В нескольких местах бессвязное и непонятное, но выстраданное.
Очень мне хотелось творить и безобразничать на бумаге.
Буду благодарна всем, кто осилит этот эпос.

Небо темнеет и вечер вступает в права.
Значит настала пора. Это время рассказа.
"Здравствуй, принцесса " Моя ежедневная фраза.
Как ты капризна. " Нам некогда тратить слова.
Что ты сегодня поведаешь мой менестрель? "
узнать, чем закончилось

Ну, что ж... Раз есть интерес - читайте!

Буду рад услышать ваше мнение.

«Призрак».

 Расскажите мне про старый Замок,

 Про отвесных скал тоску и боль.

 В плаче ветра темными ночами

 Проклинавших злую свою роль.

 

 Волн холодных шумные разбеги,

 В танце смерти бьющихся о мол

 Сквозь бойницы с ветром залетая,

 Заливают мозаичный пол.

  

  Снова в полночь вспыхивает свечка,

 Озаряя ненакрытый стол.

 Призрак дамы, гулкими шагами,

 В ожиданье измеряет холл.

 

 Бледный образ, гордый и прекрасный,

 Древней ткани блещет серебро.

 А в лице печаль с немым вопросом:

 Сколько еще должно ждать Его?..

 

 Старый Замок спит и ждет сигнала,

 Знака от вернувшихся домой.

 Но молчат Рога и только ветер

 Нарушает снов его покой.

 

 Расскажите мне про старый Замок,

 О волне не сбывшейся мечты.

 От чего так сердце замирает?

 Может этот призрак – это ты?!

 
Стихи конечно тоже старые...
Но мне говорили,что в них - каждый видит что-то своё...
Может, и так...

Настроение сейчас - тихое

Доброго времени суток!
Вот кое-что из старых моих стихов. Может, скажите что...

Оазис погибших растений.         

 ( Из цикла “Ненаписанный рассказ”.)

 

            Оазис погибших растений

            Приходит ко мне по ночам.

            Неровною цепью видений

            Скользя в темноте по плечам.

            Песчаная вьюга бушует,

            Мои заметая следы.

            Как будто бы тушью тушует,

            Ровняя барханов ряды.

            Живому здесь негде укрыться.

            Слепящая Солнца волна,

            Как будто бы хочет напиться –

            Всю боль поднимает со дна...

            Тяжелые ночи сомнений

            И Чуждых Миров пустота.

            И зыбкая грань пробуждений.

            И влага дневная у рта...

Эти стихи еще не где не публиковались.Я их только читал на лит. вечере в Менделеевской гостинной (в Политехническом музее  (Москва).

Вот...решилась выложить...если понравилось, выложу еще...жду критики...

Тихое пищание кардиографа нарушало тишину палаты реанимационного отделения. На койке под капельницей и с кислородной маской лежала девушка лет восемнадцати. Ее лицо с бледной от природы кожей, с мягкими и плавными чертами, аккуратным прямым носом и чуть припухлыми алыми губами сейчас исказила боль… Длинные волосы пепельного цвета беспорядочно разметались по подушке и как-то потускнели.
Ужасная автомобильная авария заставила ее оказаться здесь, в центральной больнице Дублина. Это была случайность, всего лишь маленький каприз судьбы, который впоследствии перевернул всю ее жизнь… Она не была ни виновником, ни участником аварии, а просто прохожей, спешащей из университета домой.
Четыре машины на бешеной скорости столкнулись на перекрестке и тут же взорвались… Девушка проходила мимо и ударная волна швырнула ее в большое окно ювелирного магазина. Девушка упала прямо на стеклянную витрину, задев еще тяжелый шкаф со всякой охранной арматурой, который упал прямо на нее…
Многочисленные глубокие резаные раны, пролом черепной коробки, открытый перелом ноги, огромная потеря крови… Девушку тут же доставили в больницу, и врачи сделали все что могли, чтобы сохранить ей жизнь…

читать далее

[323x227]
"Было это очень давно, когда не было зимы, весны, лета и осени. То есть было всегда лето, но так как погода была всегда постоянная, прерываемая иногда дождями, то люди не знали, что на данный этап времени это называлось бы летом. Вся планета была, как огромный, дремучий и очень красивый лес. Встречались и опушки, где строились хижины для проживания семей народа под странным названием – райи. Рай – это происходило от слова "Ра", что в переводе с тех языков, которые существовали в тот период, означало Солнце. И разные поселения не делились тогда на разные племени. По всей планете было одно племя, просто было тяжело и жалко рубить леса ради создания искусственных опушек, чтобы объединиться в одну огромную деревню. Когда очередное поселение заполнялось, две-три семьи райев уходили из поселения в поиски новых опушек, чтобы там построить очередное селение и заполнить это поселение новыми райями. Никого это не напрягало, ибо все были дружны и все друг друга понимали.

И жил в одном из селенья очередной рай по имени Супрок. Был он маленького роста, весёлый и добрый. Любил помогать всем райям, чем мог. Кому-то дров нарубит, прополощет огородик, поможет в строительстве хижины, с удовольствием сходит на охоту с кем-нибудь за компанию. Вообще, как я уже говорил, вообще племя райев состояло из одних добряков, но он был самым добрым из всех добряков.

Однажды Супрок влюбился. Влюбился в одну райю по имени Ольфодора, в дочь вождя того поселения, в котором Супрок жил. Он был поглощен ею, он сходил с ума, если хотя бы не видел её раз за один день. Он прятался за листвой, за кустами и деревьями, когда следил за ней, наблюдал за ней. Она любила гулять в одиночестве, и никогда не замечала Супрока. А ему и не надо было. Он уже был счастлив от того, что может созерцать её и иногда слышать её голос, когда она пела в одиночестве на берегу красивых рек и озер, а он тем временем прятался за каким-нибудь камнем или деревом, наслаждаясь её бархатным голосом. Он не мог подойти к ней, ибо любовь его была настолько сильна, что даже когда она случайно в селенье проходила рядом мимо него, у него переставало стучать сердце, прекращалась работа дыхания и он чуть ли не падал в обморок. И, тем более, он простой рай, не мог претендовать на звание супруга дочери самого вождя селенья. И, надо отдать ему должное, он умел скрывать свои чувства, никто не догадывался о его чувствах.

Но, как это обычно бывает, подошел срок созревания девицы, и отец Ольфодоры решил, что пора выдавать свою дочь замуж за сына вождя соседнего селенья. Это была традиция, которая никогда не нарушалась. Жизни и судьбы сыновей и дочерей вождей разных селении были предписаны на роду уже заранее. И вот вся планета райев стала ждать роскошной свадьбы на весь мир. И только один рай не радовался, как все. Его доброе сердце прекратило своё существование. Он ненавидел всех из-за своего бессилья, он плакал по ночам либо в своей каморке, либо выл волком ночью на Луну в дремучих лесах, чем наводил ужас на соседние селения, где предполагали, что в лесу завелся действительно страшный хищник, ибо у Супрока получалось выть сильнее всех волков вместе взятых. Он не знал, что ему делать, как быть и как вообще жить. Он хотел умереть, он хотел уйти, он хотел исчезнуть, он хотел вырвать себе сердце и скормить себя настоящим волкам, но всё-таки, как любое живое существо, он боялся своей смерти.

Однажды он в очередной раз допьяна напился шипучего эля, думал о своей горькой судьбе. Дело в том, что другие райи заметили изменение характера Супрока в плохую сторону и через какое-то время перестали обращать на его грубость, посчитав что он захворал на какое-то время. И вот, ему в пьяную голову пришла мысль, которая была неведома мозгам райев. Он решил УБИТЬ. Убить сына вождя, за которого выдавали Ольфодору. "Она не достанется мне, так пускай же она не достанется никому!" – подумал Супрок. И вскочил. И бежал он через дремучий лес в соседнее селение. Всё было решено. И вот, добрался он до соседнего селения…

…На утро страшная, шокирующая воображение райев весть разнеслась по всей планете, по всему существующему племени. Сын вождя племени был найден в своей кровати с отрубленной головой. Это настолько шокировало всех райев, что никто не заметил, что Супрок куда-то бесследно подевался. Его даже никто не спрашивал и не искал никогда. Ольфодора даже и та не догадывалась, что в убийстве замешан именно Супрок. Да и вообще, райи не могли представить себе такого, чтобы один рай убил другого райя, даже из-за такой сумасшедшей вещи, именуемая ревностью.

Никто так никогда и не узнал, куда исчез Супрок, хотя часто можно было услышать, как в ночной тишине где-нибудь в горах или в дремучих лесах раздавался довольный и удовлетворенный рёв. Ольфодора так никогда и не вышла замуж, ибо она должна была выйти замуж лишь за одного райя, который был предписан ей еще до её Читать далее...

По земле ходят живые трупы,
Они льют мутную воду из глаз,
Они забыли, что такое сердце,
И каждый день проклинают нас.

Проклинают за то, что мы ещё живы,
За то, что живём своей головой,
И будь у них шан перерезать нам жилы
Они бы расправились со мной и с тобой.

Они так привыкли блуждать стадом,
Что каждый из них один пропадёт,
Ведь он не умеет держать осаду,
Таких как мы. Крепость вскоре падёт.

Развалится кладка, бетонные стены,
- Навеки лишь пыль у чужих дорог,
И эту реальность соткут вновь вены
Из жалких обид, потерь и тревог.

На даный момент у мя 9 стихов, 1 расказ(коротенький), 2-й расказ в процесе, и пару афоризмов....(не знаю ли это можно назвать афоризмами)

стихи:

      *Не могу забыть*

Я не могу тебя забыть
Каждый день вспоминаю
И не могу тебя любить
Меня другой обожает.

Меня другой очень любит
Готов за меня жизнь отдать
А ты меня не любишь
Только боль можешь причинять.

В тот миг, когда тебя я вижу
Сжимает сердце моя боль
Но по-другому быть не может,
Ведь ты моя первая любовь.

Первая любовь не исчезает
Она всегда оставит след.
Ведь ты меня понимаешь?
Может да, а может, нет...

читать далее

А вот и продолжение...


На улице мало что изменилось: лил дождь, заглушая посторонние звуки. Ник пошел мимо домов к первому переулку.
«Том, что же ты творишь? – пронеслось в голове у него. – Ты же себя убьешь». Ник остановился на углу. Мысли сдавливали голову, а плечо давало о себе знать. Ник собрался с силами и вошел в переулок.
Темнота и тишина еще сильней обволокли его. Чувство опасности усилилось. Ник огляделся. Кто-то следил за ним. Он чувствовал это. Он не видел вокруг ни души, но знал что кто-то рядом. Человек всегда чувствует на себе пристальный взгляд. Ник сделал пару шагов назад и услышал звук затвора. Он сразу же скользнул в тень. Они приближались. Ник положил футляр во внутренний карман плаща и бросился по переулку. Едва не падая, он бежал так быстро, как только мог. Весь переулок осветил свет от фар, послышался рев мотора, Ник обернулся. Черный джип стремительно несся на него. На капоте красовался запечатленный в прыжке белый волк. Джип резко прибавил скорость. Ник свернул на улицу. Он знал, что это не лучший выход, теперь он был у всех на виду. Преследователи могли спокойно подстрелить его. Нельзя было попасться им, ведь они бы вряд ли стали медлить. Им нужна только карта. Жизнь Ника их не волнует.
Ник увидел впереди забор, огораживающий дома, которые могли в любую секунду рухнуть. На раздумья не было времени. Ник с разгона перемахнул через забор, не добегая до него. Мимо летели пули. Казалось, в него высаживают магазин за магазином. За шумом не было ничего слышно. Стена дождя скрывала от Ника дорогу, он бежал практически наугад. Он заметил виднеющийся впереди дом. Пуля просвистела прямо около головы. Ник отскочил в сторону.
Читать далее...

Моё имя Великан. Я живу на планете Землиус. Я не помню, как я родился на этом свете. Иногда у меня ощущение, что я существовал всегда. То есть когда-то я был создан, но был я создан сразу же взрослым, и мой возраст не меняется уже лет семь-восемь, не помню точно. Очень скучно жить на этой планете, все существа, которые по физиологии похожи на меня, очень маленькие. Они все меньше меня в двадцать раз. Они крохотные, и каждый из них помещается у меня на ладони.

Я работаю на их города. Для меня строить дом – это также как для детей этих существ собирать конструктор. С моей помощью их города процветают. Я не знаю, зачем я вообще существую на этой планете Землиус, но эти существа меня боготворят. Они готовят для меня огромные для их размеров котлы, в которые кидают вариться несколько десятков парнокопытных животных, чтобы я мог наесться. По праздникам они заливают для меня огромный котел опьяняющего напитка. Эти существа очень любят праздники.

Несмотря на то, что ко мне относятся с уважением, мне всё равно скучно жить на этой планете, так как мне не хватает пары для меня. Почему нет существа, которое было бы такого же размера, как и я? Кто меня создал? Иногда я это спрашивал у моих маленьких существ, но они лишь разводили руками.

Я ходил в кругосветное путешествие в поисках таких, как я. Я обошел планету Землиус вдоль и поперек за три дня, но никого не нашел. Самый глубокий океан на этой планете мне по горло. Всяческие морские хищники и дьяволы, которых так боятся эти маленькие существа, мне нипочем, потому что я двумя пальцами могу раздавить, но я этого не делаю, потому что ничего плохого они мне сделать не могут.

Я даже не знаю, смертный я или бессмертный. Эти существа помирают, как мне объясняли, по истечении какого-то отрезка периода, который они называют жизнью. Мне всё это кажется каким-то бредом. Неужели им так нравится помирать? Ведь я же вижу, как они горюют по всякому, кто уходит, как они выражаются, «на тот свет»! Не понимаю, зачем делать то, что приносит другим печаль?

Я лишь сутками, месяцами и годами думаю о своей сущности. Кто я, зачем я создан и кем? Я надеюсь найти этот ответ, но пока ни одной зацепки на истину мне не удалось поймать. Со следующей недели я начну строить новую страну по желанию этих существ. Иногда это так увлекает, строить эти конструкции, которые они называют домами и зданиями. В такие дни мне не скучно.

Может быть, для этого я и создан…

(автор - Троллль)

P.S.: в категории неплохо бы внести "Сказка"

Это моя первая серьезная работа. Я хочу написать фантастический триллер. Это наало первой главы, подчеркиваю не вся глава, а лишь начало. Мне интересно мнение о стиле написания.


Лос-Анджелес. Ночь. Дождливая и тёмная. Даже луны не видно за покровом чёрных туч. Деревья склоняются к земле под тяжестью намокших листьев, а кустарники кажутся ещё более низкими. Слышно как по крышам машин барабанит дождь. Жилые дома печально и угрюмо стоят под дождём, пряча внутри себя скучающих людей. Никто не хочет выходить на улицу, где бесчинствует гроза и порывами ветра срывает ветки деревьев. Даже взглянув в окно, настроение портиться, сразу на ум приходят мысли о предстоящем завтрашнем дне, где будет грязь, лужи и пасмурное небо.

Читать далее...

В тишине, такой хрустальной
Тихий скрип идет от снега
Он искриться некой тайной.
И манит своею негой.
Ветра нет. Стоят безмолвно
Остова прекрасных сосен,
Воздух чист, но пьяный, словно
Он так сладок и морозен.
А в глуби видна опушка.
Словно вышита по кругу.
Спрятавшись, стоит избушка.
Вся, укрыта... От испуга?
Вся, как только что с открытки.
Вот уж иней расстарался!
Ледяные маргаритки
Он выпиливал из глянца
Снег на крыше, как подушка.
А уж взбита - так уж дело
Празднично глядит избушка.
Ох уж диво приодела!
Но вокруг избушки следа.
Не найти и не приметить
Валенок не видно деда
Девичьих сапог не встретить
Тишь да гладь. Но так бывает,
Что закружит сосны буря,
Снег все окна задувает!
Это шар опять встряхну я...

Без улыбки, не заплачешь,
Приковав, уйдёшь навечно:
"Ты за всё сейчас заплатишь!"
Просто месть, она ведь лечит.

Скроют тени нашу память,
Сумасшедшую по сути...
Рухнет мир, где мы играли,
Позабыв, что просто люди.

Рухнут стены, треснут окна,
Загорится потолок.
Ты уйдёшь, оставив только
На руках моих замок.

Звякнут цепи, не порвутся,
Крепко сцепленный метал!
Ты забудешь обернуться,
Хоть и знаешь, что пропал...

Чернила ложатся на клеточек своды:
Написано то, что уже не вернуть...
Так много внутри многоликой свободы,
Что в клочья порваться готовится грудь.
Она не умеет дышать по команде,
И счетчик под пульсы еще не открыт...
Так в чем же проблема? Ни в Гете, ни в Канте
Ответ не открылся - доступ закрыт.
Подушка обложена стопками книжек,
Тетрадь переполнена выпиской слов...
Так в чем же проблема? Ни рюшек, ни мишек,
Ни платьев, ни балов, ни красных цветов.
Ни беглых объятий, ни страстных романов,
Ни чая, ни кофе, ни танцев без сна...
О чем разговор? Ведь вставать ей так рано!
И можно ли! Ведь на дворе - не весна...
Вся жизнь - этикетна, поступки - как пункты,
Что пишут в книженциях типа bon ton...
Ах, как надоело! Все это - так слишком...
А, впрочем, посмотрим, что будет потом.

[418x572]
Помнишь?.. как солнце вливалось сквозь кожу,
Как мы дождями бывали согреты?..
Жаль, но вернуться теперь мы не сможем
В наше цветное наивное лето.

Помнишь – когда-то мы вместе летели,
Нам не казалось, что это нелепо...
Только сорвались... и плачут метели,
Плачут по нам... и по нашему Небу.

Помнишь?.. я знаю, что все это в прошлом.
Хочешь – давай это вместе забудем.
Память осыпалась снежною крошкой...
Как хорошо, что давно мы не люди...

Подними глаза к синему небу, смотри,
Где-то там в вышине виртуальный твой бог,
Что жестко порвал нас двоих да на три,
Раскидал меж холодных, безчувственных строк.

Подними глаза к звездному небу, скажи,
Что не будет, как прежде, таинственных встреч,
В закоулках бессчетных сплетений сети.
"Нас" потерли из фалов с индексом "веч..."

Подними глаза к вечному небу, пойми,
Что в реальности вовсе и не было "нас".
Просто кто-то придумал роман о любви,
О любви по сети непутевый рассказ...

Настроение сейчас - Тоска

Освети мне путь от дождя до неба,
Дай глотнуть немножко твоей свободы,
Может, я тогда поднимусь к восходу,
Ну а может, нет. Ведь и ты там не был.

Убери цветы – я пока живая,
Но оставь шипы, чтоб смогла подняться,
Пусть до крови даже сдирая пальцы...
Все равно я душу свою сжигаю.

Не сумел понять?.. ну и пусть, не надо.
Улетай опять – как обычно, молча.
Ты свободен как-то почти по-волчьи...
Мне летать – нельзя. Значит, буду падать.

[700x476]

[354x500]
Настроение сейчас - Пусто

Я заморожена прочно в холодное время,
Заперта крепко в чернеющей ткани дождя.
Небо ломается, птицы на волю летят...
Я – не могу. Мне б дожить до того, как стемнеет.

Проклята холодом, благословленная летом...
Боль и туман... не взлететь мне из пропасти прочь...
Я так устала хранить мою вечную ночь...
...я умираю опять с каждым новым рассветом...

о любовь... что ты делаешь с нами!!!
мы не верим словам и делам,
смело на спор идем с зеркалами,
что любимых покажут изьян.

разум молча готовится к краху,
сердце ж, трепетно флаги подняв,
торжествуя, шагает на плаху,
превратив панихиду в парад

мы омоем слезами кумира
когда сердце на части порвет
так умолкни же пошлая лира
и послушай…..влюбленный поет

Одна из написанных мною недавно зарисовок. Возможно, кому-то покажется интересным, возможно кому-то наоборот. В любом случае, будет интересно узнать ваше мнение и выслушать критику)

- Ты сможешь пойти за мной. Сию же минуту, если захочешь. Я приглашаю тебя туда, куда многие так стремятся попасть... но им нужно замаливать слишком много! Тебе не нужно всего этого. Тебе предлагают безплатный - заметь, абсолютно – билет в рай. Неужели откажешься?
Существо, произнесшее слова, сидело чуть поодаль, на самом краю кровати. Оно очень внимательно и терпеливо ждало ответа. Признаться, ему вообще-то было странно подумать, что кто-то может отказаться от такого лестного предложения, но этот...
- Можно я задам вопрос? – тихонько подал голос человек, сидевший у самой подушки. Его голова по-прежнему была опущена, взлохмаченных, хоть и не таких длинных волос все же хватало, чтобы закрывать его лицо плотной завесой.
- Да, конечно.
- Если я откажусь...я попаду в ад, да?
- Не знаю, - был лаконичный ответ.
- Понятно, - голова чуть приподнялась и всколыхнувшиеся легким движением пряди открыли на лице тень улыбки. Нет, не саму улыбку – только ее тень.
- А он вообще существует?
- Кто? – существо искренне не поняло вопроса. – Бог?
- Нет. Рай.
- Существует ли рай? – удивлению собеседника не было предела, - Ты странный! Я всегда знал, что люди странные, потому что противоречят сами себе, но ты – исключение даже среди них! Как же его может не существовать, если я зову тебя туда?
- А что там? – человек положил свою взлохмаченную голову на подтянутые к груди колени и уставился на сидевшего неподалеку. Теперь его взгляд был не бездонным – в нем сквозила капелька интереса и фантазии.
- Там? Там каждый находит покой и тепло, освобождается от грузов былого, находит то, что искал... Там начинается новая жизнь! Разве ты не об этом мечтал?
- Об этом, - беззвучно повторили губы сидящего напротив. Его взгляд снова наполнился каким-то туманным облаком, жизнь неслась сквозь подсознание галопом, и в то же время шла мелкой рысью.
- Ну так что? – улыбнулось существо. Его улыбка была мягкой, дружелюбной, настоящей. Она была...живой, что ли. «Интересно, они там все такие? С такими улыбками? С такими глазами, речами и душами?»
- Мне, - повисла недолгая пауза, - мне нужно подумать.
- Ты думаешь уже пятые сутки, - ласково возразило существо, - И с момента нашей первой встречи, ты не можешь перестать прокручивать мое предложение в своем сознании, задаваясь риторическими вопросами, анализируя, читая книги... Разве тебе не надоело? В раю тебе не нужно будет обо всем этом задумываться – ты будешь свободен, волен получать ответы на вопросы, мучившие тебя на земле! Идем! – с этими словами существо протянуло человеку свою руку – такую красивую и, несомненно, приятную на ощупь.
- Да, это так… - человек поменял позу, сев на колени, - и поэтому я... отказываюсь.
- Как? – существо не могло в это поверить: еще никто не отказывался! – Но почему?
- Рай – это, наверное, хорошо. Но ты сказал, что, оказавшись там, я освобожусь от груза, который нес на себе столько лет. И что мне не нужно будет думать. А я так не могу. Я не могу бросить все, что тащил в себе все эти годы, не могу отказаться от самого важного для меня – от своих внутренних вопросов, сомнений. Во мне есть еще слишком много различных «Зачем?», «Отчего», «Кто?», «Почему?». Я не готов их потерять.
- Что ж, – существо медленно поднялось и направилось к двери. Остановившись на секунду у порога , оно произнесло – Знаешь, ты первый, кто отказался. И я считаю, что ты глупец.
Ответом ему была ироничная улыбка.
- Я не глупец. Я просто философ.

[300x302]
…Пряди её шелковистых волос спадали на изящные плечи. А на почти кукольном личике блестели, словно, бриллианты солёные капельки. Солнечный луч, проходя сквозь них, играл всеми цветами радуги. Это было очень красиво. Она была красивой. Такая родная и близкая, казалось, что она спит, тихим и беззаботным сном. В воздухе парил аромат сладкой ванили. Запах детства, моего детства, нашего… Это заставило меня невольно улыбнуться, по-настоящему, искренье, не так, как я делала это на протяжении последних лет. Странно, но люди всегда замечают улыбку только, когда уголки губ человека приподымаются в натянутой гримасе. Чушь, глупая чушь. Это не улыбка, это лицемерие. Моё, твоё, его, их, наше общее. Или ты никогда так не делал? А, если честно?...Ну, разве я не права? Только глаза , только они, словно зеркало, показывают истинное отображение души и того, что твориться в ней. Посмотри внимательно в мои. Что ты там видишь? Пустоту…Тебе страшно? Не бойся меня, дай свою руку. Холодно? Так должно быть. Пустота всегда ледяная, колючая, как осколок айсберга…Она такая. Сегодня мне пусто, сегодня я хороню её. А ведь она ещё жива, я чувствую это. Но уже поздно, уже пусто…Разве это не смешно? Почему ты не смеёшься? Разве я не похожа на Арлекино? Сама себе делаю больно. И, знаешь, порой мне кажется, что у этой боли сладкий вкус и мне он нравится так же, как нравилось в детстве фруктовое мороженое. Теперь я сама стала им. Только, вряд ли, найдётся тот, кто захочет попробовать его. Ну не молчи же ты, скажи, хоть слово!...Да, ты прав, мне уже пора, пора уходить. Я подхожу к ней и нежно целую в лоб, мои губы дрожат, но я знаю, что так будет лучше «Прости, но мои крылья уже давно почернели…» Последний взгляд через плечё…Всё, Любви больше нет. Она жива, но её нет. Пошли. Теперь Ты будешь наполнять пустоту в моих глазах. Вот только чем?