Любить — это прежде всего отдавать.
Любить — значит чувства свои, как реку,
С весенней щедростью расплескать
На радость близкому человеку.
Любить — это только глаза открыть
И сразу подумать еще с зарею:
Ну чем бы порадовать, одарить
Того, кого любишь ты всей душою?!
Любить — значит страстно вести бои
За верность и словом, и каждым взглядом,
Чтоб были сердца до конца свои
И в горе и в радости вечно рядом.
А ждет ли любовь? Ну конечно, ждет!
И нежности ждет и тепла, но только
Подсчетов бухгалтерских не ведет:
Отдано столько-то, взято столько.
Любовь не копилка в зашкафной мгле.
Песне не свойственно замыкаться.
Любить — это с радостью откликаться
На все хорошее на земле!
Любить — это видеть любой предмет,
Чувствуя рядом родную душу:
Вот книга — читал он ее или нет?
Груша... А как ему эта груша?
Пустяк? Отчего? Почему пустяк?!
Порой ведь и каплею жизни спасают.
Любовь — это счастья вишневый стяг,
А в счастье пустячного не бывает!
Любовь — не сплошной фейерверк страстей.
Любовь — это верные в жизни руки,
Она не страшится ни черных дней,
Ни обольщений и ни разлуки.
Любить — значит истину защищать,
Даже восстав против всей вселенной.
Любить — это в горе уметь прощать
Все, кроме подлости и измены.
Любить — значит сколько угодно раз
С гордостью выдержать все лишенья,
Но никогда, даже в смертный час,
Не соглашаться на униженья!
Любовь — не веселый бездумный бант
И не упреки, что бьют под ребра.
Любить — это значит иметь талант,
Может быть, самый большой и добрый.
И к черту жалкие рассужденья,
Все чувства уйдут, как в песок вода.
Временны только лишь увлеченья.
Любовь же, как солнце, живет всегда!
И мне наплевать на циничный смех
Того, кому звездных высот не мерить.
Ведь эти стихи мои лишь для тех,
Кто сердцем способен любить и верить
Что человечеству принёс двадцатый век...11-05-2007 22:39
Что человечеству принёс двадцатый век
Помимо войн и общего прогресса?
Лишь злость, страх завтрашнего дня
И недоверие к своим же интересам
Машины только портят воздух нам
Компьютеры нас делают тупыми
Зачем же нам такой самообман
Что мол по лестнице мы поднялись повыше
Куда же делись честь, любовь, дуэли
Прогулки в парке с книжечкой Бальмонта
Охота, скачки, рыцарство в постели
Остроты, пылкий ум, к кому-нибудь забота.
Всё в прошлом, всё убито новым веком
Который нам принёс лишь только горе
Ведь вскоре люди разленившись от прогресса
Без электроники и говорить не смогут.
К чему же этот стих написан мною?
Ведь что прошло, теперь ведь не вернуть?
Вы правы друг мой, это только мысли
Которые заснуть мне не дают!
Мне страшно думать только об одном…10-05-2007 22:36
Мне страшно думать только об одном…
Мне так же говорить об этом страшно.
И это часто бродит под окном.
Надеюсь, что пока еще напрасно.
Оружие - таблетки на столе,
Как будто перед боем разложила.
Пробыть хочу подольше на Земле.
И чтобы душу плоть моя носила.
Я хочу тебя! И точка!
В этих розовых чулочках
Покажусь немного старше.
Губки блеском я накрашу,
Подведу глаза и брови,
Ощущу движенье крови.
Натяну короткий топик,
Юбка пусть прилипнет к попе.
Стрелка ровно в полвторого.
Я уже почти готова.
Лишь надену босоножки,
Быстро выберу сережки
К яркой сумке и чулочкам.
Я хочу тебя! И точка!
Так что ты готовься, милый!
Я тебя приговорила!
Бьётся сердце негромко - за ударом удар.
Разделила беда жизнь разлукой навечно!
Счастье этих девчонок сжёг военный пожар,
Не успев полюбить, опустело сердечко!
Сколько их - тех девчонок военной поры
Стало вдовами прямо в свой месяц медовый!
И отцы не услышали смех детворы,
Потому что легли на Дону и под Псковом.
Юность жаждет любить, юность хочет мечтать,
Юность, крылья расправив, к высотам стремится!
Поклонитесь же тем, чьим надеждам летать
Пекло адской войны не позволило сбыться!
От героев былых времён
Не осталось порой имён.
Те, кто приняли смертный бой,
Стали просто землёй и травой.
Только грозная доблесть их
Поселилась в сердцах живых,
Этот вечный огонь,
Нам завещанный одним,
Мы в груди храним.
Погляди на моих бойцов,
Целый свет помнит их в лицо.
Вот застыл батальон в строю,
Снова старых друзей узнаю.
Хоть им нет двадцати пяти,
Трудный путь им пришлось пройти.
Это те, кто в штыки
Поднимался, как один,
Те, кто брал Берлин.
Нет в России семьи такой,
Где б не памятен был свой герой,
И глаза молодых солдат
С фотографий увядших глядят.
Этот взгляд, словно высший суд,
Для ребят, что сейчас растут.
И мальчишкам нельзя
Ни солгать, ни обмануть,
Ни с пути свернуть.
Я истерзанным зверем сбегаю от мира в ночь
Я бегу по колючим звёздам, я бегу от печали прочь
Я истерзанным сердцем тычусь тебе в ладонь
Согревая любовь, что продрогла от слёз, развожу огонь
Собираю твой страх, и наверно к утру
Разнесёт его прах тем, что верю и жду
Разум пьян от разлук, от любви разум пьян
Я истерзанным зверем лягу к ногам
Я в глаза загляну с беспредельной тоской
Стуком сердца скажу, что я здесь! Я с тобой!
Я тебя не предам, не уйду, не солгу….
Для тебя сны и дни, без тебя не смогу!
О, эти капельки любви,
Что в душу нам друзья роняют!
Как дождь в безоблачные дни
Живящей влагой освежает
Поля, деревья и кусты
Из тучки ветром принесенной...
Слегка, немножечко... и ты,
Нещедрой лаской побежденный,
Лица иссохшего черты,
Как камень солнцем опаленный,
Навстречу каплям дождевым
С надеждой держишь, как влюбленный.
И струйки милой влаги пьешь
Не залпом, мелкими глотками,
И увлажненными устами
Словам родиться не даешь
О том, что душу наполняет,
О чем во веки не узнают
Те, кто в бесхитростной любви
Тебя невольно освежили,
И чувства лучшие твои,
Коснувшись, к жизни пробудили.
Так много можно в детстве пережить,
так мало в памяти у нас совсем осталось.
Жизнь целую друг другом дорожить
ведь убедительно значительная малость!
Не вздумай ты о детстве горевать!
Жаль, что прошло, но было! И как было!
Давай же будем каждый год встречать,
как в детстве, с нетерпением и мило
мы улыбаться будем и грустить,
что не достанем тополя макушку...
Давай не будем никогда просить
считать года никчёмную кукушку!
Как хулиганы... веселы… шальны!
Эх, по заборам юбки, брюки рвались!
Воспоминаньем нашим молоды....
Такими были мы - такими и остались!
Однажды принц отправился на поиски принцессы. Сперва он нарисовал её. Красивую, нежную, с падающими на плечи волосами, с мягкой улыбкой...Как на той фотографии...
Как просто всё было на первом уровне. Клавиши послушно постукивали под пальцами. Рвы были узкими, заборы невысокими...Стража всё больше спала...
Порой к нему приходила...нисходила Сама принцесса. Рассказывала о своём житье-бытье... И поздним восточным вечером угощала удивительно вкусным мороженным...
На втором уровне принцесса уехала. Он знал, что она уедет. Уедет далеко- далеко, на другой конец света . Уедет, чтоб однажды вновь появиться видением, манящим, зовущем к себе облаком ...
Весь третий уровень он провел в лабиринте... Месяцы хождений по лабиринту ни к чему не приводили... Да и как найти ту, которая давным-давно за морем-океаном...
Где-то на четвертом уровне он почувствовал неладное... Рвы стали непроходимыми... Заборы высокими... Клавиши уже не так слушались его пальцев...Всё чаще он путал CTRL и ALT. Всё чаще его рука тянулась к заветно-спасительной , так тягостно-манящей слева клавише ESC…
Ночью снился принцу один и тот же сон... Он пытался заговорить с вдруг появляющейся принцессой, он шептал, он...кричал ей о её красоте, нежности, о своей Любви... Но слова пестрой лентой букв кружились в полуметре от него, молча опоясывали принца , затем взмывали вверх и растворялись в полной тишине облаком Тоски и Грусти, облаком Непонимания...
На девятом уровне он вдруг пропустил от стражника три удара... Клавиши CTR+K клинили... ESC не выручала , а чаще всего перезапускала РС...Он потерял счет дням...Неделям...Месяцам...
Три года прошли с того вечера, с тех незнакомых принцессе, но посланных ему слов “ Эрев тов “... Кто послал ему эти слова на древнем языке?
Языке его предков...Его языке... Кто она, та, живая, далёкая и близкая... Пришедшая...и снова уходящая...
Так и не дойдя до десятого, последнего уровня, однажды,
корявым неровным почерком прямо на экране он вывел черным фломастером два слова : “ Я сдаюсь... “
и вытащил шнур из розетки...