и пальмы падали,
когда я шёл,
но вот кокосов
не нашёл..

внезапно в жизнь мою ворвался
лимузин, так, словно в магазин,
сквозь дверь мою пробился,
стремительно затормозил
у самых моих мыслей, тех,
что про японских лошадей,
там были лица, словно у людей..
пришлось собрать себя
из кубиков трепещущего сна,
соорудить подобие того,
что наступило утро.. уже..
и посадить цветы, они
чтоб тихо выросли и зацвели,
мой взнос в природу внёс,
ещё не зная броду,
я постепенно ухожу на глубину,
спускаюсь к самому ко дну,
здесь весело, так весело,
что толпы ярких пузырей
пускаю в небо я скорей..

я встану утром рано,
что странно, ладно,
и с чувством стадным,
пойду пастись,
прошу простить,
коль съем кого
негаданно-нежданно..

лихо, начать или закончить.. как мир туманен, тихо!
партизаны, слышно, как шагают в обморочном марше их шаги,
приближаются враги, я слышу, как капает моя микстура
из-за высокой, выше некуда, температуры,
скрывается в носу заноза, из носа
вытекает Волга, как река, уносит,
и вольно гонит берега, и, вдоль себя
я просыпаюсь с жуткими воспоминаниями,
и это разве хорошо?
с ума не просто так сойти, ступени не видны,
всем, кто построил этот дом, и тихий мой район,
в котором житель я, сам виноват,
но я квадрат, и страшно мне,
квадрату выходить из за угла,
когда все треугольной формы,
когда не видно ни угла, ни нормы,
и какова моя цена, хоть я бездомный,
мой дом - лишь конура, в которой я сижу, слепой котёнок,
где свечи, где же доктора, что изувечат, мою мечту залечат?
не вечен я, но слишком уж беспечен,
природа всё-таки права,
не излечим мой недуг,
я всё таки себе не друг, я недруг,
и мне взойти на эшафот пора..
моя больная голова наверно вправду заболела,
не помогает аспирин, и не поможет вера,
в безумии всех этих праздников,
я как стакан, как таракан или капкан,
не выпилишь меня ты лобзиком из воска, и не отдашь врагам,
и не поджаришь, не ударишь током, я весь в замочных скважинах,
я льюсь потоком, и вам меня не обуздать,
ретивого, и не назвать, строптивого,
и не понять, такого непонятного, не принять, такого неприятного,
и только можете вы что, кричать, или шептаться,
что мог он обуздатся..

подобие руки, подобие кармана,
я весь из послезавтра, из тумана
возник на миг я из обмана или шутки,
мой голос кряканье ли утки, иль
хрюканье свиньи, не знаю, я пустоту им
заполняю.. пустой бокал вдруг
полон стал, пролившегося с неба
меня он ждал.. как дождь мясной,
весной отжатый, я проливаюсь,
и улыбаюсь..

в какую руку не возьмёшь,
смерть - это смерти ёж..

три восьмых, четыре четверти,
и точка, словно единица

меняю я себя, хотя себя не изменить мне,
меняю я тебя, бессмысленно вдвойне,
меняю мир, возможно, но не мне,
осталось изменить название "лужи на траве"..

пусть лето будет тёплым, и влажным,
пусть всё, что страшное, окажется неважным,
пусть злое, хоть не добрым, но перестанет
быть злым, надеюсь, и вдвойне уже,

меняю я название, "лужи на траве"..

я сплю, пишу во сне,
карандашом, рисую буквы,
вот буква А, знакомая,
вот Ю, закована,
вот Я, не понимаю,
не разделяю,
вот У, такая странная,
вот Э, совсем не главная,
вот Ж, немного страшная,
вот Д, прекрасная,
С, слишком пресная,
Ш, немного шумная,
Ы, совсем безумная,
Л, интересная,
М, множество,
Н, ничтожество,
З, кровавая,
О, дырявая,
Р, лесная, дикая,
Ф, великая..
вдруг карандаш сломался
и стих мой оборвался..

однажды над землёй взошли
четыре очень странные луны,
одна была, как тень, другая, как квадрат,
а третья, словно бы над всеми издеваясь,
взошла, как 38 попугаев,
четвёртая взошла, как сон,
а вот и он..

ползут сквозь разума затмение мнения
и выпадают мыслей из гнезда мои птенцы..
не оперившиеся ещё, юнцы, вдруг разбрелись
огромной пищей для всеобщих бутербродов..
своих птенцов.. я лучше съем их сам,
чтоб не попали они в омут к вам..

хочу общаться я без фальши,
но, видимо, не предусмотрено природой,
поэтому я был и остаюсь уродом..

мой мир похож на отражение
всего, что есть вокруг меня,
всего, что ощущаю я..
движения, или стремления,
всё больше пустоты, потерянной
когда-то красоты, сомнений,
всё чаще полного забвения..
я превращаюсь в зверя, птицу,
мне всё равно, в ком приютится..
похоже, что, любя, иль не любя,
я просто, от избытка чувств,
иль недостатка, карикатурно
искажаю мир внутри себя,
и не на шутку..

не думайте, что я теперь поэт,
я лишь расширил слово "бред"
на всё, на всё, на всё, на всё..
теперь пишу про всё, про всё..

огромное, всё то, чем дорожу,
вдруг превратилось в ерунду..
быть может зря, самозабвенно,
считал, что в мире есть иная суть,
и верил в то, что не вернуть уже,
как ни пытайся, закончился мой путь,
похоже, что закончился ничтожно..
и если кто окажет сопротивление,
открыть огонь на поражение,
с экранов слышу я..

у каждого есть пистолет,
да нет, не тот, что в кобуре,
а тот, что в нашей голове..
стреляет кто-то холостыми,
а кто-то выстрелит в упор,
так, что сидишь, потупив взор..
а у кого-то миномёт,
тот сразу толпы бьёт..
и не спасут хирурги, раны
со временем затянутся,
но шрамы останутся,
и у кого-то навсегда,
а для кого-то - ерунда..

кому-то дни - года,
а для меня секунды,
и страшно иногда
становится, когда, вдруг
на простой "привет!"
ты понимаешь, что,
придётся ждать ответ
быть может, пару лет..

я не могу придумать новое название
своим, последним, может быть, стихам..
стихаю тихо, рассеиваюсь, как туман..

из сердца вырезан кусок,
он сам не смог бы биться,
лишь ток ему помог,
заставил биться, жить
стремиться..

не думал я, что ценно то,
что, в принципе, должно быть цельным,
вот разобрал недавно своего слона
я на четыре части: три хвоста, на хобот,
две ноги и душу, спасибо, да, забыл
упомянуть я уши.. и что выходит,
это ерунда? и чушь полнейшая причём..
я понял, не разрушать я должен,
а созидать, но собрать слона,
я не смогу уже.. к чему слова?..