утверждая, что солнце уже высоко, а весь прогрессивный мир уже час как стоит на вахте у мартенов. Поскольку существо я в это время суток крайне злобное и даже, страшно сказать, мстительное, то в качестве алаверды немедленно потребовала рассказать мне всю правду про Артура Гачинского, Лизу Туктамышеву и ледового гуру всея Руси дона нашего Плющенко.
As a result, интервью с Профессором будет в "СЭ" в очередном олимпийском "Экспрессе", а я жду посадки в самолет в аэропорту Домодедово.
Еще один звонок был сегодня с утра от Ларисы Латыниной, и этот звонок я, разумеется, тоже немедленно использовала в личных целях. То есть - как мнение эксперта под завтрашний гимнастический материал. Не могу сказать, что мнение Ларисы Семеновны в Антверпене сильно отличается от мнения Лидии Гавриловны Ивановой (оно опубликовано в "СЭ" сегодня), но вот лишь выдержка:
... В отношении российской женской команды меня, кстати, удивил тот факт, что руководство не посчитало нужным заявить на чемпионат молодых спортсменок, когда стало ясно, что все ветераны команды травмированы или больны. Единственное, чем я могу себе это объяснить, что никаких “молодых” на подступах к сборной просто нет. Нет “скамейки”. И это не может не удивлять, учитывая, что уже не первый год банк ВТБ, который является спонсором федерации гимнастики, вкладывает в развитие нашего вида спорта колоссальные деньги, создает все условия для работы. Да и нынешний старший тренер сборной Валентина Родионенко, если я правильно понимаю, на протяжении тех лет, что занимала должность гостренера, отвечала как раз за то, чтобы просматривать резерв по всем школам страны и привлекать способных детей к работе со сборной. Получается, что все это было только на бумаге?
Сегодня соревнования в Оберстдорфе у меня заканчиваются, если кто что пропустил, собрала ссылки. Напоминаю на всякий случай, что задачи освещать этот турнир у меня не было - ехала совершенно с другими целями: посмотреть, поговорить, поразмышлять. Итоговые размышления обязательно будут (как минимум по Волосожар и Транькову), а пока - вот:
Тест-драйв для всего мира
Ксения Монько: "Эмоции очень сильно отвлекают от элементов"
Максим Траньков: Мировой рекорд
Эдуард Плинер: "В Америке сильна теория "торчащего гвоздя"
Татьяна Дручинина: "Жить под гнетом чужих ожиданий очень непросто"
Татьяна Волосожар, Максим Траньков: Над планкой
Еще на подходе интервью с Игорем Шпильбандом, выигравшим в Америке (кто не знает) суд с двойным иском - к руководству катка в Кантоне и к Марине Зуевой.
Пока вроде все. Хороших выходных!
На какое-то время я с вами прощаюсь - завтра с утра самолет, но на фигурном катании в Оберстдорфе появлюсь только в среду. В качестве компенсации (вместо себя) - анонс: с минуты на минуту на сайте появится большое интервью с канадским тренером Ришаром Готье, который хоть и не играет в хоккей, а занимается фигурным катанием, но жизнь российским спортсменам умеет осложнять вполне успешно. Начиная с канадской и не без его прямого участия подготовленной пары Джеми Сале/Дэвид Пеллетье. Солт-Лейк-Сити помните?
Сейчас Готье работает с чемпионами Канады (точнее - сделал их чемпионами Канады) Меган Дюамэль/Эрик Рэдфорд, они были третьими (кто не помнит) на чемпионате мира в канадском Лондоне в марте и естественно готовятся бороться за медали в Сочи.
Я тут между домашними делами и всяческими медицинскими манипуляциями просто посчитала: за последние 60 лет Канада была чемпионом мира в парном катании 10 раз, а всего медалей мировых первенств у этой страны в этом виде программы более двадцати.
Это к вопросу о традициях, если что.
Сам Ришар очень мне нравится. Из того типа тренеров, которые не утруждают себя чрезмерной корректностью в выражениях. Говорят емко и по делу, вылавливая суть. Рассказывает, допустим, Ришар о проблемах работы с девочками, и устало так говорит: "А потом у нее отрастает задница..."
И ты понимаешь - нутром, как спортсмен - что это не грубость и не желание как-то кого-то обидеть. А просто констатация факта: у девочки отрастает задница и летят к черту прыжки. Потому что смещается центр тяжести. А в этом случае все наработанные навыки становятся ненужными и нерабочими. И ты совершенно ничего не можешь с этим поделать. Потому что работать с задницей, но без прыжков - бессмысленно. Как спортсмену, так и тренеру. А значит, все, что ты делал много лет, идет псу под хвост...
Нет, что вы, в материале, разумеется, я таких слов не употребляю. В общем, сами прочитаете.
Из Оберстдорфа я намереваюсь писать много, задавайте вопросы, если что. И по интервью, кстати, тоже: я его на треть сократила от исходника - планировала, что в газету пойдет. Ну и пожелания, как всегда.
Всем - до встречи.
Что-то я не очень люблю, когда общение с начальником начинается его словами: "Есть две новости - хорошая и плохая..."
Из хороших новостей - ряд утвержденных командировок на октябрь. Итак, начиная с понедельника мой рабочий план выглядит следующим образом:
24-29 сентября - Оберстдорф, Небельхорн Трофи.
2-7 октября - Антверпен, чемпионат мира по спортивной гимнастике
8-14 октября - Мюнхен-Рупольдинг-Рамзау, начиненные биатлонистами всех мастей.
31 октября - 4 ноября - этап "Гран-при" в Пекине.
О плохих новостях не буду, они все связаны с ноябрем, до которого, ясен пень, надо еще дожить. Пока я буду в Антверпене, Катерина скатается в Сочи, где будет проходить второй этап Кубка России - там тоже разные хорошие фигуристы стаями тусить будут.
Небольшая заметка о том, что в течении первых недель сезона будет происходить - завтра в "СЭ". На пятницу планировался большой красивый разговор с фигурнокатательным собеседником, но ввиду промышленных катаклизмов, перепадов бабьего лета и неустойчивого экономического положения в Греции (а может еще по каким неизвестным мне причинам) интервью перепланировано на понедельник. Осталось только его написать
По поводу завтрашней заметки сразу предупреждаю: писала о том, что интересно лично мне. Если кому-то покажется, что я бессовестно обошла вниманием то, что нельзя было обходить ни при каких условиях, сигнальте. О фигурке предстоит, начиная с понедельника, писать много, исправлюсь.
Всем ку-ку. В смысле - хорошего остатка недели!
Пока меня мучают массажами, пытаясь реанимировать в очередной раз дежурно осенне-обострившуюся спину, не могу сказать, что много времени провожу в интернете. Но много думала как раз о том, какую коварную штуку с людьми частенько проделывает возможность описывать свои мысли в широкой доступности для всех желающих. Потому что тут же наружу начинают лезть и издержки воспитания, и недостаток грамотности, и врожденный недостаток ума - короче, все становится настолько очевидно, что становится неловко за знакомых людей. Особенно публичных.
Это, кстати, к вопросу, почему с какими-то спортсменами и тренерами я, как журналист, люблю разговаривать, а с какими-то стараюсь не встречаться без нужды. Очень просто все: если часовая беседа с одним человеком способна тебя обогатить какими-то знаниями или как минимум задуматься о каких-то вещах, то с другим, например, идешь беседовать и понимаешь, что тебя ждет час выкинутый из твоей собственной жизни.
Еще мне кажется, что нынешние реалии просто-таки обязывают тренера объяснять своим спортсменам какие-то основополагающие вещи, заниматься его воспитанием, раз уж у нас в этом отношении отстает общество. А то читаю, например, интервью совершенно очаровательной молодой девушки о людях, которые с ней работали, а там фигурирует "балерун Антон" и "бывший канадский фигурист". Неважно, что "бывший канадский" - вообще-то чемпион мира и призер Олимпийских игр. Да и балетный танцовщик, наверное, не последний в своей профессии. Но какое отношение у тех, кто это прочитал, должно быть к ничего еще не выигравшей малолетке, позволяющей себе подобные пассажи?
Банан и Обама, кстатии, из этой же серии. Ну, привык человек всю жизнь вести себя так, как хочется. Ведь не первый же раз? Просто гораздо сложнее привыкнуть к тому, что неосторожный поступок немедленно становится достоянием всего мира.
Как это было, кстати, с "лысым черепом и отрезанными яйцами" соскочившими с языка известной персоны в Турине. До сих пор, порой, вспоминают и припоминабт. А ведь семь лет уже прошло...
С другой стороны, и у меня случались не самые приятные ситуации в жизни. Но они и даются, как мне кажется, чтобы человек мог сделать выводы. Ну а не делает - получаем очередной "банан".
Все, пошла лежать. Хорошего всем дня
Несколько лет назад у меня была любимая интернет-писательница - Марта Кетро. Потом она мне нравиться перестала (количество шлака сильно превысило количество любопытного чтива, а может мы просто перестали совпадать психологически), но часть ее текстов я с удовольствием цитирую до сих пор. Например, осеннее:
"...Я считаю, в ноябре каждый порядочный человек должен от трех до десяти дней проваляться в депрессии. Если вы почему-либо не валяетесь, как алюминиевая ложка, это говорит о недостаточно тонкой душевной организации. Поэтому хотя бы не признавайтесь никому, не позорьтесь. Упомяните, между прочим, что выходные пролежали лицом вниз, размышляя о тленности всего сущего, даже не могли спать и кушать, а морда у вас вовсе не сытая, а отечная от пьянства. Потому что вынести этот мир на трезвую голову совершенно невозможно..."
Поскольку я - всего лишь среднестатистический человек, желание лежать, ничего не делать и выражать неловольство окружающей средой, а заодно и всеми другими днями недели, не миновало и меня. И пусть сейчас вовсе не ноябрь, от этого не легче. Легче становится, если придумать себе занятие по душе. Например, подкоротить купленную для обеденного стола скатерть.
И совершенно неважно, что, разметив скатерть для того, чтобы отрезать лишнее поперек, я совершенно непонятно зачем начала резать ее вдоль. Зато теперь умею а) зашивать так, чтобы было незаметно, что хозяйка - чрезмерно творческий человек, б) подшивать уголки технологически правильно - чтобы они получались ровными и красивыми, а не просто тупо загибать углы ткани внахлест.
А не порезала бы я эту безвинно подвернувшуюся мне скатерть - никогда в жизни не узнала бы, что я все это умею.
В итоге результата у меня есть идеально вписанная в интерьер кухни и страшно приятная на ощупь льняная скатерть мятного цвета, на которой в данный момент стоят, полыхая свечами, деревянные, ручной работы подсвечники и все это совершенно замечательно сочетается с шоколадными салфетками и бокалом красного вина. Потому что вынести этот мир на трезвую голову совершенно невозможно (©)
А завтра, наконец, возвращается в Москву массажист, умеющий находить общий язык с моим позвоночником, и я очень надеюсь, что он вернет меня к жизни. И я сразу стану гораздо более дружелюбна, обещаю.