Вчера весь вечер А было плохо. Вообще, я заметил, что последние дни многих обуяла депрессия и накатило плохое настроение. Всё, как всегда: кризис, неразделенная любовь, проблемы на работе... Типичная ситуация. Но все-таки весь вечер было плохо именно ей, а не кому-нибудь ещё. Вот и родились строки, с надеждой хоть как-то встряхнуть А, показав ей, что жизнь не заканчивается на чреде неприятностей...

***

Всякое может случиться...
Знаешь, бывает и плохо.
Знаешь, бывает и грусть.
Но, уходя на рассвете,
Луна заявляет: "Вернусь".

Всякое может случиться,
Всё с нами может быть.
Что же теперь, застрелиться?
Нажать на курок и не жить?

Просто сбежать из жизни,
Вырезав свой фрагмент?
И не увидеть, что будет
Еще через несколько лет?

Много на долю людскую
Разных страданий дано
Жизнь не пологая штука,
А шершавая, словно бревно.

Путь начинаешь снизу,
Царапаясь, лезешь наверх.
Именно там, на вершине,
Смысл нас ждет и успех.
6.08.2009

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1910184215

     Сидя перед зеркалом, она красит губы красной помадой. Вульгарно и ярко. И даже не улыбается сама себе. Если вы подойдете и посмотрите на нее, как бы невзначай, то заметите пустой и холодный взгляд ее голубых глаз. Она приглаживает гребнем свои роскошные длинные каштановые волосы, просовывает тонкую ножку в черный чулок, раскатывает его до бедра…
     И кто-то скажет про себя: Она так красива, словно модель с обложки журнала, словно куколка Барби, с одним лишь отличием – она реальна. Не виртуальный образ, не зарендеренная манекенщица. Но вы чувствуете – что-то не так. Этот легкий холодок, который пробирает вас насквозь. Когда она хлопает своими накладными ресницами. И вы ловите ее взгляд, потом, словно находясь под гипнозом, оказываетесь во власти ее губ.
     Обещаете любить ее вечно и страстно, а наутро просыпаетесь один в кровати, которая еще какое-то время хранит ее тепло, и понимаете, что ее больше никогда не будет. Она жалит в душу, разбивает сердце. Потому еще долго в квартире будут летать мысли о ней, а в голове оживать ее образы. Лишь потом вы осознаете, что ваша квартира стала кукольным домиком, а вы были временным Кеном.
     И если задавать вопрос, то не стоит спрашивать, почему она так поступает? Следует спросить, что же такое с ней сотворили, какие обстоятельства повлияли на нее, заставив стать такой… куклой? Желанной. Когда каждый хочет стать хозяином, а становится псом на поводке…
     Сидя перед зеркалом, она красит ресницы тушью. На столике разбросаны карандаши для подводки, пудра, тональный крем…, впрочем, не имеет смысла перечислять весь косметический набор нашей куклы-соблазнительницы. Если вы будете проходить мимо и искоса бросите на нее взгляд, то увидите холодный блеск в ее голубых глазах. Кажется, пустота в этом взоре сводит вас с ума от желания и в то же время недоступности. Что вы…, она заметит ваш жадный взор и сама подойдет к вам.
     Вы будете счастливы всего день или два, пока она не покинет вас на следующее утро. С болью, что защемит глубоко в сердце, но ее бездушное тело уже никак не реагирует на подобные явления. Пусть она прекрасна, нежна и идеальна, вы никогда не увидите что у нее внутри, никогда не узнаете, что она чувствует, но лишь сможете разглядеть пустоту, которая прослеживается в жестах рук, в движении глаз…
     Сидя перед зеркалом, она красит ногти на тонких ухоженных пальцах. И аромат ее духов тонким шлейфом распространяется по всему помещению. Вы непременно почувствуете его, если будете проходить мимо. Он поманит вас, словно наркотик, словно земное притяжение. В вашей ли власти будет не поддаться соблазну? Увы, конечно, нет…
     И сегодня, сидя перед зеркалом, кукла считает до бесконечности…

Разлюбить.
Мне не грезится теперь, не думается,
Что в глазах твоих пламя богов.
Старший сын нас давно не слушается
И считает за дураков.

Не Титаник ли наш ко дну пошел?
Разлюбил тебя и не верится,
Что при детях другую нашел!
Как же мог? Как же мог осмелиться?!

Уничтожился мир наш малый в прах,
Что граничит с подъездной лестницей.
Эх, пойду к друзьям и напьюсь в гостях.
Тошно так, что вот взять и повеситься.
22.07.2009

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1907221804

Я не люблю, когда что-либо не делается с первого раза…, или не получается сделать. Я просто не переношу повторять одно и тоже или решать проблемы, связанные с невозможностью выполнения чего-либо с первого раза. Я люблю делать, делать наверняка, а не тратить драгоценные нервы и время на думы «Почему же не выходит, кто виноват и что делать?». Многие, наверняка, скажут мне, что один из смыслов жизни как раз в том, чтобы достойно разрешать встающие на пути проблемы, и я просто не смогу с ними не согласиться, потому что – это так и есть. Но все-таки покоя…, больше покоя хочется, а не вечной нервной суеты. Хотя иногда мне кажется, что в моей жизни чрезмерно много ситуаций, когда все проходит, говоря народным языком, через заднее место, которое, словно «волшебная арка», разместилось на линии движения моих автобусов.
И во всей этой чреде событий прошла уже почти половина лета, а я и не заметил, как оно пронеслось. Не заметил, понимаете? Еще…, еще вот чуть-чуть и август, который принесет очередную порцию несуразностей и проблем, который пролетит еще быстрее, и не успеешь ничего толком сделать, как на носу уже снова будет осень.
Еще я не люблю ныть и не люблю нытиков, но делаю себе скидку – иногда можно с чистой совестью поныть в блог, написать кризисный пост на тему «Как меня всё заколебало!» и разбавить его гневными недовольствами, появившимися от того, что все начатое почему-то не желает получаться с первого раза. Так мы замкнем наше кольцо и вернемся обратно к нашим баранам: к тому, с чего начинали.
Если подумать, то список того, чего я не люблю, был бы равнозначен по объему списку того, что я люблю. Но, так как описание нелюбимых ситуаций и свойств не принесет ничего толкового – можно даже не пытаться систематизировать данные факты.

P.S.: Я знаю, что нельзя сесть на ёлку и не уколоть мягкое место..., но, тем не менее, больше всего я все-таки не люблю, когда что-либо не получается с первого раза!

Принцесса Шарлотта.
Как известно, принцессы капризны,
Обученье у них на дому,
Но принцесса Шарлотта, отринув
Все уставы, любила одну
Посещать академию Света,
Где учили детей богатеев,
Где звенела златая монета,
Только стали вдруг краски тускнее.

И решила Шарлотта податься
В простолюдное общество ниже,
Где возникло крестьянское рабство,
Где слонялись бомжи и воришки,
Где не знали наук семьи бедных,
Где работали в поле и в шахтах,
Там, где дети слонялись без дела,
И скрипела на площади плаха.

Ужасалась принцесса той жизни,
Во дворец поутру возвращаясь,
А над городом каждый день тризна
По забитым людям распевалась,
И Шарлотта, фехтуя рапирой,
Не могла больше видеть страданий,
И в речах опускала сатиру,
В рукав спрятав причину рыданий.

Не рожден ли народ быть свободным?
Не рожден слушать пение птиц?
И за шпаги эфес благородной
Ухватилась принцесса Колблиц.
Скрыв лицо маскарадною маской,
Потерялась во мраке проулков,
Без боязни и без опаски
Заколола полсотни "придурков".

Крепостного уж нет больше права,
И крестьяне освобождены,
Не "спасибо", однако, в награду,
А подрыв экономик страны.
Ни купцов, ни зажиточных граждан,
И пустые козны закрома,
И развитие города встало
Не на месяц иль год..., на века...
17.07.2009

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1907183752

Надеюсь, что данное произведение вас не шокирует, ибо создано оно в качестве эксперимента. Потому в стихотворении присутствует разговорная и жаргонная лексика, что создает непривычное описание событий происходящего.

***

Городская танцовщица.
Она танцует в парке под «Ранеток»,
И любит до рассвета зажигать.
Она всегда обыденно одета,
Ей нравится под ритмы танцевать.

Она ни с кем не ходит на свиданья,
Танцует в парах лишь своих подруг.
Танцпол для неё как соревнованье,
Где аплодируют ей дружно сотни рук.

Она давно забила на учебу,
Задвинула домашние дела,
Всю жизнь свою она берет на пробу,
Общительна, открыта и мила.

Ей отказала мать оплачивать расходы,
И папа на карман не стал давать.
Так с понедельника по самую субботу
Ей приходилось деньги зашибать.

Диплом она сдавала на удачу,
Под отчисление, пугаясь, не попасть.
Сбегала раньше времени с работы,
Спешила снова на всю ночь пропасть.

Зарплату любит тратить лишь на клубы,
На шмотки, на косметику спускать.
Готова экономить на обедах,
Чтоб вечером пойти потанцевать.
13.07.2009

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1907151176

Сверкая фанфарами, он летел по набережной, высекая копытами мусор.

С его стороны:
     Вечером мы с ребятами отправились в местный кабак, чтобы отметить свою первую победу в небе и первые подбитые самолеты Люфтваффе. На небольшом деревянном щите, что был вывешен над входом в забегаловку, висел потертый плакат, повествовавший о том, что каждый вечер здесь, на сцене паба, можно увидеть выступление некой певицы по имени Рози. А на самой афише была изображена девушка в длинном красном платье с накрученными из косичек "бубликами".
     Дверь в заведение распахнулась, и наша шумная компания ввалилась в полумрак кабацкого зала. В помещении было накурено, играла тихая приятная музыка, столики ломились от посетителей, основную часть которых, конечно же, составляли военные. Выбрав самый дальний столик, располагавшийся слева от небольшой деревянной сцены, которая от посторонних глаз, до начала музыкального вечера, была задернута бордовой гардиной, мы с Робертом, пилотом из красного звена, сразу заказали себе по паре кружек темного пива, в то время как Рональд с Маркусом бросились осаждать барную стойку, в надежде вскладчину купить что-нибудь покрепче.
      – За победу, друзья, и за возвращение живыми из этого ада! – поднял бокал Роберт.
     Сидевшие за столиками, как по цепочке, ликующе поддержали его слова, подняв вверх свои бокалы. На ступеньках сцены в ту же секунду возник маленький пузатый мужичок в военном мундире и громогласно произнес:
      – А сейчас… – он сделал многозначительную паузу и довольным взглядом окинул зал, – на нашей сцене... непревзойденная Рози!
     Публика зазвенела кружками и зааплодировала. Бордовая штора медленно начала разъезжаться в стороны, со сцены заиграла приятная мелодия, а в зале начал меркнуть свет, как это бывает в кинотеатре в момент начала сеанса. На сцене же вспыхнул яркий прожектор, осветив фигуру девушки в красном платье. Это и была та самая Рози. По рассказам ребят, имя Рози было сценическим псевдонимом певицы. На самом же деле её звали Бриджит Кемп. Впрочем, меня это в тот момент не особо волновало. Скажем так – на тот момент мне было безразлично, а впечатлений после своего первого боевого вылета итак было через край.
     Нельзя не отметить тот факт, что Рози была весьма привлекательной девушкой. Высокого роста, худощавая фигура, на которой очень хорошо сидело длинное красное платье с разрезом от бедра. И поклонники толпились около сцены в надежде хоть краем глаза рассмотреть подвязку чулка или поймать на себе взгляд своего предмета обожания.
     Рози была популярна. Во всяком случае, об этом говорило количество людей, которые съезжались сюда каждый вечер с военных баз, чтобы послушать её голос и передать ей очередную любовную записку через официанта. Однако Рози никогда не отвечала на эти знаки внимания и, как поговаривали ребята, за месяцы службы никто так и не смог покорить сердце экстравагантной певички.
     Пела Рози чудесно. Её мягкий, с басовыми нотами, голос ласкал слух собравшихся в зале. Парни в военных мундирах раскачивались в такт музыке, подпевали и выкрикивали из темноты признания в любви или всякую непотребщину. Мы же просто посмеивались между собой над фразочками, доносившимися с разных сторон, и периодически косились на гордость местной сцены.
     В тот вечер мы даже и не задумывались о том, что завтра нам предстоят новые вылеты, и кто-то из наших ребят может не вернуться на землю, сражаясь за Британию в безбрежном воздушном пространстве. Я подумал об этом потому, что Рози как раз исполняла неизвестную мне доселе песню о летчике, который отдает свою душу небесам, погибая в воздушном бою.

     "И душа летела ввысь,
     А внизу горящий кокпит
     Резко уходил к земле,
     Унося тело пилота...".

     Как оказалось, данная композиция была последней. Рози не хотели отпускать со сцены, вызывали на бис. Видимо, здесь это повторялось каждый вечер, и было самим собой разумеющимся. Девушка бросила в зал платок, на который тут же накинулось человек пять, поклонилась и, несмотря на уговоры и просьбы спеть еще, скрылась за небольшой шторкой в углу сцены. Вечер был окончен.
     Мы с Робертом стояли на обочине дороги, курили и ждали, пока Рональд и Маркус вернутся из туалета. По шоссе громыхали редкие машины, людей было и того меньше. Стрелка часов подскочила к одиннадцати. В царящей вокруг тишине я отчетливо расслышал приближающийся стук каблуков. Мы обернулись. К нам, укутавшись в бежевый плащ, не спеша шагала та самая Рози, которая десять минут Читать далее...

Это цитата сообщения Play_in_a_life Оригинальное сообщение

Вторая жизнь



Когда я был молод, я редко испытывал осмысленные возвышенные чувства, скорее яркие влюбленности, которые в пору моей незрелости, казались мне убийственным водопадом, единственным способом выжить в котором была возможность отпустить сковывающие разум и сердце предубеждения и рамки, и плыть, плыть, падать в нем и плыть дальше.
Сейчас вспоминаю все это и становится, так непривычно горячо и невыносимо душно, что хочется закричать. Но всего лишь на мгновение, еще чуть-чуть и всё пройдет…
Почему же я прикинулся умудренным жизненным опытом старцем? Наверно затем, чтобы со мной не спорили, не искали в моих словах вымысел и сходство с оригиналом, а просто выслушали.
Прошло немало лет, пока рутина и обыденность обточили в песок камешки на дне моей небольшой речушки. Я стал обычным. В чем-то скучным. И абсолютно безнадежно слился с серой массой. Эмоции превалировали лишь отрицательные, а если и были положительные, то в общем потоке они были мало различимы.
Если отбросить ежедневные обязанности для поддержания такой искусственной жизни, то можно сказать, что я умер… Ел, работал, пил, спал на автомате, разум же или душа, если хотите, во всей этой бессмысленности не участвовала…
Я был уверен, что никогда уже этот вакуум не заполнить чем-то живым и чувственным. Но...

***
Пятница. Вечер. Метро. Шел с работы, глядя в пустоту над головами прохожих, и случайно натолкнулся на девушку. Такое происходит сто раз на дню, такие столкновения. Сказал «Извините», даже не обернувшись, и пошел себе дальше. И в этот раз пошел бы, но когда она на меня налетела, мы не просто столкнулись, нас прямо разнесло в разные стороны. Я остался стоять на ногах, едва потеряв равновесие, сразу же пришел в норму. Ее же откинуло в сторону, и в растерянности она упала на колени. Упала и осталась так же сидеть, закрыв лицо руками. И заплакала. А я как дурак стоял и смотрел, от неожиданности потеряв дар речи. Какое там «Извините»… Надо было подойти, помочь встать, утешить что ли. Думал я. А тело не двигалось. Автоматическое управление дало сбой, надо брать штурвал в свои руки. Но в какой последовательности и как это делать? Я запутался. Вместо того, что я решил, подошел и сел с ней рядом на колени. Вокруг толпа людей, обходят нас стороной. И я стал гладить ее по голове. Не помню, что и как я говорил. Я только и мог, что говорить, смотреть на нее и гладить по пепельным волосам. Потом уже я заметил, что в них скрывалось маленькое красивое личико, пухлые губки, веснушки, грустные глаза, слезы и безмерная печаль…
Так я встретил Её.
Это было мое пробуждение, мое второе рождение.

Ты приедешь на Окинаву.
…где растут голубые травы,
И закат подгоняет ветер.
Ты приедешь на Окинаву,
Как в тот летний прекрасный вечер.

Где волна поднимает гребни,
И доносятся детские речи,
Ты искру высекаешь кремнем…
Я тебя обязательно встречу.

Где у озера берег окутан
Светлячками, летящими к небу,
Я мечтами своими опутан
И гадаю природный ребус.

Даже если в свидания час
Я тебе не пришелся по нраву,
Новый день сменит ночь много раз –
Я приеду на Окинаву…
1.09.2009.

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1907015731

Глава седьмая - «Кукольник» (part 2)

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
© Копирование и распространение данного материала без ведома автора запрещено.
© www.zhurnal.lib.ru

Глава седьмая - «Кукольник» (part 1)

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
© Копирование и распространение данного материала без ведома автора запрещено.
© www.zhurnal.lib.ru

Цикады.
В чистом поле поют цикады,
В ночном небе сверкают звезды,
Ты шагаешь вдоль автострады,
На часах стрелки метят – поздно.

Ветер резкий терзает липы,
Рвет газеты на остановках,
Где ты ждешь автобусных скрипов,
В небе темном считая блёстки.

И луна уже ярче светит,
И спешить никуда не надо,
В тишине твоим мыслям ответят
Тихим свистом с поляны цикады.
17.06.2009.

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1906184940

С его стороны:
     Полтора года назад, в момент нашей с ней первой встречи в поезде, никто и подумать не мог, что все обернется так, что нам невольно придется вступить в военные действия и сражаться за свободу в небе. Мне довелось уйти на фронт первым. Последний день перед моим отъездом мы проводили с ней в молчании, которое хранило во мне надежду на то, что мы еще встретимся. Мы оба знали, что война когда-нибудь закончится. Не могли мы быть уверены только в одном – вернемся ли мы живыми...
     В тот день Лилия рассказала мне, что записалась добровольцем в боевую эскадрилью, решив последовать за мной на поле боя. Первоначально мне казалось немыслимым услышать подобное, хотя ничего другого ожидать и не стоило. Я волновался за неё. Однако, несмотря на довольно немалый летный стаж Лилии и успешное прохождение учений, война и настоящие боевые вылеты были далеки от тренировочных полетов. Там, в небе над Британией, всё было взаправду.
     Когда дождь закончился, мы вышли на парковую аллею и направились в сторону деревенских домиков, белеющих на горизонте.
      – Значит, завтра уезжаешь? – вздохнула Лили.
     Я лишь кивнул головой в ответ и после недолгой паузы поинтересовался:
      – А ты?
      – Через неделю. Но мне пока еще толком и не сказали куда. Знаю только то, что на данный момент приписана к 615 эскадрилье.
     Сквозь густые кроны деревьев начали пробиваться косые солнечные лучи. Мы осторожно перешагивали маленькие лужицы и, не спеша, шагали дальше по размокшей от недавнего дождя земле. Её промокшая челка неровными рыжими прядями ниспадала на лоб, ноги путались во влажных складках юбки, а зеленые глаза смотрели куда-то вдаль. Миновав остановку автобуса, мы, наконец, вышли на проселочную дорогу, с обеих сторон которой тянулись огромные поле с деревянными ангарами и ветряными мельницами...

С её стороны:
     Знаете, эти ночи перед расставанием..., они как горячий шоколад: такие же сладкие, темные, густые, жгучие, и так же быстро заканчиваются.
     Утро в тот день выдалось прекрасное. Небо было чистое-чистое, и птицы насвистывали свои звонкие и манящие трели в кронах ветвистых деревьев. И казалось, что повсюду мир, что нет никакой войны... Мы пили на завтрак черный чай из небольших керамических кружек с цветочными узорами и сонными глазами смотрели в окно, сквозь которое в комнату проникали первые утренние солнечные лучи, косой полосой тянувшиеся от занавесок до кухонного столика. А из открытой форточки доносился аромат свежей выпечки.
     Несмотря на упрямство Вильяма, я подбросила его до вокзала, хотя багаж-то был небольшой – всего один чемодан, набитый его скромными пожитками. Но последние минуты мне хотелось провести именно с этим человеком... Уже в тот момент я поймала себя на мысли о том, что даже не знаю, кем он мне теперь приходится: другом, любимым другом..., или же просто любимым? А он просто ответил, что не стоит спешить, что у меня еще будет время поразмыслить над этим.
      – А когда я вернусь, ты скажешь мне то, что хотела сказать и то, что мне так хотелось услышать. Я буду ждать этого момента и непременно вернусь живым! – он улыбнулся на прощание, крепко обнял меня и, поцеловав в щеку, запрыгнул в вагон загудевшего поезда.
     На вокзале в тот день было очень большое количество женщин, детей, молодых парней в военной форме. Люди уезжали, провожали родных на фронт. Длинные железнодорожные составы издавали звонкие гудки, из вагонных окон выглядывали солдаты, курили и разговаривали с теми, кто оставался стоять на платформе. Сизый дым сигарет поднимался высоко вверх и таял. Носильщики грузили вещи. Тяжелые тележки с жутким металлическим лязгом проносились по перрону, подталкиваемые своими хозяевами. В целом – все как всегда, если не учитывать того факта, что эти поезда уходили на войну...
     Мы держали друг друга за руки, как вдруг массивный состав дернулся и, издав протяжное шипение, медленно двинулся вперед, грохоча колесами по рельсам. Еще какое-то время я шла за поездом, не отпуская руку Вильяма, но стальная махина набирала ход, и в ту секунду, когда пальцы наши расцепились, я почувствовала, как во мне будто бы что-то оборвалось, словно в этот миг я теряла часть себя. Он махал мне рукой, свешиваясь из дверного проема тамбура, что-то кричал, но звуки пропадали в дыме и шуме вокзала. Теперь и я улыбалась ему в ответ, не имея возможности расслышать реплики, и утирала ладонью невольно выступившие Читать далее...

С её стороны:
     В июле 1940 начались массированные налеты немецкой авиации на Англию. Германия хотела как можно быстрее заставить Британию капитулировать. Но, прежде чем германская армия могла высадиться, необходимо было уничтожить нашу береговую оборону, потопить или обездвижить корабли Королевского Военно-Морского Флота, которые могли помешать ее продвижению, и, прежде всего, убрать с неба Королевские Военно-Воздушные Силы. Поэтому противник начал ряд воздушных атак, сначала на наши корабли и порты, и затем на наши аэродромы. Гитлер полагал, что Люфтваффе сможет нанести, таким образом, громадный ущерб Британии и существенно подорвать моральный дух британцев.
     Мы сидели у озера, под дождем, накрывшись одной курткой. Он перебирал мои пальцы… нежно-нежно. А я смотрела на то, как дрожит взволнованная поверхность водоема и образовавшихся на земле луж под струящимися с хмурого неба прозрачными крупицами. И тогда подсознательно мне очень хотелось его поцеловать, прижаться всем телом. В тот день, двенадцатого июля, он уходил на фронт. Его определили в 64 эскадрилью на авиабазу в Кенли… и приурочили к боевым вылетам. Я же записалась добровольцем, в надежде оказаться в одной эскадрилье с ним, но попала в 615…
     Крупные капли дождя неслышно разбивались о матерчатый покров его куртки, хлестали по деревянным доскам выцветших желтых скамеек. И мы совершенно не могли ничего сказать друг другу, словно пребывая в каком-то шоке или другом мире. Пожалуй, это был тот самый момент, когда можно было расплакаться и не сдерживать слезы, но плакать почему-то тоже не хотелось. Потому мы просто смотрели на серую дымку, стелившуюся над водой, пытались научиться понимать друг друга молча. Как вдруг, в этой мрачной серости небес, он повернул ко мне голову. И я через силу улыбалась, пряча лицо в мокрые дрожащие ладони. Это такое состояние…, это почти как любовь или тревога, но что-то немного другое. Мне казалось – я видела в его глазах будущее, которое не сулило ничего хорошего. Возможно, то были всего лишь отголоски начавшейся войны в моей душе, или просто сердце трепетно рвалось в груди, не желая потерять однажды сидящего рядом со мной человека в чреде бесконечных боевых смертей.
     Покрутив в руках палочку, он неторопливо стал выписывать каракули на мокрой земле, потом снова посмотрел сквозь меня куда-то вдаль и вздохнул.
      – Ты ведь любишь самолеты… – наконец промолвил он, но голос его утонул в шуме дождя.
      – Люблю… – шепотом ответила я и прижалась к его плечу.

     ***
     …Мне дали «Спитфайр». Лучшая машина, о которой я когда-то могла только мечтать. В нем была некая романтика, прекрасный внешний вид и замечательные крылья…
     А 15 августа состоялся мой первый боевой вылет…

Полли, Полина, Полетт.
Полли, Полина, Полетт бежала по полю,
Скороговоркой свое имя произнося,
А на небе светила Луна своей бледною долей,
Вдруг замерла Полли, к ней руки свои вознеся.

"Ах сердце мое так трепещет" – вздохнула вдруг Полли.
Молчаньем с небес отвечала сестрица-Луна.
"Но как не хочу я испытывать снова той боли,
Что душу девчачью нещадно сжигает дотла".

Катилась на убыль Луна, уступив место свету,
А Полли махала ей вслед – "Возвращайся, Луна!".
По улицам спящим домой возвращалась к рассвету,
И снова в квартире читала романы одна...

О как же прекрасна ты, юная Полли, Полетт,
В пышной юбчонке по парку идешь не спеша.
Пусть возмущенно прохожий кричит тебе вслед,
Это лишь подтвержденье тому, как же ты хороша.

Полли, Полина, Полетт красит губы так ярко,
Аленьким бантиком на бледном гриме-лице.
Когда город окутан вечерней прохладой нежаркой,
Увидеть тебя можно вновь на домашнем крыльце.

Время не ждет – знает в точности Полли, Полина.
Вот потому вечно в поиске вечной себя.
И наглотавшись опять перед сном анальгина,
Будет с холма за Луной голубой наблюдать.
9.06. – 10.06.2009.

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1906103147

[350x314]
      – Я хочу кушать...
Маленький парнишка, лет десяти от роду, смотрел на Каиру своими большими голубыми глазами, протягивая вперед грязную ладошку. Девушка-андроид, улыбнулась, не спеша наклонилась к чумазому мальчугану и, потрепав его по светлым волосам, протянула ему одноразовую магнитную карточку для получения бесплатного обеда в сети городских забегаловок.
Стрит не ожидал такого поведения от робота. Честно говоря, Каира все больше и больше начинала удивлять его, потому как вела себя не как обычный человек, а в сотню раз лучше рядового жителя. Практически в каждом ее поступке скользила доброжелательность и теплота, которая по идее роботу не могла быть присуща, но ей, вопреки всему, почему-то удавалось создавать ощущение этой самой душевной теплоты... Которой, к примеру, так не хватало бездомному мальчику, ровно до того момента, как он не столкнулся с Каирой. Разве смог бы рядовой житель мегаполиса пожертвовать своим талоном на бесплатный обед, которые были, если и не большой редкостью – достать их, тем не менее, было непросто. Так что в условиях режима контроля и железного занавеса они ценились... и весьма успешно продавались или выменивались на всяческие апгрейды.
      – Спасибо! – радостно воскликнул паренек и неловко обнял Каиру за шею, после чего, подпрыгивая, скрылся в переулке между домами.
Девушка взглянула на Стрита, поправив рукой упавшую на лицо прядь вьющихся волос. Тот лишь улыбнулся в ответ, взял её за руку, после чего они отправились дальше по улице, в сторону набережной.
      – Постой! – вдруг воскликнула Каира, обогнала Стрита и, преградив ему дорогу, уставилась на него, расплывшись в полуулыбке. – Может быть, зайдем в кафе? Съедим по мороженому? А то я, кажется, тоже немного проголодалась.
Стрит на секунду замер в нерешительности, улыбнулся и, обняв девушку за плечи, утвердительно ответил:
      – Отличная идея!

Русский Солдат [в память о Великой Отечественной войне 1941-1945 гг].
А на поле рвались снаряды,
А над полем клубился дым,
И никто из русских солдат
Не хотел умирать молодым.
Но, покинув свои землянки,
За Отчизну шагали вперед,
Подбивая немецкие танки,
Прославляя советский народ.
И бежали вперед, пригнувшись,
Пред собой выставляя ружье,
И терзали свежие трупы
Танки траками своих подошв.
Минут тридцать – как три часа,
Под свист грозных вражеских пуль,
Учащенно от страха дыша,
Наступления брали руль.
С тех пор много уж лет прошло,
И не каждый вспомнит всех дат,
Когда в Бресте и под Москвой
Пал за Родину русский солдат.
Как в блокаду под Ленинградом
Прорывал он немецкий строй,
Как сражался под Сталинградом,
Взрывал танки под Курской дугой.
Пусть домой возвратился не каждый,
Пусть не каждый посмертно герой,
Но сражались они отважно
За страну и за нас с тобой.
Чтобы жили мы, бед не зная,
На своей свободной земле,
Чтоб по мирным проспектам гуляли
В героической нашей стране.
Идут годы, меняя устои,
Поколений меняется взгляд,
Только знаю, что в каждой душе
Все равно живет Русский Солдат.
3.06.2009.

© Copyright: Сергей Лис, 2009.
www.stihi.ru
Свидетельство о публикации №1906093692