Валерия Гай Германика
Все умрут, а я останусь
Так назвала свой первый полнометражный художественный фильм 23-летний режиссёр Лера Гай Германика. В 18 лет она взяла в руки дешёвенькую видеокамеру-"мыльницу" и сняла документальный фильм, который неожиданно получил главный приз "Кинотавра" и был показан в Каннах. Со своим новым, теперь уже игровым фильмом Лера и её продюсеры, компания "ПРОФИТ", собираются покорить весь мир.
Текст: Светлана Иванова.
– Это правда, что тебе было восемнадцать, когда ты начала снимать кино?
– Да, я начала в восемнадцать. Это был фильм "Девочки". Я попала на лекции к режиссёру Марине Александровне Разбежкиной. Пошла в соседний подъезд и сняла своих знакомых девочек, которые были немного младше меня. Потом Марина предложила мне поступить в Независимую школу кино и ТВ "Интерньюс", где она преподавала курс документальной режиссуры. Там я проучилась шесть месяцев и смонтировала "Девочек". Фильм попал в руки к Мише Синёву, продюсеру фестиваля "Кинотеатр.док", и они начали возить его по кинофестивалям. На "Кинотавре" он получил гран-при за короткий метр. Потом картина даже была на Дне России в Каннах вместе со вторым моим учебным фильмом "Сёстры". Ничего особенного, я считаю.
– Почему ты решила оставить документальное кино, если всё так удачно складывалось?
– Мне перестало быть интересно таким злым ребёнком, вампиром. Сидеть и караулить чужую жизнь, ждать, когда же наконец мой герой обосрётся, нажрётся, а я всю эту гадость сниму и покажу через это драму человечества. Искусство всегда спекулировало на несчастье людей, и я, снимая свои документальные фильмы, тратила большие усилия. чтобы человек показал мне свою драму. И когда я увидела, что люди в зале хлопают, радуются, призы дают, мне стало так обидно и ужасно стыдно. А уже потом, с продюсерами, пришли корысть и опыт хитрожопости, которую я ненавижу.
– А на каком фильме пришла корысть?
– На "Девочках", за которых я получила приз. Это же наркотик. На следующий день я залезла в "Яндекс", набрала "Валерия Германика" и поняла, что жизнь удалась. Я жила в этой эйфории, пока меня не долбануло тем, что я посмотрела на себя и всё документальное кино со стороны. Когда ты ничего не умеешь и снимаешь, как пионер, ты веришь в светлую идею. А потом ты узнаёшь мир изнутри и думаешь: вот сейчас я сижу и бухаю с этими крутыми режиссёрами, которых пять лет видела по телевизору, и они говорили о чистоте и невинности. Но как только они находят чистоту и невинность, они втаптывают их в грязь, им становится от этого хорошо. Я поняла, что за красивыми словами стоят бабло, ебля, алкоголь, фестивали, корысть и ложь. Мир перевернулся. Я любила своих героев по-настоящему! А они ездили с героями своих фильмов на фестивали и хвастались: прикинь, мой герой так-то обломался, а я снял; а у моего квартиру отняли, он бомж. Я считаю, что не имею права на такое, надо валить в мир фантазии и игрового кино, чтоб не скурвиться, как они.
– Ты много зарабатываешь?
– Я получаю столько, сколько прошу. Недавно купила двухкомнатную квартиру в пафосном районе, где живут всякие знаменитости: литераторы, драматурги, киношники; сейчас в ней ремонт. То, что не может тридцатишестилетний мужчина в моей профессии, может двадцатитрёхлетняя девочка!
– Недавно ты закончила съёмки своего первого игрового фильма – драмы "Все умрут, а я останусь". Это продолжение твоей документальной истории?
– Нет. Я придумала историю о том, как три девочки всю неделю собираются на дискотеку, и там происходит драма. Сценарий мне писали самые лучшие драматурги Москвы – Александр Родионов и Юрий Клавдиев. Несколько лет назад я впервые увидела спектакль по пьесе Клавдиева и решила, что этот чувак будет писать мне сценарий. Я почувствовала в нём дух воинствующей молодёжи. Оказалось, что он тоже хотел со мной познакомиться. А Сандрик уже работал с разными режиссёрами, по его сценариям снято пять фильмов. Я ему рассказывала о себе, о том, как вижу мир, он записывал и потом приносил прекрасные тексты. Я всё удивляюсь, глядя на него: "профессорский" сын, вырос в библиотеке, а на каждой странице мат-перемат.
– Молодые актрисы жалуются, что ты очень жёсткий режиссёр.
– Я документалист, мне нужно, чтобы всё было по-настоящему. А как иначе? Полина Филоненко, сыгравшая у меня главную роль, дралась по-настоящему, до первой крови, с Олей Лапшиной, которая играла её маму. После этого у Полины были синяки. Мало того, актрисы в кадре пили настоящий алкоголь. Никто не возмущался. Правда, Агния Кузнецова (актриса, сыгравшая главную роль в "Грузе 200". – Авт.) однажды не выдержала, вышла из туалета, заплакала и сказала: "Ты такая же, как Балабанов!"
– Почему ты снимаешь фильмы про подростков?
– Я тоже раньше думала, что снимаю фильмы про подростков, про себя и про маленькую революцию внутри человека. Но когда я читала критику, оказывалось, что это про
Читать далее...