Это цитата сообщения Квасов_Иван Оригинальное сообщение

Дело за малым

Единственный способ нагадить обстоятельствам – быть счастливым несмотря ни на что!

    Город, покрытый вечерней дымкой, погрустнел и ссутулился. Одинокие фары машин, и редкие шаги прохожих. Оживленное и равнодушное метро. Лоток с газетами, турникеты…, и вагон, который нес меня в пыльную пустоту. Но ведь сбежать от проблем намного проще, чем их разрешить. Впрочем, здесь не осталось знакомых и друзей. Друзей, как известно, много не бывает. Люди меняются, у них появляются разные интересы и дружба заканчивается. И уже нет ничего общего, и дороги расходятся по сторонам. Трясущийся вагон миновал еще одну станцию, мысли в моей голове постепенно сваливались в одну кучу, превращаясь в мутную неразбериху.
    Людей в вагоне поезда было немного. Все они ехали домой с работы, а я ехал в неизвестность; в довершение всего, я был еще и безработным. Наверное, это было главным отличием между мной и окружающими. У них был реальная достижимая цель, а у меня – мечта. Но все мы, тем не менее, совершали какие-то действия, чтобы хоть на толику приблизиться к тому маяку, зовущему вдали. Мечта – это ведь в какой-то степени тоже цель, будь она материальная или духовная. Тогда можно было посчитать, что и я стремился к достижению своей цели.
    Поезд вылетел из мрачной черноты тоннеля…
    Я покинул тусклый вагон и направился к лестнице, ведущей к вокзальному зданию. У билетных касс толпился народ, и темно-зеленый вечер опутывал фонарные столбы нахохлившимися голубями и черными воронами. Небо на горизонте приобрело желтоватый оттенок. Шум толпы изредка разрывали протяжные гудки тепловозов…

Это цитата сообщения вечность_в_руке Оригинальное сообщение

Притча

В больнице, в двухместной палате, лежали два безнадежных больных. У них были совершенно одинаковые койки, совершенно равные условия... Разница была лишь в том, что один из них мог видеть единственное в палате окно, а другой - нет, зато у него рядом была кнопка вызова медсестры. Шло время, сменялись времена года... Тот, что лежал у окна, рассказывал соседу обо всем, что там видел: что на улице идет дождь, сыплет снег или светит солнце, что деревья то укрыты легким сверкающим кружевом, то подернуты легкой весенней дымкой, то убраны зеленью или прощальным желто-алым нарядом... Что по улице ходят люди, ездят машины... Что там есть МИР.
И вот однажды случилось так, что первому, тому, кто лежал у окна, ночью стало плохо. Он просил соседа вызвать медсестру, но тот почему-то этого не сделал. И больной, лежащий у окна, умер.
На следующий день в палату привезли другого больного, и старожил попросил, раз уж так получилось, положить его у окна. Его просьбу выполнили - и он увидел наконец... Что окно выходит на глухую серую стену, и кроме нее ничего за ним не видно.

Своеобразное посвящение одному интересному и удивительному человеку...
[470x479]
Golden Gate Bridge
Ты будешь там под песни волн,
Ты будешь там под крики птиц,
Стоять, на бортик опираясь,
И больше никаких границ.

К мечте из сна ты станешь ближе
В туман рассветный над водой,
А за спиной твоею - крылья,
А за спиной твоей - покой.

Пусть здесь немного холоднее,
Пусть одиноко поутру,
О камни разобьются волны,
Оставят след на берегу.

Но не спеши спускаться к волнам,
Не спеши следовать за ним,
В твоих руках сегодня грозный
Железно-красный исполин.

Так обними же их покрепче –
Канаты из прутов стальных.
Они подарят вновь надежду,
Забрав печаль дождей косых.

Ресниц коснется сонный ветер,
Взлохматит локоны твои…
А ты воспоминанья эти
Сквозь поколения храни.
8.02.2008.

© Copyright: Сергей Лис, 2008.

    Яркое солнце отражалось в витринах магазинов и бликами играло на автомобильных крышах. Редкие домики начали образовываться в жилые кварталы, гирляндой потянувшись вдоль улиц. Устремленные вверх горные пики и покрытая снегом местность создавали в маленьком городке своеобразную рождественскую атмосферу. Впрочем, до самого праздника оставалось не так много времени.
    Автобус, фыркнув, остановился около длинного трехэтажного деревянного здания. Двери с шипением открылись. Первыми из салона выскочили девушки. Следом вышел я, а за мной, кряхтя, выполз пожилой обладатель двух увесистых чемоданов. Никто не спешил разбредаться – почему-то мы все четверо стояли на остановке и заворожено смотрели вокруг, прикрывая ладонью глаза от слепящего солнца.
    Справа осталась длинная снежная дорога, далеко слева тянулась горная цепочка, а впереди раскинулось бескрайнее белое поле с темнеющим на горизонте лесом. Позади нас возвышалось длинное трехэтажное здание из бревен с черепичной крышей, полукруглое крыльцо которого было вымощено камнем. На первый взгляд, можно было подумать, что дом пустовал – шторы на окнах были задернуты, некоторые стекла заклеены липкой лентой крест накрест, железные балконные перила начинала одолевать ржавчина. Я стоял, задрав голову вверх, и с тоской понимал, что домик, изначально показавшийся мне шикарной гостиницей, действительности оказался дряхлым общежитием, а соответственно и пунктом моего прибытия.
    В следующую секунду двери ветхой постройки распахнулись, и на крыльце появилась пожилая женщина с сигаретой в зубах, держа в руках увесистую лопату для уборки снега. "Голубая ленточка" в тот же миг сорвалась с места, схватив за руку подругу, и побежала навстречу незнакомке, радостно закричав: "Тётя Ноэль…!"

    А мне хотелось потрепать за крыло своего маленького ангела и улыбнуться ему невидимому, но находящемуся всегда рядом. Я смотрел в темнеющее небо на первые загорающиеся звезды, обнимая чехол с гитарой. Рука невольно потянулась в карман за сигаретой. Вспыхнул оранжевый огонек зажигалки, и в безоблачный сумрак взметнулся серый дымок. Запрокинув ногу на ногу, я откинулся спиной на скамейку и уставился вверх. Там в синеве вечернего неба, мерцая красным огоньком, летел самолет, оставляя после себя длинный белый след, который постепенно таял у горизонта…
    От мыслей меня оторвал робкий женский голос, прозвеневший над моим ухом. Я вздрогнул и повернул голову в сторону внезапно объявившегося человека. Рядом с лавкой стояла моя бывшая и, пожалуй, самая нелюбимая мной, однокурсница. Еще несколько месяцев назад мы учились в одной группе. Она играла на пианино и была прославленной отличницей по всем предметам. Звали её Рико. Приехала к нам из Соединенных штатов еще в юности… Больше я о ней ничего не знал. Впрочем, я никогда и не преследовал подобной цели, потому что дружеские отношения у нас не сложились при первой же встрече. Наверное, подобное произошло из-за того, что я жил мечтами, а она - сугубо рациональной реальностью.
    С другой стороны, родившись в стране, с таким обилием замков, храмов и соборов, которые в наше время стали культурным достоянием и великими памятниками архитектуры, невозможно было не стать мечтателем и не думать о временах доблестных рыцарей и прекрасных принцесс. Но в нашей современности всё совсем по-другому. Это уже совсем другая сказка. И пусть, исходя из реальных исторических фактов, рыцари по большей части не были никакими добрыми Робинами Гудами, а скорее, разорителями, ворами и убийцами, в нашем сознании до сих пор сохранилась эта наивность рыцарских романов. Для нас рыцарь – это отважный герой, который готов любить, защищать свою принцессу и отстаивать её честь на турнирах. Вот и Рико не понимала, что рыцарь – это, прежде всего, духовная человеческая сущность. И для того, чтобы стать рыцарем, совершенно не нужно носить латы и убивать драконов…
    - Привет! – еще раз робко повторила Рико и взглянула на меня большими испуганными глазами.
    - Привет, Рико! – безразлично пробубнил я в ответ, выпустив в воздух струйку сизого дыма. – Какими судьбами?
    - Я теперь преподаю здесь курсы… А ты…
    - Просто проходил мимо.
    - Все-таки решил осуществить свою безумную затею? – спросила девушка, окинув взглядом мои вещи.
    - Да… Уезжаю в путешествие.
    - Вот как…
    - Кто бы мне рассказал только, куда лежит мой путь. Хотя, так даже интереснее. Терять имена, узнавать новые… Идти в неизвестном направлении по велению сердца.
    В глазах Рико вдруг появились слезы… Задрав голову вверх, она попыталась скрыть сей факт, но слезы продолжали литься, поблескивая на щеках. "Какого черта?" – примерно такого содержания была первая мысль, возникшая в моей голове. В тот момент мне почему-то показалось, что слёзы на глазах девушки появились неспроста… Стоило мне задержаться еще хоть на пару минут, и моя мечта о путешествии могла застыть в неисполненном состоянии, я мог попросту лишиться её. Потому мне не оставалось ничего другого, кроме как подняться с лавки и, пробурчав "Прощай", ретироваться с территории университета. А Рико так и осталась стоять там одна, прижимая к груди папку с нотами… Я не стал оборачиваться, потому что не хотел пробуждать в себе чувство сожаления, как не хотел признавать и то, что на секунду я стал не одинок. Но желания оставаться у меня совершенно не было…
    По шумным и прохладным улицам я шел в сторону станции метро. Беспокойный ветер нервно теребил макушки деревьев, рекламные флажки и редкие флюгера, бросая в лицо сухие опавшие листья. Тусклым светом загорались серые фонари…

doofy.org/games/prosvet.html

Освободись...

[160x228]
Юный и талантливый пианист Джей переводится в новую среднюю школу, где преподавателем музыки работает его отец. В первый же день, во время экскурсии по территории со своими новыми одноклассниками, его внимание привлекает загадочное соло на пианино. Следуя за звуком, Джей попадает в старый класс музыки, где встречает изысканную девушку по имени Рейн. Девушка оказывается его одноклассницей. Да, помимо прочего, отличается вечными опозданиями и пропусками занятий.
За весьма короткое время Джей и Рейн становятся близкими друзьями, и большую часть своего свободного времени, в школе и вне её, проводят вместе: гуляют по набережной, обедают на школьном дворе. После занятий Джей регулярно отвозит девушку домой. Постепенно Рейн привязывается к нему, еще совершенно не догадываясь о том, что также стала неотъемлемой частичкой Джея.
    - Что за мелодию ты играла при нашей первой встрече? — как-то спрашивает Джей.
    - Это мой секрет, — шепчет ему в ответ Рейн…
Замечательный фильм Джея Чу, в котором показан конфликт поколений, трудности школьных отношений, надежда и стремление достичь цели, к которой так трепетно зовет сердце; фильм, который дает нам понять, что нужно ценить все те моменты жизни, которые ты провел с улыбкой на лице.

[640x424]

+плакаты

    То был один из дней, когда осень распростерла над городом багряные крылья, сотканные из опавших листьев… Казалось – жизнь потекла по-новому, а я всё никак не мог поверить в то, что пару месяцев назад за мной закрылись двери университета и я остался один на один с большой жизнью. Передо мной раскинулись сотни дорог, но до определенного времени я не мог выбрать ни одну из них .Что-то терзало меня, пробуждая где-то глубоко внутри непонятные страхи и тревогу перед будущим, и совершенно не получалось определиться с дальнейшим существованием. Мне не хватало решительности…
    Хоть я и закончил музыкальное учебное заведение – у меня не было никакого желания играть в оркестре или в консерватории. Да, и во сне мне постоянно грезилось, будто я еду куда-то, оставив за плечами свое невнятное прошлое. Дорога, ведущая меня к истине… Сон, который начал мне сниться очень давно, ещё где-то в середине моего обучения. Я тогда много читал и часами просиживал в библиотеке, где однажды мне повезло отыскать книгу, повествовавшую о мифическом городке, что окутан вечной зимой и холодными ветрами. Но был в том сказочном месте волшебный холм, на вершине которого царило вечное лето…; а по рассказам местных жителей тамошний лес населяли мистические животные, обладавшие даром превращения в людей. История показалось мне весьма интересной, и в течении двух лет я собирал информацию о заснеженном городе, преследуя цель однажды отправиться туда и увидеть подобные чудеса своими глазами.
    Надо мной долго смеялась моя однокурсница, узнав о моей тайной мечте – найти город, которого, возможно, никогда и не было. Но мои усилия были не напрасны. Просиживая дни и ночи в библиотеках и в интернете, спустя год я смог установить примерное местонахождение городка, описанного в мифическом сказании. Исходя из собранного материала и тщательно изучив карты, я пришел к выводу, что на месте города вечной зимы построен современный мегаполис, но никаких упоминаний о странных событиях в современности близ нового города, мной обнаружено не было. И в те секунды, когда я осознал это, на какое-то время меня постигло отчаяние. Мне подумалось, что за долгие года сказочное место могло утратить свое волшебство… Но ведь спящее можно всегда разбудить. Просто не нашлось такого человека, который мог бы совершить подобное.
    Я был уверен, что меня ждет другая земля, пусть и промерзшая из-за морозов. В краю, где я родился, мне не нашлось места. Я был лишним для местного декора. А, как известно, – человек ведь не может жить там, где он чувствует себя чужим, ибо человеческая Родина находится в той стороне, куда рвется сердце и зовет душа. Вот и моя сущность рвалась к необузданным высотам, на поиски той жизни, которой не разглядеть обыденным взглядом.
    Считая фонарные столбы, проплывавшие за окном поезда, я старался отбросить нахлынувшие на меня воспоминания, которые, вопреки моему желанию, продолжали культивироваться в подсознании, случайной генерацией.
    Осень, в которую я покинул свой родной край, прочным блоком засела где-то под сердцем. Мне вспомнились слезы…, слёзы моей однокурсницы Рико. Столь неожиданным и непредсказуемым был тот момент: девушка, что все время смеялась над моими затеями и отпускала в мой адрес глупые шуточки, вдруг ухватила меня за рукав и разревелась прямо на перроне…
    А началось всё с того момента, когда я, шагая в сторону вокзала, с сумкой на плече, решил последний раз заглянуть во двор музыкального училища, чтобы попрощаться с ним. В тот момент я уже окончательно все решил… На улице стояли холодные октябрьские дни, и я неспешными шагами приближался к высокому зданию университета. Толкнув скрипучую калитку, я вошел на территорию и направился вглубь по вымощенной дорожке. Миновав небольшую арку, которая служила неким своеобразным памятником данного заведения, я присел на врытую в землю деревянную скамеечку и, запрокинув голову вверх, посмотрел на небо.
    Постепенно подкрадывались сумерки. В светло синем аромате раннего вечера царило какое-то необычайное спокойствие, столь непривычное для тех мест. Во дворике, на удивление, никого не было: ни студентов старшего курса, ни поступивших в этом году. Не слышалось звуков пианино или тоскливой мелодии скрипки; лишь одинокая ворона резво прыгала по дорожке на длинных лапах и громко каркала, пытаясь разгрызть засохший кусок хлебной горбушки, который, по видимому, был остатком студенческого завтрака.

У меня, и у тебя
А над городом моим – небо,
А над городом моим – свет,
Только в дом твой на два часа позже
Многоликий приходит рассвет.

Из окна твоего тоже сырость,
Или, может быть, ясные дни.
Но меж нами по скромным меркам
Километры дорожной длинны.

В дождь на улицах твоих лужи,
И холодным бывает февраль,
Улетают по осени птицы,
И, порою, приходит печаль.

В твоем городе чуточку ярче,
А в моем на чуть-чуть потускней.
У тебя больше света и красок,
А у нас здесь период дождей.

Впрочем, небо над нами едино,
Впрочем, воздухом дышим одним.
Расстояния для нас не преграда,
Мир большой…, но он все же один.
31.01.2008.

© Copyright: Сергей Лис, 2008.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1810230827

    Вопреки моим пессимистическим прогнозам, автобус подошел почти сразу, так что не пришлось отмораживать конечности, сидя на остановке. Взобравшись на скрипучую подножку, я купил у водителя билет, юркнул в пустой салон и плюхнулся на заднее сиденье. Дребезжащий автобус ещё немного постоял на остановке, ожидая возможных пассажиров, после чего закрыл хлипкие двери и тронулся в путь по заснеженным дорогам.
    Салон пропах бензином и кофе. В желудке сразу же родилось чувство голода, потому что последней прием пищи ограничился чаем на ужин в поезде. Уткнув лицо поглубже в шарф, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Дорога обещала быть длительной – следовательно, можно было немного вздремнуть.
    Сон не шёл. Я открыл глаза и снова уставился на белое полотно дороги. За окном проплывали одинокие деревья, устремившие вверх корявые ветви, редкие невысокие домики. Кроме меня в салоне автобуса ехало еще три человека. Седой мужчина в черной шляпе с широкими полями рассматривал какой-то журнал, обнимая два огромных чемодана, которые заняли соседнее с ним сиденье. В самом начале, спиной ко мне, сидели две девушки и активно жестикулировали, рассказывая друг другу, по-видимому, интригующие истории, либо делились впечатлениями от поездки. Я отвел взгляд к окну, но что-то вновь заставило меня переключиться на двух девушек с переднего сиденья. Присмотревшись внимательнее я заметил, что у одной из девушек – той, что повыше – выбивается из-под шапки знакомая синяя ленточка. В недоумении я почесал затылок и вновь прищурил глаза – несомненно, то были те самые девушки, с которыми я столкнулся в тамбуре поезда. Единственное, чего я не мог понять – как же мы оказались в одном автобусе? Впрочем, помимо всего, я ещё и не мог расслышать, о чем разговаривали подружки путешественницы, потому быстро потерял интерес к ним и молча уставился в потолок. Мотор автобуса тарахтел, и мы продолжали движение в бесконечную просторную белизну, сотканную из падающих снежинок…
    Дорога пошла в гору. Слева, из-за деревьев, постепенно вырастал высокий холм. С каждой минутой он становился всё ближе, а дорога закручивалась все дальше вверх. В голове родилась мысль, что подобная поездка может ассоциироваться с экскурсией по Тибету на туристическом автобусе, особенно, если на задний план добавить высокие горы, которых по ту сторону холма, к сожалению. не наблюдалось. Но отчего-то я чувствовал себя, будто в кино. И казалось, что вот-вот я открою глаза и сказочные пейзажи за окном в момент растают, оставив лишь неяркий след в памяти...
    Автобус обогнул холм и покатил дальше, минуя белые поля. Дорога становилась всё более пологой и вскоре начала спускаться вниз. А справа уже можно было различить высокие дома и автотрассы, по которым мчали шумные автомобили…

    Совсем недавно нас было так много, а потом все разошлись по домам. В сонные каменные стены, с плотно занавешенными окнами, через которые в комнату не проникал дневной свет. Я сидел на полу, около дивана, перебирая в руках игральные карты, и смотрел в окно, прищуриваясь от ярких утренних солнечных лучей. Удивительный вечер с нотками радости и редкой грусти остался в сознании лишь разноцветными фотокарточками. И я закрывал глаза, вспоминал отдельные моменты и эпизоды.
    Я вышел на балкон. Морозный воздух мгновенно сковал все тело, живот инстинктивно втянулся в себя. Закурил. Сизый дымок медленно поплыл вверх, по направлению к белым перистым облакам. Одинокие снежинки кружили в пространстве, вместе с подхваченным ветром пеплом. А я просто смотрел на город, утопающий в розовом рассвете.
    Внезапно где-то вдали послышался тонкий звук скрипки. Едва различимый, он коснулся края уха и растворился в утренней тишине, потом послышался снова. Сначала я подумал, что мне лишь показалось. Кто станет играть в такую рань…?
    Я прислушался – где-то действительно играла скрипка. И играла отнюдь не в моих фантазиях. Тихий и успокаивающий звук шел откуда-то свысока, будто играли на небесах… Но нет. Посмотрев по сторонам, я разглядел на крыше находившегося неподалеку высокого здания школы темноволосую девушку в красной курточке. Она стояла на небольшой площадке между лавочек, на которых в теплые деньки собирались школьники. К сожалению, я не мог рассмотреть её лица из-за далекого расстояния между школой и общежитием, но отчетливо мог различить, как легко порхает длинный смычок над сверкающими в первых солнечных лучах струнами.
    Полностью поглощенный игрой незнакомки, я замер, внимая каждой ноте. Облокотившись на стену, я стоял на балконе, сжав в руках тлеющую сигарету, и наслаждался тихой музыкой одинокой скрипачки…
    Казалось – над миром раскинулась радуга от горизонта до горизонта. Сердце стучало сильнее, хотелось петь и улыбаться, бежать за льющейся, словно весенний ручеёк, мелодией, протягивая руки навстречу радостному зимнему солнцу…
    На секунду мне почудилось, что я заснул. Во всяком случае, когда я открыл глаза – таинственная скрипачка уже исчезла с крыши, а на дорогах зашумели первые машины. Под ногами лежал потухший окурок, который, по-видимому, выпал из расслабленных пальцев. В тот же момент я почувствовал, что замёрз и поспешил покинуть балкон. Вернувшись в свою небольшую комнатушку, я забрался под ватное одеяло и начал дуть в кулаки, пытаясь согреться и унять дрожь по всему телу…

Это цитата сообщения Чувственная Оригинальное сообщение

***

Чтобы понять истинную сущность проявленного интереса, можно дать человеку то, что он хочет...
А после смотреть, как он уходит...
Или как остается рядом...

    Я покинул комнату за полночь. С темно-синего неба на ночной город медленно падали крупные снежные хлопья, растворяясь среди тусклых силуэтов домов. Ветер, мрачный вой которого можно было расслышать в царящей вокруг тишине, чуть пощипывал лицо, из-за чего приходилось утыкаться носом поглубже в теплый шарф…
    Потухшие витрины магазинов и бакалейной лавки, темнеющие окна жилых домов и школ. Город, казалось, уснул вечным сном, забыв обо всех своих исторических корнях. Уже много веков духи древности не тревожили местное население, никто не организовывал военных походов. Город осовременился, застроился высотными зданиями, совершенно позабыв о сказочных местах, с которых когда-то началась его история, превратив их в энциклопедический миф…
    Миновав длинную парковую аллею, я вышел на узкую тропинку, ведущую в сторону темнеющего впереди леса, где в непролазных дебрях скрывался тот самый сказочный холм, который по древним поверьям обладал некой магической силой. Черные ветви морщинистых деревьев распростерлись над моей головой, словно огромные лапы исполинских чудовищ, ноги проваливались в глубокие сугробы, и каждый шаг давался всё труднее. Сквозь сеть древесных ветвей едва проглядывало темное звездное небо.
    Но что-то манило меня туда – в темноту. Тропинка поднималась выше, так что без труда можно было догадаться, что ведет она на вершину холма. В кромешной темноте едва различалась дорога. Если бы не блестящее снежное полотно, видимость стала бы практически нулевая. Стоило мне задуматься об этом, как я споткнулся о ствол поваленного дерева, и плюхнулся лицом в рыхлый снег. Кожу, как будто пронзили тысячи иголочек, вызвав холодное покалывание на кончике носа и левой щеке.
    Осторожно поднявшись на ноги я отряхнулся и посмотрел по сторонам. В тот момент меня посетила мысль, что неплохо было бы, покидая комнату общежития, прихватить с собой хотя бы карманный фонарик. Но я уже слишком далеко забрел и возвращаться назад не имело смысла. Тем более что до вершины холма могли оставаться считанные шаги. Так, наморщив лоб, я снова упрямо двинулся вперед по уходящей вверх лесной тропе, запорошенной ослепительным белым снегом, который приятно хрустел под ногами и рассыпался в стороны серебристой пыльцой.
    Уже и не помню, что изначально я хотел отыскать на том холме, и с какой целью направился туда. Возможно, я искал свои потерянные детские воспоминания. Больно знакомо было мне то странное место, в котором волей случая я оказался. И я шел вперед, шел по внутреннему зову, исходящему откуда-то из груди. А из темноты вновь и вновь продолжали вырастать причудливо скривившиеся угрюмые деревья, и мне уже думалось, что конца той тропинке не будет…

По ту сторону небес.
Между нами легли океаны,
Между нами сплошные враги,
Между нами чужие страны –
Мы их преодолеть смогли.
Флюгера на ветру качались,
У ворот нас встречали скрипом.
Нам из окон все улыбались,
Только мы проходили мимо.

    Припев:
    И я верю, что с тобой
    Мы найдем тот край чудес,
    Где дороги все ведут
    По ту сторону небес.

Я по свету бродил годами,
Исходил в брод озера и реки,
Сотни троп днями и ночами.
Я искал тебя даже на небе.
Мне в лучах улыбалось солнце,
Скалились грозовые тучи
И дождем проливались синим,
Чтобы радугой вновь обернуться.

    Припев:
    Но я верил, что тебя
    Отыщу в краю чудес,
    Ты возьмешь меня с собой
    По ту сторону небес.

Мне сказали, что есть и рай
На земле, лишь поискать надо.
Мне сказали – там сказочный лес,
И нашедшего ждет награда.

Припев:
    И я верю, что с тобой
    Мы войдем в волшебный лес,
    Ты возьмешь меня с собой
    По ту сторону небес.

24.01.2008.

© Copyright: JIuc, 2008.

Посвящение моим друзьям и знакомым
Хочу собрать вас за одним столом,
Пусть понимаю, что не сбудется желанье,
Хочу собрать вас за одним столом,
И посидеть до часа расставанья.
Поговорить о прошлых временах,
Когда мы вместе подвиги вершили,
Когда встречались изредка в толпе
И, бросив на ходу "привет", спешили.

Хочу собрать вас за одним столом,
Всех кого знаю и кого впервые вижу,
Хочу собрать вас за одним столом
С печальной осенью и листопадом рыжим.
Грустить и улыбаться от души,
Мечтать о днях, что мы еще построим,
Хотя бы день, и никуда нам не спешить,
Мы верными шагами к небу мир построим.
24.01.2008.

© Copyright: Сергей Лис, 2008.

    Холодная ночь серой дымкой опутала пространство вокруг до самого горизонта. Осталась только тишина и размеренный стук колес. Люди готовились ко сну, забирались на верхние полки, укладывались на нижних. Кто-то, наоборот, продолжал читать газеты под тусклым светом ночника.
    Мне совершенно не хотелось спать, потому оставалось только смотреть в окно, наблюдая за проносившимися мимо фонарными столбами, яркий свет которых на миг осветлял купейное помещение и в туже секунду уносился прочь, в прохладную пелену ночи. И в те минуты мне хотелось верить, что я не просто странник, направляющийся в неизвестность. Казалось, моя долгая поездка не была столь бессмысленной хотя бы потому, что мне довелось увидеть красоту жизни и природы вокруг во всех ее проявлениях. Незабываемая вагонная романтика…
    Иногда поезд останавливался на редких станциях, где, несмотря на столь поздний час, суетились пассажиры и работники вокзала, которые также как и я не спали в эту ночь. Жизнь продолжалась… всегда и везде. Она лилась, порой, невидимой для нас струйкой, не останавливаясь ни на долю секунды. Сейчас я с уверенностью могу сказать, что даже в моменты, когда человеку кажется, будто ему фатально не везет, и жизнь остановилась, - это отнюдь не так. Жизнь есть. Она всегда существует, независимо от того существуем ли мы…. Жизнь была и будет всегда, пусть и в самых дальних уголках бескрайней вселенной.
    Человек привык обвинять жизнь в большинстве своих бед, но при этом забывает, что жизнь нематериальна и вряд ли в её задачи входит забота о человечестве. Да, у каждого из нас своя собственная жизнь, но есть еще и глобальная жизнь – биологический процесс…, бытие в движении и развитии. Все то, что создано человеком и богом, все созданное нами, все пережитое нашими предками – это и есть наша жизнь. Разве есть её вина в том, что у нас что-то не получается, не сбываются мечты, не налаживаются отношения с противоположным полом? Мы зовем жизнь дерьмом, но не задумываемся, сколько пользы принесла она нам, не сделав в сущности ничего плохого. Мы ведь сами виноваты в том, что совершаем, и никакая жизнь не толкает нас на это. Разумнее было бы переложить бремя виновности на обстоятельства, которые, порой, вынуждают нас на то или иное действо.
    Тогда вокруг меня действительно была настоящая жизнь, проникающая во все сферы сознания и частицы души. И я мыслил, думал, рассуждал, открывал новые горизонты и постигал новые истины. Спустя много лет, я стал задумываться – быть может, чтобы познать истину, нужно просто отправиться в путешествие без какой-либо определенной цели?

    В глубине души я хотел вернуться в давно покинутое и забытое мной место, но при этом я понимал, что никого там, возможно, и не встречу. И те милые сердцу леса и поля, водоемы..., багровые и оранжевые закаты, лунные и звездные ночи, прохладные рассветы. Всего лишь редкие моменты, которые остались в моей памяти журнальными врезками.
    Что-то внутри меня тянулось к дивной природе и сказочной красоте тамошних мест. Будто любовь к безымянной и несуществующей принцессе. Только там я был поистине одинок, и оттого искренен с окружающей меня действительностью.
    Открыв местную газету, я принялся изучать объявления о сдаче комнат. Единственным предложением, на которое мне хватало денег, чтобы внести оплату за неделю, была комната в общежитии, расположившемся на окраине города. Туда я и отправился, предварительно сделав звонок и узнав о наличии свободных мест.
    Прикрываясь рукой от слепящего солнечного света, я покинул здание вокзала и побрел к остановке автобуса, который, как мне сказали, должен был отвезти меня в нужное место. Пустующая коробка остановки говорила о том, что автобус уехал совсем недавно и следующего придется ждать неопределенное количество времени...

- Синдбад, где же Jimm?
На экране Синдбад лихорадочно тычет на кнопки мобильного телефона, пока его команда отбивается от Циклопа, но бесполезно - сервер disconnect.

Мне не жаль...
Мне не жаль улетающих дней,
И покрывшихся пылью веков.
Мне не жаль, когда рядом с ней,
Не во власти бродячих ветров.

Пролетающих дней лихорадки,
Необузданных мыслей не жаль.
Мы так долго играли в прятки,
Находя всегда первой печаль.

Мне не жаль тех ночных разговоров,
И дневных переписок, и слов.
Мне не жаль бесконечных записок,
И признаний обрывками строк...
19.01.2008.

© Copyright: Сергей Лис, 2008.