Белый Отелло душит негритянку Дездемону.


Жена решила, что выздоровела окончательно и поэтому затеяла ремонт. Кто как, а я начал сильно сомневаться в её душевном здоровье и моём не менее душевном равновесии: скоро праздники, а в квартире помесь цыганского табора с якутским чумом. Но нескучно. Особенно мне: где-что лежит можно только случайно догадаться. Из плюсов: воооот такенную гору "очень нужных вещей" выбросили на помойку.
Новый год будем встречать вдвоём. Старшая, Ольга, и внучка, Машка, - в Канаде. Оканадились окончательно. Пять лет прошло. В январе присягу будут давать. Каждый проживает свою жизнь. И это правильно. Только порой грустно. И иногда невыносимо. Особенно в праздники. Живо представил себе новогодний стол, шум соседей, музычку "умцы-умцы" из-под пола и потолка, красивые до тошноты слова из телевизора, тилилим-бом-бом курантов, потом мгновение тишины, в которое россияне в себя водку с шампанским судорожно засовывают и - ААААааааааааа!!! Урааааааа!!!...
А ты глядишь в окно на все эти фейерверки и то ли стараешься маты проглотить, то ли былое величественно вспоминаешь. Это уж как пойдёт. Сразу не угадаешь.
Жена шампанское не пьёт. Обойдётся бутылочкой "Хванчкары". Ей этой бутылки до восьмого марта хватит. Себе куплю пару бутылок воды "Сан-Пеллегрино" (как тут не вспомнить, что в Канаде она копейки стоит, а у нас по стоимости водки продают). Надо ещё всяких гадов морских на стол прикупить и встретить праздник по нашему, по дальневосточному. Не стоит заморачиваться домашними изысками. Ну, кроме торта "Наполеон". Пусть будет одно приятное исключение. А всякие пельмени-холодцы... некому их есть.
И ёлку, если Катя не купит, тоже покупать не стану. Это будет неприятное исключение. Не знаю, одно ли.
Катя и внуки на Камчатку уедут. На собаках кататься и в термальных источниках отмокать. У нас, что ли, собак недостаточно? Ладно, пусть. Тем более, едут к бабушке и дедушке, родителям зятя. А это святое. Никто не может отказать бабушкам и дедушкам в развлечении нянькаться с внуками.
Внуки радуют. Например, Василию задали на дом описать словесно и буквами в тетради картину "Царевна Лебедь" Врубеля нашего Михаила Александровича. Вот что я думал в его возрасте, глядя на картину? Да ничего не думал. Тонул в глазищах царевны и захлёбывался в белой пене лебединых перьев. Казалось, она меня пальчиком за собой манит.
А Василий? Этот отрок умудрился рассмотреть фон: невзрачные строения на берегу водной глади. И написал, цитирую:"Если бы художник рисовал меленько, то у него получился подробный план местности". Мамо Василия, Екатерина, дама, которой прекрасное не чуждо, проверяя домашку, часа два в прострации пребывала. Капала корвалол, мычала и невидящим взглядом смотрела в сторону люстры. Наверно, мысленно верёвку приделывала. "Меленько", бл... Пришвин, титская сила.
И на проверку матери, заметьте, попал только третий вариант сочинения. Два предыдущих забраковал отец. Что в них было? Тайна сия велика есть.
До момента, когда я узнал, что Врубель так себе дизайнер-землемер, у меня значимой картиной Михаила Александровича была лишь одна: "Демон сидящий". Долго на неё в Третьяковке никогда смотреть не мог: голова начинала от боли раскалываться. Несколько раз проверял. Постою пять минут, глядючи в багровое небо картины и цветы-кристаллы правее фигуры демона, и обезболивающее судорожно по карманам нашариваю.
Теперь к "Демону" прибавится "Царевна Лебедь": буду смотреть. Молча. Меленько трясясь всем телом и пуская сиротливую слезу. Пусть почтеннейшая публика меня за дебила держит, но сдержаться вряд ли смогу.
Павел сходил на ёлочку. Ничего не предвещало. Гирлянды, шары, хлопушки... артисты в зайчики и прочую лесную мелочь загримированные. Ёлка, само-собой. В общем, интрига, но, чувствуется, наши победят. А то.
Представление началось. Там, по его ходу, артисты подходили и спрашивали у ребёнка: "Я тебе друг? Если да, давай обнимемся!". Вот. Поворачивается такой "зайчик" к Павлу: "Друг ли я тебе?" - Павел, немного подумав: "Исё (ещё) не знаю", - от объятий уклонился, чем в очередной раз поднял планку моего уважения к нему на запредельную высоту. И это тот самый мальчик, который, едва научившись говорить и ходить, обнимая на прогулке дерево, говорил, задирая голову: "Здластвуй. Я - Паса".

Говорят, полёты во сне - привилегия детей. Что ж, значит, я до сих пор ребёнок. Ещё мне приснился слон с табличкой на груди: "Следующая аптека - в соседнем доме". Проснулся от смеха. Серьёзный такой слон. Вдумчиво жевал. Надо было погладить. А я заржал. Ну, не дебил?
Жене сделали операцию по смене тазобедренного сустава. Аккурат тогда, когда мы вернулись из Таганрога. Через несколько дней. Мы в отпуск улетали, заранее договорившись: когда, где, кто. С момента операции прошло два месяца. Костыли позади. Ходит с палочкой. Полную нагрузку для ноги давать нельзя, но время лечит. А в день выписки из больницы у нас в доме отключили свет. Молодцы, подгадали. Жене пришлось на костылях подниматься на восьмой этаж. Гвозди бы делать из этих людей, было бы в мире больше гвоздей.
Год юбилеев. Старшей доче в этом году будет сорок, младшей - тридцать пять. Внуку Василию Какангелу исполнилось десять. Пашке, Уткиному сыну - пять. Мария подкачала: не попала в струю юбилеев. Всех люблю, все родные, но Пашка... никогда не думал, что так привяжусь к этому Нахалёнку. Да и он... Вот, на Камчатке, уже в аэропорту дед Василий у него спросил, как бы невзначай: "Что, Паша, улетаешь?"
- Да, к своему дедуске Бое.
- Паша, а разве я не твой дедушка?
- Нет. Ты - дедуска Васи.
И смешно, и не очень.
Зная Пашкину пламенную страсть ко всему "гвубоководному", решил подарить ему аквариум. Куплю, думаю. Плевать, сколько стоит. Куплю. И познавательно будет, и как предмет интерьера, и как память, если на то пошло. Да мне б в пять лет такой... В общем, купил. Ничего особенного. На 270 литров. Со всеми возможными прибамбасами. А в день Пашкиного рождения запустил туда шесть риукинов и одного сомика. Вот, Пашка, какой тебе подарок! Реакция мальца:
- Так сто, дедуска, игвуски не будет? (Так что, дедушка, игрушки не будет?)
Выручил папа именинника:"Вот, Паша, дедушка тебе ещё и игрушку дарит" - и дал пацану какого-то мелкого тараканчика на батарейках. Видели бы вы восторг именинника! "Спасибо, дедуска!!!" - убежал играться. Что ж. Впредь наука.

Приезжали наши канадцы. Дочь с внучкой. На погостить. Погостили полтора месяца. Машка по-русски говорит плохо. Увы. Общается, конечно. Но коверкает и выдаёт неологизмы почти в каждой фразе. Впитывала "родную" речь. По приезду в Канаду, отец Марии Николаевны отметил отточенность недоумевающего вопроса "чо?". Ну, мы старались. Россия для Машки это, прежде всего, Вася. Сутками могут с "Уасей" играть.
Новый учебный год. Новый набор курсантов. Неистово маршируют. В столовую, на занятия и по плацу. Серьёзно так. С песнями. Браво, молодцевато... интересно, куда всё это красивое после первой сессии уходит? Э-хе-хе... "Кто море видел наяву, Не на конфетном фантике..."
На днях торжественно вручили "Аттестат профессора". И приятно, и нереально (мать - воспитанница детдома, крановщица, отец - трудящийся алкоголик). И устал. Понимаю, что вершина. Всю жизнь стеснялся, всю жизнь чего-то кому-то доказывал. Змей Гордыныч - очень сильное существо. Особенно, если его унизить. Не знаю, надо ли было царапаться. Но, главное, дошёл. Надо, не надо - это уже вчерашний снег.
Чувствую, "От А до Я" мне не написать: болею. Разве что так отметиться.
Эпиграф: выходит из кабинета гинеколога возмущённая малороссийская гражданка, и, потрясая медкнижкой, говорит: "Не, вы только посмотрите, шо он тут написал!!! Он написал: "Здорова"... а мог бы написать "малэнька" или "як у всих"...
Я напросился поучаствовать во флэшмобе. А после вопросительных утверждений, полученных мной от Марии Марковны (
Гражданка_Горыныч ) считаю слово "флэшмоб", как минимум, аналогом малороссийскому "здорова". Нет бы, как всем, радостно отвечать на предположение "Ты умеешь кататься на велосипеде". Тем более, что умею. Фигушки. Для меня выбраны бравурно-фанфарные словосочетания, на которые и отвечать неловко. Ну, сам напросился. Назвался, так сказать, грибом. Ладно. Спрашивали - отвечаю:
1. Ты умеешь писать чудесные, потрясающие тексты
В восемнадцать лет мне попалась в руки замусоленная книжка с жёлтыми, как зубы курильщика, страницами. Называлась она "Приключения Весли Джексона". Автор - Уильям Сароян. Ни имя, ни фамилия автора мне ничего не говорили. Даже если б издатели приложили его фотографию, всё равно ушёл бы в глухую несознанку. Но слово "приключения" сыграло свою роль, и я начал читать.
Практически с первой страницы я понял, что книга вовсе не про Весли Джексона. Она - про меня. У Весли отец был пьяница, а матери он не помнил. С отцом у меня тоже был полный порядок: мало того, что пьяница, да ещё и буян, постоянно избивающий мать. Видеть это было невыносимо. Сил противостоять не было. Я, как мог, отпихивал отца от мамы и убегал из дома. Но долго ли продержишься, если нет ни копейки денег и крыши над головой? Мой максимум - неделя. Её я прожил в доме одноклассника, честно рассказав всё его родителям. Одноклассник был из детдома, а родители - приёмные. Наверно поэтому они меня поняли и особо не задавали вопросов.
Под конец недели меня нашла-таки мать и уговорила вернуться домой. Более того, мне пришлось извиняться перед отцом. До сих пор не могу понять: за что?
Когда мне было пятнадцать, папаша устроил очередную безобразную сцену с избиением. В тот момент у нас в доме был мой одноклассник. Стыд и ненависть захлестнули меня. Я набросился на отца, повалил его и стал душить. И в этот момент понял: либо я его сейчас убью, либо, когда отпущу, он убьёт меня. Вот тогда и крикнул приятелю, чтоб вызывал милицию.
При милиции отец вёл себя тихо, почти благообразно. Получил пятнадцать суток. А мы, уйдя из дома, получили относительную свободу. Полгода прожили в саманном домике на Северном посёлке, пригороде Таганрога. Печка, уголь, колка дров. Потолок в домике я доставал локтём. По двору хозяев ходил в ватнике. Очень удобная одежда. Тёплая и лёгкая. Жаль, в такой нельзя было появляться в школе: засмеют. Школу стал пропускать: и далеко (другой конец города), и большого смысла сидеть в классе я не видел. Там всё было чинно-благородно. Песенки, стишки, сочинения, никак не связанные с жизнью. Разве что школьные приятели. Потребность в общении. Повзрослел, в общем. Махом. Бросил писать стихи. Начал курить. Получил паспорт. Именно в этой последовательности.
Зиму пережили и по весне мать решила увезти нас с братом во Владивосток. К бабушке. У бабушки была десятиметровая комнатка в коммуналке. Кроме бабушки там обитал мой двоюродный брат. Ночью спали вповалку. На полу.
Весли Джексон не помнил свою мать. Моя же сделала всё, чтобы я постарался забыть её: ушла жить на другую квартиру с чужим человеком. Бабушка вовремя спохватилась и нашла меня в сарае, где я мастерил петлю. Рыдали оба. Не знаю, как назвать моё состояние в тот момент: катарсис или безразличный пофигизм к происходящему, но дальше стало легче. Или проще. Не знаю, как правильно сформулировать. Происходящее воспринималось отстранённее. А это было именно то, что нужно, чтобы не сойти с ума.
Весли Джексон получил повестку и пошёл служить в армию. Я повесток не получал, но понимал, что в моём положении без образования - прямая дорога в такие же забулдыги, как отец. Этого позволить себе я не мог. Быть студентом, имея одни штаны на все случаи жизни - тоже. Я стал курсантом. Форма, койка в казарме, трёхразовое питание - что ещё нужно, чтобы продержаться на плаву?
Многое произошло. В итоге я нашёл свою Джиль, свою жену. Как и Весли Джексон. И всё, чего добился я, всё, чего добился мой брат, случилось не благодаря чему-то или кому-то, а вопреки. Если кого-то в чём-то и благодарить, то только судьбу. Я не знаю, что это такое: судьба, но больше некого. Уж, видимо, такая я неблагодарная скотина.
Весли Джексон стал военным

Выторговав себе право лечь в больницу когда захочу, я и не думал, что это "когда" так быстро настанет. Всему есть начало, и я стал собирать вещи в надежде на скорый, но позитивный конец. Стал собирать - громко сказано. Отгремел юбилей жены, и она тем же вечером начала койлать баулы для выздоравливающего. "Лился сумрак голубой В паруса фрегата. Собирала на разбой Бабушка пирата...". Я же в это время, лёжа на топчане, довольно удачно (точнее - довольно и удачно) изображал Центр управления полётами.
- "Чайка", "Чайка", я это... положи пару кальсон и смокинг для суарэ. И тапочки. Нет, не белые.
Всё-таки хорошо иметь жену. Мужчина без жены - что рыба без велосипеда.
А дочь Ольга мне на телефон сериал залила. Ну, сколько влезло.
- Смотри, - говорит, - папка, между клизмами и капельницами. Поправляйся, в общем.
Но как-то либо я не в настроении был, либо клизм сверх плана назначили... уж и не знаю, почему, но не посмотрел я ни одной серии. Всё, на что меня хватало, это перечитывать вечерами простенькие сказки Андрея Белянина. С ненапряжным и предсказуемым сюжетом. Потому как волноваться мне крайне не рекомендуется. Я тут уже после больницы решил посмотреть фильм "Хан Соло", ну и... выключил, недосмотрев до середины. И стал таблетками закидываться. А кино, если разобраться, ни о чём. Тимур и его команда. А вот поди ж ты, как остро реагирую. Ну, ладно, про книги и фильмы понятно. Теперь ближе к сюжету.
И захотелось мне в зоопарк больше, чем Семёну Марковичу соседку Фиру Иосифовну. Зверей у нас, в Приморье, - завались. Воробьи там, вороны. Белки со Стрелками по дворам шастают. Чайки похабные песни с утра на помойках горланят. Сороки опять же. Это в городе. А в пригороде можно запросто тигра увидеть. Или медведя. Или оленя. Причём, и ехать далеко не надо: километров тридцать - и хоть здоровайся, если повезёт.
Сашка-друг приезжал. Из самой Карелии. Знатное, говорят, место. Самобытное. Сплошь клюква и народные промыслы: построение храмов без гвоздя, вологодское масло и дымковская игрушка. Для интеллигентных особей, с тонкой душевной организацией, - шаманские песни с бубном у костра, еловые шишки и комары. Много. Тихо, спокойно, рыбалка.
Я ему, Сашке-то, по приезду и говорю:
- А давай, Сашка, мы тебя в Китай сплавим. В славный город Суньфыйхэ. Тем более, что до него автобус рейсовый ходит и визы не надо. Это ж Китай. Самобытная страна, как-никак. Народные гуляния у реки Хуанхэ, водка Байцзю и никаких комаров. Тихо, спокойно, палочки. Китайцы, правда. Много. Но это мелочи.
- Нету, - отвечает Сашка, - во мне такого стремления. Да и интернационализм я весь в молодые годы по командировкам растратил: то там постреляешь, то туда гранату метнёшь. Устал парашюты разнашивать и в противогаз дышать. Тишины хочу. Ты меня лучше в тайгу свези, а через трое, положим, суток, обратно на то место, куда меня высадишь, приезжай.
- Нету, - говорю я, - Сашечка, никакого желания у меня останки героя на родину в банке из-под огурцов отсылать. Нечего в тайге без ружжа делать. Это знание любой нанайский младенец с молоком матери впитывает. Тут зверьё похлеще комаров: сточат, как стахановцы болванку. Моргнуть не успеешь. Я-то через трое суток, положим, приеду. Хоть и кашляю. А вот ты там вряд ли будешь. Тайга - это не с парашютом прыгать. Тут опыт нужен. Одного поощрительного пинка с криком "Пошёл!!!" недостаточно.
Так и не отпустил, в общем.
А сегодня вспомнил, что на станции Садгород зоопарк есть. Те же тигры с козлами. Некоторых в кино показывали. Остальные так, безвестными, век доживают. Имеются также и экзотические животные: ёжики, уточки, кролики и морские поросята. Есть и зебры (по нашему, по-приморски - ишак-матрос), и верблюды, и дикобразы. Кабаны дикие. Рыси сонные. Волки канадские. И туалет есть для страждущих. Ну? Чего бы не сходить? В зоопарк, в смысле.
Ну, тигры-зебры - дело наживное. Главное - уточки. Пашка внук, Уткин Сын, их гагашками кличет. Любит уточек. Души в них не чает. С плюшевой уткой спит. С ней же его и крестили: не могли у младенца уточку отнять. Младенец ругался громко, верещал непотребно и священнику норовил в лоб заехать. Вот так у нас в семье появилась православная утка. Имени при крещении ей почему-то не дали. Как была Гагашкой, так ей и осталась.
Пашка уточек любит. Но живых - побаивается. С плюшевой отношения с момента рождения налажены. А эти? Кто их знает... Мать и бабушка Пашку уговаривали долго. Соблазняли всяко-разно. Пойди, мол, деточка, отведи душу. Погладь уточку. Пашка подумал и изрёк: "Я с дедуской пойду...". Вот мы и пошли.

И Марусю к живой природе приобщили. Она тоже зверей, хоть трижды ручных, опасается. Но сегодня сложилось. "Кролики - это не только ценный мех..."

А потом внуки катались на олене. Один олень, было дело, из упряжки Санта Клауса по зиме от стаи отбился, а в зоопарке его приютили. Теперь он детей возит. В благодарность вроде.

А потом на Шамору поехали. Так в простонародье один из пляжей называется. А чего не поехать? У нас же осень наступила. Дожди, наконец-то, закончились, и выглянуло долгожданное солнышко.
Всем добра!

Месяц август в нашей семье обычно суматошный: лето в Приморье таки окончательно настаёт, и дни рождения внуков и зятя на подходе. А там, в первых числах сентября, и у жены юбилей. Нескучно, в общем.
Планета поворачивается к Солнцу северной стороной. Теплеет. Лёд в Амурском заливе порыжел, заструги на его поверхности чернеют, создавая иллюзию ряби на открытой воде. Рыбаков на льду давно не видать: страсть страстью, но предохраняться надо. Это вам любой герой-любовник подтвердит. А ещё недели две назад многочисленные стайки "пингвинов" важно ходили по льду, выискивая самые рыбные места. В эти дни, на исходе зимы, как никогда хорошо ловится корюшка. Та самая рыбка, которая, вытащи её из воды, свежим огурцом пахнет.
По ледяному полю, ближе к полуострову Песчаный, пошла трещина вдоль залива. С каждым днём она всё шире. Ветра нет. Был бы - унёс весь лёд к югу. К китайцам с корейцами. Пусть подивятся. Нам не жалко. Кстати о южных народах: я во втором семестре должен провести курс лекций "Плавание в полярных районах". Здраво рассудив, решил "простить" его вьетнамским курсантам: вряд ли в Южно-Китайском море они когда-нибудь увидят льды. Так что им - зачёт автоматом. Пусть гуляют. Вьетнамцы, не в пример курсантам отечественного разлива, добросовестно учатся. Самая плохая оценка для них - "хорошо". Часто на такую не соглашаются и просят назначить время для пересдачи.
Ну, до второго семестра ещё дотянуть надо. 29 марта у меня УЗИ. Тогда и станет понятно: притихла беда в организме или же опять пузырится новыми опухолями. Чисто субъективно оценить сложно: болят обе почки.
А пока я гуляю. Если есть возможность, силы и настроение. Хожу в разные кафешки: отвлекает. Сегодня в "Дамплинг репаблик" предложили съесть тридцать дамплингов за полчаса. Съем, уложившись в норматив, - еда за счёт заведения. Засмеялся: лет двадцать назад предложи они такое - согласился бы без колебаний. А сейчас сердце не выдержит, зайдётся от стенокардии. Да и не жрать надо, а вкушать. Иначе бессмысленно что-либо понравившееся заказывать.
Что такое дамплинги? Ну... нечто среднее между пельменем и вареником. Тесто тонкое. Начинка разная: свинина со шпинатом, телятина с креветками, белорыбица. Есть и с вишней. Да с чем хочешь. Формой дамплинг напоминает полумесяц. Готовится на пару.

Ещё в планах зайти пообедать в заведение "Не рыдай!". Уж очень название нравится. Да и цены, судя по рекламным щитам рядом со входом, вполне себе демократичные. Но всё ноги туда меня не доносят.
На Светланской (главная улица во Владивостоке), недалеко от ресторана "Версаль", установили вот такой щит:

История. Против неё не попрёшь. А за качество снимков извините. Фотоаппарат таскать с собой не хочется. Вот и щёлкаю на телефон.
Итак, если ваши ногти стали ломкими и слоятся, укрепить их в домашних условиях можно с помощью ванночек для рук. Возьмите себе за правило по вечерам, когда, например, смотрите любимый сериал или передачу держать руки 15 минут в теплой воде с добавлением в нее одной чайной ложки морской соли. После чего руки следует промыть проточной водой и смазать питательным кремом.

В теплую воду можно добавить также одну столовую ложку поваренной соли и пять капель йода. Держите руки в такой воде, как и в первом случае 15 минут, затем промойте руки водой и смажьте их кремом.
[1000x457]Пока не пишется. А вот музыка слушается. Не Ольга Бузова, нет. Хотя эту... кхм... певицу почему-то многие знают. А вот интересно, помнит ли кто Марию Пахоменко? Сдаётся мне, мало кто. А ведь народной была. Красивая женщина с проникновенным голосом. И "Золотого Орфея" впервые в страну она привезла. Не Алла Пугачёва, как принято думать. Нет, не Алла. Мария. В 1971 году.
Ушла тихо и непонятно. Альцгеймер. А потом почему-то Альцгеймер многих покосил. Почитай, всю страну.
Всё пройдёт.
[1000x686]
Больше не к кому лететь девять часов на самолёте, а потом трястись больше суток на поезде.
Я не видела пустого двора и дома. Не слышала поминального плача. Поэтому мне легко оглянуться назад и увидеть окрашенную синим в сотню слоёв дверь кухонной пристройки, белую тюль, держащуюся на этой двери при помощи лески, кнопок и честного слова, газовую плиту, на которой я жарю котлеты из несчастного свежеубиенного хряка.
Мне не надо напрягать слух, чтобы услышать "Катько, ты как всегда здесь стояла!", сопровождаемое шлепком по ягодице. Так Ба приняла меня на своей кухне в мой первый приезд, шесть с хвостиком лет назад.
Во второй приезд, год спустя, она, увидев вываливающуюся из машины на мягкую траву двора меня, цокнула языком, обнаружила в моем организме талию, постановила: "совсем тебя твои мужики сожрали!" и старательно откармливала деточку всю последующую неделю.
Пусть будет так. Пусть не затихший, зарастающий травой осиротевший двор, а глухой звон таланки на вишне, кудахтанье кур, гул водяного насоса, качающего воду в баню через пропускающий холодные струйки шланг, вьющийся от колодца до крыльца дома останутся в моей памяти. Лай Кнопки, возмущенный мяв Харыти, бряцанье металлических мисок о бетонный пятачок у пристройки. Из одной такой миски тогда еще младенец Василий утянул чёрствый чебурек и полакомился им вдоволь, а собаки покорно стояли рядом и только лизали Васькины перепачканные маслом и крошками щеки, одобряя его поступок.
Пусть будет шум ветра в листве старой яблони, сбрасывающей пережженные солнцем так и не созревшие плоды. Пусть дед, опрокинув стопку горилки после обеда, в очередной раз отправится в пристройку спать, а Ба поправит темный в цветах платок, завязаный узлом под подбородком, вытянет уставшие натруженные ноги на лавку, крытую шерстяной узорчатой дорожкой, облокотится о стол, стоящий в тени этой самой яблони и посетует, что яблок в этом году не жди, разве только если к кацапам-староверам ехать.
Пусть.
На подоконнике в горшках проросла и тянется по стропам жалюзи вверх фасоль, которая зрела под солнцем рядом с тем-самым-домом.

[показать]Их называют тетками. Презрительно и иногда с жалостью.
Обращают внимание на не всегда ровно лежащую на губах помаду, на усталое, словно сероватое лицо.
На кульки и пакеты, которые не помещаются на обширных или слишком худых коленях.