Наконец-то поняла в чем дело: погружаясь в какую-либо культуру, выуживаю оттуда глобальные закономерности, опуская все остальное, отчего довольно быстро любая из них становится однообразной. Мир больше, чем все, что в нем есть. Оставаясь приверженцами чего-то одного, мы теряем многое из окружающего разнообразия.

Вязкая мякоть моря...
Я родилась летом в воде. Ты родился сегодня в воздухе. Мы когда-то вместе летали по льду, но весной он растаял.
Я не понимаю твоих причин. Ты не знаешь моих мучений. Наш парашют так и не раскрылся.
Я обжигаюсь об солнце одна. Ты уходишь ко дну без меня. Мы не можем спасти друг друга.
Но ты говорил, что в моей любви не знал одиночества, так почему же теперь так поступаешь?

[395x550]
Поньо, а можно мне тоже снова будет пять лет? Тогда все рыбки были золотые. И все краски были безумно яркими. И море было почти у самого дома. И солнце. И даже мальчик был, только звали его по-другому. Я не помню, может быть даже родилась из пены морской. Мама красивая и добрая. Папа. Кораблей много. Большой порт. Смех везде. Бабушка тоже с палочкой ходила и бегать не могла. Даже много бабушек. Во дворе. Садик. Ведерко зеленое. И когда злилась, тоже всех обзывала "балда". Лодка. Лодки даже. Я не помню, но дедушка плавал когда-то на остров. И морзянка, ведь папа в армии радистом был. И рация - дядя радиолюбитель. И рыбины большие. И все друг друга знали.
Поньо, ты из рыбки хотела стать девочкой с таким детством. А я этой девочкой с таким детством была когда-то. И все было там прекрасно, пока его не отняли.

На экране:
- Поньо, смотри, тоннель!
- Я не хочу туда, там плохо...

За кадром с задних рядов детский голос:
- Если она говорит, что там плохо, ее же слушаться надо!

Поньо, я не хочу в тоннель, там плохо. Там темно. Темноты боюсь...
Но кадры закончатся, свет загорится, осветив по-домашнему маленький уютный зал песочного цвета. Дома стены тоже были песочными. Стены того дома, которого уже давно нет.

Здесь еще кадры из мультфильма

Я не хочу, чтобы он увольнялся. Видимо, все-таки успела подружиться. Да и легко с ним. А если они оба уволятся, будет еще хуже. Но со вторым проработала всего ничего, и поэтому не так обидно, хотя он единственный, кто может угомонить нашу злобную тетушку.

- Мама удивилась, что окунь так подрос...
- Кто? Окунь???????
- А это не окунь, да? Карась?
- Ну конечно, карась, где ты такого большого окуня выдела?
- А что смешного, подумаешь, перепутала! Не я же его вылавливала.
- Перепутала?! Они же не похожи совершенно!
- Кто-то станции метро путает, я же не смеюсь тогда.
- А мне станции метро никто не показывал!
- А мне карася тоже никто не показывал до этого момента!

- Делать было нечего, крутил ручку радиоприемника и наткнулся на песню, где были такие слова: "...и я опять всего лишь друг еще один еще одной...". Теперь эти слова из головы не выходят.
Теперь они и у меня из головы не выходят. Все больше не понимаю что происходит. Путанными тропами... Бред какой-то...
Ты считаешь, что это я рву все нити, а я считаю, что это делаешь ты. Но, видимо, мы оба запутались и не знаем где наши истинные желания и что с ними делать.
- Ты только не плач, слезами все равно ничего не изменишь. Все будет хорошо... когда-нибудь, так или иначе...
- ...или иначе... Интересно, для нас обоих "хорошо" - это одно и тоже?

Преданный - верный кому-то, но ведь и тот, кого предали, тоже преданный...
Почему я все время предана сразу в двух, а не только в первом значении?

Почему так сложно и больно, попробовав счастье на вкус, отпускать воспоминания об этом?..
Почему так сложно и больно играть в никчемную игру "если..., то..."?..
Почему так сложно и больно душить надежду?..
Почему так сложно и больно видеть свет сквозь тьму?..
Почему так сложно и больно возвращаться с ложной дороги на истинный путь?..

Мир снова сошел с ума? То сплошные свадьбы и беременности, то расставания и разводы...

"Мне кажется, что ни я, ни ты лидерами (в том значении, в каком этот термин используется социологией) не являемся. Мы скорее являемся "камнями преткновения"."

" - А ты мне предлагаешь отрастить броню. Циника из меня сделать пытаешься?
- Нет, не циника. Неужели ты не знаешь никакой другой брони? Есть другие варианты. Впрочем, у тебя и так броня есть, ты держишься очень хорошо. В тебе много и уже задействованных сил, и пока ещё не задействованных, потенциальных. В тебе есть некая врождённая мудрость, позволяющая не скатываться в истерики и цинизм (но есть и определенные пробелы, а также кое-что, что мешает).
- Или чтобы я никогда никого не любила? Как можно на такое реагировать без нервов?
- А разве это возможно - никогда никого не любить? Ясно же, что нет. Поэтому подобного тебе посоветовать я никак не могу. А вот "реагировать без нервов" на то, что не всё получается так, как мы хотим - это действительно возможно.
Хотя, конечно, совершенно "реагировать без нервов" может только труп. Но всё же известной степени бронированности, считаю, можно достичь."

Под этим правдивым солнцем дымка растаяла, а может быть сгорела, открыв сияющую истину простоты, которая с искренней радостью распахнула объятия безвременья. С легкостью осев на ладонь остатками капелек холодного тумана, напрасные надежды от тепла руки почти сразу превратилась в воду и утекли сквозь пальцы куда-то дальше, где, видимо, больше были нужны. Глубоко внутри шевельнулось сожаление и тут же утихло, осознав собственную неправоту. Лучше одинокая свобода, чем мученический плен.

Как-то пугающе пророчески установила про себя рубеж в четверть-финальную игру. Даже когда еще противника не знала. Странно, что не третья обычная, а вторая четверть стала роковой. Такой знакомый Дуда читался в тактике сербов, что даже обидно стало - Блатт не видел столько игр "Динамо" под руководством Ивковича, сколько их видела я, может быть поэтому знала как он будет действовать, слишком ходы-выходы знакомы. Но Моня-то с Быковым знали все это наизусть, что же было не так?
Ладно, чего уж теперь рассуждать. Спасибо и на том, что вышли из группы. Спасибо, что в таком составе продержались-таки довольно долго и вообще преподнесли много сюрпризов. Спасибо, сборная России, за все игры, за все красивые моменты, за мастерство и упорство в желании победить.

"Время складывается из веков и тысячелетий, а что видит всякий человек за свою жизнь, кроме нескольких лет и нескольких зим? Мы смотрим на горы и называем их вечными, и они действительно кажутся такими... но с течением времен горы вздымаются и падают, реки меняют русло, звезды слетают с небес, и большие города погружаются в море. Мне думается, даже боги умирают. Все меняется... Возможно, некогда магия была в мире могущественной силой, но теперь это больше не так. Нам осталась разве что струйка дыма, висящая в воздухе после большого пожара, да и она уже тает."

"Леди и пламя. Битва королей". Джордж Мартин.


Время - это отрезок, который дан нам, чтобы понять... что?
Когда человек доходит до понимания его собственного смысла - он уходит из этого мира. Но если сложить все понимание каждого, сколько времени нужно всему человечеству, чтобы понять свой смысл?

Неужели я освободила душу от тебя? Даже радоваться боюсь пока еще...

На свете много людей хороших и плохих, но каждый из нас у этого мира один единственный...

Если на асфальт падает мобильный телефон, мы его подбираем, потому что он принадлежит нам. Если его подбирает кто-то другой - мы заявляем на него свои права. Как именно доказать, что вещь наша, не столь важно, если мы сами твердо уверены в том, кому она принадлежит.
- Как это - кого-то бросить? Человек ведь не вещь, его нельзя бросить.
Как это - доказать принадлежность кого-то тебе? Ведь человек не вещь...

Что за связующие нити держат нас, опутывая и связывая. Откуда эти детские собственнические капризы? Почему нельзя отпустить? Как "собака на сене" - ни себе, ни людям. Это смелости не хватает взять себе и парализует страх потери?

Август может учудить, но сентябрь никогда не подведет. Такого солнца не было даже летом. Такой травы, зелено-зеленой и сверкающий изумрудным светом, тоже. Она глянцевая. И уж точно не настоящая. Иначе чем же надо подкармливать, чтобы такое выросло, будто на картинке? "Без консервантов" - гласит плакат над ней, словно кто-то пытается прочесть мысли.
"Девушка по городу..."
Откуда столько детей? Их золотые головы, золотые глаза, золотой смех отовсюду. Сумасшествие солнечно-световое какое-то. Только деревья пока не торопятся желтеть или краснеть.
"Нас сюда никто не звал. Или нет исхода вовсе. Я с уходом лета ждал леди осень... Она впадает в крайность, не замечая разниц. Ей приятно слышать лесть - какой нелепый праздник..."
А Ленина не убрали. Где-то в глубине души боялась, что не найду его здесь, привычно развалившегося в каменном кресле. И клумба вокруг горит пламенем цветов, и скамейки свежевыкрашенные, и единственные урны во всем сквере почему-то тоже только здесь.
"Время выбирать!" - еще один плакат, словно в насмешку. Нет, не о том выборе речь, не о том...
Ветер где-то в траве, потом в волосах, потом в листве над головой, но его не слышно, в ушах другая музыка. И присесть, поедая собственный обед, подставив жарящим лучам лицо и совершенно не имея желания отвести глаза от радостного жадного круга, почти растекшегося по всему умытому небу.
"Зря мы с тобою сцепились, как Бред Питт и Брюс Уиллис, но это любовь..."
Дорожки стали другими и ровнее, можно под ноги не смотреть. Но нет той важной, или же не смогла ее найти. Зато аккуратно причесанные газоны надежно защищены вьющейся между ними плиткой от набегов, разве что сплоховали вокруг детской площадки, отчего пострадала какая-то часть зелени, исчезнув утоптанной в землю под ногами детворы.
"Я твоя медленная звезда. Но я не вся твоя судьба, а лишь одна из ее возможностей..."
Вдоль аллеи внизу асфальт, вверху небо, по краям деревья, ветвями ограничивающие пространство густой пустоты - указатель пути - дорога ввысь, по которой лететь сложнее, нежели идти здесь.
"Не за что биться. Нечем делиться. Все об одном. Стоит ли злиться? Там за окном сизая птица..."

...Вечерний осенний закатный свет от летнего неотличим почти. Но он мягче и глубже в своей золотой мудрости...

Правила созданы, чтобы их нарушать? Или может быть эти оберегающие самой себе придуманные правила уже безнадежно устарели? Только сейчас подумала об этом, а до того лишь удивлялась себе, ведь обычно таких вещей не делаю. Вернее, не делала до недавнего времени. Не встречалась больше никогда с теми, с кем когда-то рассталась. Но это было раньше. Теперь уже встречаюсь и часто. И становится от этого легче только, потому что страх оказался беспочвенным, страх того, что все вернется. Нечего возвращать, когда теперь все по-другому и чувства другие к этим людям, и отношение тоже. Это поняла при первой же встрече.
Другое поняла вот только вчера. Хотя можно было это сделать еще тогда, когда Патриаршие переделали, убрав ступени, на которых сидела на твоем портфеле, болтая ногами и надев поверх своих твои перчатки, потому что было холодно. До сих пор не могу простить им этого передела. Но вчера, в обновленном скверике, обнаружила, что не стало той самой дорожки, на которой обнимал меня в последний раз перед многолетней разлукой, не так давно завершившейся, наконец, встречей, но уже иной. И почувствовала, что это абсолютно не важно. Видимо все-таки непреклонная истина, что не место дорого само по себе, а те люди, что были здесь, верна абсолютно всегда. А еще верно то, что мы меняем свое отношение к месту, событиям и прочим отметинам, если меняем свое отношение к человеку, с которым это все связано. Теперь в этом сквере не осталось ничего от прошлого, равно как и раньше от Патриарших. В нем даже ограды не осталось вокруг клумбы с черным камнем, но это уже совершенно другая история с другим героем. Только сожаления и здесь не осталось. Все стерлось, все по-новому. И это радостно, ибо свободна от памяти, вызывающей боль.

Работать с мужчинами замечательно, но когда они в твоем отделе. И еще, когда умные. И когда на своем месте. Поэтому в приемной у директора должны сидеть женщины. Вернули бы их обратно. А то эти неуклюжие попытки быть галантными каждый раз делают из визита пытку. Особенно, если приходится туда ходить по несколько раз на дню.