[170x256]
Акунин
Всё-таки гордыня — враг человека. Вот сидит беллетрист, клепает детективы, с гонораров покупает домишко во Франции, откуда время от времени через Фейсбук поругивает кровавый «рыжымь». Но хочется-то большего. Стать властителем дум, подняться в разряд «серьёзной» литературы.
Писатель вспоминает: а был ведь когда-то такой Николай Михайлович Карамзин. Оный тоже начал с массовой литературы, сентиментального бестселлера «Бедная Лиза», а потом создал 12-томную «Историю государства Российского», без обращения к коей теперь ни один серьёзный филолог не обойдётся.
Но писатель — постмодернист, что-то новое (своё то бишь) придумать не в силах, поэтому попросту переиначивает чужое название, и выходит «История Российского государства».
Читатель покупает сей фолиант.
[600x600]
Читает один абзац, например, такой:
«
Восточноевропейская равнина становилась домом для самых разнообразных пришельцев: сарматов, готов, печенегов… Такими же находниками были и русославяне. Просто они сумели построить долговечное государство, на время поглощённое Чингисидами, но всё–таки уцелевшее и оказавшееся жизнеспособным».
Если читатель читает стоя, например, в метро, то лучше бы заранее присесть, чтобы не упасть.
Во-первых, «Восточно-Европейская» пишется через дефис. Во-вторых, называется она несколько по-другому — Русская равнина (интересно, с чего вдруг)?
В-третьих, ко времени прихода монголов единого государства на Руси уже не было. В-четвёртых, сложную систему зависимости Руси от Орды можно назвать как угодно, но только не «поглощением»: религия, культура, язык, даже местная администрация — всё осталось прежним, сугубо внутренним делом. Поэтому говорить о «государстве, поглощённом чингисидами» по меньшей мере некорректно. В-пятых, слово «чингизид», то есть потомок Чингисхана, пишется через «з», а не через «с».
В-шестых, помня, что настоящий учёный не только пересказывает предшественников, но и изобретает своё, автор везде в книге использует, мягко говоря, странный неологизм «русославяне». Во то время как имеется спорный, но всё-таки устоявшийся термин «славяноруссы». Так нет, нужно выпендриться. Гордыня.
В-седьмых, загадочные «русославяне» называются не менее загадочным словом «находники». Открываем словарь древнерусского языка: «приезжий, пришелец». То, что русские на своей земле чужие — конечно, не новость. Но то, что, по мысли автора, мы «такие же, как сарматы, готы, печенеги» — уже нечто интересное. Однако нет, дорогой псевдо-Карамзин, мы другие: потому хотя бы, что эти народы с карты мира исчезли, а мы, в отличие от них, выстояли. Живём.
И в-главных — омерзительна эта тонкая нюансировка «просто они сумели построить долговечное государство, всё-таки уцелевшее». Нет, дорогой автор, вовсе не просто построить тысячелетнее государство, и вовсе не просто уцелеть в битвах с лучшими армиями Ойкумены (именно так это слово произносится по-русски, а не «эйкумена», как вы, вследствие той же гордыни отказавшись от услуг корректора, пишете). Но с Божьей помощью построили. Заплатив многими жизнями, уцелели.
И да, это всего лишь один абзац. Вслед за которым начинается другой абзац. Полный.
В старые времена бытовала хорошая практика: у каждой претендующей на академичность книги был учёный-консультант, учёный-рецензент, научный редактор (о чём, разумеется, сообщалось в выходных данных). Листаем титульные листы этой книжки — ничего подобного. Да и зачем автору консультанты-рецензенты — чай, сам не лаптем щи хлебает, исторические образование получил.
Вот и видим:
«Евроазиатская цивилизация, частью которой мы являемся, самим своим возникновением обязана окончанию последнего ледникового периода».
От понятия «евроазиатская цивилизация» профессор Тойнби, основатель «цивилизационного» подхода к истории, переворачивается в гробу.
Первые цивилизации (и не сразу во всей Евразии, а далеко друг от друга, на реках Нил, Евфрат, Ганг, Хуанхэ) появились, по самым оптимистичным подсчётам, примерно в 3 тысячелетии до нашей эры — через 6-8 тысяч лет после окончания ледникового периода. А то, что «после» — не значит «вследствие», написано ещё в первых параграфах учебника логики.
С научными понятиями у автора в голове каша. Пишет, например, про «
великий скандинавско-финляндский ледник». Видимо, имеет в виду последнее, Валдайское оледенение, ну да гляциология — наука не барская.
Однако же сколь ни плохо разбирается беллетрист в истории, географией владеет он ещё хуже:
Южнее Великого Леса, где сидели в своих болотах древние финны (!), Читать далее...