В колонках играет - АрияНастроение сейчас - интрегуещее.Кузнец тьмы.
Далеко во тьме шёл дождь. Тьма, как обычно, гудела от голосов, криков и стонов.
Здесь все занимались своим делом, и всё шло так, как должно быть. Здесь жила сила, сила древняя и необъятная.
Тьма была непроглядной, её обитателям свет и тепло не нужны. Но всё же, даже здесь, горел огонь. Огонь, о нет, не тот, что горит по вечерам в каминах или свечах, и не тот, что печёт хлеб или обжигает глину.
Нет.
Этот огонь был частью этого мира. И он был живым. Да, да живым. Его пламя почти не давало света, а жар во много раз сильнее, чем жар простого пламени. Он служил тьме и её детям, всем без исключения, даже приёмным.
Об одном из таких детей мы и поведём наш рассказ.
Ганс сидел у наковальни и размышлял. Всю свою долгую жизнь Ганс провёл здесь.
О нет, он помнил, что когда-то он был человеком, но за столько веков это стало забываться. Он был кузнецом. И при жизни, и после смерти Ганс остался тем, кем хотел и умел быть лучше всех. Если бы кто-нибудь, кроме демонов и тварей, могли оценить его работу, то, несомненно, назвали бы его лучшим кузнецом, хотя Ганс себя таковым не считал. Он считал себя мастером всего кузнечного искусства. И к его огромному самомнению и гордости, он был прав.
Кузнец взвесил в руке молот.
Да.
Тихо сказал он. Сегодня уже третий заказ. Разговаривал сам с собой Ганс. А я так и не устал.
Неустанность и непреодолимая страсть к созданию нового было его проклятием.
Он уже час сидел у наковальни, и его тяжелый взгляд блуждал по кузнице, изредка останавливаясь на живом огне.
Сегодня заходил темный лорд, ему нужен был меч. После него демон с пробитой сковородкой. Опять с женой поцапался.
И под конец тварь завалилась. Дай, мол, ей гвоздей тонн тридцать, ну где я их столько гвоздей возьму?!
Ох, скукотища.!!
Ганс часто говорил сам с собой, так это могло показаться со стороны, но на самом деле он разговаривал с огнём. Часто к кузнецу ходили за всякой ерундой типа пуговиц, иголок, подков, всякие там кастрюли, ложки, вилки. Просто ужас. Правда иногда бывали и стоящие заказы.
Пару раз высшим демонам требовались ключи от неких ворот к чему-то там, и они приносили слепки. Правда приносившие их были несколько помятыми, часто без рогов или еще, каких не будь конечностей.
Один раз какому-то лорду потребовалось кольцо. Ну, чета там говорит, напиши типа "одно кольцо, чтобы сковать…" ну или что-то вроде этого. Недавно иглу, для какого то старого мертвяка делать пришлось, а так сплошная рутина.
Конечно же, Ганс не с рождения стал мастером, он много учился. И много творил. Его шедевры заполняли коллекции великих демонов, а некоторые даже уничтожались, ибо понять или обуздать их никто не мог. Например, черная роза, достаточно было лишь взглянуть на неё.… Матово чёрные лепестки, стебель, будто из мрамора. Её созерцание сводило любого с ума. Человек ли, тварь или демон, жажда дотронутся, была не преодолима, её тепло ласкает руки, аромат убаюкивает сознание, сладость обладания опьяняет. И вот тут ты понимаешь, что ты и роза одно целое, и вы вместе, вернее, ваша душа и роза, а вот тело безвольно пускает слюни, держа её в руке. Она была одним из первых творений Ганса, и он оплакивал её как своё дитя, и как тысячи украденных, отобранных, купленных и уничтоженных после неё шедевров.
Смахнув слезу, Ганс поднялся. Тяжелой походкой он двинулся к огню, что бы, как обычно, попросить жара для работы. Как вдруг, у самого горна он замер.
Что ему делать, за что браться - мысли Ганса замерли.
Тьма, да, именно тьма давала ему вдохновение, и вот теперь он, наконец, достиг совершенства, но идей, простых идей в голове не было ни одной.
Огонь лаково потянулся к руке кузнеца. Свет, слабый, слабый, но свет. Стоило сознанию принять это, как могучий разум принялся искать форму для новой мысли.
Ганс навис над горном, огонь внутри чувствовал перемены в хозяине, и, услышав хрипло сказанные слова: "Будь светлее будь светлее. Когда тьма в кузне со стоном расступилась, кузнец поразился, как красиво в его уродливой как ему казалось кузне. Свет озарял его мысли его чувства и его разум. Как красиво;- с трудом нашёл силы вымолвить Ганс".
Его мысли полетели с небывалой быстротой.
Он уже знал, что будет делать, но вот что сотворит, пока нет. Ганс метнулся к сундуку, так вот он "брус стали которой не видно", глупое название, но он очень ей подходит.
Эта сталь если сильно, очень сильно её раскалить, станет невидимой, а если калить еще, а вот что Ганс хотел узнать.
Но перед тем, как начать работу, он плотно заделал дверь и все щели в кузне. Ганс не хотел, чтоб ему мешали, а то, что он создает, нужно будет утаить. Он не кому больше не позволить присваивать, а уж тем более уничтожать свои творения. Жара в горне достаточно, можно начинать работу.
Приготовления не заняли много времени. Сталь достаточно раскалилась, и вот пора. Ганс поднял молот и … опустил. Нет, для этого дела не подходит
Читать далее...